Случайный сын криминального босса

Глава 13

Бык

— Халит Муратович, вот вся информация по клинике, — кладёт на край стола толстую папку. — Накопал всё, что смог. Не знаю, насколько может, — пожимает плечами и добавляет: — Как я понял, информация, касающаяся непосредственно генетического материала, утеряна безвозвратно.

— Безвозвратно говоришь? — открываю папку и пробегаю глазами по материалу.

И в самом деле один бред, касающийся экономической составляющей: счета, выписка, бухгалтерские отчёты. Вся подноготная на сотрудников клиники и ни единого слова про клиентов.

— Про пациентов, к сожалению, невозможно что-то узнать. Информация хранилась на одном носителе и была уничтожена. Не восстановить. Я пытался, — пожимает плечами. — Увы, но понять, использовался ваш генетический материал или нет, на сегодняшний день невозможно. По идее, его уничтожили ещё шесть лет назад сразу после того, как вы отказались от проведения процедуры.

— Ключевое слово «по идее». Ты же знаешь, как в нашей стране всё происходит. По бумагам всё уничтожено, а по факту стоит на полочке и пылится, — закрываю папку и с нескрываемым раздражением бросаю в камин.

Бесполезный материал. Дела мне до финансовой составляющей клиники, которая много лет назад разорилась.

— Мы, конечно, можем подвесить за яйца всех, кто когда-либо работал в клинике, и допросить, но едва ли будет смысл, — Юсуф пожимает плечами. — Базы уничтожены. Если пробирка с вашим, — запинается, — материалом и попала на стол генетика, то это чистой воды халатность медперсонала. Короче говоря, не вижу никакого смысла искать виновных, шесть лет прошло. Если по свежим следам ещё можно было как-то узнать, то сейчас, увы, поздно. Все концы давно канули в воду.

И сам отлично понимаю, что поезд ушёл, и раньше надо было дёргаться.

Дьявол!

Кстати, мои ребята выяснили, бывшего мужа Елизаветы и в самом деле звали Дмитрий Максимович Быков.

Только вот они уже пять лет как в разводе, и более того, официально ребёнок носит девичью фамилию девушки и отчество своего деда.

Видать, не особо радужно сложилась семейная жизнь, что ребёнок не унаследовал от отца даже отчество.

— С девушкой что делать будем? — голос Юсуфа врывается в моё сознание.

— А что с ней делать? Закончит со своей работой, и пусть домой едут, — пожимаю плечами.

— Понял, — утвердительно кивает и продолжает говорить: — Халит Муратович, а не проще ли взять генетический материал пацана и сравнить с вашим? Нескольких волос будет достаточно.

— Не проще, — развожу руками в категорическом жесте, — нельзя, чтобы кто-то знал о нашем родстве, если оно на самом деле есть.

Я уже говорил и повторю снова: рядом со мной безумно опасно. А подвергать невинного пацанёнка и его мать опасности мне хочется меньше всего на свете.

Если по какому-то безумному стечению обстоятельств девушка родила от меня ребёнка, то лучше забыть про это и никогда не говорить вслух. Ведь если мои враги узнают, что по улице расхаживает беззащитная девушка с моим сыном, они тут же станут удобной мишенью.

Не могу найти причины, но на судьбу Елизаветы и её сына Дмитрия мне не всё равно. Ведь в этой парочке есть что-то, что заставляет моё сердце биться чаще.

Любовь с первого взгляда? Притяжение к Елизавете? Исключено. Ведь в моей жизни нет места для любви. И причина этому только одна: я не хочу, чтобы девушка, которую я полюблю, унаследовала незавидную судьбу моей матери.

Уж лучше жить спокойную, безмятежную жизнь и не знать, кто отец ребёнка, чем ходить под прицелом винтовки.

— Юсуф, ты можешь идти, — отпускаю подчинённого.

Помощник сдержанно кивает в ответ и выходит из моего кабинета.

Есть во внешности Елизаветы что-то такое, что заставляет моё сердце биться чаще. Но что это? Что в ней есть такого, чего нет в других девушках?

Наверное, то, что в отличие от тех девиц, с которыми я привык коротать вечера, Елизавета настоящая. Она умеет чувствовать. Любовь такой девушки не купить за несколько хрустящих купюр. Её любовь не продаётся и не покупается. Её надо заслужить…

По рассказам отца, моя мама была такой женщиной. Искренней, настоящей. Той, которая будет ждать тебя дома со свежеприготовленным ужином, той, что будет дарить свою любовь и заботу, той, которая никогда не предаст и никогда не осудит, и, наконец, той, кто будет со своим мужчиной и в горе, и в радости, и в нищете, и в богатстве.

— Дьявол! — бью кулаком по столу с такой силой, что костяшки сбиваются и начинают кровить.

Власть, богатство — в этой жизни у меня есть всё, но только всему этому грош цена. В моей жизни нет самого главного — нет любви…

Образ перепуганной, словно загнанной в угол Елизаветы, всплывает перед глазами.

И зачем я только устроил весь этот цирк с тортом? Зачем напугал бедную девушку едва ли не до потери пульса? Может, надо было просто поцеловать её?

Ведь я и чёртову несуществующую свадьбу несуществующего брата выдумал только с одной целью, чтобы Елизавета с сыном осталась в моём доме ещё на один день. Чтобы мы все вместе снова сели за стол и чтобы снова попили вместе чаю…

Хочется дёргать на голове волосы.

Я пошёл на поводу своих желаний. Дал себе слабость. Обманным путём заставил Елизавету с сыном остаться у меня на ночь.

Но осознание содеянного дошло до меня слишком поздно. Мне ни при каких условиях нельзя сближаться с ними, нельзя даже в их сторону смотреть, если я не хочу навлечь на них беды.

Именно по этой причине я ночую сегодня в офисе…

— Халит Муратович, — без стука в мой кабинет залетает взволнованный Юсуф, — Елизавета с сыном сбежали.

Мне на голову словно ведро ледяной воды опрокидывают.

— Сбежать из самого защищённого места в городе? Невозможно!

— Сам охренел, когда мне мужики доложили. По камерам глянули. Плутовка в ящик залезла и мальца за собой увлекла, — на одном дыхании произносит помощник.

Вот тебе новость.

Самые современные охранные системы, тридцать человек охраны, и этого оказалось мало. Девушка на пару с пятилетним пацаном обвела всех вокруг пальца и, забравшись в ящик, скрылась.

— Забавно, — ухмыляюсь. — Немедленно задержать!