Федя, Федя, Федя...
Короткое слово похоронным эхом отдавалось в ушах, повторялось по кругу, как изощренная пытка…
Перед глазами у меня все поплыло.
«Я жду папу»…
Этих слов уже было достаточно, чтобы все понять. Но я, словно желая продлить агонию или все ещё не способная принять правду, все же уточнила…
- А кто твой папа?
- Семён Волков, - с гордостью сообщил ребёнок.
Я присмотрелась к нему. И поняла, что будто бы вижу своего мужа – таким, каким тот представал на старых, детских фотографиях…
Неоспоримое сходство.
Голубые глаза, тёмные волосы – это, конечно, ещё ничего не значило. Но мимика ребёнка, то, как он говорил…
Всё это до боли напоминало Сему.
- Так вы кто такая? – снова спросил Федя и вдруг сильно закашлялся.
Я поджала губы, не зная, как ответить на его вопрос.
Сказать правду? Солгать?..
Ребёнок ни в чем передо мной не виноват. Это Сема мне давал клятвы верности, Сема создал со мной семью, так ему и отвечать за содеянное…
Пока я размышляла обо всем этом, у дверей, заслышав кашель Феди, появилась ещё одна фигура…
- Феденька, что ты там стоишь?! Тебя ещё больше продует!
Свекровь бросилась к ребёнку, не сразу меня заметив. По выражению её лица, по ласковым жестам было легко предположить, что этот Федя для неё – центр Вселенной…
Не сдержавшись, я хмыкнула. Подумала о том, что от моих детей, своих законных внуков, она легко отказалась ради нажитого где-то на стороне мальчика!
Укрывала его здесь, не пускала нас к себе…
Сорвавшийся с моих губ звук заставил её резко поднять голову.
Увидев меня, Мария Павловна побелела.
- Аня? Откуда ты здесь?
Я посмотрела на нее с разочарованием и презрением.
- Сема забыл дома телефон. И нет, Мария Павловна, мне не стыдно, что я прочитала ваши сообщения и приехала вместо него. Стыдно тут должно быть вам!
- Да что ты понимаешь! – прошипела она в ответ и, взяв мальчика за плечи, развернула так, чтобы направить обратно в дом. – Феденька, иди поиграй, пока я тут разговариваю…
Но он заупрямился. Вырвался из её рук, снова посмотрел на меня, с вызовом бросив…
- Не пойду! Не пойду никуда, пока она не скажет, кто она такая!
Она тыкнул в меня пальцем. Этот возмутительный, невоспитанный жест вкупе со злостью на свекровь за то, что она устроила в своем доме какую-то богадельню, а то и пристанище для разврата, заставили меня все же сказать…
- Я – жена твоего папы.
Свекровь испуганно зажала ребёнку уши.
- Что ты говоришь такое! – накинулась она на меня.
- А разве я говорю неправду? – парировала холодно.
Федя, тем временем, снова отмахнулся от свекровушки. Зло топнул ногой…
- Врете вы все! Только моя мама может быть женой папы!
Я мысленно отметила – значит, мать у ребёнка имеется. Не сирота, оставшийся один после случайной связи на стороне.
А это значит…
Что у моего мужа была полноценная вторая семья.
От этой мысли меня затошнило.
Я сухо ответила:
- А что же тогда папа с вами не живёт?
Мальчик потрясенно застыл, словно обдумывая мои слова. Свекровь нервно подскочила на месте, злобно на меня уставилась…
А в следующую секунду вылетела за порог, захлопнув за собой дверь дома, чтобы ребёнок остался внутри, а мы с ней – снаружи.
- Как ты смеешь такое говорить Феденьке?! – стала она мне выговаривать. – Он обожает Сему!
Я опалила её презрением.
- Ну вы ведь не удосужились сказать ребёнку правду, пришлось мне. И встречный вопрос, Мария Павловна – как вы смеете устраивать в вашем доме бордель? Потворствовать изменам сына? Скрывать у себя его любовницу?!
- Что ты несёшь, дурная!
Я склонилась к ней, посмотрела прямо в глаза.
- Ну давайте, скажите мне, что мать ребёнка тут не живёт. Что Сема не приезжает сюда, к вам, чтобы с ней покувыркаться… А это и есть бордель!
Она то краснела, то бледнела, но возразить не смела, чем только подтверждала мои слова.
Наконец она прохрипела в ответ.
- Вы с Семой сами в своих отношениях разбирайтесь! А Феденьку не тронь, он для меня свет в оконце, ясно?! Особенно после того, как ты у меня внуков отобрала, мерзавка!