Прости, что предал

Глава 10

Если Володя и удивился моим словам – то вида совершенно не подал.

И я была ему за это благодарна.

Зато Семён мгновенно отреагировал. Его голос даже сделался писклявым, когда он вскрикнул…

- Что за бред?!

Я лениво изогнула одну бровь.

- А что не так? Ты привёл в нашу квартиру свою любовницу, устроив тут бордель. Значит, и я могу привести, кого хочу. Эта квартира такая же моя, как и твоя.

- Ты сдурела совсем. Чокнутая! – развопился муж.

Просто удивительно, как людям не по нраву, когда им отвечают на их поступки зеркально.

Володя вышел вперёд, заслоняя меня собой. Спокойно, но от этого не менее внушительно и пугающе, проговорил…

- Ты бы, Семён, тон сменил. Или у тебя зубы лишние?

Муж от такого прямого вопроса аж задохнулся. На фоне спокойного достоинства Володи он выглядел жалкой, трусливой шавкой.

- Чтоооо… - проблеял Семён возмущенно.

Володя сложил руки на широкой груди.

- Что-что… Могу, говорю, тебе количество зубов поубавить. Замучаешься к стоматологу бегать.

Я тайком взглянула на мужчину с удивлением. Не понимала, почему он так легко, не задумываясь, за меня заступился, но внутри стало теплее от того, что у меня была такая поддержка.

Несгибаемая скала.

На миг даже возникла зависть к его жене.

И вдруг с дивана подскочила подстилка.

- Сема, разберись с этими людьми! – потребовала она. – Я не буду терпеть посторонних!

От такой наглости я, не удержавшись, расхохоталась.

Выйдя из-за спины своего защитника, я отчеканила…

- Ну вот с тебя и начнём, Ольга. Ты тут совершенно лишняя.

Быстро оказавшись с ней рядом, я содрала с неё свой свитер, не заботясь о том, что могу его повредить.

Она завизжала так, словно её убивали, но мне было совершенно все равно.

Отобрав свою одежду, я потащила эту шалаву на выход. Её голос сорвался на визг…

- Сема! Сема! Помоги!

Сема кинулся было за нами следом, но Володя преградил ему дорогу. Проговорил любезнейшим голосом…

- Ну-ну, Семён, глупостей не делай.

Ольга визжала и вырывалась, но я была так зла, что это придавало мне сил. Доволокла её до двери и выкинула полураздетую на площадку.

Захлопнув дверь, вернулась в гостиную. Испытала миг мстительного удовлетворения, но понимала – это ещё не конец.

Оставался ещё кобель, за которого я имела дурость выйти замуж.

- Довожу до твоего сведения, Семён, - проговорила холодно, глядя ему прямо в глаза. – Я сообщу в полицию и опеку о том, что ты сделал со своими детьми. И буду в суде настаивать на том, чтобы тебя лишили родительских прав ко всем чертям.

При упоминании детей Семён вдруг резко оглянулся себе за спину. Я инстинктивно посмотрела в том же направлении…

Прижавшись к двери, которую я выломала, на полу сидел Фёдор. Ребёнок плакал и трясся – всеми забытый, испуганный… Больной.

И, видимо, сидел он так с тех самых пор, как я взломала дверь. Никто из этих тварей, что его зачали, даже не подумал успокоить мальчика!

Муженек вдруг накинулся на меня.

- Посмотри, что ты наделала! Даже ребёнка не пожалела, до чего его довела!

Я посмотрела на него с откровенным омерзением.

- Своего ребёнка до этого довели вы сами. Ты и твоя подстилка. Вы его родители, вы должны были позаботиться о нем и о том, чтобы он не увидел этот скандал! Но нет, тебе было плевать, Волков. Плевать на всех своих детей! Ты притащил сюда свою Ольгу вместе с сыном, и думал… что? Что ты думал? Что я молча соберу вещи и уйду вместе с детьми, оставив вас тут развлекаться? Черта с два.

Он смотрел на меня с бешенством, по-прежнему не торопясь успокоить сына.

Я проговорила уже мягче, тише…

- Забирай своего ребёнка и уходи, Семён. Ты уже и так наделал дерьма, остановись наконец. Посмотри со стороны на то, что устроил. Одумайся.

Зачем я пыталась достучаться от этого урода? Сама не знала.

Может, не могла до конца поверить, что столько лет прожила с неадекватным чудовищем. Может, хотела надеяться, что он все же очнется и уйдёт, как нормальный человек…

И он действительно смутился. Словно и впрямь внезапно осознал все свои поступки…

Молча подхватил сына на руки. Так же, не говоря ни слова, вышел в прихожую, прихватил верхнюю одежду и шагнул за порог…

Когда в квартире возникла наконец тишина, я ощутила, что она оглушает сильнее криков.

На меня вдруг тоже свалилось осознание всего, что случилось сегодня – всего за один день!

Я устало оперлась бедром на подлокотник дивана, даже не в состоянии поверить, что все закончилось.

Хотя бы на сегодня.

Мощная ладонь опустилась мне на плечо.

- Порядок? – поинтересовался участливо Володя.

Я почти и забыла о его присутствии. И теперь на меня накатил стыд.

- Прости, - выдохнула хрипло. – Прости, что тебе пришлось это всё увидеть и услышать. Мне так стыдно…

Он хмыкнул.

- Ну, я сам напросился. И знаешь что? Обнаглею ещё больше.

Я растерянно на него взглянула.

- Что?

- Переночую и впрямь тут. На случай, если этот козёл безрогий вернётся.

Я окончательно смутилась.

- Спасибо, но… Света твоя вряд ли нормально это воспримет.

Он помрачнел.

- Светы нет.

- В каком смысле – нет?

- Ушла. Мы с Пашкой вдвоём остались.

Я потрясенно замерла. Понятия не имела, что в жизни соседей такое произошло, да и откуда мне было знать?..

Сын ничего не говорил, а лезть в чужую жизнь у меня привычки не было.

- Мне жаль, - проговорила искренне.

- А мне нет, - решительно ответил он. – Гниль всякую надо от себя отрезать без сожаления.

Я не решилась уточнить, что он имел в виду. Или спросить, что случилось…

А Володя продолжил:

- Я Пашке позвоню, скажу, чтобы с твоими вместе сюда шёл. Ты не волнуйся, мы вас не потесним и не объедим. Можем хоть на полу лечь. А ещё у меня дома картошка жареная есть, могу принести и…

Я покачала головой.

- Ты что. Не нужно ничего.

Я прислушалась к себе и не ощутила никакого протеста против происходящего. Я слишком устала, слишком была потрясена, чтобы гнать из квартиры человека, который мне помог. И который обо мне…

Заботился?..

Может, от того, что знал, каково это – быть преданным.

Возникло даже ощущение, что мы оба сейчас чувствовали одно и то же – нежелание остаться один на один со своей болью.

- Сходи за детьми, вдруг Семён ещё где-то здесь, - проговорила я после паузы, передавая Володе ключи. - А я ужин соображу. И спасибо тебе… за все.