Случайный сын криминального босса

Глава 21

Елизавета

Хочется оттолкнуть от себя мерзавца, но не выходит…

Его запах… Он так и манит к себе. Наверное, я сошла с ума.

Мы люди из разных миров, у нас нет ничего общего. Он бандит, мерзавец, самый страшный человек в нашем городе. Чёрт возьми, полицейский настоятельно рекомендовал мне держаться от него подальше!

Придя в чувства, предпринимаю попытку вырваться. Толкаю его в грудь. Но, кажется, он и не замечает. Для массивного мускулистого тела Быка мои удары как слону дробинка, как мёртвому припарка.

Он смял меня под себя, впился в мои губы горячим поцелуем. Отпускать и не думает. Я в его власти… Во власти самого ужасного человека, которого следовало бы обходить стороной, во власти мужчины, чьего ребёнка я воспитываю…

Сжалившись надо мной, Бык наконец-то разрывает затяжной поцелуй и, сделав шаг назад, даёт моим лёгким дышать полной грудью.

Трясущимися руками прикасаюсь к своим губам, на них ещё сохранился вкус перечной мяты и дорогого табака…

Если я скажу, что это был самый ужасный поцелуй в моей жизни, я совру, ведь он, напротив, был самым лучшим, самым страстным и самым, как бы странно это ни звучало, желанным…

Наверное, я последняя дура, но, кажется, моё сердце сделало свой выбор, и я безнадёжно влюбилась в мужчину, которого мне нельзя любить. В мужчину, способного без единой задней мысли причинить нам с сыном самую страшную в мире боль, которую я не смогу пережить.

Говорят, что противоположности притягиваются — нагло врут. Людям из разных миров никогда не быть вместе.

Поднимаю глаза и бросаю короткий взгляд в его сторону. Смотреть на Быка больше одной секунды мне страшно…

Но и этого мгновения мне было достаточно, чтобы разглядеть в его глазах неописуемую тоску…

Не знаю. Может быть, король криминального мира не так ужасен, как мне казалось изначально. Может быть, он тоже способен чувствовать, способен любить?

— Лиза… — первым разрывает повисшее между нами молчание. — Я должен тебе кое-что с-сказать, — запинается на полуслове, словно какой-то мальчишка. Сейчас мне даже и не верится, что передо мной босс мафии, привыкший размениваться человеческими жизнями.

— Димка мой сын… — произносит полушёпотом.

Внутри меня всё мгновенно обрывается. Сердце ударяется о рёбра и уходит в пятки.

Было бы глупо отрицать очевидное. Иной раз, чтобы доказать отцовство, не надо делать никаких ДНК-тестов. Достаточно лишь двух взглядов: сначала на отца, а потом на сына.

Во внешности моего Димки и Халита много общего. Я пыталась убедить себя, что это всё просто совпадение, но, кажется, нет. Таких чудовищных совпадений не бывает.

— Шесть лет назад по вине одного человека мой генетический материал оказался в пробирке твоего мужчины, — громко вздыхает.

Сердце сжимается в комок. Мне страшно. Страшно, что хозяин криминальной империи сейчас скажет, что намерен забрать у меня ребёнка… Страшно, что против него я и слова сказать не смогу…

— Знаешь, а я счастлив, что всё сложилось именно так, — произносит то, чего я точно не ожидала от него услышать.

По его лицу пробегает робкая улыбка.

— Спасибо тебе за сына, — берёт мою ладонь своими большими шершавыми руками. От каждого прикосновения Халита я вздрагиваю.

— Я думал, что когда-нибудь у меня будет семья, о которой я так когда-то мечтал, — ухмыляется своим мыслям, мотает головой из стороны в сторону. — Чёрт возьми, я даже и представить не мог, что будет настолько сложно.

Грубо ругается и, прижав меня к стенке, впивается в мои губы страстным поцелуем, который, казалось, бывает только в кино.

Я не могу найти объяснений, но сейчас я не бью его по груди, не пытаюсь вырваться, а отвечаю взаимностью…

Я совершаю грубейшую ошибку. Я буду сожалеть о содеянном. Я всё понимаю, но не могу отказаться. Одним лишь своим присутствием рядом Халит сводит меня с ума.

— Не бойся меня, — произносит полушёпотом, нагло бегая губами по моей шее.

Сердце на мгновение останавливается и в следующее мгновение начинает скучать так быстро и громко, что становится трудно дышать.

Я кажется сошла с ума…

Надо бежать, кричать во всё горло и спасаться. Но вместо этого я стою как вкопанная и наслаждаюсь моментом…

Стокгольмский синдром? Наваждение? Не знаю…

Наверное, за шесть лет одиночества я изголодалась по мужской любви…

Ощущаю, как пуговки на моей замызганной униформе начинают расстёгиваться одна за одной.

Озираюсь на закрытую дверь. Мне ни при каких условиях не сбежать.

Но самое страшное, что сбегать от Халита сейчас мне хочется меньше всего на свете…

Казалось бы, ещё несколько мгновений назад я содрогалась от страха, но уже сейчас дрожу совершенно от других эмоций…