Наконец-то я успокоилась и сразу решила слезть с колен Батисто. Он отпустил меня. Мне даже показалось слишком легко. Но не стоит об этом. Он обещал помочь, это главное.
— Спасибо, — я склонила голову перед графом, как рабыня перед своим хозяином.
Выгляжу я, наверное, сейчас как истеричка. Глаза красные, невысохшие слёзы на щеках.
— Пожалуйста, — ответил Порте, встал и предложил мне платок.
Благодарно кивнув, я взяла его в руки и вытерла слёзы.
— Садись, — указал граф на кресло, где мы с ним только что сидели вдвоём. Причём он это сказал таким тоном, как будто только что не он меня держал на коленях и утешал.
Хотя мне ли сейчас предъявлять претензии? Воспитанные люди не ведут себя так, как я. Я присела в кресло, но посмотреть на графа, который уселся напротив, сил не было. Стыдно. Оттого, что я устроила истерику, и оттого, что предложила себя в качестве расплаты.
— Алекса, давай сделаем так. Ты сейчас пойдёшь домой…
— Собирать вещи? — я опустила голову ещё ниже.
Платок графа всё ещё был в моих руках. Белоснежный с изящным кружевом и вышитыми на нём буквами: БП. Вдруг я поняла, что Порте молчит. Я удивлённо посмотрела на него.
Граф смотрел на меня с грустной усмешкой.
— Нет, Алекса. Ты с сыном будешь жить отдельно.
— Но как же? — уставилась я на графа удивлённо. — Вы же сами говорили.
— Говорил, — согласился Порте. — Но сейчас не время переезжать ко мне. Ты же видишь я живу не один.
Так не сейчас, значит, потом? Может, граф хочет снять другой дом? А вдруг я всё не так поняла, и та женщина, что встретила меня родственница графа? Хотя ничего не понимаю, он же при нашей второй встрече предложил жить у него. Неужели он блефовал? Проверял меня?
— А что я буду должна вам за помощь? — голос мой дрогнул, и я насторожилась.
Не иду ли я своими ногами в пасть к дракону?
— Сделаешь мне защитный артефакт, такой же, как ты сделала своему сыну, когда он его защитил при первом покушении.
Так легко? За возвращение сына всего лишь артефакт?
— Хорошо, — кивнула я. — Я сделаю. А когда Райн будет со мной?
— Если получится, то приведу сегодня, — встал граф с места. — Тебе пора, Алекса, иди домой, готовься встречать сына.
Первым порывом было сползти с кресла и упасть на колени перед Порте за то, что он мне сейчас сказал. Слёзы счастья уже готовы были вновь потечь рекой по щекам, но я, видя, что граф ждёт, когда я уйду, затолкала все свои эмоции поглубже. Но всё равно не смогла устоять.
Я подскочила с места в одном порыве и, приблизившись к графу, поцеловала его в щёку. Затем отстранилась, и щёки мои запылали от проявленной смелости, я прислонила к ним холодные ладони и с ужасом уставилась на Батисто.
Надо бежать!
Я сделала всего лишь шаг к выходу, как была поймана графом.
— Алекса, что же ты со мной делаешь? — прошептал он и впился в мои губы поцелуем.
Нежный, страстный, надёжный, сильный. Тот кто поможет мне и сдержит своё слово. Тот, кто не собирался воспользоваться моим телом, но почему-то сейчас прижимает меня к себе, как нечто драгоценное и хрупкое. В каждом его касании губ я чувствую не только страсть, но нежность и заботу.
Граф первый отпрянул от меня. Я, опустив взгляд, стояла, боясь пошевелиться.
— Мне пора идти, — сказал Порте хриплым голосом, от которого дрожь прошлась по моему телу. — Если няня умерла, есть вариант, что оберегов у твоего сына почти не осталось.
Сердце моё всколыхнулось.
Ну что же я творю? Лезу целоваться к графу, когда он попросил меня уйти! Щёки запылали ещё сильнее.
— Спасибо вам большое, — поклонилась я. — Я пойду, — поклонилась я ещё раз. — Я сделаю вам самый лучший защитный артефакт, — ещё раз поклонившись, я ринулась к двери.
Там в прихожей меня уже ждала хозяйка дома. Она подала мне верхнюю одежду. Я оделась, быстро выскочила за дверь и пошла к таверне, но потом остановилась, повернулась и пошла к своему дому.
Нет! Мне надо найти нам с Райном новое жильё, в таверне много людей, может, кто-нибудь знает того, кто сдаёт комнаты в аренду.
Я снова пошла в таверну, а потом остановилась, ошарашенная осознанием.
Я так долго боролась за сына, мечтала о том, как он окажется рядом со мной, а сейчас просто не знаю, куда бежать и что делать. Сердце грохотало в груди, в ушах звенело от адреналина.
Мой сын будет со мной! Какое же это счастье!