Сладкое увлечение

Глава 1

Жизнью, как и мороженым, следует наслаждаться в меру.

Блог «Дневник Розочки»


— Лавидж[1] Амери?

Элли решила, что сейчас самый подходящий момент последовать совету бабушки — посмотреться в зеркало перед тем, как открываешь входную дверь.

Она стояла на коленях, на руках у нее были резиновые перчатки, залитые мыльной водой, когда раздался звонок в дверь. Девушка раскраснелась и вспотела, ее кое-как стянутые в хвост волосы растрепались. Элли весь день делала уборку в доме, а в данный момент до блеска отмывала пол в кухне.

Ну чем не Золушка?

Элли не могла позволить себе посещать тренажерный зал и постоянно твердила сестрам, что уборка — гораздо более эффективный способ поддерживать хорошую физическую форму, чем занятия на беговой дорожке.

Выглядела она сейчас, конечно, не слишком привлекательно. Промокшая от пота мешковатая футболка, завязанная узлом на талии, и широкие джинсы с закатанными до колен брючинами.

Кстати, стоящий на пороге дома мужчина тоже выглядел не очень-то опрятно. Пряди его густых черных волос торчали во все стороны, словно он недавно вылез из постели. На подбородке и щеках красовалась щетина. Можно, конечно, предположить, что он следует моде на легкую небритость, но, скорее всего, мужчина просто решил не бриться в нерабочий субботний день.

Хотя еще неизвестно, есть ли у него работа.

На нем, как и на Элли, были старые джинсы и настолько изношенная футболка, что ее давно следовало выбросить в мусорную корзину. Однако на незнакомце эта футболка смотрелась чрезвычайно сексуально.

Элли быстро сняла резиновые перчатки и бросила их через плечо в коридор.

— Кто спрашивает? — поинтересовалась она.

— Шон Макелрой.

Голос мужчины был под стать его внешности: низкий, чувственный и обволакивающий, как туман в Ирландии. Элли неожиданно ощутила странное оживление, когда он протянул ей руку.

Прохладная, немного шероховатая и очень большая ладонь обхватила руку Элли.

— Как поживаете? — спросила она, подражая кокетливой манере своей бабушки, которую та использовала при встрече с красивыми мужчинами.

— Я живу очень хорошо, — ответил он и медленно растянул губы в улыбке.

Элли мгновенно вспомнила о том, насколько неприглядно она выглядит: растрепанные волосы, отсутствие косметики, намокшие джинсы. Она зачарованно уставилась на небольшие морщинки, залегшие в уголках голубых глаз мужчины.

Пожалуй, пора поверить в то, что женщинам семьи Амери передается по наследству определенный ген, который отключает их разум в присутствии красивого мужчины.

Однако Элли тут же упрекнула себя за подобное поведение. Единственная причина ее смущения состоит в том, что она никогда не встречала мужчину с таким необычным цветом глаз.

Мужчина был широкоплеч и высок. Он являл собой образец бесшабашного «плохого парня», привыкшего к странствиям. Ежегодно подобные парни приезжали на ярмарку в начале июня в деревню, где жила Элли, и исчезали через несколько дней, разбив немало женских сердец и сделав некоторых жительниц матерями-одиночками.

При мысли об этом Элли пришла в себя, резко выдернула руку из его ладони и попятилась назад:

— Что вам нужно, мистер Макелрой?

Он едва заметно поднял брови:

— Мне нужно не что, а кто. У меня посылка для Лавидж Амери.

Элли заволновалась. Она не делала никаких заказов, ибо у нее не было денег. Однако у Элли была бабушка, которую тоже звали Лавидж, и она жила в мире грез.

— Если вы готовы принять… — продолжал он.

— Что?

— Розочка, — произнес Шон Макелрой так, словно это было очевидно, и махнул рукой в сторону гаража. — Вы ее ждете?

Элли выглянула в дверь и увидела перед собой большой бело-розовый фургон.

Она озадаченно уставилась на машину, ибо ожидала увидеть очередную собаку из приюта. Элли запрещала сестре Гейли притаскивать в дом бродячих животных, но та ее не слушала.

— Где она? Где собака? — спросила Элли. Нет, что бы ни говорила Гейли, она больше не возьмет собаку. — Счета на оплату услуг ветеринара в последний раз…

— Розочка не собака, — в замешательстве сказал Шон. — Розочка — это Розочка.

Элли нахмурилась, уставившись на фургон, разрисованный маленькими рожками с мороженым, и вдруг до нее дошло:

— Розочка — фургон для перевозки и продажи мороженого?

— Поздравляю вас!

Она нахмурилась:

— Поздравляете с чем?

— Ваши глаза вас не обманывают, — поддразнил он ее.

— Передо мной очень старый фургон мороженщика, — заметила она, делая все возможное, чтобы игнорировать его привлекательную улыбку.

— На самом деле это машина одна тысяча девятьсот шестьдесят второго года выпуска, причем в оригинальной раскраске. — Шон произнес это так, словно был убежден, что доставил Элли превосходную вещь.

— Одна тысяча девятьсот шестьдесят второго года?!

— Винтажная красавица Розочка, — подтвердил Шон. — Она — гордость вашего двоюродного деда Базила,[2] и сейчас ей требуется хороший дом.

Шон Макелрой заглянул через плечо Элли в дом, вне сомнения, намереваясь таким образом провести инспекцию будущего жилища Розочки.

Он едва заметно вздрогнул, обнаружив, что дому давно требуется ремонт. Помещение оказалось довольно неопрятным, к тому же было завалено различными вещами. Заметив лежащий на полу изгрызенный собакой ковер, Шон помрачнел.

— Винтажная красавица, — повторила Элли, заставляя Шона смотреть на нее, а не на беспорядок в доме. — Ну, безусловно, она придется здесь кстати. Только имеется одна небольшая проблема.

— Какая? — поинтересовался мужчина.

— У меня нет двоюродного деда Базила.

Наконец-то он перестал улыбаться и нахмурился, лицо сделалось вдумчивым. Но это не убавило его привлекательности.

— Вы Лавидж Амери, — произнес Шон, — и живете по адресу Гейбл-Энд, деревня Лонгборн.

Элли неторопливым кивком подтвердила его слова.

— Очевидно, произошла ошибка, — заявила она со всей уверенностью, на какую была способна. Может быть, ее бабушка знакома с Базилом, который ищет, куда поставить на хранение фургон для перевозки и продажи мороженого? Но Базил не приходится Элли ни двоюродным, ни родным дедом. — Если возникла какая-то путаница в документации, решайте проблему с Базилом.

— У вас необычное имя — Лавидж. Вряд ли его можно перепутать с другим именем, — бросил Шон, игнорируя ее превосходный совет.

— Да уж, назвали так назвали.

Он поднял брови, а Элли вдруг взглянула на его левую руку. Обручального кольца нет. Но это ничего не означает. Такой привлекательный мужчина без подружки не останется. Кроме того, Элли сейчас не до романов. На ней лежит куча обязанностей.

Нужно заботиться о двух сестрах, которые еще не получили образования. О бабушке, живущей исключительно воспоминаниями о прошлом. И о доме, на содержание которого уходит весь ее заработок.

— Вам не нравится ваше имя? — спросил Шон.

— Нет… Да… К сожалению, услышав его, мужчины становятся инфантильными вне зависимости от возраста.

— Мужчины иногда делают глупости, — признался он, потом повторил: — Лавидж…

На этот раз, услышав, как он произносит ее имя, Элли ухватилась за дверной косяк, чтобы не упасть.

— Вы хорошо себя чувствуете? — встревожился Шон.

— Хорошо, — отрезала она, приказывая себе совладать с эмоциями.

Этот Шон пытается всучить ей какой-то хлам. А возможно, что еще хуже, он — мошенник и отвлекает ее, в то время как его сообщник — тот самый Базил — пытается проникнуть в дом через заднюю дверь. Но что бы Шон ни затевал, можно с железобетонной уверенностью сказать, что флиртует он так же легко и непринужденно, как дышит. И Элли уже начала поддаваться его чарам.

— Вы все сказали? — поинтересовалась она.

— Нет, погодите! Имя и адрес доставки верные. Пусть вы не знаете дедушку Базила, зато он, вероятно, знает вас. — Шон посмотрел на коричневый конверт, который держал в руках, потом на Элли. — Скажите, в вашей семье всем дают имена по названиям растений?

Элли открыла рот, собираясь надерзить ему, потом передумала и спросила:

— Скажите мне, мистер Макелрой, фургон на ходу?

— Я приехал сюда на Розочке, — заметил он, очаровательно улыбаясь. — Я могу покатать вас на ней, если хотите, и расскажу обо всех ее причудах. Розочка — замечательная девочка, но своенравная.

— Ах так! Вы хотите мне продемонстрировать, как ездит старая развалина для перевозки мороженого.

— Вы немного резковаты. — Шон оперся плечом о дверной косяк и расслабился. — Скажем, так. Розочка — старый фургон для перевозки и продажи мороженого, и у нее непростой характер.

— Может, хватит уже?! — воскликнула Элли, изо всех сил стараясь не сказать какую-нибудь гадость. — Мне очень жаль, мистер Макелрой…

— Зовите меня по имени.

— Мне очень жаль, мистер Макелрой, — упрямо повторила она, — но моя мать запрещала мне кататься на автомобилях с незнакомцами.

Мать Элли говорила одно, однако поступала совсем иначе. Окажись она сейчас на месте дочери, согласилась бы на поездку не колеблясь. Будучи любительницей приключений, мать Элли немедленно села бы в фургон и носилась бы сейчас по деревне с ревом и визгом, приводя в ужас соседей.

Но, несмотря на несомненное великолепие Шона Макелроя, Элли не собиралась повторять ошибок своей матери. И пока он пытался осознать, что она ему отказала и отправила прочь, Элли шагнула назад и закрыла дверь, набросив дверную цепочку.

— Убирайтесь отсюда и захватите с собой Розочку! — крикнула девушка.

Шон не сдвинулся с места. Его фигура была отчетливо видна сквозь дверные витражи. Поняв, что он тоже может ее увидеть, Элли схватила резиновые перчатки и с учащенно бьющимся сердцем рванула в кухню.

Опустившись на колени, она с большим, чем прежде, усердием принялась отмывать пол. У нее пульсировало в ушах, она ждала, что в дверь снова позвонят.

Но никто не позвонил.

Ощущение облегчения сменилось сожалением. Сегодня был великолепный майский денек. Самое время покататься в фургоне для перевозки мороженого с красивым мужчиной, чувствуя себя озорной и легкомысленной особой. Именно такой, какой Элли никогда не была. Даже аромат сирени, проникающий сквозь кухонную дверь, дразнил ее и побуждал забыть хотя бы на часок о многочисленных обязанностях и развлечься.

Она покачала головой. Развлечения — опасная штука. Элли буквально набросилась на кухонный пол со щеткой в руках, отскабливая керамическую плитку, которая и так уже сияла безупречной чистотой. Только бы забыть голубоглазого Шона Макелроя и сосредоточиться на текущих проблемах. Например, нужно раздобыть двести пятьдесят фунтов стерлингов, чтобы оплатить школьную экскурсию Гейли во Францию.

Денег взять неоткуда. Придется Элли стиснуть зубы и отработать дополнительную смену.


* * *

У Шона перехватило дыхание.

Проблемы в его жизни начались с того момента, когда он приехал в Гейбл-Энд и позвонил в дверь Лавидж Амери. Его встретила девушка с раскрасневшимися щеками, растрепанными волосами и огромными светло-карими глазами.

Она была довольно высока, обладала мягкими полными губами и соблазнительной фигурой. Небрежность одежды и прически делала ее чрезвычайно соблазнительной.

Давненько Шон не увлекался ни одной женщиной. Причем Элли не делала ничего, чтобы ему понравиться.

Будучи застигнутой врасплох, она, в отличие от большинства знакомых ему женщин, не стремилась казаться лучше и вела себя крайне непринужденно. Вот это ее качество и понравилось ему больше всего.

Глядя на нее, Шон почти забыл, зачем приехал сюда, поэтому опешил, когда она захлопнула дверь перед его носом. Он не мог вспомнить, когда в последний раз его столь резко выпроваживали. Однако, услышав, как Элли набрасывает дверную цепочку, он понял, что зря потратит время, если позвонит еще раз.

Шон посмотрел на коричневый конверт, который Базил Амери подсунул под дверь его дома, пока он находился в Лондоне. В записке Базил просил Шона перегнать Розочку в дом Лавидж Амери.

Шон пришел в ярость. Как будто у него нет дел поважнее! Однако Базил действовал в своем обычном стиле — просто исчез без объяснения причин.

Но, по правде говоря, ярость Шона испарилась, как только дверь ему открыла очаровательная Лавидж Амери. Ее прекрасные глаза едва не втянули его в чужие семейные дела. Семейные дела… В прошлом он достаточно настрадался из-за семейных разборок, поэтому не станет добровольно совать нос туда, куда не следует.

Итак, Розочка доставлена по назначению. Работа выполнена.


Загрузка...