Рыбак для пылкой русалочки

Глава 11

Экскурсии! Влада совсем забыла о том, что куда-то записалась. И теперь судорожно пыталась вспомнить, на что потратила столько денег. С огромным трудом уговорив Бориса отпустить ее в номер, чтобы переодеться, тем не менее пышечка дала обещание, что наденет что-то сексуальное.

Вернувшись в номер, девушка какое-то время смотрела на мобильный. Мама не звонила, не писала. На душе скребли кошки. Но Владислава не испытывала желания перезванивать.

После того, как с ее матерью говорил Петровский, внутри что-то начало меняться. Дёрнулось, но пока еще слабо. Жажда свободы. Желание взять за себя ответственность за свою жизнь. Но…

— Он постоянно в меня кончает… — сокрушалась девушка, заходя в душ, — а я разрешаю. И мне нравится. Такая безответственная!

Мельком глянув в зеркало, пышечка улыбнулась. На ее круглых щёчках рассыпался румянец. А кожа будто светилась. Сияла. По венам девушки текло счастье.

Борис внезапно свалился на её голову и занял все мысли. Она была влюблена по уши. И все страхи, которые в ней поселила мать, стремительно улетучивались.

Ополоснувшись, девушка, вышла и надела красивое голубое платье. С довольно открытым декольте и юбкой-колокол чуть ниже колена. Ткань приятно прилегала к телу. Откуда Борис знает такие места с одеждой? Водил туда кого-то до неё?

Ревность, словно комар, уколола девушку. Но Влада прихлопнула его.

Она чувствовала душевный подъем. Наверняка такой и нужно быть в отпуске, правда? Довольной! Яркой! Улыбка так норовила залезть на губы.

Петровский в это время спорил с родной кровинушкой.

— Я не хочу! — Лиза уперла руки в бока, сурово сверкая глазами.

— Придется, Лизок, — вздохнул Борис, — ради твоей же безопасности.

— Ты сказал, что они уже летят в Москву…

— Их пока задержали, но я не уверен, что Тамергиев не послал еще кого-нибудь. Ты должна быть у меня на виду, — прорычал Петровский.

Лиза понимала, что отец прав. Но ей совершенно не хотелось ехать на рынок фруктов и ананасовую ферму. Она уже налопалась этих ананасов на год вперед. Почему-то Лизоньке вдруг отчаянно понадобилось остаться с Арком наедине.

— Твоя русалка красивая, — протянула она, — такая милая. И что дальше?

— В смысле? — Борис надел белые мятые брюки и рубашку, подчеркивающую мощные бицепсы.

— Когда мы домой вернемся, — протянула дочка, — Влада же из другого города. Как вы планируете поддерживать связь? Она переедет к нам?

Ответа ни на один вопрос Петровский пока не знал. Да и зачем обременять себя бытовыми мыслями? Как придет время, он увезет русалку к себе. Он был уверен, что девушка не откажет.

— Ты выглядишь влюбленным, — вздохнула Лиза, — хотела бы и я когда-нибудь так влюбиться.

— Какие твои годы? — мужчина обнял дочь, — тебе всего восемнадцать. Налюбишься еще, поверь мне.

— Арк тоже из глубинки, — почти себе под нос прошептала девушка.

— Чем тебе Петька не угодил? — не понял Борис, — отличный парень. Перспективный.

— Папа! — гаркнула Лиза, — ну не люблю я его, как ты не понимаешь? Петя отличный друг.

— Бедные мужики, — театрально вздохнул Петровский, — все дружно сидят во френдзоне.

— Не староват ты для таких словечек, папуля? — ухмыльнулась Лизонька, показывая отцу язык.

— Твой отец — самый современный отец на свете! — он схватил Лизу и начал щекотать.

Внизу уже собрались туристы. Костик не находил себе места. Он ждал Владу. Конечно, огромный мужик подле неё напрягал парня, но гид уже просто не мог держать свой член в штанах.

Он вчера даже вызвал себе местную шлюху, которая оказалась с сюрпризом. С большим таким сюрпризом между ног. В общем, вышел небольшой казус и Костя быстро остыл к тайским проституткам.

Но пышная нимфа не давала ему покоя. Когда Петровский вышел в холл отеля, он одарил гида уничтожающим взглядом. Ничего! У Костика был план. Немного шаткий, но всё же.

Все уже собрались, миниавтобус ждал группу туристов.

И когда все уже было начали нервничать, по лестнице спустилась ОНА. Петровский, Костик и все мужики в отеле мгновенно пустили слюни. Лиза присвистнула.

Влада выглядела, как будто сошла с обложки журнала пятидесятых. Распущенные темно-каштановые волосы нежными локонами ниспадали на плечи. Красная помада делала её губы невероятно притягательными. На ножках у прекрасной нимфы — скромные босоножки на невысоком каблучке.

У Петровского, Костика и других мужчин мгновенно напрягся пах.

— Моя русалочка… — глотая слюни, прошептал Борис.

Он даже не заметил, что к ним присоединился Аркадий и схватил его дочь за руку. А Лиза не сопротивлялась. Влада, увидев Бориса, зарделась. Она впервые получала такое количество внимания.

— Ты невероятно красивая, — прохрипел Петровский, одним движением привлекая к себе девушку.

Все мужики поняли этот собственнический жест. Кроме Костика. Гид скрипел зубами от ярости. Эта юбочка дала волю его фантазии. Он был уверен, что под ней невероятно вкусно.

Но пока он пожирал глазами Владу, его самого сжигал взглядом Петровский. Борис бесился от того, как этот молокосос смотрит на его русалку. Она принадлежит ему, черт побери!

— Привет! — Влада улыбнулась Аркадию, — мы не знакомы ведь…

Знакомство с Борисом меняло Владиславу. Она вдруг перестала бояться. Ей захотелось проявлять инициативу, даже знакомиться с новыми людьми. Улыбаться им, узнавать их. Арк оказался приятным парнем. И русалочка не совсем понимала такой агрессии Бориса. Ведь Лизоньке мажор очевидно, очень нравится…

Увидев, как мажор держит Лизу за руку, Борис напрягся. Хотя его дочь и говорила о том, что они лишь друзья, мужчина явно видел, с какой нежностью Аркадий смотрит на девушку.

— Боря… — шепнула Влада, когда туристы расселись по микроавтобусу.

Конечно же, Петровский заграбастал девушку себе. Лиза с Арком сели сзади. Влада поражалась, какой податливой становилась Лизонька. Она очень ей понравилась. И очевидно, этот молодой парень приятен дочери Бориса.

— М? — Петровский постоянно касался своей русалки.

Обнимал, целовал. Бесил Костика, наслаждался сам. Невероятно, как присутствие этой красавицы превращало скучное начало экскурсии в увлекательное путешествие.

— Почему ты так реагируешь на Аркашу? — машина тронулась, и рука Петровского мгновенно скользнула под юбку девушки, — Боря!

— Я хочу тебя, — рыкнул он, лизнув ушко русалочки.

— Не здесь же!

Мужчина нехотя убрал ладонь. Хотя жар между ножек его девочки говорил ему о том, что она ждет его. Ох, как он хотел погрузиться в её горячую плоть! Член дернулся в брюках.

— Просто он ей не пара, — наконец-то ответил на вопрос.

— С чего ты так решил? — Влада с любопытством хлопала пышными ресницами.

Она облизала губки, а Петровский просто с ума сходил. Ему срочно нужно поиметь этот ротик. Вот так, не размазывая помаду. В самое горло его русалки. Чтобы она смотрела на него снизу вверх. Покорная.

— Сука… — выругался еле слышно.

— Итак, дорогие гости! — Костик так заорал в микрофон, что все дружно подпрыгнули, — давайте, я расскажу вам о том, что нас ждет на сегодняшней экскурсии!

Им предстояло доехать до ананасовой фермы, закупиться фруктами и узнать, как принято их выращивать. Но Петровский не любил ананасы. Он любил персики. Розовый сладкий персик своей Влады он был готов лизать круглосуточно.

А еще дыни. Но они, вроде как не фрукты, а ягоды. Или овощи? Или всё-таки фрукты? В общем, мужчина плевать хотел на систематику растений. Просто хотел сосать сладкие дыньки русалочки.

На улице было безумно жарко и влажно. Борис ни на миг не отпускал руку Владиславы. Сжимал ее маленькую ладошку и тащился. Костя же старался держаться поближе к нимфе в голубом. Он чувствовал себя настоящим героем. Хотел спасти принцессу из лап чудовища по фамилии Петровский.

И плевать, что она явно не горит желанием быть спасенной. Гид был уверен, что один раз потрогав его член, Влада не устоит.

А вот русалочке было интересно. Как выращивают ананасы, хранят и перевозят. Она с воодушевлением смотрела вокруг. И когда рассказ приятной женщины-работницы фермы подошел к концу, даже немного расстроилась.

А Петровский тоже тащился. Ему было пофиг, что там с ананасами. Но видеть свою русалочку такой счастливой… он наслаждался её близостью. И пусть хоть на ферму с крокодилами отправят!

И когда они возвращались к машине, Борис не выдержал. Он прижал Владу к себе и впился в ее губы.

— Моя сладкая… ох… — рычал, затем целовал, — трахнуть тебя хочу…

— Боря! — Влада не сопротивлялась, скорее наоборот.

Ей было немного неловко, ведь Петровский пожирал её губы. Но…

— Ой! А где молодежь? — эти слова остудили Бориса.

Он осмотрелся. И правда. Туристы стояли небольшими группками. Кто-то уже лопал купленные фрукты, кто-то общался. В душе мужчины начала подниматься тревога. Неужели…

Он отпустил Владу и уже ринулся было спасать дочь, но тут из ближайших кустов вышли Лизонька с Аркадием. Губы девушки были опухшие, а парень поправлял рубашку.

— Ах ты, паразит! — взревел Борис, затем ринулся на мажора.

Схватив того за грудки, приподнял парня над землей. Все вокруг разорались, создавали гул, который бесил Петровского. Где-то кричала Лиза. Но Борис дал себе слово, что не отдаст свою дочь этому провинциалу.

Да, Аркаша из хорошей зажиточной семьи. Но дочь Петровского — москвичка с перспективами. А этот дрищ…

— Боря! — лишь один голос был способен вырвать его из плена ярости.

Он бросил мажора. К тому тут же подбежала Лиза и другие туристы. А Влада смотрела на своего рыбака. Что это такое? Укор? Гнев? О, нет!

— Русалка… — выдохнул мужчина.

Влада медленно приблизилась. Затем обратилась к мажору.

— Ты в порядке?

— Да, — тот размял шею, — все окей.

— Боря, — девушка схватила мужчину за руку и под офигевшие взгляды остальной группы, потащила в машину.

Петровский чувствовал себя странно. Ему стыдно?

— В чем дело малыш? — он быстро вернул себе былую игривость.

Только вот его русалочка была зла. Она сурово глядела на него.

— Зачем ты его схватил? — в некогда нежном голосе зазвенела сталь, — он хороший парень и Лизе нравится.

— Милая моя… девочка моя… — он пытался подобрать слова, — прости, но это наше с Лизой дело.

Лишь ляпнув это, мужчина понял, что натворил. В глазах Влады вдруг возникла печаль. Глубокая. Между ними буквально выросла высоченная стена.

— Ладно, — тихо произнесла русалочка, — я поняла.

Затем отвернулась.

— Влада, — Петровский судорожно соображал, что ему делать и как исправить ситуацию.

Его милая нимфа обиделась?! Беда! Она была очень нежной. Петровский и подумать не мог, что обидит свою малышку. Черт! И как же теперь исправить ситуацию?