Северная Академия. Претендентка на гильотину

— Ты хочешь сказать, что нам может что-то помешать быть вместе? — напряженно спросил я.

Глава 88

Ситуация была щекотливая, мне совсем не хотелось вводить девчонку в заблуждение по поводу моих чувств к ней, но если не было иного способа подобраться к ее тайнам, то я готов был рискнуть.

— Безусловно! — ответила она, косвенно подтверждая свою вину. — Вряд ли Ваша семья, господин Веймор, будет рада меня видеть в качестве Вашей избранницы!

Точнее не скажешь! Определенно, моего отца хватил бы удар, узнай он подобную новость. Но вся беда состояла в том, что глубоко внутри я был уже согласен пойти на этот решительный шаг. Сам не понял, как попал в собственную ловушку. Ведь мог сейчас пойти дальше, мог соблазнить ее, дойти до самого конца. Но нет, не позволил себе обидеть ее, опорочить! И стоило ли оно того? Стоила ли сидящая передо мной и пышущая праведным гневом тенерийская шпионка столь благородного с моей стороны поступка?

— Любимая, доверься мне! Я уничтожу все преграды, стоящие между нами! — пылко уверял я, целуя ее пальчики. — Если это единственные причины, которые разделяют нас, то мы с легкостью их преодолеем.

Эти слова дались мне легко, я искренне поверил в то, что говорил. Вдруг в голове нарисовалась неожиданная картина, где Айлин признается мне во всех своих преступлениях, раскаивается, и мы вместе начинаем строить свое счастливое будущее. В этот момент я ясно понял, что именно с ней смогу быть счастлив, ради того, чтобы эта женщина была рядом, могу свернуть горы. И этому не стоило удивляться, только такая таинственная, изворотливая, коварная шпионка и могла засесть занозой в сердце капитану гвардейцев Лавийской империи. Осознание собственных чувств наполнило меня решительностью.

И тут студентка вновь напряглась. Казалось, что она даже побледнела. Коснувшись своей ладони, она быстро излечила ее. Девушка резко поднялась из кресла и произнесла:

— Не думаю, что это в Ваших силах, Брайан, — и покинула мою комнату.

На полу у моих ног осталась лежать алая роза с окровавленными шипами. Цветок очень напоминал Айлин, которую он уколол. Пока я наслаждался ее гибким телом, она выпустила свои шипы, практически заставив меня признаться ей в любви, а затем ранила мое самолюбие.

«Не думаю, что это в Ваших силах!» — набатом звучало в моей голове.

Да я практически сделал ей предложение руки и сердца! За кого она меня держит, если так открыто сомневается в моих возможностях! Или это очередная попытка замотивировать меня для участия в организуемой ею следующей операции? И надо признать, у нее это неплохо выходило. Я уже был готов на все, чтобы доказать ей свои практически безграничные возможности, подключая для этого всех гвардейцев, связи, положение в обществе и преимущества своего знатного происхождения! Браво, Айлин! Тебе вновь почти удалось одурачить опытного капитана гвардейцев! И это окончательно взбесило меня!

Айлин

— Айлин, где ты ходишь? — возмутилась моим опозданием Мадина, стоило мне только переступить порог нашей комнаты.

Кроме соседки и нашего солнечного друга, там меня ожидали еще Ифа и трое пятикурсников — Харольд, Оливер и Джонатан.

— И тебе добрый вечер, — огрызнулась я, чем ввела всех в ступор.

— И что у нас Брайан такого натворил, что ты так злишься? — как всегда, прямолинейно спросил Мэтт.

«Как ни странно, но вынужден признать, что чешуйчатые морды правы, предлагая сожрать твоего солдафона! Или, на крайний случай, позволь мне его покусать!» — попросил Верный, крутившийся возле меня.

— Он тебя обидел? — напряженно спросил Харольд, внимательно следя за моей мимикой, остальные предпочли молча дождаться ответа.

Обидеть — это значит, совершить действия над кем-то, без его на то позволения. Вот только я ни чуточку не возражала против действий капитана. И нужно набраться смелости и признаться хотя бы самой себе, что еще и получала удовольствие от его поступка.

— Никто меня не обижал! — замотав головой, раздраженно ответила я громче, чем следовало бы. — Просто между нами вполне закономерно обнаружились некоторые различия.

— Этот напыщенный болван указал на отсутствие у тебя положения в великосветском обществе? — негодовала Ифа.

Возмущенные подруги подскочили ко мне и стали обнимать в знак поддержки.

— Это я ткнула капитана в наше неравенство и попрекнула Брайана его титулом, — грустно промямлила я.

От изумления друзья замолчали.

— Только ты, Айлин, можешь выказывать недовольство кавалеру, все прегрешение которого состоит в знатности его рода! — «похвалила» меня Мадина, как только обрела способность говорить.

— Айлин, не стоит так расстраиваться. Если ты повнимательнее посмотришь по сторонам, то с удивлением обнаружишь немало молодых людей, выгодно отличающихся отсутствием каких-либо титулов и влиятельных родственников, — с очень серьезным видом заявил Оливер, коварно мне подмигнув.

Я лишь грустно улыбнулась ему в ответ. И, действительно, зачем нужно было так себя накручивать из-за пустяка. Что может быть удивительного в том, что капитан гвардейцев, привыкший к повышенному вниманию столичных барышень, от скуки решил приударить за хорошенькой студенткой провинциальной академии? От безделья можно и книги начать читать! А тут привлекательная одинокая, скажем прямо, не демонстрирующая строгое моральное поведение, девица практически сама вешается ему на шею. Кто бы отказался от такого подарка судьбы? Стоит ли негодовать над тем, что он без каких-либо ухаживаний утащил меня в свою комнату и уложил в постель?

Я даже не посчитала нужным протестовать! И если бы не ужасные воспоминания о той проклятой ночи, когда Уинслоу пытался меня изнасиловать, то наш с Брайаном поцелуй закончился бы вполне закономерно — моим бесчестием!

Вот так, леди Айлин Лонгман, бывшая наследница знатного рода Лавийской империи, поздравляю Вас! В своем распутстве вы опустились до уровня хорошенькой подавальщицы придорожного трактира, которая по желанию состоятельного клиента может посетить его номер для участия в плотских утехах.

Поэтому не стоило обижаться на Брайана! Я не сделала ничего для того, чтобы капитан стал относиться ко мне уважительно! Наоборот, гвардеец оказался порядочным человеком: признался в любви, даже пытался заговорить со мной о…! О чем? О свадьбе?

Это смешно! По сути, благородный капитан Веймор решил осчастливить меня предложением стать его возлюбленной! А проще говоря, ЛЮБОВНИЦЕЙ! А еще проще — СОДЕРЖАНКОЙ! Он предложил мне вновь оказаться в полной зависимости от чужих желаний и прихотей! Боже мой! Как это унизительно! И в столь плачевное положение я попала по собственной воле!

Нет! Решительное НЕТ! Только получив диплом, овладев достойной профессией, я смогу жить, независимо от кого бы то ни было!

Глава 89

«Айлиночка, солнышко мое наивное! Расскажи своему другу, — не сводя с меня внимательных глаз, проговорил Верный в моей голове. — Что ты такое задумала? У тебя сейчас такой решительный вид, словно ты готова одна с щипчиками для завивки ресниц пойти в бой против многочисленной конницы нашего славного императора. Не пугай меня! Скажи, что мне все это лишь померещилось!»

«Верный, ну что ты выдумываешь? Какие щипчики, какая конница? Я всего лишь решила получить диплом нашей академии!» — как можно равнодушнее отмахнулась я.

«Как-то поздновато ты решила, — проворчал пес. — Мне казалось, что ты это сделала полтора года назад, когда блестяще сдала вступительные экзамены!» — явно намекая на мою тупость, хмыкнул он.

«Я позабыла, а сегодня мне об этом напомнили,» — печально призналась другу.

«Молодец, что вовремя освежила свои воспоминания! — радостно завилял хвостом Верный, прижав к моему бедру свою лохматую голову. — А сейчас, может, пошпионим? Наши с тобой друзья уже заждались тебя, пока ты самозабвенно упражнялась в самобичевании!»

Погладив лохматого ворчуна, я подняла глаза на своих товарищей. Они действительно терпеливо ожидали того момента, когда я вернусь к ним. Виновато улыбнувшись, предложила:

— Давайте постараемся узнать, что же все-таки скрывают прибывшие к нам из столицы воображалы!

Друзья тут же мне закивали, они с уважением отнеслись к моей попытке взять себя в руки и делали вид, что не замечают моего расстроенного состояния.

Как и в прошлый раз мы наполнили таз водой, зажгли свечи и стали наблюдать. Помня о прошлом неудачном опыте подглядывания и подслушивания, в процессе которого призванных мною рыжих тараканов кто-то убил, я в качестве шпионов выбрала блошек, позаимствованных у Верного, а тот, в свою очередь, у местных сусликов.

Но тут мы столкнулись с некоторыми сложностями. Наблюдать за происходящим вокруг, когда изображение все время прыгало, было немного неудобно, но мы готовы были примириться с подобными трудностями, лишь бы узнать что-то стоящее.

— Самира, любимая, не мучай меня! — услышали мы из таза голос Габриэля, когда мои блошки по коридору пробирались к лестнице, чтобы подняться на этаж к столичным студентам.

— Давайте за ними! — азартно зашептала Мадина, напряженно вглядываясь в воду, на которой от бесперебойных прыжков блошек скакало изображение.

Я тут же направила насекомых за влюбленной парочкой.

— Габриэль! — срывающимся от слез голосом воскликнула Сами, пытаясь уйти от преследования позера. — Это ты истерзал мне всю душу! Мы должны расстаться! Мы не можем быть вместе!

С этими словами наша сокурсница, на наше счастье, перестала убегать от своего кавалера, а, наконец-то, остановилась и развернулась к нему лицом, причем, заплаканным лицом. Ее глаза были полны слез, от испытываемых переживаний она нервно кусала губы. Нужно заметить, что наша предусмотрительная студентка остановилась в очень удачном месте — напротив двери в комнату для самоподготовки, которая в данный момент пустовала.

— Родная! — ласково позвал свою возлюбленную Габриэль, взяв ту за руку. — Не стоит все так драматизировать! Я сделаю все, чтобы никто не смог нас разлучить!

Уверенно говоря это, столичный позер мягко, но настойчиво увлек свою избранницу в комнату и закрыл за собой дверь. Но для наших крохотных соглядатаев закрытая дверь не была препятствием. Ловко проскочив сквозь щелки, через пару секунд они были уже внутри.

— Самира, скажи, кто внушил тебе эти дикие мысли? Кто сказал, что мы не сможем быть вместе? — пылко вопрошал ревнивец. — И я убью их!

Парень был крайне убедителен. Мы напряженно стали вслушиваться в ответ сокурсницы.

— Общество отвернется от тебя, если узнает, что твоя избранница из низшего сословия нашей империи. Я не желаю становится причиной твоего позора! — трогательно смахивая слезы, гордо ответила Сами.

— Позора?! — взревел столичный неуч. — Самира, ты — мое счастье, моя любовь, моя единственная, моя избранница!

— Мир так жесток! — заламывая руки, лепетала сокурсница. — Нам не позволят быть вместе!

— Я не намерен спрашивать чьего-либо позволения! Если тебя не примет общество, мы сбежим! Но если ты не согласна бежать со мной, тогда я украду тебя! Мы тайно обвенчаемся! Ты станешь моей женой! Мы скроемся на окраине нашей огромной империи, нас никто и никогда не найдет! Только с тобой, моя Самира, я буду счастлив! — очень убедительно тараторил парень, делясь с возлюбленной планами на будущее.

— А позер мне все больше и больше нравится! Вот это я понимаю, озвучил серьезность намерений: люблю, всех победю и женюсь на тебе, моя принцесса! — восхищенно похвалила Габриэля Ифа.

«Не то, что твой недотепа Брайан!» — проворчал в моей голове Верный.

— Он не недотепа! — оскорбившись, вслух возмутилась я.

— Кто? — хором удивились друзья.

— Бгггабриэль! — спохватившись, пыталась исправить положение.

— Габриэль — нормальный парень, хоть и ревнивый! — согласился со мной Харольд.

— Но Верный прав, Брайан, действительно, недотепа! — припечатал Мэттью, вновь склонившись над тазом.

— Я против всех пойду! Даже против отца! Но ты станешь моей женой, моя единственная! Возлюбленная, какое счастье, что нас отправили в это захолустье, иначе я никогда бы не встретил тебя! — жарко шептал парень, обнимая Самиру.

— Это провидение соединило наши судьбы! — еле слышно лепетала сокурсница, обнимая в ответ своего щуплого рыцаря.

Затем они начали долго и страстно целоваться. Зрелище отличалось однообразием и смущавшим нас причмокиванием, к тому же не являлось полезным, так как не отвечало на интересовавшие нас вопросы.

— Предлагаю зайти к Корнелии с подружками! — смущенно отведя от таза глаза, пробормотала Ифа. — Они сейчас сильно обижены на нас и, наверняка, перед сном упоенно перемывают нам кости!

И по моему велению наши крохотные помощники споро поскакали на заветный этаж в комнату самых экзотических из прибывших к нам красавиц. Но тут нас ожидал сюрприз — комната была пуста. На столах, полках, кроватях и даже на полу у не отличавшихся аккуратностью знатных барышень валялись книги, тетради и пособия. Сложно было представить, как девицы могли что-то найти в царившем вокруг беспорядке.

Направив блошек попрыгать по книгам и учебникам, мы восхитились объемом литературы, который Корнелия с подружками за столь короткий срок нахождения в нашей академии перечитали. Оставалось только удивляться тому, какие у девиц были плачевные результаты в области их практического применения.

Мы переглянулись, пытаясь понять, куда «скакать» дальше.

— Испытаем удачу с моими «ушастыми» кавалерами, — предложила Мадина.

Глава 90

Просочившись в их комнату, мои послушные блошки забились в щелки, откуда их было не так просто достать. Интересовавшие нас источники информации в виде Роберта, Льюиса, Энтони и Найджела были на месте, и, несмотря на поздний час, сидели за письменным столом и корпели над учебниками. Делали они это столь сосредоточено, что в течении получаса не разговаривали друг с другом. Мы уже стали разочарованно вздыхать, опасаясь, что наша затея не принесет нам ничего полезного, когда Роберт поднял голову, со злым рычанием бросил свой учебник в стену, отчего тот, порвавшись, развалился на две части.

— Ой, ой, ой, Мадиночка, кажется у твоих опоенных кроликов появилась агрессия в качестве побочного эффекта на зелье! — встревоженно озвучила нашу общую мысль Ифа. — Тревожно мне что-то!

Мы переглянулись, судя по глазам, каждый испытывал беспокойство за подругу.

— Мад, девочка, а на какой стадии у тебя сейчас разработка противоядия твоему эликсиру? — обеспокоенно поинтересовался Мэтт.

— На начальной, — нервно вздохнув, пояснила подружка. — Занимаемся подбором ингредиентов.

— Вам бы с профессором Нияки ускориться не помешало, пока опоенные тобой столичные позеры не начали крушить академию, — проворчал Оливер.

— Может, тебе за консультацией обратиться к профессору Левкои? Она свойства каждой травки знает? — посоветовал Джонатан.

Мад глубоко задумалась, на некоторое время выпав из шпионской деятельности.

— Роберт, зачем же так остро реагировать? — лениво поинтересовался Льюис, переворачивая страницу изучаемого им тома.

— У меня в голове не укладывается: она опоила всех нас приворотным зельем! Всех! — негодовал позер. — Не выбрала себе одного возлюбленного, а всех поголовно!

Парень вскочил на ноги и, схватившись за голову, начал расхаживать по комнате из одного конца в другой. За ним меланхолично наблюдали друзья, явно с трудом сдерживая эмоции.

— Может, у нашей прекрасной Мадины, как и у Корнелии, мания величия? И она не в состоянии ограничить себя одним страстным воздыхателем, как, например, это сделала Самира? Может, ей нужны, как ты удачно подметил, все поголовно?! — недобро усмехнулся Найджел, тоже решив размяться.

— Габриэль — везунчик! Благодаря приворотному зелью он испытывает такие будоражащие чувства и при этом не сходит с ума от вопроса: зачем она это со мной сделала? — шипел Энтони, разгневанно свергая глазами.

— Версия с манией величия нашей обожаемой звезды могла быть вполне жизнеспособной, если бы не одно огромное «НО»! — возразил Роберт.

— Какое «НО»? — не понял Льюис, подойдя к другу.

— Под чары нашей пленительной красавицы не попал ни один из местных студентов! Только парни, прибывшие с нами из столицы! Даже это рыжий, что вечно трется рядом с ней, не проявляет к Мадине никакой симпатии, кроме дружеской! — пояснил позер.

— Я это тоже заметил, а то хотел было его уже на дуэль вызвать! — согласился с другом Энтони.

Услыхав это, Мэттью, который даже дышать перестал, облегченно выдохнул, вытирая пот со лба.

— Кажется, пронесло! А ведь был на волоске от смерти! — грозя Мад пальцем, заметил парень.

Мы с девчонками весело прыснули в кулачки, парни — закатили глаза, посмеиваясь над испуганным видом огневолосого друга. Угрозы знатных отпрысков мы не воспринимали всерьез.

— Рядом с нашим неземным ангелом теперь трутся еще трое старшекурсников, — зло прищурившись, проворчал Найджел.

Харольд, Оливер и Джонатан напряглись, перестав улыбаться, а вот Мэтт, держась за живот, начал беззвучно хохотать.

— Предлагаешь вызвать пятикурсников на магическую дуэль? — несколько настороженно спросил Роберт, тут же утратив свой грозный вид.

Старшекурсники точно также, как и Мэттью, обняв себя, повалились на пол, безмолвно рыдая от смеха над глупым предложением позера.

— Вызывать на дуэль этих всезнаек?! — правильно оценив расстановку сил и свои мизерные шансы на победу возмутился Льюис. — И как вы думаете, сколько секунд каждый из нас протянет во время поединка?

Понимая, что вопрос был риторический, парни зло сверлили друг друга глазами и молчали. Затем вновь уселись за свои столы и обреченно углубились в зубрежку.

— Фиксируй, Мадина! Твое зелье не прибавляет испытуемым храбрости! — смеясь, отметил Харольд.

— И смелости! — добавил Оливер.

— И отваги! — подытожил неутешительные выводы Джонатан.

— Да поняла я уже, что зелье еще дорабатывать и дорабатывать! — скуксилась Мад.

— Не расстраивайся, — приобняв подругу, успокаивала ее Ифа. — Я уверена, к пятому курсу ты изобретешь замечательное приворотное зелье! Самое лучшее в Лавии! Главное, чтобы в нашу академию не прекращались регулярные поставки столичных недотеп в качестве подопытных.

Мадина благодарно улыбнулась красавице нашего курса за поддержку, а мы продолжили наблюдать за отчаянными «храбрецами» из столицы.

Глава 91

— Мы над этим тазом уже второй час сидим, а ничего полезного так и не узнали! — проворчал Оливер.

— Сколько нам еще, интересно, здесь торчать? — сладко зевая, пробубнил Джонатан. — Спать хочется, а нам завтра рано утром еще к крылатым гигантам бежать!

Мы заскучали, посиделки вокруг таза были весьма однообразны.

— Пятикурсники также не проявляют к нашему нежному цветку романического интереса! — вновь подал голос Роберт.

Мы, обрадованные продолжением разговора между позерами, дружно обнялись, зависнув над тазом.

— Но опрометчиво доверять им и терять попусту время не стоит! — хитро прищурившись, негромко проговорил Льюис. — Предлагаю выкрасть нашу пленительную звезду и укрыть ее в моем родовом замке. Тогда только мы сможем насладиться ее вниманием!

— Ее общением! — добавил Энтони.

— Ее телом! — удивил нас Найджел.

Над тазом повисла звенящая тишина.

«Был неправ, — деловито сообщил мне Верный. — Брайан — вполне нормальней парень! Не идеал, конечно, но, в целом, очень даже ничего!»

И сейчас я была с ним полностью согласна.

— Мне срочна нужна помощь в изготовлении зелья, противодействующего привороту! — испуганно пискнула Мад.

— Я предупрежу нашего ректора. Думаю, завтра вся Северная Академия от первого до пятого курса начнет работать в данном направлении, — уверенно заявил Харольд.

— Охрану к тебе приставим, — сведя брови на переносице, проинформировал мою соседку Оливер.

— Может, тебе пока у ящеров подежурить? — задумчиво предложил Джонатан. — День, другой! Они зверюги надежные, в обиду не дадут.

С парнем было сложно не согласиться, громилы заслуживали доверия больше, чем отпрыски благородных семейств нашей империи. И мы продолжили прислушиваться к очень интересному разговору.

— В начале нужно обратиться к самым сильным магам империи, чтобы они избавили нас от этого наваждения! — внес конструктивное предложение Льюис.

— Да ты — феномен, Мадина! — хмыкнул Оливер, ласково поглядывая на мою соседку. — Чтобы снять твой приворот, нужна помощь сильнейших магов самого императора! И это ты еще только учишься на втором курсе! Что же будет, когда ты получишь диплом?

— Перестану баловаться и перейду к основным обязанностям зельеварителей! Буду готовить эликсиры от запора и косоглазия! — проворчала Мад, показав пятикурснику язык.

Дружно похихикав над перепалкой друзей, мы вновь вернулись к наблюдению за «ушастыми».

— Но когда с нас спадет действие приворотного зелья, Мадина покажется нам провинциальной простушкой! Боюсь, в этом случае, у нас пропадет желание воровать ее! — крайне разочаровано возразил Энтони.

— Не пропадет! — уверенно заявил Роберт. — Лично я захочу, если не насладиться, то в полной мере позабавиться над той, которая так жестоко посмела посмеяться над нами!

Сказано это было столь холодно и решительно, что по моей спине пробежал озноб. Ифа прикрыла ладошкой рот, стараясь заглушить испуганный вскрик. На Мадине не было лица, у нее тряслись руки, в глазах стояли слезы. А вот на наших сокурсников слова Роберта произвели совершенно обратное действие: парни были в бешенстве. Они чуть привстали, приблизившись к изображению в тазу, словно готовились занырнуть в него, чтобы кулаками покарать обидчиков моей соседки.

— Твое приворотное зелье оказалось не способно научить этих знатных болванов любить по-настоящему! — цедя сквозь сжатые зубы каждое слово, проговорил Харольд. — Они безнадежны!

— У них был шанс узнать, что значит любить, но они упустили его, — брезгливо заметил Оливер.

А позеры, не зная, что их планы уже раскрыты, продолжали беседу.

— Боюсь, технически это будет довольно сложно провернуть! Нам предстоит украсть не простую девушку, а магиню! — недовольно заметил Энтони.

— Опасаюсь, что маги императора нам в этом помогать не будут! — согласился с другом Роберт.

— Я знаю, кто нам поможет! — еле слышно прошептал Льюис.

Глава 92

Мы тут же напряглись, вслушиваясь в каждый доносящийся из таза звук. Судя по тону, сейчас мы могли узнать что-то для нас полезное.

— Кто? — задал вопрос Найджел.

— ОН! В конце концов, по ЕГО вине мы оказались в этом захолустье и попали в столь нелепую ситуацию! Вот ОН пусть и компенсирует нам неудобство приятным развлечением! — хищно улыбаясь, совершенно непонятно для нас, пояснил Льюис.

— Ты прав! По ЕГО вине нашу Столичную Императорскую Магическую Академию расформировали, а нас разослали по трем богом забытым академиям! — поддержал сокурсника Энтони.

— Так-то оно так, но не думаю, что ОН станет всем компенсировать нанесенный ущерб, — засомневался Найджел.

— Тут, главное, быть первыми! — уверенно заявил Льюис. — Тем более, наша просьба придётся ему по душе, так как она полностью совпадает с единственным его интересом в жизни!

— Женщина! Перед такой просьбой ОН не устоит! — уверенно согласился Роберт. — И ЕГО влияния хватит, чтобы осуществить наш план.

— А если нас поймают? — занервничал Найджел. — Что будем делать, если попадемся?

— Ну, во-первых, вряд ли у нашей сияющей звезды найдется столько высокопоставленных заступников, чтобы ей помочь! — самоуверенно рассмеялся Роберт. — Во-вторых, ОН за свои блистательные двадцать два года совершил столько шалостей, за которые ни разу не получил наказания, что, я думаю, и в этот раз нас всех дружно пожурят и простят!

Найджел и Энтони сидели с задумчивыми лицами, на них читалась нерешительность.

— Ради сладкого тела прекрасной Мадины, я готов потерпеть эти страшные муки! — рассмеялся собственной шутке Льюис, его поддержал Роберт, а затем к ним присоединились и Найджел с Энтони.

Парни все для себя решили. От их заливистого хохота мы вздрогнули.

— Завтра рано утром бежим к ректору! — тоном, не терпящим возражений, произнес Харольд.

Возражать ему никто из нас и не думал.

— Мади, девочка, теперь, мы надеемся, ты поняла, что со знатью лучше не связываться? — назидательно спросил Джонатан. — Это очень опасно!

Мад испуганно закивала головой:

— Я не знала, что они такие! Я и не думала, что они способны на такое…! На такое…! — подруга не могла подобрать верного слова.

— Бесчестие? Подлость? Низость? — тут же помогли ей с формулировкой наши старшекурсники.

— Да! — только и смогла ответить она.

— Не расстраивайся, мы тебя в обиду не дадим! Что-нибудь придумаем! — подбодрил горе-экспериментаторшу Харольд напряженным голосом.

Парни были серьёзно настроены, из их взглядов не уходила тревога за Мадину. Неожиданно мои маленькие помощники вырвались из-под моего управления и стали целенаправленно скакать только в им известном направлении.

— Айлин, что происходит? Почему блошки покидают комнату? — обеспокоенно спросил Харольд.

— Я не знаю, но они уже не подчиняются мне! — пытаясь вновь призвать своих маленьких помощников к порядку, ответила я.

И тут в тазу мы увидели, как из-за угла показался большой пушистый белый кот профессора Левкои, призывно мяукая. Складывалось впечатление, что любимец преподавательницы кого-то поджидал. Но как он мог оказаться в столь поздний час в студенческом общежитии? Госпожа Левкои жила, как и все наши преподаватели, в выделенном для каждого из них небольшом домике за садом академии. И раньше этот пушистый товарищ никогда не уходил так далеко от жилища своей хозяйки. Сейчас же, как только мои блошки запрыгнули на кота, тот с независимым видом убежал прочь из общежития, унося с собой моих маленьких шпионов, при этом лишив меня возможности ими управлять.

— Подозрительно все это! — задумчиво произнес Оливер, и каждый из нас был с ним согласен.

— Вы заметили что-нибудь необычное? — старательно вглядываясь в таз, спросил Джонатан.

Но беда была в том, что никто из нас не увидел, не услышал и не почувствовал ничего странного. Казалось, что блошки просто проголодались, а, почуяв животное, поскакали к нему питаться. Чуть помолчав, мы решили подытожить сегодняшнее шпионское мероприятие.

— Давайте быстро припомним, что же нам сегодня удалось узнать нового, — скомандовал Харольд.

Глава 93

— Нам стало известно, что Столичная Императорская Магическая Академия была расформирована не случайно, — начал перечислять новые факты Оливер.

— Все ее студенты были распределены по трем удаленным от столицы академиям нашей империи, — продолжил Джонатан.

— Причина этого связана с НИМ, — подхватил Мэттью.

— А что мы знаем о НЕМ? — продолжил рассуждать Харольд.

— Молодой человек двадцати двух лет, — начала перечислять Мадина.

— Судя по разговору парней, ОН — очень влиятелен, — задумчиво припомнила Ифа.

— И по положению в обществе выше, чем подслушанная нами четвёрка. То есть, выше, чем виконт или граф, — внесла я свою лепту.

— И ОН — большой любитель женщин! — печально вздохнула Мад.

— Единственное, чего я не поняла, так это: где ОН находится, — растерянно проговорила Ифа. — В нашей академии или в одной из остальных, куда были сосланы столичные недоучки?

— Если учесть его возраст, то, вероятно, ОН учится на пятом курсе Столичной Академии и, следовательно, с большой долей вероятности должен быть среди наших пятидесяти недотеп, — рассуждал Оливер.

— Если это так, то слежка за размечтавшейся четверкой должна нам помочь в определении этого загадочного и влиятельного вельможи! — отметил Джонатан.

— А если его нет среди прибывших к нам студентов? — спросил Мэттью.

— Льюис, Роберт, Найджел и Энтони так были уверены в том, что смогут с ним связаться, что, я подозреваю, у них есть для этого артефакт, — задумчиво произнес Харольд.

— Какое же должно быть положение у этого любителя девушек, если из-за него расформировали целую Столичную Академию? — изумилась Ифа, испуганно заглядывая каждому из нас в глаза.

— Ага, и что ОН такого натворил, если все его скрывают, и даже имя не называют? — подметила Мадина.

— Сын одного из министров? — предположила я.

— Канцлера? — выдвинул свою версию Оливер.

— Императора? — поверг нас в шок Харольд.

Будущее пугало. Мало того, что у нас под боком поселились крылатые ящеры, из-за которых между Лавией и Тенерией разгорается грандиозный политический скандал, норовящий перерасти в самую настоящую войну, так еще нам с товарищами грозит крайне нежелательное знакомство то ли с будущим министром, то ли с будущим канцлером, то ли с настоящим принцем.

С кем, с кем, а вот с последним я бы не хотела иметь ничего общего ни при каких обстоятельствах. Слава о его дурном характере и скандальных поступках тщательно скрывалась тайными службами императора, но разве такое беспокойное сокровище утаишь? В общем, принц у нас — персона крайне неприятная! Бабник, картежник и пьяница! Но, насколько мне известно, прибывшие к нам на обучение молодые аристократы не пили и в пагубных пристрастиях к вину и картам замечены не были. Но, с другой стороны, они в первый же день были опоены приворотным зельем, что, в свою очередь, могло повлиять на временную потерю интереса к старым привычкам.

— Ты прав, Харольд, у таких родителей вполне могло хватить влияния и средств, чтобы скрыть проделки своего сына, — согласился с другом Джонатан.

— А это может означать, что: либо ЕГО переместили в другую провинциальную академию, либо ОН, действительно, находится у нас и скрывает от всех свое истинное лицо, например, под иллюзией, — разошёлся в фантазиях Мэттью. — Иначе, мы давным-давно узнали бы его.

- Хорошая версия, друг, — похвалил нашего огневолосого друга Оливер. — Нужно будет поподробнее разузнать о самых знатных учениках Столичной Императорской Магической Академии. Тогда мы сможем оценить степень грозящей тебе, Мадина, опасности.

С этими невеселыми мыслями мы попрощались с нашими товарищами и отправились отдыхать.

Брайан

Я уже два часа сидел у себя в кабинете и смотрел на артефакт связи, размышляя над тем, что докладывать канцлеру Морверу. После спешного ухода Айлин, я был зол. Мне никак не удавалось взять себя в руки. Желваки так и ходили на моих щеках, а руки сжимались в кулаки. Вот только имел ли я право злиться на Айлин? Ведь мне пришлось столкнуться не просто с провинциальной девушкой, имевшей лишь одну мечту — удачно выскочить замуж! Моей избранницей оказалась шпионка, для которой долг стоял выше собственных чувств. Но если я все же ошибся, и она не является шпионкой, тогда как я могу объяснить ее поведение? Я же видел, что Айлин не равнодушна ко мне и теряла голову от моих поцелуев. Тогда что же ее остановило? Почему она убежала от меня?

Не для кого не секрет, что знатные барышни, кичащиеся своей честью, так трепетно относятся к вопросу сохранения невинности до брака, так как это весомый козырь при заключении выгодного брачного союза. Но простолюдины проще относятся к этому и не столь щепетильны в этом вопросе при выборе будущей жены. Отчего же Айлин так категорично отреагировала на мои слова? Набивала себе цену? Или действительно посчитала мое предложение оскорбительным?

Цена! Может, все гораздо проще, и я зря пытаюсь решить головоломку, которой нет? А если подарить своей строптивице пару милых безделушек? Может, тогда она станет ко мне более благосклонна?

Эта мысль сразу успокоила меня. Я понял, как нужно действовать, чтобы Айлин вновь стала со мной ласкова и послушна.

Неожиданно сработал кристалл связи, и передо мной развернулась светящаяся голограмма, из которой на меня смотрело внимательное лицо канцлера Лавийской империи.

Глава 94

— Добрый вечер, капитан Веймор! Рад видеть, что Вы спешите доложить мне о своих успехах! — насмешливо поздоровался он со мной.

Я склонился перед вторым лицом нашего государства в уважительном поклоне:

— Приветствую, Ваша Светлость! Рад видеть Вас!

— Оставим любезности! Я хочу знать, что у вас происходит, — не спуская с меня пытливого взгляда, проговорил он.

— Боюсь, я — не лучший для Вас источник информации, — пытался оправдаться я.

— Алекс, шлет вполне толковые отчеты, и я имею общее представление о ситуации. Но хотел бы узнать твое мнение, хоть и немного в урезанном варианте, насколько, конечно, позволит опрометчиво данная тобою клятва, — насмешливо распорядился канцлер.

— Так точно! — по-военному ответил я, вытянувшись по стойке «смирно».

Открыл было рот, чтобы начать свой доклад и замер, задумавшись. Что я могу доложить начальству по своему профилю? А ничего!

— О чем размышляешь, капитан? — не дал мне опомниться господин Морвер.

— О том, Ваша Светлость, что вверенные мне студенты Столичной Магической Императорской Академии находятся в полной безопасности и заняты своим прямыми обязанностями — изучением магических наук, — отрапортовал я.

— Как ты, Брайан, относишься к необычным педагогическим методам ректора Нови и его коллег? — задал неожиданный вопрос канцлер.

— Мне кажется, эти методы довольно спорные, но нельзя отрицать того факта, что они работают и вполне эффективно, — честно признался я. — У прибывших со мной из столицы студентов появилась высокая мотивация постичь все секреты магии.

— Мда, у пятерых отличниц Императорской Академии обострился личный интерес стать великими магинями, иначе они до старости рискуют блистать экзотической красотой с перьями и крыльями, зелеными волосами и черными зубами, мощными плечами и паучьими лапками.

Я смущенно опустил глаза, признаваться в очередном провале своих подопечных было неприятно, но и умолчать о данном факте не имел права:

— Упомянутые Вами юные аристократки, не покладая рук, работают над исправлением своей внешности, но пока им удалось лишь усугубить ранее полученный результат.

Лицо канцлера изумленно вытянулось.

— И кого мы в итоге получили? — осипшим голосом спросил он.

— На данный момент в стенах Северной Академии проходят обучение пять существ, одно из которых является полноценной русалкой с рыбьим хвостом, второе — дикобразом с опасными огромными иглами, третье — горбатый гигант с мощным скелетом, четвертое покрылось ядовитыми для окружающих бирюзовыми пятнами, пятое обзавелось клешнями и длинным хвостом с разящим жалом, — подробно описал я неудачный результат учебной деятельности девиц.

— Скорпион?! — догадался канцлер. — По академии свободно перемещается огромный скорпион?

— Да! — честно ответил я. — Это стало следствием неудачно выполненного Корнелией и ее подружками практикума.

— А как отнеслись остальные студенты Северной Академии к подобному соседству? — насторожился он.

— С пониманием, — пожав плечами, ответил я, только сейчас осознав, что в любом другом учебном заведении это бы стало причиной огромного скандала и требованием выгнать опасное насекомое или умертвить.

— Зная мстительный характер отца Корнелии, уверен, что дочь вряд ли спустит это с рук своим обидчикам, — заметил канцлер, при этом глаза его сверкали от смеха.

— Я постараюсь, нейтрализовать ее действия, — пообещал я.

— Думаю, это будет разумно, — согласился со мной начальник. — Так как вверенные тебе студенты и далее будут обучаться в Северной Академии, нужно постараться сохранить мирное сосуществование с провинциальными учениками.

— Будет сделано! — отчеканил я.

— Стало ли известно молодым аристократам о выпитом ими приворотном зелье? — деловито расспрашивал меня второе лицо империи.

— Так точно! — доложил я

— Смогли ли они его нейтрализовать?

— Никак нет! — рапортовал я. — Но, судя по книгам, взятым ими из студенческой библиотеки, ребята активно принялись за изучение этой темы.

— Похвально, похвально! — раздраженно усмехнулся канцлер. — Хотя пятикурсники самой престижной в нашей империи академии должны на раз-два уметь избавляться от данного недоразумения! А они приворота маленькой пигалицы даже обнаружить не смогли! Кстати, как столичные студенты узнали о зелье?

— Корнелия с подружками сообщили им о данной неприятности, — проинформировал я.

— Печально, что будущие дипломированные маги у нас абсолютно беззащитны даже перед юной неопытной зельеварительницей, что уж говорить про настоящих врагов и диверсантов?! — сокрушался начальник. — Кстати, как дела у твоей зеленоглазой шпионки?

Прежде чем ответить на этот вопрос, я весь подобрался.

Глава 95

— Айлин прилежно учится и все свое время посвящает внеплановой практике по уходу за животными, поскольку ее специальностью является лечение братьев наших меньших, — аккуратно информировал я.

— Судя по докладу Алекса, к вам, кроме спасенных самочек прибыло еще трое крылатых ящеров, — уточнил канцлер.

— Доклад моего зама верен, но студентка уже не имела к этому никакого отношения, — пояснил я.

— Ты ошибаешься, мой мальчик! Твоя зеленоглазая бестия умело раскрутила маховик, который сейчас вращается по инерции, уже без ее участия. Я уверен, в скором времени все ящеры, являющиеся парами ваших самочек, следуя их зову, прибудут к вам, — сделал вывод начальник.

— Какие будут дальнейшие инструкции для меня? — задал я вопрос.

— Наблюдать! — задумчиво произнес он. — Если посмотреть на факты упрощенно, то выходит, что наивная, но очень везучая студентка пожалела огромных ящеров и помогла спасти их самочек, чудом избежав собственной гибели. В данное время она демонстративно занимается лишь лечением животных. Инкриминировать ей шпионскую деятельность довольно сложно. Тот факт, что она с друзьями подслушивала твоих подопечных, можно легко списать на женское любопытство. Тем более, что все ее поступки пока идут на пользу Лавийской империи.

Я с большим трудом сдержал вздох облегчения и уточнил:

— Каким образом?

— Боевые крылатые ящеры всегда были ударной составляющей военной мощи Тенерийской империи. Освободив из плена ящерок, твоя Айлин значительно ослабила армию наших соседей, — объяснил канцлер. — Странный поступок для вражеской шпионки!

Я молча ждал, какое решение примет герцог Морвер, и уже пытался подобрать аргументы, чтобы предотвратить арест Айлин.

— Но пока нам не ясны ее мотивы, не следует выпускать ее из поля нашего зрения, — распорядился он.

— Может, если студентка нам столь полезна, разумно будет привлечь ее на нашу сторону? — осторожно спросил я.

— Судя по твоему вопросу, наша зеленоглазая бестия оказалась весьма неуступчивой особой, если для ее соблазнения тебе требуется мое благословение! — усмехнулся канцлер, но затем его лицо резко нахмурилось. — Или сейчас речь идет не о легком ни к чему не обязывающем флирте? Ты намерен ради спасения шпионки на более серьёзный шаг?

Я молчал, так как ответить мне было просто нечего. Сам еще не знал, на что был готов пойти ради Айлин. Единственное, в чем был уверен, это то, что не смогу остаться в стороне, если с ней случится непоправимое. Поняв мой решительный настрой, канцлер Лавийской империи продолжил:

— Тогда позволь тебе напомнить, СЫН МОЙ: ты — не просто капитан гвардейцев, а мой наследник! Будущий герцог и канцлер Лавийской империи! Ты не можешь! Не имеешь права взять себе в супруги простолюдинку, к тому же подозреваемую в шпионаже против нашей страны!

— Факты, подтверждающие ее диверсионную деятельность, отец, как ты мне только что сам говорил, отсутствуют! — уперся я. — У нас нет прямых доказательств против нее!

— Капитан! — ворвался в мой кабинет Алекс, прервав разгорающийся спор. — Нам нужно спешить. Айлин со своими друзьями шпионят за Робертом, Льюисом, Найджелом и Энтони. Боюсь, это может закончиться утечкой информации: им станет известно о том, о чем они не должны знать!

Переведя взгляд на голограмму Алекс замер и тут же замолчал, но было уже поздно — отец все слышал.

— Говоришь, нет доказательств ее шпионской деятельности? — медленно проговаривая каждое слово, задал вопрос канцлер. — Или ты всеми силами стараешься их не замечать?

Ответить мне была нечего. Такого «сюрприза» от Айлин я не ожидал.

— Я все выясню и доложу тебе, отец! — отчеканил я.

— Выясни, сын, и помни: самая большая твоя страсть — Лавия! Империя, оберегаемая нашим родом не одно столетие! — после этих слов связь прервалась.

Глава 96

Айлин

Дикий визг, не прекращаясь, звенел в моей голове. Я подскочила с кровати, но, запутавшись в одеяле, свалилась на пол. Оглянувшись, увидела, что Мад тоже уже проснулась и пыталась выбраться из постели, испуганно озираясь по сторонам. Верный, не понимая, что происходит и откуда ждать опасность, метался на комнате, прося открыть дверь, что я и сделала.

— Айлин, что там случилось? — испуганно спросила меня соседка.

— Не знаю, но кто-то во дворе верещит не переставая, — ответила я, поспешно натягивая на себя форменное платье и собирая в хвост волосы.

Еще секунду назад мирно спавшая академия была взбудоражена, и сейчас в ее коридорах слышался громкий топот многочисленных ног, спешивших на улицу.

— Крылатые ящеры! — разнеслось по зданию пронзительное завывание.

Академия словно замерла на мгновение, будто по команде топавшие по ступенькам ноги остановились. Предчувствие беды охватило меня. Мы с Мадиной на секунду встретились взглядами, а потом, стремглав, побежали во двор, также поступили все студенты нашей академии. Посреди центральной площади учебного заведения стоял огромный скорпион с растрепанной головой Корнелии в окружении своих подружек и клешнями показывал вверх. Мы все задрали головы к небу и ахнули. Прямо над нами высоко среди облаков стройным косяком летела многочисленная стая рептилий. Конечный пункт их прибытия для нас не был загадкой — они направлялись на уютную горную полянку, на встречу со своими самочками. Пересчитав парящих громил, я изумилась тому, что к нам в гости прибыли еще тридцать рептилий мужского пола. А это означало, что прилетели все пары наших самочек.

«Верный! — мысленно позвала я своего лохматого друга. — Беги в горы, предупреди дежурных, чтобы они прятались! К нам летят слишком много гостей! Самочки ребят защитить не успеют! Не ровен час, слопают кого-нибудь!»

Пес тут же побежал к секретному ходу в библиотеке на помощь нашим друзьям.

А еще появление у нас новых крылатых гостей означало, что то, чего мы настойчиво избегали, случилось: наше соседство с рептилиями раскрыто столичными студентами. И в вероятности того, что их высокопоставленным родителям сей факт тоже вскорости станет известен, не приходилось сомневаться. А там слух о ящерах до канцлера и императора дойдет.

И тогда нас всех казнят за похищение боевых стратегически важных рептилий у соседнего государства. Это же международный скандал! Император с канцлером не будут возиться и защищать каких-то безродных студентов из провинциальной академии. Скорей всего, нас выдадут тенерийским властям для, так сказать, публичной порки и казни в качестве великодушных извинений перед соседями. Потом ящерок вернут в ту ужасную холодную пещеру, где они вновь заболеют, а самцов принудят служить в армии.

Вот что я за бестолочь такая, и чешуйчатым друзьям не помогла, и сокурсников под страшное наказание подвела!

— Айлин, что же теперь будет? — еле слышно спросила у меня соседка.

— Нас казнят! — пытаясь сдержать слезы, раскрыла я свои самые страшные опасения.

— Вероятно, ты права! — согласилась со мной бледная Ифа, шмыгая носом.

— Жаль, что так быстро все закончилось, — шумно выдохнул Мэттью. — Но зато мы имели счастье познакомиться с настоящими крылатыми ящерами.

Я печально улыбнулась солнечному другу, молча благодаря за попытку нас утешить.

— А может, все еще обойдется? — жалобно пролепетала Мади.

— Дорогие мои студенты! — услышали мы сквозь визг голос любимого ректора, усиленный магией. — Прошу сохранять спокойствие! На наших глазах сейчас происходит настоящее чудо! Мы с вами может лицезреть пролет над Северной Академией настоящих крылатых ящеров. Прошу проявить хладнокровие и не паниковать! В нашем учебном заведении вам ничего не угрожает, здесь вы в полной безопасности. Поэтому, прошу вас разойтись и готовиться к занятиям. Внезапно появившимися удивительными животными займемся мы с коллегами. А Вам, студентка Корнелия, я приказываю прекратить визжать. Никто вас тут есть не собирается, тем более, Вы выглядите совершенно неаппетитно даже для крылатых рептилий.

После последней фразы нашего любимого волшебника Корнелия тут же выключила свою сирену, обиженно скривив личико, отчего весь ее внешний образ пришел в гармонию. Столичные студенты озирались по сторонам, пытаясь понять, что происходит, но, конечно, никто не собирался их вводить в курс происходящего. Мои товарищи, впрочем, как и я, очень нервничали из-за ящеров, но все поняли, что нужно поддерживать легенду ректора и демонстрировать свою непричастность к прилету ящеров.

— Друзья, я прошу вас разойтись! Сегодня вас ждет увлекательный учебный день! — с нажимом в голосе громко произнес заместитель ректора Домини.

Переглянувшись с сокурсниками, мы рванули в приемную любимого волшебника. Нам срочно нужно было поделиться последними новостями о коварных планах четверки аристократов в отношении Мад. Около кабинета нас догнали Харольд, Стивен и Оливер.

— Молодцы, быстро бегаете! — похвалили нас старшекурсники. — Еле успели отсечь от вас позеров!

Мы испуганно заозирались, опасаясь преследования, но никого не увидели.

— Не думаю, что они будут действовать открыто, но стоит быть более осмотрительными, — посоветовал Оливер.

Мы ничего не успели ответить, как к двери кабинета ректора подошел его заместитель — профессор Домини.

— Что вы тут делаете? — удивленно спросил он.

— Нам нужно срочно поговорить с ректором Нови! Это очень важно! — озвучил нашу просьбу Харольд.

Профессор Домини хотел было отмахнуться о нас, но увидев хмурую решительность ребят и нашу с сокурсницами испуганное упрямство, передумал.

— Пройдемте в мой кабинет, — распорядился он, пошагав в указанном направлении, мы спешно последовали за ним.

Глава 97

— Что у вас опять случилось? — задал вопрос заместитель ректора нашей академии, как только разместился на своем стуле. — Правильнее будет спросить: во что вы опять вляпались?

Профессор Домини даже не пытался сердиться на нас, словно не мы стали причиной того, что по соседству с академией поселились крылатые ящеры, словно не им с ректором предстояло объясняться с канцлером, а возможно и с самим императором по данному вопросу. Преподаватель сохранял абсолютное спокойствие и даже позволял себе подшучивать над нами. От этого мы немного перестали нервничать, казалось, доля уверенности профессора передалась и нам.

— Вчера поздно вечером мы подслушали разговор Роберта, Льюиса, Энтони и Найджела, в котором они решили выкрасть нашу Мадину для плотских утех, — сообщил Харольд.

В кабинете повисла напряженная тишина.

— Вы уверены, что правильно поняли наших гостей? — уточнил профессор Домини, даже и не думая отчитывать нас за подслушивание разговора позеров.

— «Выкрадем нашу пленительную звезду, тогда мы сможем насладиться ее телом!» — Джонатан процитировал укороченный вариант диалога квартета аристократов.

— Согласен, тут сложно заподозрить иной смысл, — принял нашу точку зрения профессор. — Значит, будем действовать в двух направлениях: снимаем со столичных гостей любовный приворот, дабы остудить их пыл, и организуем охрану для студентки Мадины, — озвучил свое решение преподаватель, задумчиво потирая подбородок.

В дверь постучали, пораженные, мы наблюдали, как в кабинет вошли преподаватель по зельеварению — профессор Нияки и преподаватель по физической подготовке — профессор Килби. Заместитель ректора тут же без прикрас описал сложную ситуацию моей соседки и поставил перед ними задачи: первому — помочь Мади изобрести противоядие к ее шедевру, второму — обеспечить экспериментаторше безопасность.

Встретившись с преподавателями взглядами Мадина приуныла, казалось, она только сейчас поняла серьезность положения, в которое попала по собственной глупости.

— Не расстраивайтесь, студентка Мадина, — обратился к ней профессор Килби. — Надеюсь, данная ситуация научит Вас быть более осмотрительной, особенно, в выборе кандидатов для проведения опытов.

— Безусловно, — обреченно согласилась с ним зельеварительница.

— А сейчас ступайте завтракать, — распорядился заместитель ректора Домини.

В столовой было многолюдно и непривычно тихо. Лишь стайка столичных красавиц во главе со скорпионом внушительных размеров непринуждённо щебетала за завтраком, обсуждая последние новости. При этом Корнелия игриво дергала хвостом с опасным жалом, Белинда путалась в длинном плаще, которым пыталась прикрыть ядовитые пятна, чтобы не отравить своих подруг, Жаклин то и дело постукивала кулаком по столу, отчего тот скрипел от натуги, Роза то поднимала дыбом свои длинные иглы, то укладывала их, Хезер, дергая рыбьим хвостом, ерзала на скрещенных руках двух гвардейцев, не переставая бранить их за нерасторопность. Девицы то и дело бросали на окружавших их провинциальных студентов гневные взгляды, а когда увидели нас с друзьями, входящих в столовую, то их милые лица перекосило от злобы.

— Они явно что-то задумали, — опасливо пробубнил Мэтт.

— Чем могут нас удивить пятеро недоучек? — устало отмахнулась Ифа, сейчас ее, как и нас, больше интересовал квартет знатных позеров.

Наша красавица была права, диапазон магических возможностей у столичных красоток был небольшой, я бы даже сказала, крохотный. Поэтому девицы, на мой взгляд, не вызывали никакой опасности, кроме мелких неприятностей, но на душе было неспокойно.

Столичный табун воздыхателей нашей Мадины не сводил с нее пристальных взглядов. Даже мы с Ифой, не входившие в круг их интересов, чувствовали себя словно под лупой, что уж говорить о самой экспериментаторше. Завтракать было очень неуютно, но оговаривать их Мади не спешила, казалось, она даже подходить к ним опасалась.

— Я, как только перестала бояться и смогла взять себя в руки, сразу сообщила папеньке о ящерах! Он так обрадовался этой новости! — щебетала Корнелия, возбужденно пощелкивая клешнями.

— «Перестала бояться»!!! Скорее перестала визжать, вынося мозг окружающим, — еле слышно издевательски прокомментировал ее Джонатан.

— Именно! — согласилась с ним Мади. — Интересно, если ее отец уже знает о наших гостях, как быстро это станет известно канцлеру?

Вдруг большая стена в столовой подернулась дымкой, и на ней появилось огромное лицо канцлера.

— Недоброе утро, ректор Нови! — прогремел голос герцога Морвера, который даже не поинтересовался присутствием в столовой ректора.

Мы тут же затихли, вжав голову в плечи. Канцлер был весьма недоволен, и все понимали, что именно мы являемся причиной данного состояния, отчего очень захотелось спрятаться, а лучше убежать от его пронзительного взгляда.

— Добрейшее утро, уважаемый канцлер Морвер! — смело поприветствовал второе лицо империи наш любимый волшебник, выйдя из портала.

— Доброе утро! — дружно поздоровались с канцлером весь педсостав академии и пять курсов ее студентов, решив разделить с глубоко уважаемым всеми ректором всю тяжесть ответственности за ситуацию с крылатыми ящерами.

Молчали лишь гости Северной Академии.

Глава 98

— Похвально! — усмехнулся канцлер, обведя столовую внимательным взглядом. — Как я понимаю, вы все в курсе происходящего, значит, найдется хотя бы один смельчак, готовый поставить меня в известность о том, что творится у вас в академии!

Я сделала глубокий вздох и, зажмурившись, сделала шаг вперед, чтобы рассказать герцогу Морверу о своем самоуправстве. Но когда открыла глаза, то обнаружила перед собой неизвестно откуда появившуюся спину капитана Брайана, надежно прикрывшую меня, и услышала его голос:

— Ваша Светлость, разрешите доложить: вверенные мне студенты Столичной Императорской Магической Академии все находятся в полном здравии, их жизни ничего не угрожает.

Откуда-то сбоку послышались возмущенные визги Корнелии:

— Как это нашей жизни ничего не угрожает?! — истерил скорпион, гневно клацая клешнями.

Брайан повернулся лицом к Корнелии и любезно ответил на ее вопрос:

— Все, связанные с учебным процессом, изменения в Вашем внешнем виде, не находятся в зоне моей ответственности. Вы являетесь студенткой Магической Академии, что само по себе допускает подобные магические воздействия.

Слова Брайана окончательно разозлили Корнелию, и она кинулась на капитана, при этом раскидывая стулья и столы, задевая их своим панцирем.

— Леди Корнелия! — грозный окрик канцлера Морвера остановил разгневанного скорпиона. — За попытку нападения на капитана Лавийских гвардейцев я приговариваю Вас к экзамену по Лавийскому законодательству, изучив которое, Вы узнаете о грозящем Вам за данный проступок наказании.

— Но, Ваша Светлость…! — пискнуло насекомое громадных размеров, злобно постукивая по полу столовой многочисленными лапками, пока Брайан убирал свои боевые магические шары.

— Сколько еще будет продолжаться этот цирк? — из-за спины канцлера послышался уже знакомый нам властный голос, а на стене появилось надменное лицо, знакомое каждому лавийцу, так как именно оно чеканилось на наших золотых монетах. Император!!!

— Ваше Императорское Величество, приветствуем Вас! — мы все склонились перед ним в поклоне.

— Долго ли еще я буду пребывать в неведении?! — негодовал правитель. — Моя империя из-за вас находится практически на грани войны с тенерийцами! Мои дипломаты прилагают максимум усилий, чтобы удержать ситуацию под контролем и не допустить кровопролития! А сегодня утром выясняется, что от меня скрывается факт нахождения в Северной Академии искомых крылатых ящеров!

В течении всей тирады императора мы по-прежнему стояли в преклоненной позе, не решаясь поднять на правителя глаза.

— Профессор Нови, почему Вы молчите? — негодовал властитель.

— Жду Вашего позволения ответить, Ваше Императорское Величество! — с достоинством произнес наш любимый ректор.

— Отвечайте, — небрежно махнув рукой, позволил император.

За спиной нашего правителя стоял канцлер с отрешённым выражением лица, но при этом он внимательно рассматривал каждого из нас.

— По счастливой случайности к нам в горы залетела пара крылатых ящеров — разведчиков. Их погонщики были убиты при прорыве через заградительные укрепления, поэтому рептилии объявили себя свободными! — ректор начал очень кратко рассказывать историю появления у нас громил, виртуозно избегая опасных подробностей.

— Объявили? — удивлённо переспросил император.

— Совершенно верно, Ваше Императорское Величество. Крылатые ящеры — разумные магические животные, они владеют речью. Огромные рептилии поведали нам о том, как жестоко с ними обращались люди, а их самочек держали в далекой холодной пещере, в которой ящерки испытывали голод, жажду, страдания от болезней, — продолжил повествование профессор Нови. — Самочки нуждались в нашей помощи. Прилетевшие к нам ящеры отказывались от нашего участия в их спасении, опасаясь того, что их местонахождение раскроется. Поэтому, нам пришлось пообещать им сохранить все в тайне.

— И вы дали обещание ящерам, при этом проигнорировав интересы своей страны?! СВОЕГО ИМПЕРАТОРА?! — негодовал правитель.

— Согласно древнему закону магов: каждый из нас должен приложить все свои силы, для сохранения магических животных, — неожиданно потеряв все свое очарование и представ перед нами тем, кем он в действительности и являлся — могущественным магом, громко и четко проговорил ректор Нови, отчего мы все, даже император, вздрогнули. — Крылатые ящеры являются венцом созидательной силы магии нашего мира, самым удивительными волшебными животными!

Судя по чуть испуганным лицам правителя и канцлера, парочка прониклась речью нашего необыкновенного ректора и теперь слушала его, не перебивая.

— Когда к нам попали самочки ящеров, они были в бедственном положении, буквально на грани жизни и смерти. Нам пришлось приложить немало усилий, чтобы вылечить животных, тем самым мы заслужили их хрупкое доверие. А когда ящерки немного окрепли, то стали призывать свои пары. Именно поэтому к нам стали слетаться другие рептилии, — демонстрируя чудеса изворотливости, вещал ректор Нови, умело огибая все острые углы нашей истории. — Настоящее чудо, что самочкам удалось вырваться из ужасного тенерийского плена, в котором их жизнь подвергалась опасности.

— А Вы не подумали, профессор Нови, что из-за Вашей жалости к зверюгам, между Тенерией и Лавией может вспыхнуть война? — не выдержал и возмутился император.

— Я был уверен, что этого не случится, так как, благодаря спасенным самочкам, тенерийские ударные войска лишились боевых ящеров, тем самым значительно потеряв в своей боеспособности. И я никогда не сомневался в Вашем, Ваше Императорское Величество, даре дипломата и мудрого политика, — филигранно выкрутился из щекотливой ситуации ректор.

Мы, открыв рты, слушали, как наш любимый волшебник аккуратно подбирал аргументы, выводя разговор в иное русло.

— И на чем же базировалась Ваша уверенность? — усмехнулся правитель Лавии.

Глава 99

— На нескольких простых фактах. Тенерийцы только при помощи жестокого принуждения и шантажа добивались от ящеров подчинения. Мы же, если сделаем все, чтобы громадные рептилии посчитали наши горы пригодными для обустройства в них своих гнезд и выведения потомства, получим ящеров, которые добровольно изъявят желание защищать Лавию от вторжения врагов. И это будет положительно влиять на переговоры с соседями.

Ректор был совершенно прав, без боевых крылатых ящеров тенерийцы станут уже не такими непобедимыми, какими мы привыкли их считать.

— А если к нашим регулярным войскам присоединится опытный летающий отряд магических животных, то мы сможем диктовать тенерийцам свои условия, — добавил из-за спины императора канцлер.

Глаза правителя Лавии заблестели, он надолго о чем-то задумался, через некоторое время на его лице растянулась улыбка, словно он нашел решение очень сложной задачи, которое искал уже довольно долго.

— Ну что ж, ректор Нови! Мы, безусловно, обязаны чтить древние законы магов и даже ценой собственной жизни защищать крылатых ящеров, — отстраненно, словно думая совершенно об ином, с довольной улыбкой проговорил император. — Похвально, что Вы в Северной Академии растите славных магов. Надеюсь, они станут достойными продолжателями старых устоев.

— Благодарю Вас, Ваше Императорское Величество! — склонившись в поклоне, кратко ответил ректор Нови.

— Согласно данному древнему закону разумные магические существа, такие, как крылатые ящеры, должны быть свободны, и никто не смеет препятствовать этому, принуждая рептилий служить себе! — напоминая забытые прописные истины, продекламировал канцлер.

— Этих прекрасных животных в нашем мире стало катастрофически мало! — продолжил мысль чиновника ректор. — Если они исчезнут, то возникнет дисгармония магии, что приведет к разбалансировке магических полей, а, в наихудшем случае, к полному исчезновению из нашего мира самой магии.

— Данная ситуация может спровоцировать катастрофы и неурожаи, вызвать катаклизмы и войны! — подливал масла в огонь канцлер.

— Ректор Нови, — тут же встрепенулся правитель Лавии. — Мы должны объединиться, встать плечом к плечу для спасения нашего мира! Ваша академия специализируется на лечении, уходе и разведении животных, поэтому я, как император нашей страны, ставлю перед Вами, Вашими преподавателями и студентами сложнейшую и ответственейшую задачу по спасению наших гостей — магических животных.

Более благоприятного для нас итога данной беседы мы и придумать не могли.

— Так точно, Ваше Императорское Величество! — залихватски ответил наш ректор. — Мы со всей ответственностью продолжим помогать крылатым ящером, сделаем все от нас зависящее. Если громадные рептилии пожелают остаться здесь, мы будем счастливы такому соседству, но если предпочтут искать себе новые места для гнезд, то мы примем их выбор.

Брови правителя хмуро сошлись на переносице:

— А если животные захотят вернуться в Тенерию? Что тогда мы будем делать? — занервничал император.

— Боюсь, в этом случае мы не сможем помешать их желанию, — признался профессор Нови. — Но спешу Вам сообщить, что ни одна из самочек, вызволенных из холодного тенерийского плена, не пожелала ни при каких обстоятельствах вернуться назад!

Глаза Императора ярко засияли, словно он выиграл желанный приз. Он гордо приподнял голову и расправил плечи, будто скинул с них тяжелейшую проблему. Император выглядел настоящим победителем, правда о причинах таких изменений мы могли только догадываться.

— Вы правы, профессор Нови! Главное сейчас — это сохранение жизни и здоровья крылатых ящеров. Они — наша гарантия существования магии в мире, все остальные сложности и неурядицы отходят на второй план. Тенерийцы нарушили древний закон магов и понесут за это справедливое наказание! — пафосно объявил император и отключил связь.

Дышать сразу стало легче. Я выглянула из-за спины Брайана, рассматривая окружающих. Все были напуганы, лишь наши преподаватели сохраняли спокойный вид и даже подбадривали нас скупыми улыбками.

— Кажется, пронесло! — тихо произнес Мэттью, но в столовой стояла такая тишина, что это услышали все.

— Ящеров не тронут! — негромко продолжила удивляться Ифа.

— Зверюги спасены! — уже в полный голос закричала Мадина.

— Ура! — грянуло на всю столовую.

От осознанья общей победы мы в полном восторге начали обниматься и целоваться друг с другом. Я кружилась по залу, переходя из одних объятий в другие, не переставая целовать сокурсников в щеки, пока не оказалась в уже привычных и таких надежных мужских руках.

Глава 100

— Поймал! — прошептал Брайан мне на ухо, осторожно оттесняя от основной толпы ликующих студентов, и прислонил к стеночке.

Сердце предательски замерло, а затем забилось с удвоенной силой.

— Руки о нее убери! — раздался где-то рядом грозный окрик.

Оглянувшись, я увидела, что Льюис и Энтони, встав в боевую стойку, пытались отогнать окружавшую их толпу своих же товарищей, в то время, как Роберт и Найджел, закрыв ладонью рот, куда-то насильно уводили отчаянно сопротивляющуюся Мадину.

— Мади! — испуганно закричала я и, выпорхнув из гостеприимных объятий, побежала к подруге на выручку.

Услыхав меня, друзья так же поспешили к моей соседке, но подойти близко нам не дала толпа столичных первокурсников.

— Роберт, не дури! Отпусти Мадину! — ласково обратился к позеру Джонатан.

— Никогда! — огрызнулся парень, судорожно прижимая к себе экспериментаторшу.

— Не отдам! — вторил ему Найджел, безумно озираясь и сжимая кулаки, готовясь отражать любую атаку.

Он присоединился к Льюису и Энтони, и вся четверка организованной группой отступала к выходу из столовой. Остальные восемнадцать столичных кавалеров моей соседки окружали их, сжимая кольцо вокруг счастливчиков, пытавшихся умыкнуть пленительную звезду, чтобы отобрать у квартета свой заветный приз.

Лишь Габриэль, трогательно держа за руку Самиру, отстраненно наблюдал за творившимся в столовой цирком, даже не думая в нем участвовать. А вот стайка знатных девиц, наоборот, и желала бы оказаться в центре данного представления, да вот жалость, их туда никто не приглашал. Поэтому им оставалось скромно, как и положено знатным дамам, стоять в сторонке в надежде, что на них обратят внимания.

— Я беру на себя столичных первокурсников, — послышался рядом тихий голос профессора Килби. — А вы займитесь квартетом, — отдал он распоряжение Харольду, Оливеру, Джонатану и Мэттью.

В один момент почти два десятка наших новых первокурсников застыли, потянув руки к своим глазам.

— Я не вижу! — вскрикнул один из них.

— Я ослеп! — испуганно верещал другой.

— Мама! — взвыли остальные синхронно.

Воспользовавшись всеобщим замешательством, четверка аристократов, подхватив на руки Мад, споро поспешила к выходу.

— Замри! — скомандовал Мэттью и махнул рукой.

Нижняя половина тела Роберта превратилась в кусок скалы, преображая парня в настоящий памятник с каменным пьедесталом и живым бюстом. По примеру нашего огневолосого весельчака Харольд, Оливер и Джонатан проделали то же самое с остальными прыткими родовитыми отпрысками. Те замерли на месте, при этом умудрившись не уронить Мадину. Она так и осталась трепыхаться в воздухе, извиваясь всем телом в цепких руках аристократов, и отчаянно пыталась вырваться. Наши ребята подбежали к живым скульптурам и вырвали у наглецов их трофей.

— Какая дерзость! Хватать меня и на глазах у всех волочить в неизвестном направлении! — подбирая сомнительные аргументы для негодования, сердито отчитывала несостоявшихся похитителей Мадина, потирая запястья.

— Мы обязательно исправимся! — спокойно пообещал Льюис, внимательно рассматривая свою окаменевшую нижнюю половину туловища.

— В следующий раз мы, о наша прекраснейшая роза, будем тебя похищать в уединенном месте, — пояснил Роберт, пытаясь сдвинуть свою правую ногу.

— И своевременно сообщим тебе о выбранном нами для этого направлении! — добавил Найджел, обреченно скобля ногтем свой каменный бок.

От самонадеянности аристократов Мади лишилась дара речи, и, как рыба, безмолвно то открывала, то закрывала рот.

— Следующего раза не будет! — с угрозой в голосе проговорил Джонатан и, осторожно приобняв Мад за плечи, вывел ее из столовой.

— А я говорил — рано! — зло шипел себе под нос Найджел, кидая на друзей гневные взгляды.

— Если бы вы были порасторопнее, у нас бы все получилось! — огрызнулся в ответ Роберт.

Судя по перепалке, от намерения похитить Мадину позеры решили не отказываться.

Глава 101

— Чудесно, чудесно! — услышали мы голос ректора Нови, который вышел из толпы и, подойдя к живым изваяниям, начал их с большим вниманием рассматривать.

— Что тут чудесного? Это возмутительно! В Вашей академии, ректор Нови, нашим жизням угрожает опасность! А вы этому попустительствуете! — напустился на волшебника отчаянно смелый Льюис, посчитав доброту руководителя Северной Академии за слабость, поэтому с лихвой насладился прямым и правдивым ответом.

— Вы, молодые люди, — ректор обвел позеров строгим взглядом, — всю свою жизнь пользовались результатами труда своих, надо заметить, славных предков: их состоянием, их славой, их титулами, их влиянием, их именем. Благодаря высокому положению ваши шалости всегда сходили вам с рук. Но стоило вам попасть в ситуацию, когда имеют значение только ваши знания и умения, то оказывается, что без титулов и денег вы сами по себе — пустое место! Полный ноль! А учитывая наличие в вас магии и отсутствия знаний для ее применения, я ответственно заявляю: вы опасны, как для окружающих, так и сами для себя! Что еще ранее продемонстрировали нам ваши сокурсницы!

Даже слепые столичные первокурсники тихо замерли на месте, перестав бродить по столовой, натыкаясь на столы, стулья и, главным образом, друг на друга, услыхав обличительную речь ректора Нови.

— И в том нет ничего удивительного, что студентка Мадина всячески избегает ваших ухаживаний. Наши девушки более всего в своих кавалерах ценят магический талант и рвение в работе. А вы до сих пор не показали ей ни первого, ни второго! — продолжал отчитывать позеров профессор.

Аристократы, не имевшие возможности спрятаться или сбежать, покорно выслушивали тираду волшебника, вжав голову в плечи. Габриэль со столичными сокурсницами медленно стали просачиваться сквозь толпу к выходу из столовой, но путь им преградил заместитель ректора — профессор Домини.

— За время обучения в Северной Академии мы значительно улучшили свою успеваемость и освоили большое количество материала! — храбро возразил Энтони. — Нам есть, чем гордиться!

Парни в знак поддержки товарища загалдели и закивали головами.

— За время обучения здесь Вы, Энтони, и четыре Ваших друга догнали второй курс нашей академии, хотя в столице Вы все числились на пятом! Остальные ваши сокурсники вообще начали свой тернистый путь в постижении магических наук с самого начала. Вы действительно думаете, что этим стоит гордиться? — недоумевал ректор Нови, печально качая головой.

Все столичные гости, включая напрасно пытавшихся не привлекать к себе лишнего внимания и поэтому жавшихся у стенки знатных красоток, притихли, видимо, впервые так подробно осознав свое плачевное в области магии положение.

— Значит так! — перейдя на деловой тон, огласил свое решение профессор Нови: — Все расходятся по аудиториям, в столовой остаются лишь слепые и окаменевшие! Под руководством профессора Домини вы проведете практикум по возвращению себе зрения и возможности двигаться. Для этого, поверьте мне, вы обладаете всеми необходимыми знаниями, — заверил их ректор.

— Но нам нужна помощь! — запротестовал Льюис, заранее не веря в положительный исход.

— Какая? — удивился заместитель ректора.

— Учебники полистать, конспекты просмотреть! — паникуя, подал голос Найджел.

— Думаю, с этим нелегким трудом вполне справится Габриэль! — великодушно согласился с аргументами аристократов профессор Домини.

Из уст всех позеров одновременно вырвался вздох разочарования. Видимо, кандидатура товарища не внушала бедолагам веры в победу над слепотой и окаменением.

— Айлин, разреши проводить тебя на занятия, — посмеиваясь над своими подопечными, попросил Брайан, искренне мне улыбаясь. — В академии стало очень неспокойно, вдруг, и тебя кто-нибудь решит украсть?!

Я растерялась, не зная, что и ответить. Смешанное чувство охватило меня, с одной стороны, я была необъяснимо рада, что Брайан не отступился и продолжал оказывать мне знаки внимания, но с другой стороны его поступок не имел оправдания! Я никак не могла больше допустить, чтобы он снова увлек меня в свою комнату.

— Спасибо за предупреждение! — с серьезным видом поблагодарил капитана Харольд, тем самым избавил меня от необходимости отвечать Брайану, и встал по мою правую руку.

— Мы обязательно примем Вашу информацию к сведению! — заявил Оливер, оказавшись по мою левую руку.

Мэттью крепко взял ладонь Ифы, и мы отправились на занятия. Только вот, пока не скрылись за дверями учебного корпуса, мне жег спину пронзительный взгляд капитана гвардейцев.

Глава 102

Брайан

И как это понимать? Мне отказано во внимании?! Провинциалка из захолустной академии предпочла мне сельских ухажеров? Хотелось кинуться к этим зазнавшимся пятикурсникам и поставить их на место. Вот только позволить я себе этого пока не мог.

Передо мной стояла задача: обеспечить безопасность неучей. Поэтому распределил своих гвардейцев так, что часть из них осталась в столовой, часть отправилась присматривать за столичными красотками, часть рассеялась по академии, обеспечивая ее безопасность. Я ждал вестей от парней, что находились в засаде и наблюдали за происходившим на горной поляне. Согласно первым кратким данным, что они прислали, все было спокойно. Предупрежденные Верным, студенты укрылись, и встречали три десятка ящеров Крылатый, Шустрый, Вредный, Коварный и Напыщенный. Воссоединение пар прошло мирно, без кровопролитий.

Подумав, я остался с парой своих парней приглядывать за Айлин, но малышка затаилась, никак себя не проявляя. Все проходило спокойно, ровно до тех пор, пока на занятие второго курса по растениеводству не ворвался лохматый пес нашей шпионки и не начал громко лаять, чем вызвал недовольство Корнелии и ее подружек.

— Айлин, в чем дело? — обеспокоенно спросила профессор Левкои.

— На поляну напали тенерийцы! — испуганно перевела лай своего питомца студентка.

— Аааа! Помогите! — заверещало пять юных прелестниц, красота которых была скрыта за причудливой магией, и они побежали в студенческое общежитие прятаться от военного вторжения наших соседей.

В принципе, красотки приняли правильное решение. Что эти недоучки могли противопоставить вооруженным обученным натренированным воинам кроме, конечно, своей ослепительной красоты? А вот второкурсники Северной Академии поступили совершенно иначе: молча развернувшись, они помчались к учебному корпусу, по всей видимости, к подземному ходу, спеша на выручку своим товарищам.

— Стоять! — скомандовала профессор Левкои. — Хватит с вас и одного сражения с погонщиками. Отражением вторжения тенерийцев у нас займутся мужчины из числа преподавателей, старшекурсников и наших славных гвардейцев! Не так ли, капитан Веймор? Тем более это является их прямой обязанностью! — прозрачно намекнула преподавательница на то, что мне пора спешить на поляну к крылатым ящерам.

Я сделал шутливый поклон и с улыбкой проговорил:

— Позвольте Вас оставить!

Уже не обращая на меня никакого внимания, профессор, отмахнувшись, словно от назойливой мухи, продолжила свою речь:

— А нам с вами предстоит заняться приготовлением исцеляющего и восстанавливающего зельев, и побольше. Надеюсь никому не нужно объяснять, какие ингредиенты нам сегодня понадобятся? — показав на сад, полный лекарственных растений, спросила преподаватель, и студенты дружно принялись за работу.

На выходе из сада в последний раз оглянувшись, я наткнулся на встревоженный взгляд Айлин. Встретившись с ней глазами, я озорно подмигнул ей, девушка смущенно опустила их. На душе сразу стало легко, и я поспешил отражать атаку тенерийцев. А из сада все еще доносились слова профессора Левкои:

— Если у нас в ходе противостояния появятся раненые, мы должны быть к этому готовы!

Студенты явно были не согласны с распоряжением преподавателя остаться в академии, но перечить не стали, а слаженно собрав необходимые растения, побежали в лаборатории готовить снадобья. Странные все-таки здесь студенты и педагоги. Их дисциплина больше напоминала военную, чем учебную, но в ней не было слепого подчинения приказам, скорее согласие с разумностью выдвигаемых доводов.

Когда я с частью своих гвардейцев прибыл на поляну, противостояние было уже закончено. Все пространство между гор было усеяно трупами тенерийских воинов, земля изрыта воронками от магических снарядов, в воздухе летали незнакомые мне крылатые ящеры и выискивали тенерийских солдат.

— Капитан Веймор, сюда! — позвал меня Харольд, призывно махая руками.

Мы с подчиненными тут же, что было сил побежали в указанном направлении и оказались в просторной пещере, в которой, кроме студентов, еще находились тридцать пять самочек. Данная пещера использовалась, как укрытие, в ней было сухо и чисто, пол был устлан сеном.

— Малыши! — громко обратилась к нам Пушинка. — Не стоит выходить сейчас на улицу, пока там творится такое безобразие.

— Забегайте и прячьтесь вон в том дальнем углу, — командовала Смешинка, указывая лапой в угол, находящийся за спинами ящерок. — Если на нас опять нападут, мы вас прикроем!

— Ну и ты, что ли, Брайан, заходи, — сморщилась Искорка, а затем повнимательнее пригляделась к моим подчиненным. — А эти неприятные человечки с тобой, или мы можем их съесть?

От такого неожиданного вопроса мои гвардейцы приняли боевую стойку, а в их руках загорелись магические снаряды. Никто их них не собирался добровольно быть закуской для улыбчивых ящерок.

— Это мои гвардейцы! — закричал я, выбежав вперед и остановившись между клыкастыми самками и своими подчиненными.

— Искорка, оставь их, они не вкусные! — пытаясь сдержать рвущийся из него хохот, попросил Оливер.

— Айлин расстроится, если вы поменяете свои гастрономические предпочтения и с рыбы перейдете на человечину, — откровенно веселился Джонатан.

— Ладно, пусть живут пока, — фыркнула Травинка. — Не будем огорчать нашу девочку.

— Пока? — ошеломленно переспросил Алекс, впервые столкнувшись со своеобразным чувством юмора огромных рептилий.

— Пока нашей малышке не перестанет нравиться ваш капитан, — любезно пояснила Пружинка, опустив свою чешуйчатую морду и оказавшись на одном уровне с лицом моего зама.

Алекс громко сглотнул, но ответить уже не смог, лишь кивнул в знак согласия и пошагал на трясущихся ногах в определенный для нас угол пещеры.

Глава 103

— Что тут произошло? — спросил я у сидевшего на куче сена веснушчатого парнишки, который учился на четвертом курсе.

Сегодня ему, как и еще десяти его товарищам «повезло» дежурить на поляне ящеров. Кажется, его звали Томас.

— На поляну напали тенерийцы, — пожав плечами, спокойно ответил студент, с любопытством рассматривая меня. — Утром, перед самой побудкой к нам прибежал Верный и сообщил, что летят еще крылатые ящеры! Ящерки нас, как малых ягнят, загнали в это укрытие, а сами вышли встречать свои пары. Зрелище, надо вам сказать было грандиозное. Огромные зверюги с душераздирающими криками планировали на поляну, кружа над своей самочкой, а после приземления они долго стояли, обняв друг друга.

— А потом неожиданно открылся портал, оттуда к нам повалила сотня до зубов вооруженных солдат. Нам повезло, что Крылатый и Вредный были начеку и вовремя увидели опасность. Несколько ящерок вернулись в пещеру для нашей охраны, а те, что практически выздоровели, стали помогать самцам отражать атаку тенерийцев, которые кидали в громил огненные шары. Нам, к сожалению, в бое поучаствовать не дали, Пушинка с тремя подружками из этого злосчастного угла не выпускала, — посетовал сокурсник Томаса.

— А затем в небо одновременно взмыли три десятка крылатых ящеров, и вот тут-то началось настоящее веселье! — азартно продолжил рассказ второй сокурсник Томаса. — С неба, словно разящие молнии, падали боевые звенья разъяренных зверюг, и как начали поливать солдат жидким огнем, разрывать на части, топтать огромными лапами, бросать тенерийцев на скалы.

— Зрелище было ужасное, в считанные минуты от сотни солдат практически никого не осталось. Но свирепые ящеры продолжали кружить над поляной, выискивая случайно оставшихся в живых солдат, — активно жестикулируя руками, рассказывал третий четверокурсник.

— Удивительно, что нас не приняли за тенерийцев и не разорвали на части, — расстегнув от волнения пуговицу на воротнике, просипел мой зам.

— Самочки не позволили, — раскрыл секрет нашего везения Томас. — Они узнали Брайана и предупредили своих ящеров, чтобы вас не трогали.

Ректор Нови и отец были правы, боевой отряд крылатых ящеров — это отличный козырь при общении с любым недружественным соседом. Как сказал тот щупленький четверокурсник: «в считанные минуты от сотни солдат ничего не осталось»?! Только это были не простые солдаты, а боевые хорошо обученные маги-разведчики! Лучшие из лучших! И, судя по численности, на нас напало сводное подразделение, состоявшее из нескольких разведгрупп.

Если бы атаку этих ребят пришлось отражать мне с моими гвардейцами, то нам бы грозило тяжелое, кровопролитное сражение. И, честно говоря, я не был уверен в нашей победе. А здесь «в считанные минуты»! Ректор Нови был абсолютно прав: с крылатыми ящерами лучше дружить. Как сегодня нам наглядно продемонстрировали, враги чешуйчатых громил долго не живут.

Еще полчаса самцы кружили над поляной, пытаясь найти боевых магов, но живых тенерийцев на поляне уже не было. Затем вновь состоялось трогательное воссоединение прилетевших ящеров со своими самочками. Нас все это время не выпускали из пещеры, опасаясь, что новые зверюги, распаленные после боя с магами противника, в азарте могли нас слопать. Поэтому только после того, как территория поляны была убрана от трупов и их частей, незнакомые нам ящеры были выкупаны и накормлены, только тогда нам разрешили выйти из пещеры и показаться на глаза новичкам. При этом Крылатый, Шустрый и их трое товарищей, наши «старые знакомые», держались рядом с нами, явно охраняя от собственных сородичей. Самочки стояли вместе со своими прилетевшими парами, готовые в любой момент укусить своего друга, если он решит накинуться на нас.

Поведение возлюбленных явно удивляло громил, они, все как один, считали, что люди — это враги, которых нужно убивать. И только обещание, данное своим парам, оставить нас в живых, позволяло нам еще дышать.

— Капелька, ты уверена, что мы не должны разорвать из на части? — негодуя, уточнил у своей пары все еще не успокоившийся после боя ящер. — Давай хоть вон того синеглазого человечишку прихлопнем, чтобы остальные даже и не думали замышлять против нас плохого! Уж больно он мне не нравится!

— Он тут всем не нравится! — боднув в плечо своего самца, шикнула на него радостно улыбающаяся Капелька. — Но, к большому нашему сожалению, нельзя! В нем что-то нашла маленькая Айлин, вот когда она это в нем потеряет, тогда и слопаем!

Мда, нужно активнее продолжать ухаживать за зеленоглазой студенткой, и подозрение в ее шпионской деятельности здесь совершенно ни при чем. Тут уже вопрос стоит о банальном выживании!

— Итак, повторяю в последний раз! Кушать людей, если они не прорывается к нам через портал в форме тенерийских солдат, нельзя! — громко инструктировал Крылатый вновь прибывших. — Большинство из них являются симпатичными малявочками, которые учатся в Магической Академии, над ней, как раз, вы недавно пролетали. Очень добрые и полезные крохи! Они нас лечат и оберегают. Я уверен, они вам понравятся!

На мордах новых ящеров читалось недоверие к словам Крылатого. Натерпевшись всякого в армии Тенерии, зверюги с большой настороженностью относились к людям, но я уверен, местным «малявочкам» удастся вскоре в корне поменять их мнение о «человечишках».

Глава 104

Преподаватели и студенты этой необычной академии вновь показали чудеса организованности и предусмотрительности: буквально через несколько минут на поляне появился ректор с несколькими профессорами и два старших курса студентов с бурдюками на плечах. Они быстро осмотрели новых ящеров, подлечили и напоили тех лекарствами. Все это время ящеры были настороже, готовые в любой момент растерзать снующих вокруг них человечков.

Только благодаря заботе ящерок, которые не сводили глаз со своих кавалеров и при каждом удобном случае на них шипели и рычали, напоминая о запрете на убийство людей, на поляне больше никто не пострадал.

— Добрый день, дорогие наши гости! Меня зовут профессор Нови, я — ректор Северной Магической Академии! Безмерно счастлив нашему знакомству и, если вы согласитесь, то и соседству! — нежно улыбаясь, представился преподаватель.

Студенты и педагоги продолжили знакомство со зверюгами, а я занялся своими прямыми обязанностями — осмотром территории. Ко мне подошел мой зам — Алекс:

— Капитан, мы с парнями уже успели осмотреть всю поляну, живых солдат противника нет. Ящеры здесь порезвились на славу.

— А что сообщили дозорные? — с надеждой узнать интересные факты, спросил я.

— Говорят, что в жизни не видели такого. Зверюги с лютой ненавистью рвали тенерийцев, им не оставили и шанса на спасение, даже если бы их численность была в два раза больше, — напряженно доложил зам.

— Как-то подозрительно своевременно они появились, ровно тогда, когда наши подопечные, а, следовательно, и их великосветские родители, узнали о наличии по соседству с Северной Академией крылатых ящеров, — подметил я.

— Думаешь, тенерийцам стало известно местонахождение наших подопечных, и они решили выкрасть их? — спросил Алекс.

— Похоже на то, поэтому специально дали возможность сбежать к нам самцам крылатых ящеров, чтобы таким образом обосновать легитимность проникновения сводного отряда боевых магов на территорию Северной Академии, — рассуждал я.

— А заодно наказать самцов за неповиновение, — продолжил мою версию Алекс.

— Вполне вероятно, только вот что-то пошло не так, и их план провалился! — задумчиво ответил я.

— Они не предвидели, что самки рептилий, вылеченные местными студентами, также примут участие в сражении и окажутся весьма кровожадными животинками, хоть и девочками. А самцы, увидев, как в их пары метают магические снаряды, окончательно озвереют и станут крушить всех, — поделился своими умозаключениями друг.

В это время с десяток ящеров поднялись в небо и с высоты стали осматривать горы и поляну.

— Дозорные посты нужно еще дальше отодвинуть, чтобы рептилии их не заметили, — отдал я распоряжение, наблюдая за кружившими над нашими головами зверюгами.

Отец был совершенно прав, более мощного боевого подразделения, чем крылатые ящеры, мне наблюдать еще не приходилось. Обойдя поляну, я распорядился магически ее обезопасить от новых проникновений противника, поставив ловушки и сигнальные маячки, а самое главное — защиту против чужих порталов.

Еще раз все проверив, я вернулся в академию, требовалось доложить отцу о случившемся.

— Слушаю тебя, капитан Веймор, — сразу же отозвался отец, и на голограмме кристалла связи появилось его очень озабоченное лицо, и, судя по официальному ко мне обращению, слушал он меня явно не один.

— К отправленному моим замом отчету могу добавить следующее: занимаемая нашими гостями поляна магически безопасна, поэтому новых неприятностей на ней более не предвидится, — отчеканил я.

— Как тебе, капитан, показались действия ящеров при ведении боя с сотней хорошо подготовленных боевых магов? — выступив из-за плеча отца, спросил император Лавии.

— Устрашающими, Ваше Императорское Величество! — честно ответил я. — Рептилии слаженно и умело работали, как на земле, так и в небе! О такой потрясающей результативности в бою мне еще слышать не приходилось. Они играючи, в считанные минуты расправились с сотней тенерийских разведчиков-магов. От них осталась лишь гора трупов.

Глаза императора сияли от восторга.

— Что ж, ректор Нови был абсолютно прав! Эти звери стоят того, чтобы завести с ними дружбу. Они, действительно весомый козырь при ведении переговоров с тенерийцами. Теперь-то эти коварные гиены не смогут выдвигать мне сумасбродных ультиматумов! — стукнув кулаком по столу, взревел император и исчез из голограммы, а судя по звуку хлопнувшей двери, и из кабинета отца.

— Тенерийцы появились почти сразу же, как стало известно, что к поляне летят ящеры. Твоя Айлин донесла? — быстро и, как всегда, прямолинейно спросил отец.

— Об этом мне неизвестно. О появлении тридцати новых рептилий узнала вся академия, это мог быть кто угодно, — оправдывался я.

— Кто угодно не следит по вечерам за твоими подопечными! — негодовал отец. — Твоей шпионке удалось что-нибудь узнать вчера?

— Ничего из того, что мы хотели скрыть, ей разузнать так и не удалось. Я успел принять своевременные «пушистые меры» и лишить ее возможности подслушивать чужие разговоры. Но девочка оказалась довольно догадливой, поэтому уверен, что скрываемая нами информация скоро станет достоянием всей академии, — поделился я своими размышлениями.

— «Пушистые меры»? — удивился отец.

— В этот раз для шпионажа за столичными студентами Айлин использовала блох! Поэтому для их нейтрализации мне пришлось привлечь в качестве закуски для насекомых, а также транспортного средства, кота одной из преподавательниц, — пояснил я.

— Однако, изобретательная нам попалась шпионка, просто диву даешься! — качая головой, восхитился отец.

— Я все еще сомневаюсь, что Айлин, действительно, работает на тенерийскую разведку, — запротестовал я.

— Сомневаешься, не сомневаешься — это все лирика. Главное, сейчас ни в коем случае для нас не допустить утечки информации! Хотя бы еще пару-тройку дней, — сощурив глаза, нервно проговорил отец, потом неожиданно повернул голову в сторону, словно что-то заметил, а затем спросил: — Ваше Императорское Величество, чем могу служить?

Глава 105

Император вернулся в очень неподходящий момент и услышал последнюю фразу, произнесенную отцом.

— Канцлер Морвер, нам нужно подготовиться к новому этапу переговоров с тенерийцами. В свете последних благоприятных для нас событий, я думаю, переговоры нужно вести совершенно в ином ключе, — весьма довольный собой, вещал властитель. — А тебе, капитан, я приказываю, в случае раскрытия государственной тайны кем бы то ни было, арестовывать виновного немедленно и сажать в тюрьму! Ты понял мой приказ?

— Так точно, Ваше Императорское Величество! — встав по стойке «смирно», ответил я, после чего связь прервалась.

Я так и остался стоять, вытянувшись в струнку, пытаясь понять, что мне нужно предпринять, чтобы одна юная зеленоглазая шпионка не наделала глупостей и не оказалась в эпицентре новых неприятностей. Но анализируя весь разговор с самого начала, я вспомнил, что именно царапнуло мое сознание. «Сумасбродных ультиматумов»?!! А вот это было весьма интересно! Какие может выставлять ультиматумы всегда дружественная к нам Тенерия? Странно, ведь я не мог припомнить ни одного конфликта, который бы возник между нашими империями в последние десять лет! Но если были ультиматумы, значит, существовал и конфликт! Но из-за чего? Или из-за кого?

Айлин.

С заданием профессора Левкои мы справились быстро, необходимые ингредиенты были собраны молниеносно, а восстановительное и заживляющее зелье, которые в последние дни мы неоднократно варили, причем в неимоверных количествах были приготовлены практически на автомате. Поэтому выстроившиеся на центральной площади старшекурсники во главе с Харольдом, Оливером и Джонатаном забрали наши бурдюки с лекарствами и отправились на горную поляну знакомиться с новичками. А мы остались в академии — ждать. И это тревожное ожидание всех нервировало.

Убежавшие в студенческое общежитие столичные красотки, там и остались, наотрез отказавшись выходить, аргументируя пропуски лекций паническими атаками, которые начались у всех двадцати пяти аристократок, как только они услышали о вражеском вторжении.

Мадина вместе с пятью курсами зельеварителей во главе с профессором Нияки в лабораториях колдовали над созданием антидота к ее приворотному шедевру. Рядом с лабораторией, где трудилась наша экспериментаторша, прогуливался профессор Килби, ожидая момента, когда столичные позеры избавятся от слепоты и окаменения конечностей и вновь кинутся похищать Мади.

Но юные бездари вот уже три часа мучили учебники и конспекты, но нисколько не сдвинулись с исходной позиции. Поэтому, решив ускорить процесс, наш второй курс прислали им на помощь.

Так как дело происходило в столовой, то хлебосольная госпожа Тара тут же стала угощать нас горячим фруктовым компотом с пирогами.

— Филипп, тебе нужно сосредоточиться на своем внутреннем зрении и почувствовать пучок магии, который блокирует внешнее зрение, — уже наверно в сотый раз старательно повторял одни и те же слова Габриэль, неотрывно водя по конспекту пальцем, дабы не пропустить какое-нибудь важное слово, затем клал тетрадку на стол, брал в руки учебник и начинал зачитывать инструкцию для четверки окаменевших пьедесталов. — Льюис, Энтони, Найджел, Роберт, вам тоже нужно сосредоточиться на внутреннем зрении и, ощутив чужую для вас стихию камня, вернуть ее Видящему.

Недотепы стояли с закрытыми глазами и старались нащупать у себя это пресловутое внутреннее зрение, но они были так напряжены, поэтому что-либо ощутить у себя внутри у них никак не получалось. Главный заводила прибывшего к нам столичного бомонда уже выбился из сил и, казалось, отчаялся, но стоически держался и, как мог, подсказывал своим товарищам. Лишь, когда в толпе моих сокурсников он заприметил Самиру, то воспарил духом и ожидаемо потерял всякий интерес к произошедшему с его друзьями.

— Габриэль, — одернул его Льюис, приоткрыв правый глаз. — Заканчивай засматриваться на захолустных барышень. Лучше поищи другой способ нас избавить об этой напасти вон в том толстом учебнике.

Позер не стал тратить свое драгоценное время на споры и перепалки, а просто вручил окаменелости запрашиваемый учебник. В принципе парень был прав, четверка аристократов всего лишь по пояс окаменела, а не лишилась зрения, поэтому вполне могла и самостоятельно полистать умные книжки, припоминая рецепт снятия подобной, и надо сказать, довольно простенькой магии. Окаменелости намек поняли и молча углубились в чтение.

— Возлюбленная моя, ты пришла спасти меня от этой беды? — трогательно взяв Сами за руку, прошептал Габриэль, преданно заглядывая своей избраннице в глаза.

— Да, любимый, — прощебетала наша сокурсница, смущаясь. — Профессор Вакози разрешил нам вам помочь.

— Чудесно, — хитро улыбнулся ей щуплый кавалер. — Мне как раз нужен твой совет.

С этими словами парень отвел нашу скромницу в дальний угол и начал нашёптывать ей на ушко разные нежности, Самира млела от счастья.

Глава 106

— Габриэль! — позвал позера Филипп. — Может, мы что-то не так делаем, если у нас не получается открыть внутреннее зрение?

— Очень правильный вопрос, студент, — виртуозно копируя строгий тон заместителя ректора профессора Домини, проговорил Мэттью, дожевывая уже второй пирожок.

— Габриэль? — удивился новоявленный первокурсник. — Где ты? — в голосе ослепшего парня слышались истеричные нотки.

— Габриэль сейчас занят! — любезно пояснила масштаб неприятностей зевающая Ифа, сонно потирая глаза, чем демонстрировала необходимость своевременно ложиться спать, а не шпионить за невоспитанными окаменелостями. — Он сейчас активно восхищается прекраснейшими глазами нашей Самиры.

— Ой, мамочки, — практически расплакался Филипп. — Это надолго. Нам теперь и недели не хватит, чтобы прозреть!

— Кто-нибудь, помогите! — поддержал пессимистичный настрой его товарищ.

— А мы в качестве «кого-нибудь» сгодимся? — продолжал шутить Мэтт.

— А мы — это кто? — подозревая наихудшее, спросил Филипп.

— Второй курс Северной Академии! — представилась я за нас всех.

— Айлин и ее друзья? — уточнил парень.

— Да!!! — хором ответили мы все.

— ААААА! — от панического воя столовая вздрогнула, новоявленные слепые первокурсники попадали на пол и на четвереньках пытались уползти из нее.

— Тихо! — разгневанно прикрикнула на аристократов наша любимая повелительница кастрюль и половников. — Вы мне всех поварят перепугали! На ужин останетесь без десерта!

— Слава Видящему! — только и ответили на ее угрозу позеры.

Потом еще немного поползав по столовой, они все же нашли в себе силы подняться и обратиться к нам:

— А вы нам поможете зрение вернуть?

И сказано это было так жалобно, что у нас у всех защемило сердце. Вечно важные, напыщенные аристократы сейчас больше напоминали скулящих щенков с прищемленными хвостами.

— Поможем, — растрогавшись пообещала Ифа, а затем придвинулась к нам с Мэттью и едва слышно прошептала: — А ту четверку неудачливых похитителей пустоголовой травницы, может, пока оставим в окаменелом виде для Мадининой безопасности?

— Хорошая мысль! — похвалил нашу красотку Мэттью. — Расколдовываем бездарей с первого курса, и к ящерам на поляну!

Все наши сокурсники были согласны с мнением огневолосого друга, так как недолюбливали четверку зазнаек.

Счастливо разулыбавшись, все слепыши развернулись к нам и замерли в немом ожидании. Мы же решили не спешить и продолжили пить компот и угощаться вкуснейшей сдобой под одобрительными взглядами поварихи и ее поварят.

— Почему вы нас не расколдовываете? — капризно топнув ногой, вопрошал один из первокурсников.

— Потому что мы обещали вам помочь, а не сделать за вас всю работу, — терпеливо объяснила я.

— И как же тогда вы будете нам помогать? — уже откровенно злился его товарищ.

— Мы можем напомнить вам теорию и поделиться собственным опытом, но возвращать зрение придется вам самим, — растолковывала недотепам Ифа.

— Тогда мы до конца дней останемся слепыми, — опустившись на пол, практически плакал третий аристократ.

— А как проходили практические занятия у вас в Столичной Академии? — заподозрив подвох, спросила я.

— Нам давали задание, мы его пытались выполнить, а потом по нашему приказу преподаватели возвращали нам прежний вид, — пояснил четвертый первокурсник, обреченно вздыхая и тоже усаживаясь на пол. — Может, вы тоже нас сейчас расколдуете, и мы пойдем каждый по своим делам?

— Что-то выражение «пойдем по своим делам» меня сильно настораживает, — хмурясь прошептал себе под нос Мэттью. — Наверняка отправятся на поиски нашей любительницы масштабных экспериментов.

— Да, я в этом просто уверена, — поддержала нашего весельчака Ифа. — Поэтому тянем время, а заодно повышаем магический уровень этих лентяев.

— Расколдовывать мы вас не будем, — разочаровала я слепых позеров. — Это вы сделаете самостоятельно, если будете внимательно следовать инструкции.

— Сто су! — вдруг закричал из толпы слепышей один находчивый аристократ, но не услышав от нас никакой реакции, уже менее радостно добавил. — Каждому!

— Что сто су? — уточнила закипающая от гнева Ифа.

— Сто су за снятие магии с моих глаз! — не терял надежды парень.

— Еще одно слово в подобном ключе, — оскорбился в лучших чувствах Мэтт, — и вы лишитесь добровольных помощников в нашем лице! Хотя, стоит ли удивляться подобным словам, если для вас слова дружба, взаимовыручка, доброта — пустой звук!

— Не обижайтесь на нашего товарища, — испуганно встрепенулся очередной первокурсник. — Виконт из семьи казначеев нашей империи, поэтому для него вполне естественно оценивать любой поступок или услугу в денежном эквиваленте. Простите его! Он не со зла! И мы будем безусловно счастливы принять от вас любую помощь!

Парень расплылся в широкой, неестественно радушной улыбке, его сокурсники не сговариваясь сделали тоже самое. Мы решили не придираться и посчитали желание парней своими силами избавится от магии за положительное изменение в их поведении.

— Что нужно делать? — деловито спросил сидевший на полу парень.

Глава 107

— Наверное, ты прав, и сидя — выполнять задание будет удобнее, — начал практикум Мэттью.

Не произнося ни слова, два десятка ничего не видящих студентов уселись на пол, скрестив перед собой ноги и положив на них руки. При этом их спины были вытянуты, словно они мечи проглотили, а головы высоко подняты. Даже сидящих на полу, их невозможно было спутать с простолюдинами, в осанке позеров явно просматривался аристократизм.

— А почему вы не помогаете нам? — возмутился Роберт, пеняя нам за абсолютное невнимание к окаменелой четверке.

— Во-первых, потому что вы прошли проверку и, как и мы, являетесь студентами второго курса. А это значит, что должны знать и уметь все то, что знаем и умеем мы, — любезно пояснила Ифа.

— А во-вторых, у нас нет привычки помогать тем, кто пытается обидеть наших друзей, — хмуро процедил Мэттью. — Или вы думали, что мы сквозь пальцы будем смотреть на Ваши попытки украсть нашу подругу?

— Вы нас неправильно поняли, — начал выкручиваться из щекотливой ситуации Найджел, мило нам улыбаясь. — Мы ни в коем случае не желали леди Мадине зла. Это была шутка!

— Дискуссия окончена, — прервала поток лжи Ифа, и, повернувшись к слепышам, начала тех инструктировать: — Сосредоточьтесь на своем внутреннем зрении и почувствуйте пучок магии, который блокирует ваше зрение.

— Нам тоже самое говорил Габриэль в течение трех часов, но толку от этого не было, — огрызнулся Филипп.

— Разберем детально, — не обращая внимание на реплику, продолжила наша красавица. — Что есть внутреннее зрение?

— Ээээ, — как мог, подробно ответил на заданный вопрос растерявшийся Филипп, впрочем, столь содержательный ответ был и у его сокурсников.

— Внутреннее зрение — это способность видеть или ощущать магию, — вышагивая перед сидевшей на полу толпой студентов, важно декламировал Мэттью, копируя манеру преподавания профессора Домини. — И если видеть магию в пространстве или в предметах способны весьма одаренные маги, то увидеть собственные магические нити внутри себя способен каждый из нас. Этому обучают еще в школе!

В столовой воцарилась оглушительная тишина, даже поварята, хихикавшие где-то в дальнем углу, замолчали.

— Вы в школу-то ходили? — ахнула Ифа, хватаясь за сердце.

— Да! — виновато ответили позеры. — Но про внутреннее зрение мы что-то не помним, — ответил за всех Филипп, подтверждая наши подозрения о том, что бездельничали лентяи не только в Столичной Академии, начали они это делать еще в Столичной Императорской Школе.

— Ладно, безнадежные вы наши, — отмахнувшись от прошлого, хмыкнул Мэтт. — Начнем все с начала. Закройте глаза, сосредоточьтесь на точке солнечного сплетения и ровно дышите.

Минут пятнадцать мы слушали старательное пыхтение аристократов.

— И что должно произойти? — теряя терпение, спросил Филипп.

— Когда вы все сделаете правильно, то сразу поймете, — ответила я. — Но вы слишком торопитесь! И в этом ваша ошибка! Магия не терпит суеты и небрежности.

— И что нам делать? — пискнул кто-то с дальнего ряда.

— Расслабиться, постараться почувствовать себя, свою силу, свою магию! Позвать ее, и она обязательно отзовется, — старалась, как можно доходчивее, объяснить я.

Своим внутренним зрением я видела, что магия сидевших передо мной ребят практически не использовалась, магические каналы в силу имевшихся там застоев обладали слабой сопротивляемостью к посторонней магии. Поэтому было совсем неудивительно, что приворот моей соседки так легко укоренился в них. А что уж говорить об искусных магических пучках профессора Килби, которые беспрепятственно разместились на зрительном нерве аристократов!

Рассерженно пыхтеть они перестали, теперь старались плавно вдыхать и выдыхать воздух, на лицах появилось спокойное выражение, плечи расслабленно опустились. Это продолжалась уже больше часа, когда наконец-то Филипп прокричал:

— Я вижу! Я ее вижу!

Глава 108

— Кого? — встрепенулся его сосед слева.

— Леди Мадину? — предположил сосед справа.

— Магию! — ошеломленно пропищал Филипп, будто, не веря собственным словам. — Мою магию!

— И какая она? — стали расспрашивать его сокурсники.

— Лазурная, как ядовитые пятнышки у Белинды. Она течет по тонким сосудам, будто кровь по венам и мерцает. Она такая красивая, — восхищенно рассказывал позер

— Очень рад твоему успеху Филипп, — похвалил парня златовласый учитель. — А теперь ищи пучок чужеродной магии.

- Нашел! — радостно прокричал самый удачливый наш ученик. — Это узел зеленых магических нитей! — парень был явно поражен увиденным.

— Все верно! — подбодрила его Ифа. — А теперь постарайся его развязать!

Недовольное пыхтение вновь послышалось от позера.

— Аааа!!! — громко закричал Филипп, практически рыдая. — Я опять ничего не вижу, я не вижу свою магию и этот мерзкий пучок!

— Все верно! — бесстрастно ответила я, давая понять, что данная ситуация вполне обычна для подобных тренировок. — Ты утратил свое самообладание, поэтому твое внутреннее зрение вновь рассеялось.

— И что же мне делать?

— Начинать все с начала! Лишь терпение и сосредоточенность сможет тебе помочь в выполнении поставленной задачи, — пояснила я.

На этот раз столичные первокурсники действительно удивили нас. Они словно смирились с судьбой и полностью сосредоточились на своем внутреннем зрении, углубившись в него. Мы с сокурсниками подходили то к одному, то к другому слепышу, направляя их. Вскоре то тут, то там послышались крики «Я ее вижу!», «Она прекрасна!», «Это невероятно!». А затем потекли долгие минуты ожидания того, когда слепышам удастся распутать весьма крупные пучки магических нитей профессора Килби. Преподаватель очень-то и не старался запутать их, чтобы слишком не усложнять и так неподъемную для недотеп задачу по развязыванию магических узелков. Но и столь несложного задания лентяям хватило, чтобы покрыться потом.

Первым с заданием справился именно Филипп. Он так и остался сидеть на полу с широко открытыми глазами, не произнося ни звука, а его взгляд был направлен куда-то вдаль, и ни на чем не фокусировался. Мы откровенно испугались за его душевное здоровье. Склонившись над ним, Мэтт осторожно спросил:

— Филипп, как ты себя чувствуешь? Ты что-нибудь видишь?

Мы отчаянно махали перед его носом руками, но его зрачки на наши движения никак не реагировали.

— Да чтоб тебя! — разгневанно вскрикнула Ифа и ущипнула парня.

— Ай! — тут же пришел в себя тот. — Как ты, дрянная девчонка посмела ущипнуть меня!

— Ну, судя по тому, что он разглядел во мне особь женского пола, можно утверждать, что зрение к нему вернулось! — деловито подметила подруга. — Вот и помогай вам, аристократики неблагодарные, — не осталась в долгу Ифа, отчитывая позера. — Я-то искренне беспокоюсь о его здоровье, а он обзывается! Теперь друзьям своим нерасторопным сам помогай, высокомерный ты наш!

— Филипп! — послышалось со всех сторон негодование испуганных слепышей. — Ты какого Видящего обзываешь Ифу?! Подумаешь, ущипнула она тебя!!! Мог бы и потерпеть ради нас!

Поняв масштабы катастрофы, парень принялся каяться:

— Простите, леди Ифа! Я был столь шокирован произошедшим со мной чудом…

— Что тут же позабыл про всю благодарность за помощь, ведь она пришла от никчемных провинциальных студентов захолустной академии, и поэтому не стоят вашего ценнейшего внимания? — обиженно высказалась подруга. — Но у нас тоже есть достоинство, которое ты, Филипп, задел! И твои извинения вряд ли исправят эту ситуацию!

— И за свой проступок ты будешь наказан! — вклинился в процесс воспитания Мэтт.

— Что?!! — закричал возмущенный Филипп, но, получив удар локтем от правого соседа и пинок от левого, тут же перестал голосить.

— Тихо! — шикнули на него слепые товарищи. — Молчи и со всем соглашайся!

Филипп от обиды сник и был вынужден подчиниться.

— В качестве наказания теперь ты должен помогать своим товарищам, коли для тебя мы дрянные! — спокойно озвучила я наше с сокурсниками общее решение.

Мы уселись за обеденные столы, с любопытством наблюдая, чем же кончится данный практикум. Хватит ли у недоучек терпения довести его до конца. Потом мой взгляд случайно скользнул по четверке окаменевших воришек зельеварительницы, и я увидела, что те тоже не сидели без дела, а внимательно слушали наши объяснения для слепышей и старательно пытались повторить тоже самое.

— Смотрите! — махнув головой в сторону окаменелостей, сказала я.

— Что там? — ничего не увидев, спросил Мэтт, он был очень прилежным и работоспособным студентом, но его магический дар был не столь силен, чтобы видеть чужие магические потоки.

— Они пытаются, следуя нашим инструкциям, снять ваш магический блок, — пояснила ему Ифа.

— И как, у них получается? — усмехнулся друг.

— Нет, — ответила наша красавица, изумленно хлопая глазами. — Они его истончают, словно тесто скалкой раскатывают и натягивают на все тело, вплоть до макушки, вместо того, чтобы проникнуть в стихию камня и рассеять ее.

— Странный способ они выбрали для решения своей проблемы, — усмехнулся друг. — Каменюшки разве не понимают, что делают?

Ответа на этот вопрос у нас с Ифой не было, мы завороженно смотрели на преобразование отпрысков знатных родов. Вскоре перед нами предстали четыре каменных человека, правда, имевшие возможность передвигаться, но поступь их была тяжела и неспешна.

— Все готово! — гордо заявил Льюис.

— Мы справились с заданием! — подытожил Энтони.

— И так сойдет! — дал более правдивую оценку решению поставленной задачи Найджел.

— Кто-нибудь потом все переделает! — легкомысленно отмахнулся от будущих проблем Роберт.

— Вижу! Вижу! Вижу! — послушались с пола радостные голоса столичных первокурсников.

Они поднялись и начали скакать по столовой, обнимая и поздравляя друг друга с первой в их жизни победой — выполненным практическим заданием. После всеобщего ликования парни все же обратили на нас внимание, переглянувшись, они с большим достоинством нам кивнули. Этот жест можно было воспринять, как знак благодарности и уважения. Ну что ж, бывшие слепыши были не так уж безнадежны.

Как только профессор Вакози убедился в выполнении заданий аристократами: слепыши прозрели, пьедесталы вернули себе возможность передвигаться (глядя на четверку, покрытую каменной кожей, преподаватель лишь насмешливо ухмыльнулся, понимая, что подобная лень может обойтись парням боком), он сообщил нам, что мы можем отправляться на поляну к крылатым ящерам, так как теперь там безопасно. И как только мы радостно направились к секретному подземному ходу, прозревшие и получившие возможность передвигаться аристократы, заявили, что они тоже желают познакомиться со зверюгами. Даже Габриэль, найдя в себе силы оторваться от своей пленительной звезды, не мог унять желания полюбоваться на всем известных рептилий вблизи. Да и столичные красотки, молниеносно излечившись от панических атак, настояли на возможности увидеть гигантов. Не желая вызвать лишних подозрений у родителей столичных студентов, преподаватели разрешили молодым леди и джентльменам посетить горную полянку ящеров. В качестве охраны отпрысков знатных фамилий сопровождал Брайан с несколькими своими гвардейцами.

Глава 109

Нас допустили до громил только к вечеру, после того, как мудрый волшебник — ректор Северной Академии самолично убедился в лояльности к нам прилетевших крылатых ящеров. Так как магическую защиту с академии не сняли, то к рептилиям пришлось идти по уже знакомым нам темным коридорам подземного хода, мучаясь громкими испуганными криками девиц и жутким скрежетанием лап одного все же периодически впадающего в панику скорпиона. Лишь Хезер — зеленоволосая русалка чувствовала себя комфортно в темных катакомбах старинного подземелья, так как перемещалась на руках двух гвардейцев, правда, для активации собственной храбрости все же сжимала несчастным горло в удушающих объятьях. Те сипели, но продолжали нести хвостатую красавицу, косясь то на идущего рядом высотой с человеческий рост очаровательного дикобраза, от испуга распушившего свои иголки, то на покрытую ядовитыми бирюзовыми пятнами его подружку.