Прости, что предал

Глава 5

Ольга. Олечка, как назвала её Мария Павловна.

Пазл сложился так легко, так очевидно, что я даже задалась вопросом – почему ничего не заподозрила прежде?..

Хотя как было заподозрить, если доверяешь человеку, с которым прожила шестнадцать лет?

Как можно что-то заподозрить, если имеешь в жизни какие-то собственные интересы и занятия, а не следишь за мужем двадцать четыре часа в сутки?

Она усмехалась мне в лицо. Очевидно, понимала, что я теперь все знаю.

И я теперь тоже понимала очень многое.

- Ну как же так, Анна? – прошипела она со змеиной усмешкой. – Совсем работать не хочешь, запись без предупреждения отменяешь…

Она торжествовала. От чего?

От того, что жена её любовника её обслуживала?

От того, что теперь ей не нужно скрываться?..

Я усмехнулась в ответ.

- Зато у тебя таких проблем нет, да, Оля? Ты, надо полагать, ко мне в салон ходишь не на честно заработанные своим трудом деньги? Хотя ноги разводить перед мужиками – тоже, конечно, искусство. Не все ещё себе там стёрла?

Она вспыхнула.

- Да, твой муж щедро меня содержит! Завидуешь?

Я искренне хохотнула.

- Чему? Тому, что ты пустышка, которая ничего из себя не представляет? Приживалка, которая сама себе даже трусы купить не может? Любовница, которая даже не смогла его из семьи увести?

Её лицо побагровело. Ей явно хотелось меня унизить, но не вышло. И это её взбесило.

А я смотрела на неё и переосмысливала все, что знала прежде.

Ольга повадилась ходить ко мне в салон пару лет тому назад. Сначала пришла с требованием осветлить ей волосы до совсем белых, в ответ на что мои мастера её предупредили, что родной цвет волос слишком тёмный и при таком осветлении есть риск расстаться с шевелюрой вовсе.

Но она не отставала. Взяв с неё расписку об отказе от претензий, её осветлили и тонкие от природы волосы ожидаемо посыпались…

Так она попала ко мне на наращивание.

Приходила регулярно, любила поболтать. Взахлеб рассказывала о своём щедром мужике, много и жадно расспрашивала и о моей семье…

Я всегда отвечала сдержанно, держала дистанцию. Мы ведь не были подружками для таких откровений, хотя она, казалось, пыталась набиться в друзья…

Теперь я понимала, что она все делала из ревности. Одержимо хотела разузнать о том, как мы с Семой живём. Что между нами происходит, когда она этого не видит…

- Он меня любит, ясно? – выплюнула она тем временем с перекошенным от злости лицом.

Я снова расхохоталась. Я должна была испытывать боль и позже это чувство меня наверняка накроет, но сейчас мне было откровенно смешно смотреть, на кого он меня променял.

- Что смешного? – снова зашипела она гадюкой.

Я презрительно махнула на нее ладонью.

- Дорогуша, да ты сама себя не любишь! Ты же пыталась меня копировать, именно поэтому так вопила о том, чтобы тебе сделали светлые волосы? Совсем, как у меня! Думала, тогда он к тебе наконец уйдёт?

- Да что ты несёшь! – гавкнула она, но по её глазам было видно – я угадала.

Я шагнула к ней ближе. Проронила…

- Кстати, о волосах…

И в следующий миг вцепилась ей в шевелюру, безошибочно находя и выдирая пряди, которые сама и нарастила.

Она заверещала.

- Что ты делаешь, больная?!

Я издевательски бросила…

- Ну, ты же говоришь, что он тебя любит. Значит, и без волос примет, не переживай! А я просто забираю свое. То, что оплачено деньгами моего мужа – украдено из моей семьи. И я этого так просто не оставлю.

Расправившись с её волосами, я втоптала их в снег.

Она заревела, хватаясь за поредевшие, обломанные пряди.

- Я все расскажу Семе!

Я хмыкнула.

- Очень на это надеюсь. Не зря же я старалась!

После этих слов я подошла к своей машине и, заведя двигатель, ринулась прочь.

Поначалу и сама не знала, куда еду, лишь ощущала, что меня начинает потряхивать…

А потом поняла – хочу покончить со всем немедленно. Неотложно.

Не хочу копить внутри гной и боль, хочу крушить и ломать!

Я свернула в ту часть города, где располагался офис Семена.

***

- Анна, к Семену Васильевичу сейчас нельзя! У него важные переговоры!

Помощница мужа, Кристина, бежала за мной следом, наивно надеясь остановить мой марш мщения.

Но сделала только хуже.

Я резко притормозила – так, что она едва в меня не врезалась.

- А, так он в конференц-зале, - проговорила с ледяной улыбкой. – Благодарю за подсказку.

Кристина побелела, но не сдавалась.

- Я же говорю – к нему сейчас нельзя, я не могу вас пустить…

Я подняла вверх руку, ставя этим между нами границу, и отчеканила:

- А кто ты, собственно, такая, чтобы меня пускать или не пускать? Просто наемная работница. Вернись на свое место и не лезь туда, куда тебя не звали.

Конечно, она ни в чем не была передо мной виновата. Но и терпеть её навязчивое жужжание я сейчас была не намерена.

Пока Кристина переваривала все, что от меня услышала, я уже дошла до конференц-зала и распахнула двери.

Десяток голов повернулся на этот звук. Взгляды всех присутствующих в зале сразу обратились ко мне.

Семён недовольно и грозно нахмурился, увидев меня. Буквально прожигая взглядом насквозь, одними лишь губами выдал…

«Какого черта? Выйди!».

А мне было совершенно плевать на эти его мимические упражнения.

Я широко улыбнулась и бросила на стол перед мужем его телефон…

- Ты забыл утром. А тебе там мать писала, Федя ваш заболел.

Он почти не поменялся в лице. Лишь нервно моргнул, а затем натужно рассмеялся…

- Какой ещё Федя? Милая, у меня важная встреча. Потом поговорим, ладно?

Я проигнорировала его последние слова.

- Ну как какой Федя? – проговорила удивлённо. – Сын твой внебрачный от любовницы. Что, забыл про свою вторую семью, которую ты поселил у мамочки?

В зале воцарилась напряжённая, выжидательная тишина. Я оббежала взглядом сидящих здесь людей, быстро сообразив, что большая часть – те самые потенциальные партнёры, о встрече с которыми утром так волновался муженек.

Ох и не зря были его волнения!

Улыбнувшись своей невольной публике, я добавила:

- Представляете, прожила с ним шестнадцать лет и даже не знала, какой он лживый и непорядочный! Как считаете, стоит вести с таким человеком дела?