Привет! Я отец твоего ребенка (СИ)

Глава 12

Находиться здесь мне совсем не хочется. И это касается не только женского туалета, но всего мероприятия.

Потому, найдя после Вячеслава, я говорю:

— Я хочу домой. Михаил ведь может меня отвезти?

Я, конечно же, даже не думаю намекать на то, чтобы он поехал со мной. Хоть мне этого и очень хочется. Да и оставлять его здесь с Миланой как-то глупо. Она ведь явно воспользуется ситуацией. Только я уверена, что Вячеслав всё равно меня не послушается.

Да и кто я такая ему, чтобы об этом просить?

Невеста?

Глупость.

Не знаю, зачем он это тут все говорил. Но я уверена, что до свадьбы у нас дело не дойдёт.

Прищурившись, он некоторое время пристально разглядывает моё лицо, а затем говорит:

— Может. Тем более что я уже встретился со всеми, с кем хотел.

Я же растерянно моргаю, понимая, что он, кажется, поедет со мной. И от осознания этого мне становится так приятно.

Вячеслав ещё переговаривает с парой человек. И мы направляемся на выход. При этом я спиной чувствую чей-то пристальный взгляд. Он буквально обжигает кожу. Что-то подсказывает мне, что это Милана недовольно буравит мне спину взглядом. Но я и не думаю оглядываться по сторонам, а лишь расправляю плечи.

Мы забираем одежду в гардеробе.

Сначала Вячеслав помогает мне надеть шубу, а уже затем одевается сам. Я пытаюсь этим воспользоваться, тут же шагая к выходу. Мне совсем не хочется опять оказаться у него на руках.

Но вовсе не потому, что мне это не нравится.

Нет.

Нравится.

Я бы, наверное, была совсем не против, если бы только вокруг при этом не было столько посторонних людей.

Только у меня всё равно не получается выйти одной. Потому что я успеваю сделать лишь несколько шагов, а затем тихонько вскрикиваю, когда меня сзади подхватывают на руки.

— Опять сбегаешь, — шепчет мне на ухо Вячеслав. — Но я ведь уже предупреждал тебя, что от меня так просто не уйдёшь.

— Пусти, — прошу тихо я, краснея. — На нас же смотрят.

Хоть здесь не так уж много людей. Основная часть всё ещё в основном зале.

— И что с того? Пусть смотрят и завидуют. И вообще, я, может быть, тренируюсь. Невесту ведь положено на свадьбе носить на руках.

Я вздыхаю и кошусь на кольцо на пальце.

Красивое.

Но слишком дорогое для меня.

Это ещё один вопрос, который нам непременно нужно обсудить наедине. Потому что в его голосе я слышу явно весёлые нотки, то есть говорит он всё это не всерьёз. И неважно, что он уже представил меня так сегодня своим знакомым. В конце концов, не все невесты потом становятся жёнами.

Он доносит меня на руках прямо до машины, заднюю дверцу которой тут же открывает Михаил, появившийся словно из ниоткуда. Вячеслав осторожно садит меня на сиденье, едва заметно скользнув рукой чуть ниже спины. Я же только успеваю открыть рот, чтобы возмутиться, как он уже захлопывает дверцу.

И мне только и остаётся, что недовольно выдохнуть.

Вскоре хлопают ещё две дверцы. И Вячеслав с Михаилом занимают свои места. Машина мягко трогается с места, выруливая из ряда плотно припаркованных машин.

— Ну, — говорит Вячеслав, поворачивая голову в мою сторону. — И какая гадина испортила тебе настроение, Ань?

Заметил всё-таки.

А ведь я старалась не подать виду.

Да и сейчас мне совсем не хочется говорить ни про Милану, ни про Дмитрия. Потому я молчу, упорно продолжая глядеть в окно. Мне не хочется жаловаться ни на его бывшую девушку, ни на друга или приятеля. Я так и не поняла, кем они друг для друга являются с Дмитрием.

Да и бывшую ли?

Она ведь права в том, что легко вернёт его и что гораздо больше ему подходит. Хотя бы потому, что она просто из этого «мира».

А я — нет.

Я здесь чужая.

Я знала это и до того, как она сказала мне об этом. Только вот Вячеславу знать о моих мыслях совсем не обязательно.

Потому я говорю:

— Никто. Всё в порядке. Тебе показалось.

— Вообще-то, это как-то даже неприлично, Ань, — говорит он недовольно. — Тебя мама разве не учила, что при разговоре нужно смотреть на собеседника?

— Учила, — говорю я, всё же нехотя поворачивая голову.

Выдержать его взгляд в полутьме салона оказывается очень непросто. Кажется, Вячеслав смотрит в самую душу, так что у меня даже мурашки бегут по коже от его взгляда.

Потом он прищуривается.

— Так. Варианта тут может быть только два: Дима или Милана. По одиночке. Или вместе.

Всё это он говорит, не сводя с меня взгляда.

— Оба, — добавляет уверенно он спустя какое-то время.

Я невольно вздрагиваю и только потом догадываюсь всё же отвернуться. Кажется, кто-то умеет хорошо читать по глазам.

— Я прав? — напирает Вячеслав.

И я всё же киваю.

— И что они успели тебе наплести обо мне?

Я молчу.

Всё-таки это разговор не для посторонних ушей. Пусть Михаил и работает на Вячеслава.

— Мне что, из тебя всё клещами тащить, Ань? — спрашивает недовольно он, явно начиная злиться.

Я вздыхаю.

— Давай поговорим об этом дома, — говорю я и кошусь на водительское кресло.

Вячеслав перехватывает мой взгляд.

Секунда.

— Останови и выйди, — приказывает он.

Михаил послушно перестраивается, а через некоторое время и вовсе останавливает машину, включив аварийку. Хлопает дверца. Он выходит.

И мы остаёмся в машине одни.

— Ну, так в чём дело, Ань? — спрашивает Вячеслав, развернувшись ко мне.

А я решаюсь, хоть предпочла бы всё же поговорить дома.

— Это правда, что ты собирался жениться на Милане? А потом бросил её из-за меня и ребёнка? — спрашиваю я и замираю в ожидании ответа.

А сама мысленно молюсь, чтобы он сказал «нет».

Потому что ребёнок — это, конечно, очень важно. И то, что Вячеславу на него не плевать, говорит о нём с лучшей стороны.

Только и быстро рвать ради него свои старые отношения как-то не правильно.

Во всяком случае, я так считаю.

— Так дело в этом? — спрашивает он и как будто даже расслабляется. — Нет. Я никого не бросал, Аня. Потому что у меня с Миланой не было отношений. Просто она хотела богатой и дорогой жизни, а я — секса без выноса мозга. Вот мы и удовлетворяли запросы друг друга. И она с самого начала знала это. Как и то, что рано или поздно я женюсь.

Я тихонько выдыхаю.

Пусть во всей этой ситуации и нет моей вины, но мне не хотелось стать разлучницей. И хоть Милана мне совсем не нравится. Но это было бы и неважно. Особенно, если у них были бы отношения.

И всё же мне хочется прояснить кое-что ещё.

— А если бы… Если бы ты был женат? Или если бы у вас всё было серьёзно? — спрашиваю я и замираю.

Если он скажет, что и в этом случае бы бросил её, то я в нём сильно разочаруюсь. И тогда нам совершенно точно даже пытаться не стоит строить отношения. Потому что с таким человеком я не вижу будущего.

— Своего ребёнка бы я не бросил в любом случае, — говорит как отрезает Вячеслав. — Но и не развёлся бы, конечно. По своей инициативе так точно. Ребёнка бы взял на содержание. Его матери тоже кое-что бы перепадало. Только в начале бы убедился, что мать из неё действительно будет неплохая. Но не больше.

Я же чувствую облегчение от его слов.

— Но мне ты предложил отношения, — говорю я.

Он кивает.

— Предложил. Потому что ты беременна от меня. И потому что я всё равно думал в ближайшие пару лет жениться. Да и ты мне сразу понравилась. Зацепила чем-то. Так почему бы не попробовать? Это всё, что ты хотела узнать?

Я качаю головой.

В конце концов, раз уж мы начали говорить откровенно, то стоит прояснить и ещё один момент.

— А зачем вы… ты вообще сдал сперму? — спрашиваю я. — У тебя ведь явно с этим делом проблем нет.

Он же смотрит так, что я тут же краснею.

— Проблем нет, ты права, — говорит Вячеслав. — Пару дней назад ты могла бы сама в этом убедиться. Но ничего. Убедишься ещё.

Я только открываю рот, желая возразить, но тут же его закрываю. Сейчас не время и не место для споров.

Он усмехается, заметив это.

А я вдруг думаю о том, что, возможно, Вячеслав говорит всё это специально. Может быть, ему просто нравится моя реакция. Нравится дразнить меня.

— Но ты, когда изучала мою биографию, наверное, заметила с какими женщинами я встречался.

Я же от его слов краснею ещё сильнее, понимая, что, кажется, в тот раз он всё же заметил, что именно я смотрела в телефоне.

Потому я киваю.

Чего уж теперь скрывать-то?

— Так вот, такие бы вряд ли родили сами. В крайнем случае пришлось бы прибегнуть к услугам суррогатной матери. Ну, или они бы тянули с рождением ребёнка до последнего. Вот с одной такой. Я уже и не помню, кто это был. Мы и заморозили свой биоматериал. Она — яйцеклетки, а я — сперматозоиды. По отдельности. Всё же я тоже не молодею. А как оказалось, возраст мужчины тоже влияет на возможные болезни у ребёнка. До эмбрионов дело так и не дошло. Потом мы расстались. Я продолжил оплачивать хранение своего материала скорее по привычке. Да и сумма там совсем небольшая.

После мы некоторое время молчим. И всё это время я чувствую на себе пристальный взгляд Вячеслава.

— Но это ведь ещё не всё, так? — говорит неожиданно он. — Тебя тревожит что-то ещё. Я же вижу.

Тревожит.

Слова Миланы о том, что я «не в его вкусе» так и засели у меня в голове.

Правда, целовался при этом оба раза Вячеслав очень страстно. И в прошлый раз он явно был готов зайти куда дальше. Он был возбуждён.

Впрочем.

Это ведь ни о чём не говорит.

В конце концов, я — молодая и вполне себе привлекательная девушка. Так что в его возбуждении нет ничего удивительного.

Только.

Одного желания ведь мало. На этом далеко не уедешь. А на короткую интрижку уже не согласна я.

Но говорить об этом сейчас я не готова.

— Так что, Ань?

Я упорно молчу.

А в следующее мгновение он внезапно берёт меня пальцами за подбородок и вынуждает повернуть голову, заглядывая в глаза.

— Что ещё она наплела тебе обо мне? Ну? Или это Димка наплёл?

Я качаю головой и всё же произношу:

— Не он. Милана. Но это неважно.

— А это уже, Ань, я сам решу, — говорит он.

Я же понимаю, что Вячеслав, кажется, от меня всё равно не отстанет.

Потому я нехотя признаюсь:

— Да, ничего такого. Правда. Она просто сказала, что я не в твоём вкусе и что долго наши отношения всё равно не продлятся. Но я это и без неё понимаю.

Вячеслав недовольно прищуривается.

— Кто же слушает обиженную брошенную женщину, Ань? Конечно, она со злости наговорила тебе всякого.

— Но ты сам сказал, что у вас не было с ней отношений, — возражаю я.

Он кивает.

— Отношений не было. Но это вовсе не значит, что ей не обидно. В конце концов, я был довольно щедр с ней. Так что выкинь всю эту ерунду из головы. А что ты очень даже в моём вкусе я тебе прямо сейчас докажу, — говорит он.

А затем он неожиданно берёт мою руку и кладёт себе на пах.

— Чувствуешь, как ты мне безразлична? — спрашивает Вячеслав, не сводя с моего лица потемневшего взгляда.

Я медленно киваю, пытаясь высвободить ладонь.

Но он не отпускает.

— Да я готов был трахнуть тебя сразу, как только увидел в этом охрененном платье.

Всё это он говорит, не сводя с меня пристального и жадного взгляда.

— И до сих пор готов, — говорит Вячеслав тихо.

А я ему верю.

Только.