Рыбак для пылкой русалочки

Глава 8

Как только мерзкие мужчины подсели к Владе, она впала в ступор. Петровского как морской волной слизало, хотя еще секунду назад он ходил взад-вперед перед кафе и напряженно говорил по телефону.

— Какая ты сочная, — улыбнулся один мужик, не стесняясь, оглядывая округлости девушки, — это муж твой? И куда же он ушел?

Она глотала ртом воздух и не знала, что сказать. Надо их прогнать! Но тело предательски одеревенело. И даже, когда второй положил свою татуированную руку на ее талию, пышечка лишь булькнула.

Где же Петровский?!

Паника затмевала разум девушки. Два амбала скалились, от них несло перегаром и еще чем-то неприятным. Руки были жесткие, цепкие. Они стискивали ее нежную кожу через легкое летнее платье. И не давали возможности вырваться.

Отвращение.

Вот, что девушка испытывала. И жгучий страх, мешающий просто оттолкнуть.

— Ну что ты, красотка. Расслабься. Мы не кусаемся. Так что за мужик?

— Вы не могли бы отодвинуться и перестать меня трогать? — наконец-то нашлась, что ответить.

Но голос, очевидно, не был достаточно твердым. Так что хмыри лишь ухмыльнулись и плотнее сжали девушку.

— А то что, прелесть? — один из них уже почти вжимался во Владу.

Она попыталась вырвать руку, но сильные ручищи сжали ее запястье. Это было больно. Но здорово отрезвило. Так что Влада снова сделала попытку отпихнуть хмыря. Но второй поймал её и начал нагло лапать.

Тайка, до этого разносившая блюда другим клиентам, подбежала и заверещала что-то на своем. Она попыталась отодрать урода в пиджаке от девушки, но тот с легкостью оттолкнул официантку.

— Иди нахуй! И ебало завали! — прорычал он и та сморщилась.

Влада забыла, как дышать. Что вообще происходит? Её что, изнасилуют сейчас?!

Но официантка вдруг яростно свернула глазами и рванула куда-то в глубину кафе. А сердце Владиславы рухнуло в район коленок. Хмыри довольно оскалились.

— Продолжим…

Но договорить он не успел. За спиной мужика оказался Петровский и буквально выволок его за шкирку из-за стола. Борис вывернул руку бандита так сильно, что раздался хруст.

— АААА! Блядь! Ты что творишь?! — заорал хмырь.

Борис выглядел очень злым. Второй бандит тут же забыл про Владу и подскочил на месте, на ходу разворачиваясь и замахиваясь кулаком. Но Петровский был больше и сильнее. Один удар в челюсть и уже оба хмыря валяются на полу. Еще пара ударов и вот, один хватается за сломанную руку, а второй — за окровавленный нос.

— Передайте Тамергиеву, — прорычал Петровский, — что пусть уберет свои сальные лапы от моего бизнеса.

— Ты же понимаешь, — голос мужика в белой рубашке напоминал шипение змеи, — что Аслан не потерпит такого ответа. Ему нужен ваш кусок, БорисБорисыч.

Владе этот диалог напоминал скорочтение на китайском. Ничего не понятно. У Бориса проблемы с бизнесом? Эти мужики выглядят действительно угрожающе.

— Катитесь, пока я вам ребра не переломал. А Тамергиев пусть звонит мне лично. Еще раз увижу рядом с моей женщиной, отправитесь кормить рыб! Надеюсь, это понятно?! — рычал Петровский, нависая над хмырями высоченной горой.

Один из них сунул руку в карман, но второй остановил его. Там что, оружие?! Влада еле сдерживала панику. Её вдруг затошнило от стресса. Хмыри поднялись, отряхнулись и молча вышли.

Ну, почти молча. Тот, которому Петровский сломал руку, постоянно стонал.

— Ты в порядке, русалочка? — Борис обнял Владу, которая испуганно смотрела вслед бандитам.

— Не знаю… — прошептала она.

— Прости за это, — он потерся небритой щекой о нежный висок девушки, — я отвлёкся. Дурак. Нельзя было тебя одну оставлять.

— Кто это, Боря?

— Не бери в голову, милая. Давай поедим лучше, — губы Бориса вновь тронула беззаботная улыбка.

Только вот на душе у него скребли кошки.

Аслан Тамергиев владел крупнейшей сетью рыболовецких компаний в стране. Вылавливал неимоверное количество рыбы и поставлял ее в Японию и Корею. Такие, как Аслан, оставляли российские прилавки пустыми и задирали цены для простых людей.

Делец, совершенно нечистый на руку.

Очень опасный, крепко повязанный с силовыми структурами.

Когда Борис начинал, Тамергиев не обращал внимания на его контору. И Петровский расслабился. Думал, что самая крупная хищная рыба в бизнесе его не заметит. Но увы… тот объявился внезапно.

Петя звонил неспроста.

Помощник доложил, то Аслан искал Петровского. Приезжал лично. А потом начались проверки. С документами у компании Бориса все было относительно чисто.

Но там, где обычно «брали на лапу», вдруг появились честные. Петровский знал, что это значит. Тамергиев решил утопить бизнес Бориса и по-дешевке купить его. Либо вообще забрать бесплатно.

Но Петровский был бойцом по жизни. И просто так отдавать нажитое непосильным трудом не хотел. Но почему шавки Аслана вдруг объявились здесь? Пристали к его русалке?

Пока было непонятно. Но Борис не боялся. Он привык к подобным выходкам конкурентов.

А вот его русалочка вся дрожала. Такая слабая, нежная. Он испугался, когда увидел, как два хмыря сжимают сладкие булочки. Взбесился, понимая, что допустил ошибку сам.

Заметил, что на её запястье проявился алый след. Он коснулся руки девушки.

— Прости меня, русалка. Не думал, что случится такая хрень. Ты напугалась? Моя хорошая.

Влада не заметила, как по её щекам потекли слезы. Петровский ошарашенно уставился на девушку. Она плакала, а внутри Бориса поднимался гнев. Он разберется с Тамергиевым по-своему. Ведь у спокойного и уравновешенного Бориса Петровского тоже есть тузы в рукаве.

— Сейчас я кое-куда позвоню. И мы вернемся в отель. Хорошо? Закажем еды. Как думаешь?

Влада лишь кивнула.

— Не уходи, — пролепетала девушка.

— Я здесь, моя русалка. Ничего не бойся.

Но Влада боялась. Они с мамой смотрели достаточно криминальных сводок, чтобы понять: такие, как вышеупомянутый Тамергиев, не шутят.

Тем временем Петровский звонил. Одной рукой держал телефон, а второй свою русалочку.

— Привет, полковник, — ухмыльнулся Борис, — минутка есть для старого друга?

Он говорил долго и напряженно. Друг слушал молча. Петровский служил вместе с полковником полиции Иваном Заболотниковым, которому сейчас и звонил. Просил устранить двух упырей, пытавшихся испортить полный внезапного разврата отпуск Петровского.

— Ты же понимаешь, что Тамергиев взбесится? — спросил следователь.

— Ты, главное, устрани этих ушлепков. Они на мою женщину покусились. А еще я здесь с Лизой.

— Ты времени зря не теряешь, — низкий голос Заболотникова зазвучал саркастически.

— Да, — Борис нежно взглянул на Владу.

Такую ласковую, сладкую русалочку.

— Я сделаю, что ты просишь. Но берегись.

— Не нужно, Ваня, — ухмыльнулся Петровский, — я пуганый уже. Сам знаешь.

— Верно. Ну, хорошего отпуска.

Сбросив звонок, Петровский встал и отодвинул стул своей русалочки. Взяв девушку за руку, двинулся к официантке. Ведь именно она отвлекла его от разговора с Петей и указала на упырей.

Оставив ей щедрые чаевые, мужчина попросил приготовить обед и доставить к нему в номер.

— Боря… — тихо произнесла Влада, когда они шли к отелю, — у тебя проблемы с криминалом?

— Нет, милая, — он остановился, прижал девушку к себе, — работа такая.

— Это были уголовники, я знаю… видела, — прошептала она, зарываясь носом в широкую грудь мужчины.

— Просто шестерки, Влада, — серьезно произнес Петровский, — они лают, но не кусают. Я всё уже решил. Сегодня эти ребятки уже будут на пути в Москву, а оттуда — в следственный комитет.

— Ничего себе! — воскликнула она.

— Видишь? Я сильный и смогу защитить тебя, — он шутливо поиграл бровями.

Влада все равно была напряжена. Это бесило Бориса. Но он знал пару способов, которыми можно расслабить его девочку. И от каждого из них у него вставал.

— Пошли в номер, Влада. Я поработаю с твоей сладкой киской.

Русалка не поверила своим ушам.

— Боря! Ты так спокоен…

— Если бы я нервничал каждый раз, когда мне угрожают, то был бы уже седым и страдал импотенцией.

— А как твоя дочь? Они её не тронут?

Петровский улыбнулся.

— Я отправил Лизе код три.

— Код три? — Влада снова не понимала.

— Да. Она у меня ученая. Код три значит — вернись в номер или квартиру и сиди тихо. До отмены.

— Ничего себе…

Лизонька и правда уже была в номере. Сообщение отца получила, когда гуляла с Аркадием по воскресному базару. Мажор вел себя спокойно, покупал девушке всё, что она хотела и не отсвечивал.

Лиза привыкла, что мужчины за нее платят. Так что принимала ухаживания спокойно.

Вернувшись, она включила телевизор и принялась поглощать купленные на базаре вкусняшки. И лишь на короткий миг её посетила странная мысль.

Жаль, что Арк не с ней…

Так она звала Аркашу. И ещё не поняла в полной мере, что этот парень уже проник в её сердечко.

А Влада порывалась пойти в свой номер. Петровский позволил ей это. Но лишь затем, чтобы проверить, доставили ли покупки.

Он чувствовал себя довольным как слон. Дарить подарки этой девушке сущее наслаждение. Приятно! Бодрит! И каждую из этих вещей он хотел с неё снять.

Убедившись, что фирменные пакеты на месте, Петровский схватил девушку за руку и снова утащил в свой номер.

Его дико возбуждала ее покорность.

— Влааада… — шептал, когда они наконец-то остались вдвоем.

— Боря… ты… опять?! — взвизгнула девушка, ощутив пальцы Бориса под трусиками.

— Не могу остановиться… — рычал мужчина, задирая подол, — сука… русалка… я схожу от тебя с ума.

Она тоже сходила с ума. Дневной инцидент стремительно тускнел на фоне ярких эмоций. Она снова текла. А у него снова стоял.

Но им помешала доставка еды и их воющие желудки. Так что, уютно расположившись на постели, парочка принялась обедать.

— Вот, попробуй, — Борис аккуратно подцепил кусочек акульего стейка, — открой ротик, моя девочка.

Его девочка. Владу никогда так не называли. Обычно над ней смеялись или общались сдержанно. Бывший регулярно зло шутил на тему её веса.

Ни один мужчина не считал пышечку милой или привлекательной. А она была красивой. Такой её видел Петровский.

И когда она открыла ротик, мужчина застонал.

— Что же ты делаешь… русалка… блядь…

Она прикрыла глаза от удовольствия. Мясо акулы напоминало рыбу, но с немного иным привкусом. Ей вдруг захотелось покормить своего большого рыбака.

Она протянула ему кальмара. Мужчина быстро его слопал.

— Спасибо, что защитил меня, — она потерла запястье, на котором все еще виднелись красные следы лапищ хмыря.

— Я не дам тебя в обиду. Запомни это, Влада, — серьезно произнес мужчина.

Они продолжили трапезу. До вечера болтали обо всём. Но слова Петровского засели в голове пышечки. Он не позволит никому навредить своей малышке…

А ей очень хотелось понять свой статус в глазах Бориса.

Но девушка стеснялась задать этот вопрос. Лишь ловила намеки. Конечно, после окончания отпуска они оба разъедутся по своим городам. Петровский был из Москвы.

И казался девушке из небольшого провинциального города еще более недосягаемым. Он не спрашивал, откуда она. Ведь их роман лишь на две недели.

Но то, как Петровский касался, Влада никогда не забудет. Она с горечью понимала, что лишь её рыбак способен вызвать в ней такой огонь. Она вернется домой, к обычным мужикам без перспектив.

Может, выйдет замуж за какого-нибудь работягу. Нарожает ему детей. Вздохнула, понимая, что эти чувства её раздавят.

— Почему ты грустишь, моя девочка? — муркнул Петровский заметив, что его пышечка снова ушла в себя.

— Всё в порядке! Не обращай внимания! — она улыбнулась.

— Я не могу не обращать, — он крепко обнял девушку, — моя девочка не должна грустить. Я знаю, как тебя развеселить!

— Как?

— Уже темно. В бассейне в это время никого, — голос Бориса стал ниже.

Он был возбужден. Хотел её. Безумно.

— Но… — девушка не заметила, как Петровский снова увлек её за собой.

— Сейчас ты идешь в номер, надеваешь тот чудо-купальник голубой.

— Он бирюзовый, Боря! — поправила Влада.

— Похеру. Ты облачишь своих девочек в него… а потом мы пойдем плавать…