Случайный сын криминального босса

Глава 8

Елизавета

Сердце, остановившись на мгновение, начинает молотить с такой скоростью, что невольно складывается ощущение, что оно вот-вот пробьёт грудную клетку и вырвется наружу.

Руки начинают неистово дрожать, а по спине пробегает обжигающая капля пота.

В самом ужасном сне я не могла представить, что буду, словно загнанный в угол зверёк, содрогаться от страха под проницательным взглядом хищника. Под взглядом самого страшного человека в нашем городе, под взглядом того, кого следовало бы обходить за километр и ни при каких условиях не вступать в контакт…

— Я-я, — предпринимаю попытку не стоять немым истуканом и хотя бы что-то сказать в ответ, но не выходит. Вместо членораздельных слов с моих губ срываются какие-то неразборчивые звуки.

— Кексик, — в чёрных глазах моего собеседника пробегает всполох огня.

В следующее мгновение Бык делает шаг в мою сторону. Медленный, испытывающий мои нервы на прочность.

Отступаю до тех самых пор, пока не врезаюсь спиной в холодную стену.

Так страшно, как сейчас, мне было только один раз в жизни. Когда мой бывший муж Максим выгонял меня с грудным ребёнком на руках на улицу посреди ночи.

— Не надо… — едва различимый писк срывается с моих губ.

— Что не надо? — сокращает разделяющее нас расстояние до непозволительного и нависает надо мной своим массивным мускулистым телом.

— Не трогайте нас… — произношу шепотом и, выглядывая из-за массивной спины, бросаю взгляд на сына.

Димка, словно находясь у себя дома, открыл холодильник и выбирает, чем же ему полакомиться ещё.

Честно признаться, я немножко в шоке. Мы с сыном неоднократно ходили в гости к моим подругам. И из раза в раз Димка вёл себя максимально скромно, но сегодня его словно подменили. Вся детская наивность куда-то растворилась.

Димка шарится по холодильнику, словно он его личный…

— Разве я такой страшный, что меня стоит бояться? — отступает немного назад, дав мне возможность нормально дышать.

Так сильно прикусываю губу, что во рту проступает привкус крови.

Страшный — это точно не про него…

Опасный, недосягаемый, неприступный и нереальный — все эти слова как нельзя лучше подходят, чтобы описать внешность короля криминального мира.

Не время и не место думать о подобных вещах, но таких мужчин, как Ялабык, я видела только по телевизору в турецких сериалах.

Высокий, накаченный, с тёмными как смоль глазами, острыми скулами, об которые можно ненароком порезаться, и с харизмой, в которую можно без задних ног влюбиться…

Я бы, наверное, могла назвать его идеальным мужчиной, о котором мечтает любая женщина, если бы не одно «но»: он тот, кого надо бояться. Он тот мужчина, которого надо обходить стороной, он тот, кто в состоянии отобрать у меня сына и сослать меня в Сибирь. Он опасен, как дикий зверь.

— Что вам от нас нужно?! — с трудом беру себя в руки и силой воли давлю в себе панику.

Ухмыляется и качает головой из стороны в сторону.

— У меня к вам ровно такой же вопрос, — стреляет чёрными омутами, в которых можно захлебнуться и погибнуть.

— М-мы вам т-тор привезли, — взглядом указываю на коробку, стоящую на столе. — А нас заперли.

— Простите, что задержался, — голос дворецкого прерывает нашу не самую приятную для меня беседу. — Деньги на столе. Не буду отвлекать.

Дроверций как быстро пришёл, так быстро и ушёл. Наверное, он уже привык, что его босс на регулярной основе пытает людей в своём доме, и уже не реагирует…

— Тортик, значит, — отходит к столу и, открыв бумажную упаковку, пробует крем. — Пацан, — указывает пальцем на шкаф, — будь добр, принеси три тарелки.

Сердце уходит в пятки.

Я совершенно не понимаю, что здесь происходит. Король криминального мира, что, с нами чай пить собрался?

Димка покорно кивает и бежит доставать тарелки.

Чему-чему, а хладнокровности мне надо поучиться у собственного пятилетнего ребёнка. Димка ведёт себя так, словно мы не заложники в золотой клетке, а у себя дома. А Бык не мужчина, которого он видит, по сути, первый раз в жизни, а человек, которого он знает всю свою жизнь.

Бык берёт в свои руки нож, больше напоминающий мачете. Сердце в очередной раз, с болью ударившись об рёбра, уходит в пятки. От одной только мысли, что он мог резать этим ножом, становится плохо.

В следующее мгновение на тарелках уже лежат огромные куски торта.

— Кексик, ты чего на месте замерла? Садись! — указывает на стул подле себя.

Моего сына он усадил по другое плечо.

На ватных ногах делаю пару шагов и едва ли не падаю на пол.

— Мам, только тебя ждём, — произносит сынок, с нескрываемым желанием поглядывая на торт.

Пересилив дрожь в ногах, сажусь рядом и трясущейся от страха рукой беру ложку.

— Просто объедение, — причмокивает Бык. — Согласись, что под вкусный тортик диалог лучше идёт.

Не в силах выдавить из себя ни единого слова, молчу.

Чёрт возьми, я до сих пор не могу понять, что за дурдом происходит вокруг меня. На кой чёрт король криминального мира усадил нас за стол пить чай? Что ему нужно от меня, а главное, что ему нужно от моего сына?

Да, мой Димка внешне похож на него. Но это просто совпадение и ничего больше. Такой ужасный человек, как Бык, просто не может оказаться отцом моего ребёнка. Ведь так, да?

— Я, кажется, задал вопрос, а ты, кексик, кажется, его проигнорировала, — тянется к Димке, чтобы погладить его по голове, но сын ловко уворачивается. — Твой ребёнок сказал, что его папа Бык. Какой комментарий ты можешь дать по этому поводу? Только, мой сладкий кексик, не забывай, что сейчас ты полностью находишься в моей власти и что обманывать нет никакого и малейшего смысла.