Тайна феи. По следам мерцающей пыльцы

Глава 8 (Эрхан)

Выхожу из машины рядом с офисом и опасливо оглядываюсь.

— Ток, езжай сразу ко мне, — решает Рамшах, — а мы разберемся с делами и приедем. Сейчас кому-нибудь позвоню, чтоб тебя до дома докинули.

Волчонок послушно кивает. Он у нас после того как мы битый час выталкивали машину из канавы вообще стал очень послушным.

Собираюсь с силами и иду в офис.

— Где партнёры? — сразу же спрашиваю у ведьмочки на ресепшне.

— Господин Ратим у себя в кабинете, госпожа Мелисса в морге, вместе с Байраком, — отчитывается девушка.

Отлично. Если Лиска с другом — это отлично! Значит уже отдохнула от семьи и более-менее адекватна.

Быстро поднимаюсь к себе в кабинет, чтобы просмотреть почту и присоединиться к партнёрам. Если я сейчас сделаю хоть что-то не так — Лиска меня убьет. В моих интересах быть сегодня послушным, покорным волком.

— Эрх, а ты мне магобук дашь? — бежит за мной Токр. — Мне уроки надо сделать.

— Да, пойдем в кабинет, — киваю, — только быстро.

— Пойду-ка с вами, — решает Рамшах и чешет следом.

Но не успеваем мы подойти к столу, как дверь кабинета распахивается и в комнату заходит Лиска.

— Попались, голубчики, — улыбается ехидно.

— Нам пора! — заявляет Шах и оборачивается в песчаный вихрь. — Лиска, мальчика я забираю!

Дух подхватывает Токра и вместе с ним скрывается в открытом окне.

— А я? — судорожно бегу следом.

— А ты давно уже не мальчик! — доносится до меня голос уже издалека.

Оборачиваюсь и понимаю, что Мелисса замыкает дверь на замок. Демонстративно прячет ключ в низкий вырез декольте.

Все! Если раньше я ещё лелеял мечту выскользнуть из комнаты и спрятаться где-нибудь в здании, то сейчас это невозможно. Несносная девица не выпустит, пока всю душу не измотает.

— От вас пахнет спиртным, — спокойно сообщает Мелисса, проходя в комнату.

— Мы выпили немного, — признаюсь честно. Надо поскорее закончить с разговором, отхватить законных люлей и идти заниматься делами. А чтоб разговор закончился быстро, надо быть максимально честным и не спорить с Лиской. Вообще. Совсем. Никогда.

Потому что в споре я однозначно проиграю.

— От Токра тоже пахло спиртным, — констатирует Мелисса и по-хозяйски садится на мой стол.

— Я разрешил выпить ему вина, — стараюсь говорить уверенно, но все равно чувствую себя школьником, который оправдывается перед строгим родителем. Едва удерживаюсь от того, чтоб не опустить взгляд. Вместо этого стараюсь смотреть Лиске прямо в лицо.

— С Подпалым что? — требовательно спрашивает ведьма.

Быстро рассказываю все, что произошло в гостях у жениха.

— Допустим, — Мелисса кивает с непроницаемым лицом, так, что и не понятно довольна она или наоборот зла. — Что у вас случилось по дороге?

А вот это самый неудобный вопрос.

— Я не справился с управлением на кочках и нечаянно въехал в канаву, — признаюсь честно.

— Эрх, — Лиса смотрит на меня, словно на психически нездоровое существо, — ты прекрасно водишь машину.

— В этот раз случилась осечка, — признаюсь и всё-таки опускаю взгляд.

— То есть, ты отправил меня решать проблемы с семьёй, хотя знал, что там будет очень тяжело. А сам поехал в клан Подпалых. Выпил, напоил ребенка, рассказал одному из сильнейших волков в нашей общине, что невесты у нас не очень, подорвал репутацию клана, потом догнался, поехал пьяный домой, въехал в канаву с двумя пассажирами в машине, застрял в этой канаве… — Лиска перечисляет все абсолютно бесстрастно, и от ее версии событий все произошедшее начинает казаться мне ужасно глупым, а мои поступки — безответственными.

— Да, Мелисса, ты права, — выдавливаю из себя фразу.

— А потом ты отдал Токра Рамшаху, чтоб он избежал моего праведного гнева, и тем самым подорвал мой авторитет в глазах ребенка окончательно, — подводит итог Лиска.

— Ты права, — сообщаю виновато.

— Весело провел день! — лисица пожимает плечами. — А хочешь я тебе расскажу как прошел мой? — в голосе девушки появляются истерические нотки и я судорожно достаю сигарету. Ещё неизвестно чего я боюсь больше — ледяного спокойствия Мелиссы или ее истерик.

— С удовольствием тебя послушаю, — выдавливаю из себя примирительную улыбку.

— Для начала я хочу задать тебе вопрос, — Лиска смотрит на меня с настоящей злостью. — Почему добрые дела решаешь совершить ты, а разгребаю это всегда я⁈ Почему мне всегда достается самая неприятная часть работы⁈ — девушка переходит на крик и подскакивает со стола.

— Ты, Эрх, захотел помочь Литере, — заявляет Мелисса и делает шаг ко мне. На автомате отступаю. — Я поддержала его, потому что ты мой партнёр и я обязана считаться с твоим мнением, — ещё шаг. — В итоге ты поехал прохлаждаться, а я осталась разгребать проблемы с семьёй!

Это я, Эрх, стояла в кабинете перед бабулей и пыталась отвоевать наше общее решение! Это меня она шантажировала самым дорогим, что есть в этой семье! Это я шла на сделку со своей совестью, когда стояла над волками и отчитывала Литеру, хотя внутри меня все сжималась от жалости к ней. Я ее, черт возьми, понимаю!

Это я смотрела на то, как стая взрослых волков набросилась на двух маленьких, испуганных девчонок! Они клеймили их, камнями забрасывали! А я стояла и смотрела! Потому что сделать ничего не могла! Я была одна! Меня некому было поддержать!

Это я смотрела, как ревёт под одеялом Велиша! Это я обнимала Литеру, когда ей жить не хотелось!

— А что ж ты стояла? — не могу сдержать гневного рыка. — Как обычно, побоялась лезть на рожон? Лисья осторожность? Стояла и смотрела, потому что иначе тебе бы самой хвост прищемили?

А я не смог стоять! Я решил действовать!

Да как у тебя вообще поднялась рука отдать сестру за этого старого извращенца⁈

— Это не извращение, Эрхаша, — Лиска неожиданно смеётся, — это ваши любимые волчьи устои.

Ты погляди как мы заговорили! Выдать замуж девушку за нелюбимого — уже психотравма! А ничего, что волки так испокон веков делают? И делать будут! Это их устой, их мир! Они не могут по-другому!

Я — продукт вашей системы! Меня растили ведьмой, для того, чтобы я была такой. Одной из вас. Берегла вашу жизнь, вертелась в ней. Искала выходы. И ты, праведный волк, осмеливаешься упрекнуть меня в жестокости⁈ Да я только и делаю, что ищу возможность смягчить правила. Просто у кого-то не хватает мозгов воспользоваться теми возможностями, что я даю!

А ты, тот кто первый доказывал мне необходимость традиций, сейчас меня в чем-то упрекаешь?

— Какой-то несправедливый мир! — ужасаюсь искренне. — Его надо менять! И я меняю! Пока ты стоишь в стороне и лишний шаг сделать боишься!

— Зато ты шагаешь! — фыркает Лиска. — Грязными ботинками по всему, что я выстраивала долгие годы.

У моих волчат была свобода! Только им нужно было суметь ей воспользоваться. С умом суметь, Эрх. А выходка Лит лишила этой свободы нас всех.

Я наказала ее. Но, черт побери, наказала по-волчьи! Потому что иначе пришлось бы закручивать гайки всем!

Пожертвовать одной во благо многих — очень по-волчьи, правда?

А ты у нас весь такой супергерой! Красивый, храбрый, в развевающемся плаще! Причиняешь добро, насаждаешь справедливость! Совершил геройский поступок и умчался в закат! А дальше гори все синим пламенем! Разбираться с последствиями все равно не тебе!

Что будет дальше с семьёй — мои заботы.

А я не супергерой! Я обычная лисица! Мне положено грязь за благородными волками подбирать! Одной сделкой с совестью больше, одной меньше… У меня же вообще этой совести быть не должно!

— Лиса, — бормочу растерянно, — Лиска, маленькая, я не это хотел сказать…

Прерываюсь на полуслове, потому что грудь резко сдавливает, а дыхание перехватывает. Лиска магией пользуется редко, но очень эффективно.

— Заткнись, — бросает девушка и я вижу в ее глазах бешенство. — Заткнись, Эрх! Ты никогда не понимаешь, что ты говоришь! Ты никогда не замечаешь ничего дальше собственного носа! Но все равно идёшь и совершаешь «подвиги»!!

Грудь сдавливает ещё сильнее. Я закашливаюсь.

— Лиса, прекрати! — молю. В то, что Лиска меня убьет, не верю, но выработанные на войне рефлексы кричат, что нужно спасаться. — Мелисса, я плачу тебе деньги!

Последний аргумент был решающим. Магия отступает и я обессиленно падаю на диван.

— Хоть какая-то от тебя польза — деньги, — презрительно фыркает Мелисса.

Становится по-настоящему больно. Так вот кто я в этом клане. Денежный мешок при мудрой вожачке и ведьме.

— От тебя пользы вообще нет, — не могу сдержать эмоции. — Ведьма — пережиток прошлого. Тебя же дети боятся! Поэтому меня так и полюбили. Я даю им свободу. Я их люблю и они это чувствуют!

— Любишь? — Лиса смотрит на меня ехидно. — Хорошая у тебя любовь. Одного люблю и дам все, что хочет. А второго не люблю, поэтому живи по традициям. При чем любимчики у тебя зависят от положения луны и желания твоей левой пятки.

А я может и не люблю их так пламенно, но я знаю слово «ответственность». Я ответственна за всех этих существ! Ни за одного, ни за двух. А за целый клан!

И я всегда действую исходя из их интересов. Всем не угодишь, нужно выбирать наименьшее зло. И я его выбирала.

Одиннадцать лет все были счастливы! Одиннадцать лет волки не знали проблем за моей спиной!

А потом пришел ты! И какой результат? Жизнь Литеры разрушил, Велиша плачет, у нее в голове полный бардак. Как Вел теперь жить в волчьем коллективе, если она разочаровалась в нем ещё крошкой? Как ей принять эту жизнь⁈ Ты будешь эту проблему решать⁈

Токр отошёл от семьи и проводит кучу времени с тобой. Пока не надоел тебе. А что я буду делать, если надоест?

От тебя одни проблемы, Эрх! Мы жили долгие годы без твоих денег! И были счастливы!

А потом пришел ты и в семье раздор! Куча загубленных жизней. Бабушка Лит так просто не отдаст, это теперь для нее дело чести и вопрос авторитета в семье. Что с ней будет? Останется старой девой? Самое страшное, что можно придумать для волчицы!

С Вел не слезут, пока она не извинится за свое поведение прилюдно. Ей придется предать сестру, предать себя. И семилетней девочке с этим нужно будет как-то жить.

И это только начало, Эрхан. Два месяца ты с нами. А что будет дальше?

От тебя одни неприятности, Эрхан!

А когда приходит время их разгребать — тебя никогда нет рядом! Потому что ты честный, благородный, в белом пальто уже мчишься устранять очередную локальную несправедливость. Масштабно же смотреть не умеешь!

Ты тешишь свое самолюбие, Эрх! Тебе нравится быть героем. А я не герой, — Лиска пристально смотрит мне в глаза и я вижу в ее взгляде бездну боли, — я просто лисица, которая в этом безумном мире пытается сохранить равновесие.

Мелисса разворачивается и выходит из кабинета. Резко, гордо, зло.

Растерянно смотрю лисице вслед.

У нас с Мелиссой всегда были недопонимания, но до таких скандалов не доходило ни разу.

В груди клокочет от несправедливости происходящего. Да, я заслужил недовольство. Я сделал сегодня много глупых вещей — оставил Мелиссу одну разбираться с семьёй, дал алкоголь Токру. Я готов нести за них ответственность.

Но зачем так много несправедливых упрёков? Я же и правда хочу помочь ее клану. Сделать Зоркоглазых счастливыми, как делал бы свою семью. Но что не так? В чем моя ошибка⁈

Закуриваю на ходу и иду в кабинет Ратима, где должны собраться мои друзья на совещание.

В коридоре вижу прислонившуюся к стене Лиску с сигаретой в руках.

Меня переполняет нежность к этой тоненькой, хрупкой девчонке со стальным характером.

Хочется подойти, обнять, прижать к груди. Утешить и защитить, как это было в первые дни нашего знакомства.

Но я себя одергиваю. Ответной нежности я там не получу, только бездну упрёков.

Иду в кабинет кентавра.

Ребята уже собрались на своих местах. Рат уселся на специальной подстилке за столом, Дубовик развалился на диване, Рамшах тарабанит пальцами по подоконнику.

Падаю в первое попавшееся кресло.

Почти сразу за мной заходит Мелисса. Демонстративно не смотрит ни на меня, ни на Шаха.

Толкает Дуба на диване, чтоб подвинулся, усаживается рядом с ним.

Леший протягивает лисице шоколадку, но она отталкивает.

— Потом поедим, — фыркает раздражённо.

— У нас куча работы сейчас. Что по песчаным духам в городе?

— Я ничего не знаю о наших здесь, — Рамшах отвечает спокойно, будто ничего и не произошло. — Своим весточку отправил, жду ответа.

— Дуб? — лисица требовательно смотрит на лешего.

— Спрашивал у информатора об этих двоих, — бодро отвечает Дубовик. — Перебивались мелкими заказами, мокруху не брали. Могли стрясти с кого-то долг, в дом залезть по наводке. Недавно пришел к посреднику один заказчик. Одет в балахон какой-то, что и не разберёшь мужик перед тобой или баба. Голос визгливый, то ли ещё совсем мальчишка, то ли баба, что курила перед этим лет тридцать. На морде очки, капюшон, бейсболка, воротом толстовки лицо прикрыто. Ну вы же сами знаете, к посредникам так и ходят.

Так вот, заказал этот тип влезть в окно к феям. Унести из дома медальон. Он и рисунок достал, только мне его не показали. Нет его уже у посредника, заказчикам отдал. Рассказал мне информатор, что на рисунке был медальон. Да такой слащавый! Розовый, в форме сердечка. Явно фейская штучка. Нахрена она заказчику — шут его разберёт! Но платили нормально, посредник ребят подрядил.

А потом мы их мертвыми нашли. Вот и все, что узнал…

Дубовик замолкает и в комнате на какое-то время воцаряется молчание.

Я судорожно стараюсь сообразить. Два типа в балахонах. Как их различать? Как вообще все это связано с песчаными духами? С какой стороны к делу подступиться?

— Заказчик и убийца два разных человека, — выдает Лиска. — Потому что заказчик либо совсем мальчишка — мы уже знаем на что молодые, да ранние способны, — либо женщина. Чтоб нанести удары, которыми гоблинов убили нужно много сил. Наш убийца — мужчина. По телосложению похожий на песчаных духов. Сухощавый, сильный, с маленьким кулаком. Возможно, оборотень-пантера, но это один из вариантов. Нужно искать существ по телосложению похожих на духов. Сузим круг подозреваемых.

— Убили из-за дела феечки или просто так? — задаёт следующий вопрос Ратим.

— Фиг его знает, — пожимает плечами Рамшах.

— И я не знаю, — хмуро отвечает Мелисса. — А если даже я не знаю, откладываем этот вопрос на потом. Я считаю, что нам нужно ждать ответа Рамшаха от своих. Тогда станет ясно.

Шах кивает. Ратим, немного подумав, тоже. Дуб снова радостно хватается за магофон, где его ждёт очередная игрушка.

Я привычно соглашаюсь с мнением большинства.

— Все, я в общаге у Серого, — Мелисса демонстративно целует уткнувшегося в экран магофона лешего и, даже не удосужившись попрощаться с нами, мчится на выход.

— Лиса, подожди! Давай я тебя подвезу! — подскакивает следом за ней Дуб.

Тоскливо смотрю вслед парочке. Мне трудно быть в ссоре с кем-то из своих партнёров, даже если этот партнёр вздорная, избалованная девчонка.

Бесит до дрожи! А без нее как будто кусок души наживую вырвали…