Ритм, аккорд и Малыхин

Глава 25

Мы были в Антверпене на последнем концерте тура. The Cloud Collision собирались выступить на бис, Эли с Горди болтали с фанатами, а Мейсон составлял мне компанию за торговым лотком.

— Почему ты выглядишь так, будто снова узнала, что тот парень Культи женился? — спросил он громким шепотом.

Мейсон действительно был рядом, когда я узнала, что моя давняя любовь — известный немецкий футболист Райан Культи женился на какой-то актрисульке. Мне тогда было пятнадцать, и эта новость стала буквально разочарованием года.

— Грущу, что тур заканчивается.

Мейсон пожал плечами.

— Но было весело, да?

Я кивнула.

Мейсон глупо усмехнулся.

— Тебе повезло съездить на гастроли с самыми привлекательными мужчинами всего прогрессивного челов…

— Это уже перебор.

Он нахмурился, но почесал дальше:

— Повидать кенгуру…

— И то, как он тебя пнул…

— Увидеть, как к твоему брату клеился трансгендер…

Я поморщилась.

— По-моему, ты перепутал себя с Эли.

Мейсон отмахнулся и продолжил гнуть свое:

— Посетить кучу скучных музеев…

Я застонала. У нас с ним были разные представления о том, что считать весельем.

— И встретила своего Сашку-обнимашку, — проворковал он, по-идиотски хлопая ресницами.

Я язвительно улыбнулась.

— Ты кое-что забыл.

— Как Картер порвал джинсы в Стокгольме?

— Не-а.

— Как Джулиану и Эли отсосала одна девчонка с разницей в час?

Меня замутило от отвращения. Оба парня жутко злились, но Джулиан больше, так как он был вторым.

— Нет.

Мейсон прищурился.

— Что тогда?

— В этом туре я впервые ударила тебя по яйцам.

Я замахнулась, целясь ему в пах, и Мейсон, смеясь, он отпрыгнул подальше.

— Хорошо, я отменил свадьбу. Ты, психопатка!

Его крик заглушила громкая музыка. The Cloud Collision вернулись на сцену, чтобы исполнить две последние песни. Я три месяца почти каждый день слушала их выступления, и, наверное, могла спеть или сыграть по памяти каждую композицию, даже учитывая, что не владела ни одним музыкальным инструментом.

Сердце заныло при мысли, что это последний раз, когда я слышу парней вживую. Я с большой неохотой согласилась поехать в этот тур, — в основном, чтобы отвлечься от проблем, — а теперь грущу, что все заканчивается.

Такого я предвидеть не могла.

— Осталась пара песен, Антверпен! Но прежде мы бы хотели поблагодарить всех, кто пришел на последний концерт нашего тура! Это были сумасшедшие три месяца с нашими друзьями из Ghost Orchid, которые терпели нас. Спасибо всем нашим помощникам, всей нашей команде и особенно, — Саша прижал руку к сердцу и игриво улыбнулся, — моей прекрасной девушке Габи. Она — лучшее, что появилось в этом мире со времен изобретения кондиционера!

Зал взорвался, люди свистели и кричали.

Саша указал на зрителей.

— Вы готовы?

— ДА!

Он спрыгнул с колонки, когда парни заиграли вступление к предпоследней песне, а я застыла, открыв рот.

«Я — лучшее, что появилось в этом мире со времен изобретения кондиционера? Кондиционер дарит прохладу. А прохладу любят все!»

Моя улыбка, наверное, могла посоперничать за титул самой дурацкой улыбки года. Именно в этот момент я решила, что не позволю хоть чего-нибудь встать между мной и Сашей. Будет только он. Он конец моего начала и наоборот.

Спустя час мы все собрались на улице у концертного зала. Парни, взмокшие и вонючие, как грязные носки, наконец-то закончили раздавать автографы, и Саша подошел ко мне. Судя по самодовольному виду, он хорошо понимал, какой эффект на меня произвели его слова со сцены.

— Я люблю кондиционеры, — немедля сообщила я, переплетая наши пальцы.

Саша улыбнулся так же широко, как я несколько минут назад.

— Я тоже, принцесса. Я тоже.

Через двадцать четыре часа между нами окажутся тысячи миль. Но расстояние не имеет значения, когда я так сильно любила Сашу.

Почти так же сильно, как кондиционеры, которые дарят прохладу.