Развод. Разбитые мечты

Эпилог. Три месяца спустя

Стою с букетом в руках, вцепившись в него, как в спасательный круг. Ладони поют, пальцы болят от напряжения. Сама не понимаю, почему так нервничаю. Ведь прошло три чудесных месяца! Мы прожили их, что называется, душа в душу. Только глубже привязываясь друг к другу.

После того как Габриэль не дал мне сбежать, мы долго сидели в гостиной, общались. Он крепко сжимал мою ладонь. Мы говорили искренне. О своих сомнениях, страхах.

Габриэль тихо склонился ко мне, прижал к себе и прошептал: — Мы справимся. Будем вместе, невзирая ни на что.

В тот же вечер мы вернулись в его квартиру. И просто начали жить вместе, по-настоящему. Теперь все было иначе. Мы ничего не скрывали друг от друга. Наше общение было теплым, искренним. Мы стали настоящей семьей.

Наши будни были наполнены запахом кофе по утрам, свежими круассанами на завтрак, но также заботами, детским плачем, бессонными ночами и сказками для дочки на ночь.

Я доверилась Габриэлю. Он доверился мне. Между нами не осталось ничего, кроме любви и света. Никаких подводных камней или скелетов в шкафу.

Однажды вечером, пока Арина засыпала, я рассказала Габриэлю всю правду об Анри. О его жестокости, моральной и физической. Изменах. О бесконечном одиночестве, которое я чувствовала рядом с тем человеком, которого когда-то любила. Это стало моим очищением. Выздоровлением.

Габриэль не прерывал. Я видела в его глазах и гнев, и сочувствие. Он смотрел на меня и с болью, и с любовью. С желанием стереть каждый мой страх.

— Ты больше никогда не будешь одна, — тихо сказал он, прижимая меня к себе. — Никто никогда не посмеет тебя обидеть. Я буду рядом. Всегда.

Он был очень заботливым, нежным. Готовил для меня, поправлял плед, если я засыпала днем в гостиной, забирал Арину утром, давая мне немного поспать. Постоянно дарил мне красивые нежные букеты цветов. Радовал сюрпризами. Я гладила его рубашки, с удовольствием экспериментировала с обеденными блюдами на кухне. Я обустраивала его квартиру под себя. И каждую ночь отдавалась ему со всей страстью, которая просыпалась во мне заново. А потом засыпала рядом с мужчиной, которого полюбила глубоко и по-настоящему.

Потом мы поехали на море. Короткий отпуск, пропитанный солью, солнцем и нашей любовью. Я буквально ожила. Чувствовала счастливой, свободной. Мы смеялись, бегали босиком по песку, ели фрукты прямо на пляже, Арина копалась в мокром песке.

Там, на берегу моря, Габриэль встал передо мной на одно колено и попросил стать его женой.

— Мы ведь… уже женаты, — ответила ошеломленно.

— Теперь все по-настоящему, Кира. Ты должна ответить.

Конечно же я сказала ДА.

— Хватит рефлексировать, — наклонившись ко мне, вырывает из счастливых воспоминаний Габриэль. — Гости ждут. Давай просто сделаем это, — добавляет с мягкой усмешкой. — И даже попробуем получить удовольствие.

Мы устроили праздник в большом загородном отеле. Красивое убранство, море шампанского и большое уединенное шале для новобрачных. Пригласили друзей и близких. Даже Каролину. Я понимала, что наше общение неизбежно. Как и то, что Каролина обязательно испортит нам этот день ложкой дегтя.

Она стоит сейчас вдалеке от гостей, рядом со своей “Оленькой”, с каменным лицом.

Я невольно выдыхаю, фыркнув:

— Конечно, дорогой. Я уверена, что будет очень весело.

— Ты моя любимая язвочка. Прости, я не мог не пригласить ее, — кивает на мать. — Зачем притащилась Ольга — понятия не имею.

— Успокойся. Мне все равно.

На самом деле нет. Я все еще ревную. У них ведь была короткая связь. Только не понимаю, почему Андреева не может успокоиться? Ведь все давно в прошлом, а Габриэль четко дал понять, что выбрал меня. Доходчивее просто быть не может!

Несмотря на нашу пикировку, я действительно счастлива. Такие моменты добавляют чуть-чуть остроты. Потому что много ванили тоже не совсем хорошо… У нас ее очень много, правда-правда! Мы утопаем в нежности друг к другу! Иногда я даже думаю, это потому что природа — гений равновесия. Подарила мне самого лучшего мужчину на Земле, за все мои прошлые страдания…

Габриэль смотрит на меня с такой уверенностью, с такой любовью! Сразу кажется, что нет того ужасного прошлого. Моих страхов. Ужасных отношений со свекровью, которая никогда не простит мне, что я вышла замуж за ее сына. Снова.

Когда он так смотрит, для меня нет никого и ничего.

Только мы двое.

— Что такое, малыш?

— Я просто думала о твоей маме.

— Судя по тому, как ты сжала букет, хорошо, что она сейчас не рядом, а в зале.

Я с трудом рассмеялась. Коротко, нервно, но облегченно. Немного ослабила хватку на букетных стеблях, чувствуя, как пальцы понемногу оттаивают.

Мы выходим в зал. Ведущая церемонии начинает свою речь. Ее голос торжественный, ровный. Вокруг нас гости, красивое убранство. За окнами солнечные лучи сменяются тучами. Кажется, будет дождь. Но это даже к лучшему. Я обожаю дождливую погоду.

Марина украдкой утирает глаза. Мы еще больше сдружились за последнее время, я даже поделилась с ней своей непростой историей. Она была в шоке. В ужасе. Сказала, что я очень сильная. Что она гордится мной. Это было приятно. Особенно то, что больше не надо было что-то скрывать. Больше никакой фикции. Только правда.

Подруга обнимает меня крепко: — Какая ты красивая сегодня!

— Только сегодня? — смеюсь в ответ.

— Ты всегда прекрасна, но сегодня — сияешь! Светишься! Я так рада за тебя, Кира… Ты заслужила это счастье.

— Спасибо, дорогая.

Еще я пригласила свою подругу Марианну, вместе с мужем. Мы с ней тоже пару раз встречались за последние месяцы, и ей я тоже рассказала… все. Вяземская была в шоке. Она обрушилась сначала с обидами.

— Я бы тебе помогла, Кира! Мы же подруги! Когда-то и ты когда-то протянула мне руку помощи! Почему ты не позвонила?

— Прости. Мне было слишком плохо.

— А мне — сейчас. Я чувствую себя паршивой подругой!

— Не думай так, прошу. Знаешь, я до конца не верю, что все что сейчас — наяву. Я так счастлива!

— Это самое главное…

Сейчас на глазах Марианны вижу слезы. Знаю, что она очень рада за меня. Она сама прошла через тяжелый развод, недопонимания, и чудовищные интриги. Но воссоединилась с мужем.

Габриэль берет мою руку, надевает кольцо.

— Я безумно люблю тебя, Кира. И хочу всегда быть рядом с тобой.

Все во мне откликается на эти слова.

У нас получается хороший праздник. По-настоящему душевный. Даже Каролина умудрилась ничего не испортить. Она и Ольга быстро покинули мероприятие.

Позже, когда все закончилось, мы остались на веранде своего огромного домика для молодоженов вдвоем. Вокруг стена дождя. Он собирался весь день, подкапывал, но в полную силу вошел только сейчас.

Тишина между нами была не гнетущей, а теплой, наполненной.

Я повернулась к Габриэлю, встретилась взглядом. И в этом взгляде было все. Вся дорога, которую мы прошли. Вся боль. Вся нежность.

— Я люблю тебя, — прошептала, трепеща, и его губы нашли мои.

*********

Спустя два месяца после “свадьбы” я стала чувствовать слабость, тошноту. Все время хотелось спать. Сначала списывала на погоду. Зима пришла рано. И сразу много снега.

Но потом догадалась сделать тест, ни на что особо не надеясь. Я смотрела на полоски, как на чудо.

Опустилась на кровать. Не знала, смеяться или плакать.

— Все хорошо? — Габриэль зашел в комнату. Остановился, глядя на меня. — Ты странно выглядишь. Я подняла взгляд, растерянная. Он присел рядом, взял за руки.

— Я записал тебя к отличному специалисту.

— А я сегодня уже выяснила свой диагноз.

— Что?

Показываю ему тест…

Он замирает. А потом… Улыбнулся счастливой, мальчишеской улыбкой. Выглядел как человек, которому только что подарили вселенную.

— Серьезно?.. — Да. Он прижал меня к себе, гладя по волосам, и прошептал: — Спасибо… Спасибо тебе. За все.

Через семь месяцев у нас родился сын. Петр. С первого дня было понятно, что он — копия Габриэля. Даже глаза, те самые, кофейные, глубокие.

Арина стала заботливой сестрой. А я — самой счастливой на свете женщиной. мы переехали за город, купили большой дом, завели спаниеля Тобиаса. Я увлеклась садом, реализовывала свои идеи, сажала, полола. Не только цветы, но и ягоды, овощи. Дел всегда хватало. Уютные качели в саду. Мастерская — Габриэль очень любил рисовать. Иногда ему надо было побыть одному и это стало его местом силы.

Елена так и осталась нашей няней. Еще появилась помощница по дому, Людмила Сергеевна. Все были дружными, приветливыми.

Самыми волшебными для меня моментами было наблюдать, как Габриэль держит на руках нашего маленького сына. Петр часто капризничал, но на руках отца — затихал.

Габриэль держал его, прижимал к себе, шептал ему что-то на ухо. Я смотрела на них затаив дыхание. Иногда даже слезы текли щекам. Но не горечи, а очищения.

Марина стала крестной Петра. Каждый раз, приезжая к нам в гости, они смеялась: — Копия своего отца! Просто копия!

Марианна тоже навещала нередко. А мы ездили с удовольствием в гости к Вяземским.

— О чем задумалась, красавица? — муж подходит, обнимает меня. Забирает Петю, которого я только что покормила. Держит как нужно, столбиком. Малыш отрыгивает.

— О том, как я счастлива. И как сильно тебя люблю.

— Самый лучшие слова, любимая. Спасибо тебе за них.