Слишком необузданные

Глава 10

Рейвен

— Я не могу остановиться!

Я развернулась как раз в тот момент, когда маленькая девочка устремилась в мою сторону, вытянув руки по швам и широко расставив ноги, как будто она пыталась остановиться, но у ее лыж были другие планы. Я подвинулась и наклонилась, чтобы обнять ее за талию, прежде чем она врежется в ограждение у подножия кроличьей горки.

— Ого.

Она приподняла шлем рукой в варежке и посмотрела на меня широко раскрытыми глазами.

— Ого.

Я рассмеялась, чтобы убедиться, что она не дрожит.

— Не забывай сосредоточится. Собирай лыжи перед собой в форме буквы «». И тормози.

Девочка кивнула, затем передвинула лыжи вперед, чтобы снова встать в очередь на очередное восхождение на бугель, который доставлял людей на вершину холма для начинающих.

— Прости, Рейвен. — Керри, новый инструктор в моем штате в этом году, остановилась рядом со мной. — Она сбежала от меня.

— О, все в порядке. Такое случается. — Даже если бы девочка врезалась в меня, это был бы не первый случай, когда шестилетний ребенок сбивает меня с ног. Работа у меня опасная. — Как дела сегодня?

— Хорошо, — сказала Керри. — Я собираюсь отвести их в лодж и подготовить к встрече с родителями.

— Отлично. Увидимся позже.

Это была еще одна насыщенная суббота в «Мэдиган Маунтин». Казалось, что всего несколько минут назад я заезжала на парковку с чашкой кофе в руке, готовая начать день. Потом я моргнула, и день почти закончился.

Занятия сегодня прошли гладко. На самом деле, в этом сезоне все шло гладко. Рано или поздно у нас возникнут проблемы. Травма. Рассерженный родитель. Потерявшийся ребенок. Это был только вопрос времени. Но пока единственным происшествием был героизм Крю на подъёмнике.

Именно так его окрестили СМИ.

Крю — герой «Мэдиган Маунтин».

Для меня он был человеком, который украл у меня бессчетное количество часов сна. Не то чтобы я жаловалась. Время поджимало. Я наслаждалась им, пока еще могла.

Прошлой ночью, после того как я улизнула из его номера, я отправилась домой, чтобы принять душ и завалиться спать. Вот только я не могла отключить свой мозг. Так продолжалось последние два дня, с того самого утра, когда я принесла ему завтрак.

Когда я закрывала глаза, то видела взгляд, которым он одарил меня в то утро. Я чувствовала, как его руки крепко сжимают меня. Я слышала свое собственное тихое желание, чтобы это не заканчивалось.

Ворочаясь с боку на бок до четырех часов, я, наконец, сдалась и взяла телефон. Я провела предрассветные часы, просматривая на Ютуб видео с участием Крю. Не только об инциденте с подъемником, но и о его соревнованиях и интервью прессе.

Моим любимым было видео с мероприятия. С другим участником соревнований произошел несчастный случай, и парень был в отчаянии и слезах, когда ковылял прочь от хафпайпа.

Крю отвел парня в сторону, низко наклонившись, чтобы оператор не смог запечатлеть их разговор. Я не была уверена, что он сказал тому парню, но к тому времени, когда Крю обнял его и похлопал по спине, слезы у того исчезли.

Мне понравилось, что Крю нашел время, чтобы дать кому-то надежду. Мне понравилось, что он спас того парня пожертвовав собой. Мне понравилось, что он был влюблен в меня, когда я был подростком.

Но в этом то и была проблема, не так ли?

Мне слишком многое нравилось, когда дело касалось Крю.

Словно зная, что я думаю о нем, он направился в мою сторону. Сегодня на нем была зеленая охотничья куртка. Он не брился несколько дней, и густая щетина придавала ему озорной вид. Но ему не хватало чего-то важного.

— Ты хмуришься, — сказал он, останавливаясь передо мной.

— Почему ты не надел свою повязку?

Он понизил голос, подходя ближе.

— Беспокоишься обо мне, детка?

Да.

— Это твое тело.

— Да. И тебе нравится мое тело.

Более правдивых слов еще никто не говорил. Мне все нравилось в Крю Мэдигане.

Что было бы в старших классах, если бы вместо Оуэна Нельсона я влюбилась в Крю? Стали бы мы встречаться? Стал бы он действовать, даже если бы это разозлило Ривера? Или все равно уехал бы после окончания школы?

— О чем ты думаешь? — спросил он.

— Ни о чем, — солгала я. — Так что там с повязкой?

— В ней нет необходимости. — Чтобы продемонстрировать это, он поднял руку и медленно покрутил ею.

Я поджала губы, но отпустила его.

— Что ты сегодня делаешь?

— Встречаюсь с Ридом и Уэстоном. Мы собираемся взглянуть на хафпайп.

Мои сотрудники говорили о пайпе на утреннем совещании. Команда строителей потратила несколько недель на создание искусственного снега для этого объекта. Несмотря на то, что вокруг было много естественного снега, искусственный снег гарантировал, что на стенах не будет ни палок, ни комьев грязи, которые могли бы создать опасные неровности, способные сбить с ног сноубордиста.

Затем с помощью специальных машин из искусственного снега формовали идеальную форму буквы «U». Из всех этих машин мне больше всего понравился «Пайп драгон» (прим. ред.: Пайп драгон — это механизм, который позволяет полностью обустраивать хафпайп (трассу для сноубординга) и придавать ему идеальную форму) с длинными ножами для уборки, которые сохраняли вертикальные стенки чистыми и гладкими. Возможно, когда-нибудь я научусь управлять ею. Когда я закончу преподавать, стану грумером.

— Я слышала, что все готово, — сказала я.

— По крайней мере, готово к тестированию.

Я прищурилась.

— Не ты же тестируешь?

— Может и я.

— Крю, — предупредила я.

— Я буду осторожен. — Он поднял руку. — Обещаю.

— Ты такой лжец. — Я покачала головой, сдерживая смех. — Ты даже не знаешь, что это значит.

Он усмехнулся и поднял руку, словно собираясь убрать прядь волос с моего виска, что он часто делал за закрытой дверью своего номера. Но затем опустил ее.

Мы оба вспомнили, что стоим прямо у входа в лодж, а вокруг толпятся сотни людей.

Я отступила на шаг. Крю тоже.

И как раз вовремя. Ривер вышел из-за спины Крю.

— Привет, чувак. Готов?

— Да. — Крю кивнул. — Только нужно дождаться Рида и Уэстона.

— Хорошо. — Ривер вздернул подбородок, глядя на меня. — Привет. Работаешь?

— Да. — Мой брат понимал концепцию работы, но не хотел ее выполнять. — Как прошло твое вчерашнее собеседование?

Ривер пожал плечами.

— Решил не ехать.

— Что? — Я моргнула. — Ты просто не пошел?

Он нахмурился, придвинулся ближе и понизил голос.

— Я не хочу работать на ландшафтного дизайнера, ясно? Сидеть за рулем грузовика, убирать снег зимой. Летом подстригать газоны у других людей. Зачем тратить их время на собеседование? Или мое?

— Потому что у тебя нет работы.

— Просто брось это, Рейвен. — Он сверкнул глазами. — Не надо на меня злиться, ладно? Я все равно сейчас не могу устроиться на работу.

— Почему?

— Я тренируюсь.

— О. — Для меня это новость. — Тренируешься для чего?

— Господи, что с тобой сегодня? Это что, двадцать вопросов или еще что-то в этом роде?

— Ладно. — Я подняла руки вверх. Если Ривер не хотел говорить об этом, особенно в присутствии Крю, я не собиралась давить на него.

А если серьезно, разве он не видел иронии в своем образе жизни? Ривер был первым, кто раскритиковал отца за то, что он обманывал маму во время их брака. Неужели он не понимал, что делает то же самое?

Папа расстраивал и Ривера, и меня в равной степени. Когда наши родители развелись, он тоже испытал облегчение. У мамы наконец-то появился шанс жить своей жизнью и перестать ждать мужчину, который никогда не собирался ставить ее на первое место.

Теперь Ривер занял папино место.

— Мне нужно вернуться к работе, — сказала я, но прежде чем успела уйти, к нашей компании присоединились Рид и Уэстон.

— Привет, ребята, — сказал Рид. — Спасибо, что согласились на это.

— Без проблем. — Крю опустил подбородок.

— Я был уверен, что у тебя с собой будет доска, — ухмыльнулся Уэстон. — Теперь я должен Риду двадцать баксов.

Он начал рыться в кармане, но Крю поднял руку, ухмыляясь и оглядываясь по сторонам, а затем указал куда-то за мое плечо.

Мы все обернулись и увидели помощницу Крю, которая тащилась к нам со шлемом в одной руке и доской, зажатой под другой.

Марианна бросила на своего босса убийственный взгляд.

— Между прочим, я думаю, что это глупая идея, и, если ты сегодня поранишься, на этот раз я с тобой в больницу не поеду.

Думаю, Марианна мне нравится.

— Со мной все будет в порядке. — Крю бросил на нее хмурый взгляд, затем потянулся за своей доской. Это была не та доска, которой он пользовался во время происшествия на подъемнике. Это была доска «Бёртон», которую, как я подозревала, он использовал специально для катания на пайпе, а не для фристайла на склонах.

— Добро пожаловать обратно, Марианна, — сказал Рид. — Как прошла твоя поездка?

— Все было хорошо. — Она кивнула. — Спасибо, что пригласили меня.

— В любое время. Рейвен, ты должна пойти с нами. — Рид кивнул подбородком в сторону лоджа. — Возьми свою доску. Проверь ее.

— О, э-э…

— Да, присоединяйся, — сказал Уэстон. — Ты всегда уезжаешь тренироваться в «Коппер». Теперь тебе этого делать не нужно.

Черт возьми. Я собиралась убить Аву и Кэлли.

Я не распространяла информацию о своих тренировках на других курортах. Я не делилась своей надеждой принять участие в нескольких соревнованиях в этом году ни с кем, включая моего брата. Но в начале осени у нас был девичник, и вино лилось рекой. Хэлли тоже была там, и мои планы на зиму сорвались.

Очевидно, мне следовало попросить их не говорить об этом своим мужчинам.

— А ты разве не работаешь? — спросил Ривер. Конечно, он не хотел, чтобы я шла с ними. Это было о нём, и я вторгалась в его владения.

— Это приказ босса, — сказал Рид. — Возьми свою доску. Мы поедем на снегоходах. Так будет быстрее.

— Вообще-то, у меня сегодня нет с собой доски, — соврала я. Одна была припрятана в шкафу в моем кабинете. Но Ривер хотел быть в центре внимания. Я была слишком занята и устала, чтобы ходить на цыпочках вокруг его хрупкого самолюбия.

— Тогда просто будешь смотреть, — сказал Крю. — Это будет весело.

Все взгляды были прикованы ко мне, поэтому я вздохнула и кивнула.

— Ладно.

Уэстон направился к вертолетному ангару, остальные шли в ногу.

Ривер не отставал от Рида, рассказывая ему о том, что делал сегодня. Крю и Марианна шли бок о бок. А я плелась позади всех, жалея, что у меня не было более подходящего предлога, чтобы уйти.

Крю оглянулся через плечо и слегка улыбнулся мне.

— Все нормально? — произнес он одними губами.

Я кивнула, медленно продвигаясь вместе с группой.

Рядом с огромным гаражом, примыкавшим к вертолетному ангару Уэстона, стоял ряд снегоходов. Оба здания были огромными, но их спрятали подальше от главного здания, чтобы они не загораживали обзор. В нос ударил запах смазки и металла. Вода стекала со сноукэтсов (прим. ред.: сноукэтс — это наземный транспорт с помощью которого готовятся трассы. Иногда на них устанавливают будку для пассажиров и получается автобус-вездеход) и с тихим звоном капала на пол.

Уэстон взял четыре комплекта ключей со стойки на стене и протянул один мне.

— Тебе лучше взять свой. На случай, если понадобится вернуться.

— Спасибо. — Я направилась к черному «Поларису», оседлав сиденье. Затем я подождала, пока остальные рассядутся, и заняла последнее место в очереди, когда мы направились к выходу. Рев двигателей сотрясал воздух, когда мы направлялись к хафпайпу.

Я не была здесь несколько недель, с тех пор, как они прорыли первый канал и насыпали снег вдоль стен. Когда я увидела его, у меня отвисла челюсть.

— Вау, — мой голос потонул в шуме двигателя.

Высота стен должно быть превышала двадцать футов. Они были отмечены синими линиями, которые давали спортсменам наглядное представление о приземлении. Это были олимпийские размеры, что не должно было меня удивить, потому что я знала Рида. Он хотел соревноваться с «Коппер Маунтин» и Парк-Сити. Поэтому он соорудил «соперника».

Мы покатались по склонам, забравшись на вершину, прежде чем припарковаться. Все слезли, восхищаясь пайпом.

О, как же мне хотелось покататься. Мне следовало взять с собой доску, независимо от того, был здесь Ривер или нет. Но он бы обиделся, если бы я затмила его сегодня. Что было нелепо, учитывая, что здесь был Крю.

Волновало ли Ривера, что Крю был лучшим сноубордистом? Или ему просто не хотелось, чтобы его младшая сестра выставила его на посмешище? В любом случае, для меня, наверное, было лучше просто наблюдать. Приближался День благодарения, и если Ривер будет дуться, то праздник получится неловким.

— Миленько, — сказал Крю, подходя и становясь рядом со мной. — Отличная работа, ребята.

— Окажешь честь. — Рид хлопнул его по плечу, затем указал на выступ.

Улыбка, от которой захватывало дух, расплылась по красивому лицу Крю. Боже, он был неподражаем с этой улыбкой. Странно ли, как сильно мне нравились его ровные белые зубы? Я никогда раньше не находила мужские зубы привлекательными, но, возможно, это было потому, что я знала, каково это — чувствовать, как эти зубы покусывают внутреннюю сторону моих бедер.

Мои щеки вспыхнули, и я тряхнула головой, стараясь выбросить из головы мысли о голом Крю.

Он взбежал по пандусу на боковой стороне пайпа, затем бросил свою доску, чтобы пристегнуть ее.

Мы все последовали за ним, наблюдая, как он надевает шлем и защитные очки.

— Сделай мне одолжение, не причиняй себе вреда, — попросила Марианна, поднимая телефон, чтобы сделать несколько снимков. — Льюис меня задушит.

— Ничего не обещаю. — Он ухмыльнулся, а затем молниеносно исчез, задрав хвост доски и нырнув за край, когда падал вниз, под идеальным углом в сорок пять градусов к противоположной стене.

Крю взлетел на противоположную сторону, стараясь не сбить лед с выступа. Пайп был мягким от полуденного солнца, и снег идеально подходил для этого движения. Он повернулся, и в воздух взметнулись снежные брызги.

После поворота он снова помчался в нашу сторону, согнув колени, готовый оторваться от края и взмыть в воздух. Он полетел, наклонившись, чтобы схватить доску одной рукой, в то время как другая была вытянута в воздухе.

Это был простой маневр в воздухе, возможно, этот трюк он проделывал тысячу раз. Но что-то сжалось у меня в груди. Гордость. Может быть, облегчение. Определенно, благоговение, потому что я наблюдала, как чемпион впервые катается на суперпайпе своей семьи. История.

— Надо было взять с собой шампанское, — сказал Рид.

Все взгляды были прикованы к Крю, когда он проделал еще несколько трюков. Простых трюков, пока, ближе к концу, он не развернулся на 360 градусов. Затем он приземлился, замедлил ход и остановился у подножия, повернувшись, чтобы посмотреть на пайп и на нас, стоящих в изумлении.

— Это было потрясающе, — сказал Уэстон. — Я пойду за ним.

Ривер шагнул вперед, готовый прокатиться. Он толкнул меня локтем.

— Жалеешь, что не захватила с собой доску, да?

— Да, — призналась я.

— Очень жаль. — Он ухмыльнулся, затем подошел к той же линии, что и Крю.

Позже. У меня будет шанс позже.

Уэстону не потребовалось много времени, чтобы привезти Крю на снегоходе.

— Видишь, Марианна? — Он обнял ее за плечи. — Я не пострадал.

Она усмехнулась.

— Пока.

— Рад, что ты вернулась, — сказал он. — Как все прошло дома?

Дом.

По какой-то причине это слово прозвучало для меня как пощечина.

У Крю был дом. Он уезжал. Он покидал меня.

— Угадай, с кем я столкнулась в аэропорту? — спросила она. — С Мией.

— О. — Он глубоко вздохнул. — Как она?

— Хорошо. Она спрашивала о тебе.

— Мило. — Он натянуто улыбнулся ей.

Мия была его бывшей? Может, бывшая ассистентка? Крю нанимал только женщин, чьи имена начинались на «М»?

— Почему ты не носишь повязку? — спросила Марианна.

— Я в порядке. Перестань беспокоиться обо мне. Мне не нужна эта чертова повязка.

— Вот же упрямый, — пробормотала она. — Носи повязку. По крайней мере, до тех пор, пока мы не вернемся домой, и ты не сможешь встретиться с доктором Уильямсом.

— Мари…

— Пожалуйста. Просто сделай мне одолжение.

Он вздохнул.

— Ладно.

Он будет носить повязку. Ради нее. Это тоже задевало.

— Я договорилась о встрече в понедельник после Дня благодарения, — сказала она ему.

— Я не думаю…

— Ты пойдешь. Я сама потащу тебя туда, если понадобится, но ты пойдешь.

Стоявший рядом со мной Рид усмехнулся.

— Они спорят, как супружеская пара.

— Она моя рабочая жена, — поддразнил его Крю, опуская доску и пристегивая ее.

— Кстати, о работе, я собираюсь сделать несколько снимков. — Марианна подняла свой телефон и направилась вниз по пайпу, направляясь ко дну.

— Я должен сделать то же самое, — сказал Рид, подняв палец, призывая Крю. — Не уходи пока.

Он побежал прочь, оставив нас с Крю наедине. Он протянул руку, коснувшись тыльной стороны моей перчатки.

— Ты придешь ко мне в номер сегодня вечером?

— Может быть. — Это «может быть» обычно превращалось в «да», когда он целовал меня. Но сейчас он не мог меня поцеловать.

— Ты могла бы прийти пораньше. Мы могли бы заказать ужин. Пообщаться.

— А как же Марианна?

Он наклонился ближе, его губы оказались в опасной близости от моего уха.

— Она может сама найти себе еду.

— Посмотрим. — Я отодвинулась.

— Что не так?

— Ничего.

— Это всего лишь ужин, Рейвен.

Ужин, который неизбежно приведет к сексу. Это будет не просто ужин.

Это будет свидание.

— Когда ты уезжаешь? — спросила я.

— Спешишь избавиться от меня?

— Когда?

Он заколебался, опуская свои ослепительные карие глаза.

— Вероятно, завтра.

Завтра. Все будет кончено. Между нами все будет кончено.

— Ты придешь ко мне сегодня вечером?

Мне так сильно хотелось сказать «да». Провести последнюю ночь в номере «Виста». Но это означало бы прощание. Я не была уверена, что у меня хватит сил сказать это.

Или услышать.

— Мне нужно вернуться к работе. — Я спустилась по трапу, мое сердце бешено колотилось, а в горле стоял ком.

Завтра. Он уезжал завтра. Он собирался домой.

Когда я возвращалась к своему снегоходу, мои шаги были неуверенными, по пути я миновала Рида с фотоаппаратом. Я продолжала двигаться, устремив взгляд вперед. Но когда добралась до снегохода, моя решимость ослабла.

Я обернулась, чтобы бросить последний взгляд, как раз вовремя, чтобы увидеть, как Крю объезжает хафпайп.

Его второй заезд был во многом похож на первый. Легкий. Естественный. Произведение искусства.

Ему суждено было стать чемпионом. Он был создан для жизни за пределами Пенни-Ридж.