Твои решения

Глава 10

Рэй

Я привыкла к тому, что мужчины не смеют мне перечить. Им просто будет плохо. А также я не привыкла к тому, что мне нужно убеждать мужчину обратить на меня внимание, поговорить со мной и, чёрт возьми, затащить меня в постель. Это просто абсурдно само по себе. У меня полно предложений трахнуться, но вот тот, с кем мне этого хотелось бы, обижается на меня и слишком много требует, что меня безумно бесит. Хочется связать Мигеля, засунуть ему кляп в рот и затащить в клетку, чтобы он был только моим. Сломать его, подчинить себе, ввести снова рабство в мире. Но это, увы, неисполнимо.

В шоке смотрю на то, как Мигель уезжает.

— Он что, реально свалил? — недоумевая, шепчу я. — Вот же скотина! Как он мог? Ну, теперь ему пиздец. Я же знаю, где он живёт. Я же поеду туда и устрою ему скандал. Я же просто так это не оставлю! Я же… ему просто пиздец!

Внутри меня бушует ярость. Я, блять, снова спасла задницу Мигеля, а он нос от меня воротит! Что за мудак, а? Я не позволю так с собой обращаться! Он совсем совесть потерял! Какой же…

— Какого хрена всё это сейчас было? — подаёт голос Дек.

И только тогда я вспоминаю о том, что и он тоже здесь находится. Блять.

— А что было?

— Как что? Ты притащилась сюда, когда тебя никто не просил. Ты, блять, назвала этого хрена своим парнем. И ты… Что, мать твою, происходит, Рэй? Этот мудак реально твой парень? Он? — спрашивая, Дек в шоке смотрит на пустое место на парковке, где стояла машина Мигеля.

Блять. Я как бы не хочу, чтобы об этом кто-то знал. Это тайна. Да и моё окружение не поймёт моих отношений с Мигелем. Никогда не приведу его в компанию, а я многих знаю. Они же высмеют его, пострадает моя репутация, да и я не могу потерять мерзкое мнение о себе. Блять.

— Что? — усмехаюсь, приняв решение. — Ты что, правда, подумал, что я говорила на полном серьёзе?

— Эм… я запутался, — Дек жмурится и мотает головой. — Да? Ты же так назвала его. Вы что, успели начать встречаться с пятницы? Когда это всё случилось? Почему он знает тебя и Роко? Ты же сказала, что не знаешь его. Ах да, ты мне соврала. Что за хрень происходит?

— Слушай, — прочищаю горло и смотрю на растерянного Дека. — Дело в том, что Мигель — это и моё задание тоже. Но это задание мне дали больше двух месяцев назад. Я увидела его первой, так что тебе придётся отвалить. Если есть вопросы, то обращайся к папочке. Я лишь работаю, как и ты.

— Работаешь? То есть… Мигель и ты… между вами…

— Блять, нет, конечно, — смеюсь я. — Ну, трахнула я его один раз. Ему и хватит. Он трахается раз в год, так что я держу его на крючке. Я окручивала его столько, что тебе даже в кошмаре не приснится, Дек. И я не дам его тронуть, потому что он мой. А если ты решишь идти против меня, то я, блять, тебя так выебу, что ты срать будешь радугой, понял? Это угроза.

Разворачиваюсь и сажусь в машину. Выглянув из окна, прикладываю два пальца ко лбу и ухмыляюсь.

— Бывай, Дек. И передай своей семье, чтобы они держались подальше от моих игрушек. Ненавижу, когда их трогают, а я ещё не наигралась.

Надавив на педаль газа, срываюсь с места и гоню в сторону дома Мигеля. Я снова начинаю злиться оттого, что он так поступил со мной. Что за мудак? Он опозорил меня перед Деком! Он послал меня перед ним, а это вредит моей репутации! Козёл, блять! И я собираюсь ему всё высказать! Буквально всё!

Бросив машину, пешком прохожу квартал до дома Мигеля. Это для того, чтобы Мигель не успел что-то придумать и вновь свалить от меня. Я решу эту проблему сегодня, и точка.

Мигель стоит на улице, подписывая документы, пока грузчики выносят мебель из его квартиры и грузят её в машину. Он внимательно следит за ними, затем прощается, но я быстро иду к нему и выскакиваю перед ним, не дав свалить.

— Ты просто мудак, — ткнув в него пальцем, рычу я.

— Фиолетовый. Что ты здесь делаешь? Я закончил разговор, — хмурится он.

— Я не закончила. Как ты мог так поступить со мной? Ты, блять, унизил меня перед Деком!

— Фиолетовый. Унизил? И как же? Сказав, что не собираюсь участвовать в ваших мафиозных играх? Если это для тебя унижение, то прости, я не хотел. Но ты не можешь приезжать ко мне на работу и устраивать сцены, Раэлия. Ты тоже подставляешь меня. Ты понимаешь, что теперь я глава отделения, и у меня есть обязательства, как и то, что я должен сохранять лицо перед своими подчинёнными?

— А что я сделала? Спасла твою задницу от Дека? Я даже нож не достала, — возмущаясь, всплёскиваю руками.

— Не нужно больше спасать мою задницу, Раэлия. Моя задница в порядке, понимаешь? Я в порядке. Реши свои проблемы, для начала, а не носись по городу, делая вид, что ты в порядке, — Мигель делает шаг в сторону, я тоже. Он делает шаг в другую сторону, я тоже. Он прищуривается, я тоже.

— Боже мой, — шепчет он, потирая пальцами переносицу. — Что ты хочешь от меня? Я устал, Раэлия. У меня был сложный день сегодня, а дома ещё полно работы.

— Я могу помочь, — нахожусь я. — Хочешь, помогу тебе с этой работой?

— Нет, не хочу. Пропусти меня, — требует он.

— Заставь меня, — наступаю на Мигеля и вскидываю голову. Я моментально вдыхаю слабый аромат его парфюма, и даже он возбуждает меня, как и солнечный свет, который падает на ресницы Мигеля, подсвечивая их золотым.

— Раэлия, пожалуйста, отойди, — шепчет он.

— Нет, пока ты не прекратишь упрямиться. Ты же делаешь это мне назло. Признай.

— Я ничего не делаю тебе назло. Я попросил тебя разобраться с проблемами в твоей семье, и всё. Что ты от меня хочешь?

— Тебя. Ты глупый, что ли? Я тебя хочу.

— Это приятно, но… нет.

— Блять, — издаю стон и закатываю глаза. — Ну что ты ломаешься, как целка, Мигель? Ты ведёшь себя по-детски.

— Как раз таки я веду себя, как взрослый. Я не буду наступать дважды на одни и те же грабли, Раэлия, как бы сильно не хотел быть с тобой, но нет. Я не могу. В следующий раз ты можешь меня убить, Раэлия.

— Я не убью…

— Я не знаю. Понимаешь? Я не знаю. Я больше не могу быть уверенным в том, что у тебя опять не будет приступов.

— Это тебя пугает? С каких пор? — удивляюсь я.

— Нет, меня это не пугает. Я могу справиться с твоими паническими атаками. Но когда ты видишь выдуманный мир и даже не узнаёшь меня, то я бессилен. Понимаешь? Я бессилен. У меня будет два варианта: обезвредить тебя, причинив тебе физическую боль, или дать тебе навредить мне и, вероятно, убить. Как думаешь, какой вариант я выберу? — спрашивает Мигель, а в его глазах появляется горечь.

Тяжело вздыхаю, понимая, о чём он.

— Второй, — тихо отвечаю.

— Да, именно так. Второй. Я хочу жить, Раэлия. И я хочу быть с тобой. Правда, хочу. Ты не представляешь, как мне сложно держаться и не плюнуть на всё, не соврать, убедив себя в том, что всё уже в порядке. Даже сейчас мне так хочется коснуться тебя и сделать вид, что прошлого не было. Но я не могу. Я хочу помогать людям. Хочу увидеть своего племянника или племянницу. Хочу посмотреть на девушку, которая прижучит Мирона. Хочу жить дальше, а не нелепо погибнуть. Прости меня за то, что сейчас я не могу дать тебе то, что ты хочешь. Но дам, я всё отдам, Раэлия. Буквально всё, но реши эти проблемы с отцом. Реши их. Тебе нужен тыл. Доминик твой тыл и всегда был им. Пока ты этого не сделаешь, мы не сможем двигаться дальше. Мы…

— Какого чёрта?

Я даже вздрагиваю, как и Мигель, от резкого и высокого женского крика, раздавшегося рядом с нами.

— Какого чёрта?!

— О господи, — Мигель быстро делает шаг назад от меня и поворачивается к Минди.

Чёртова Минди.

— Почему ты с ней говоришь? Почему вы снова вместе? — кричит она, тыча в меня пальцем.

— Во-первых, Минди, тебя это не касается. Не лезь в мою личную жизнь. Во-вторых, тебе нельзя нервничать, ты беременна. В-третьих, что ты здесь делаешь? — Мигель распрямляет плечи, и я замечаю, что он медленно двигается, но так, чтобы я оказалась позади него. Моё сердце только от этого бьётся быстрее. Не потому, что нас застала его сестра, хотя мы даже не были голыми. А потому что Мигель инстинктивно заслоняет меня собой. Никто подобного для меня не делал. И я должна заполучить его обратно. Моё желание лишь крепнет.

Минди в ярости сверлит меня взглядом, а мне насрать.

— Меня касается твоя личная жизнь, если эта личная жизнь связана вот с этой сучкой.

— Минди, контролируй себя и не опускайся до оскорблений, — резко реагирует Мигель. — Мне это не нравится.

— Не нравится? То есть тебе нравится она? Вот она? Та, что даже ни разу не навестила тебя в больнице? Та, что плюнула на тебя и сбежала, только бы не ухаживать за тобой, а ты едва не умер? Та, что изменяет и трахается с любым свободным членом?

— Минди…

— Ты забыл, что она пришла с другим на вечеринку в честь тебя, Мигель! Она припёрлась туда с другим мужчиной, а он всем рассказывал, как он её трахает и довольно давно! Чёрт возьми! Сними свои розовые очки! Она дерьмо и пачкает тебя! Она…

— Довольно, Минди, — прерывает её Мигель, поднимая руку и заставляя замолчать сестру.

Она хватает ртом воздух, задыхаясь от своей ярости.

— Но…

— Достаточно. Как я и сказал, тебя не касаются наши отношения с Раэлией. Не касаются, Минди. Ты понятия не имеешь, что на самом деле происходит, и не должна лезть. Я не лез в твои отношения с Чедом, прояви уважение и не лезь в мою жизнь. Она моя.

— Я не могу, — Минди категорично мотает головой. — Я буду лезть, потому что ты мой брат, а она дочь мафиози. Дочь убийцы. Напомню тебе, её отец убил нашего дядю, и нам пришлось изменить имена.

— Не приплетай сюда эту чушь, Минди. Ты не можешь увидеть полноценную картину происходящего, потому что тебе недостаёт некоторых аспектов. Если уж на то пошло, то Грег был убийцей, педофилом и насильником. Значит, мы тоже грязные и непотребные?

— Что? — в шоке шепчет Минди.

— Да, я, в отличие от тебя, слушаю несколько точек зрения проблемы, чтобы потом сделать свои выводы. И это, вообще, нас не касается. Это было в прошлом. Поэтому ты не имеешь права лезть ко мне и уж тем более оскорблять Раэлию, потому что хочешь защитить меня. Минди, я взрослый, меня не надо защищать. Я справляюсь сам и буду делать это дальше. Успокойся, пожалуйста, ты лишь вредишь себе.

Минди недовольно поджимает губы и бросает на меня взгляд, полный ненависти.

— Так зачем ты приехала? Мы же только говорили с тобой, и я сказал, что буду занят ремонтом? — интересуется Мигель.

— Я подумала, что ты не успеешь нормально поужинать, поэтому привезла тебе ужин, — Минди показывает на свою машину, припаркованную недалеко от подъезда. — Но потом увидела вас и забыла об этом.

— Понятно. Спасибо, Минди, за заботу. Я, правда, не успею себе что-нибудь приготовить, — Мигель легко улыбается ей, но эта сучка ещё не закончила.

— А вот сейчас я думаю, что ты ни черта не заслужил мой пирог. Маме это всё очень не понравится, как и отцу. И раз уж ты предпочёл её мне и всей семье…

— Это не так. Я никого не выбирал. Не манипулируй мной, Минди. Эти трюки со мной не пройдут. И раз уж я не заслужил, то хорошего вечера. Уходи, — произносит Мигель и складывает руки на груди.

Минди прищуривается, Мигель равнодушно игнорирует её попытки. А он реально стойкий. На него, вообще, повлиять нельзя. И это уже в который раз восхищает меня.

— Ладно, — усмехается Минди. — Что ж, раз тебе нравится быть таким жалким и свободным членом для шлюхи, то твоё право.

— Минди…

— Это не мои слова, Мигель. Её, — она кивает в мою сторону. — Это она сказала мне, что лишь пользовалась тобой, и всё. Трахала тебя, потому что ты жалкий. Она тебя ни во что не ставит. И да, я советовала тебе только трахнуть её, а не влюбляться. Она же только и может, что быть шлюхой. Это лишь мой вывод, который я сделала по словам её парня и её самой. Да, Мигель, ты, и правда, жалкий, рогатый идиот. Когда она бросит тебя снова, не ной. Придурок.

Фыркнув, Минди направляется к машине и уезжает, оставляя меня разбираться с дерьмом, которое она здесь наговорила.

— Я не так сказала, — тихо бубню. — И я просто хотела, чтобы она отвалила от меня. Она угрожала мне.

Мигель переводит на меня тяжёлый взгляд, и я сглатываю.

— Мне это очень неприятно, Раэлия. Сначала ты говоришь Деклану о том, какой я слюнтяй, и всячески унижаешь меня. Затем ты говоришь в лицо моей сестре, которая, к слову, проявляла к тебе наивысшую симпатию, о том, что я лишь твоя игрушка для секса. И, зная тебя, твою манеру разговаривать, защищаться и грубить, я представляю, как ты это сказала. Вот что ещё не даёт мне смягчить свои условия. Ты меня стыдишься. Ты стыдишься того, что я не такой, как Роко или Дрон, — Мигель уязвлённо поджимает губы.

— Это не так. Я же…

— Я закончил этот разговор, — отрезает он и направляется к подъезду.

— Мигель…

— Я не хочу продолжать обсуждать это, Раэлия. Это ни к чему хорошему не приведёт. Я…

— А ну-ка, стой, — рявкнув, хватаю Мигеля за руку и дёргаю его на себя.

Он успевает войти в дом, но не захлопнуть дверь.

— Ты не можешь вот так делать. Не можешь уходить от меня.

Он разворачивается, качая головой.

— Могу. Я могу, потому что знаю, что ничем хорошим это не закончится. Ты начнёшь возмущаться, объяснять мне всё, но здесь нет никаких объяснений. Ты постоянно это делаешь, Раэлия. Я никогда не оскорблял тебя. А ты меня оскорбляешь с первой нашей встречи, хотя я ничего плохого тебе не сделал. Мне неприятно.

— Но я же делаю это для того, чтобы никто не узнал о нас. Так я защищаю… себя и тебя. Ты не понимаешь, что будет, если они узнают. Да, мой мир отличается и мужчины в нём тоже, но я же не была с ними. Я… была с тобой, и я… — Замечаю, что Мигель тупо смотрит куда-то вдаль.

— Ты слушаешь меня? — возмущаясь, пихаю его в грудь.

Мигель моргает и переводит на меня беглый взгляд.

— Да. Но не хочу слушать, я… хм, — хмурясь, он замолкает.

Ладно, тогда я скажу. Я буду говорить.

— Я показываю своё пренебрежительное отношение к тебе, потому что это выгоднее для нас, чем если бы я всем говорила, что мы встречаемся.

— Мы не встречаемся, — вставляет он и опять не смотрит на меня.

К чёрту. Не хочет смотреть мне в глаза, плевать. Пока он говорит со мной и слушает меня, я могу добиться своего.

— Ладно, у нас тайм-аут. Но я же… хорошо, прости меня за то, что я не контролирую свой язык и оскорбляю тебя. Я буду пытаться не делать этого. Ладно, я не буду этого делать, просто зачастую мои оскорбления не имеют ничего близкого к правде. Это просто вырывается из моего рта. И я извинилась. Я буду стараться не оскорблять тебя, хорошо? И я не стыжусь тебя. Ты другой, я признаю это, Мигель. Но тебе нужно принять и тот факт, что в моём мире тебя будут оскорблять чаще и хлеще. Они никого не уважают. Таким образом я пыталась защитить тебя. Я…

Мигель резко хватает меня за руку и тянет на себя так, что я лечу вперёд. Он обхватывает моё тело, бросая меня в подъезд. Я ударяюсь спиной о стену, Мигель отпрыгивает назад. Раздаётся странный хруст, а затем тишина. Мигель стоит, прижавшись к стене рядом с распахнутой на улицу дверью.

— Ты что…

— Пошли. Быстро.

Мигель хватает меня за руку и тащит за собой в сторону лестницы, а не вперёд, к лифту. Он бежит, а я за ним.

— Что происходит? У нас марафон или что? — спрашиваю его, быстро двигаясь за ним.

Мигель останавливается и смотрит вниз, но там никого нет.

— В нас стреляли, — сухо отвечает он, продолжая идти. — Внизу небезопасно.

— Что? — выкрикиваю я.

Тот треск, который я слышала. Вот что это было. Пуля попала в косяк входной двери.

— Да, это был выстрел.

Мы выходим на этаже Мигеля. Оглянувшись, он открывает свою дверь и пропускает меня первой, затем заходит сам и запирается.

— В нас стреляли? — хмурясь, спрашиваю я.

— Да. В нас стреляли. Прости, у меня не прибрано. Ремонт, — говорит он, направляясь в гостиную.

Теперь я отвлекаюсь на банки с краской, стоящие на новом тёмно-сером полу. Затем на коробки с новой мебелью, лежащие по всему коридору. А потом я, вообще, столбенею от пустоты в гостиной. Здесь даже штор теперь нет, как и дивана, телевизора, тумбы и полок с книгами. Хотя кухонный гарнитур остался.

— О-о-о, ты купил новые стулья. Прикольные, — улыбаюсь я, когда мой взгляд останавливается на тёмно-синих бархатных стульях, стоящих возле белого стола.

— Да, мне понравились. Они очень удобные, и цвет красивый. Заказал в тон им диван, но его не было в наличии, теперь жду его. Я ещё стол купил новый, — Мигель проводит ладонью по круглому столу.

— Новый? Он старый.

— Нет, он новый. Тот был молочного цвета из дерева. Этот из стекла и белый с имитацией серо-золотого мрамора. Он новый, — оскорбительно отвечает Мигель.

Боже. Я закатываю глаза и плюхаюсь на новый стул.

— А это что? Матрас? Ты спишь на матрасе? — ужасаюсь я, когда замечаю его.

— Эм, да. Обсудим потом. Твой мобильный при тебе?

— Да. Но…

— Набери номер Доминика и дай мне телефон, — требует Мигель.

— Зачем?

— Сделай это, — настаивает Мигель.

Недовольно достаю мобильный и набираю отца, затем отдаю мобильный Мигелю. Он включает громкую связь и кладёт телефон на стол. Пока идут гудки, Мигель нажимает на кнопку чайника и выглядывает в окно.

— Раэлия, у меня встреча. Что тебе нужно? — злобно рявкает в трубку отец.

— Доминик, добрый вечер, это Мигель, — отвечает Мигель и садится на стул, напротив меня.

— Мигель? Раэлия, она…

— Я в порядке, пап. Это он захотел с тобой поболтать. И в нас стреляли.

— Что?

— Да, неизвестный мне мужчина следил за мной. Он появился, когда ко мне приехали рабочие и начали забирать мою старую мебель для малоимущих. Я заметил его, он гулял через дорогу, но делал вид, что болтал по телефону. Он не ушёл. Раэлия приехала ко мне, затем моя сестра, не буду вдаваться в подробности. Когда я входил в дом, то Раэлия меня остановила и говорила. Вот тогда я и увидел, что этот мужчина бросает на нас странные взгляды, как будто собирается обворовать. Мне ещё показалось странным, что на нём осенняя дутая куртка. На улице тепло для подобной одежды. Он подобрался немного ближе, якобы высматривал такси, но здесь его нет, нужно идти на главную улицу. И вот тогда я заметил, как он приподнял куртку, под которой был пистолет. Такой длинный, я видел такие в фильмах, киллеры убивают из подобных. Тогда я затащил Раэлию в подъезд, и он выстрелил. Мы поднялись ко мне, но прежде я заметил, что пуля попала прямо по низу косяка двери. Раэлия сейчас у меня.

Я сижу с приоткрытым ртом. Мигель всё этот заметил, и он… хм, спас меня?

— Чёрт. Подожди Мигель, — отвечает отец и на пару минут закрывает динамик рукой, пока я в шоке таращусь на Мигеля. А тот как ни в чём не бывало выключает закипевший чайник, достаёт две кружки и делает нам чай. Пиздец какой-то.

— Всё, я здесь. То есть киллер собирался кого-то ранить?

— Да, я так думаю. Если он киллер, то должен хорошо стрелять. Это логично, верно?

— Да.

— Но он хотел напугать. Он чего-то ждал. Потому что он был на улице напротив моего подъезда задолго до приезда Раэлии ко мне. В окно я его не вижу. Я на всякий случай запер дверь на все замки, и мне нужна помощь, Доминик.

— Конечно, Мигель. Я приставлю к тебе своих людей. Они будут охранять тебя. А также я уже отдал запрос, чтобы нашли этого мудака. На улицах есть камеры, мы найдём его.

— Нет, дело не в этом, — Мигель ставит кружку с чаем напротив меня. — Осторожно, горячий.

— А в чём?

— Я не думаю, что Раэлии сейчас будет разумно одной выходить из моего дома и садиться одной в машину. Я прошу о помощи для неё, её нужно охранять и вернуть домой в целости и сохранности.

— Эй, я здесь! И я могу сама за себя постоять! — возмущаюсь я.

— Ты можешь постоять за себя, но если он ещё на улице и следит за входом в подъезд, то вряд ли ты или я сможем выйти. Это неразумно, Раэлия. Нужно проверить кому-то с улицы, где он.

— Ты прав, Мигель. Раэлия, сиди в квартире Мигеля. Я уже посылаю к тебе ребят. Они осмотрят всё, а потом позвонят тебе, чтобы ты выходила. А также я оставлю одну команду рядом с тобой, Мигель. И я бы обдумал вариант твоего переезда.

— Ни за что, — упрямо качает головой, Мигель. — Это моя квартира. Я ни за что и никому не позволю выкурить меня из неё. Нет. Я в порядке. Правда.

— Хм, но они знают, где ты живёшь. Ты мог бы переехать к нам на время.

Блять, а мой папочка молодец. Он так ловко заманивает Мигеля поближе к нам, и это прекрасная идея, потому что в его доме никто продавать квартиру не хочет, а те, что сдавались, уже заняты. Убивать я не могу.

— Спасибо за предложение, но я справлюсь.

— Это небезопасно, — вставляю я. — Нет. Мы не знаем, чего они хотят. Если ты говоришь, что уже видел его, то он явно ждал. Когда ты останешься один, Мигель. Он же убьёт тебя, или появятся другие. Ты должен поехать к нам. У нас безопасно.

— Раэлия, разговор закончен. Нет, — отрезает он.

— Ладно. Разбирайтесь сами, я отправляю людей к вам. И Мигель?

— Да?

— Спасибо за то, что защитил мою дочь.

— Пожалуйста, Доминик. Хорошего вечера.

— И тебе. Береги себя. Раэлия, дай мой номер Мигелю, чтобы он мог звонить мне в любое время.

— Окей.

Мигель нажимает на кнопку завершения звонка и подталкивает мобильный ближе ко мне.

— Поехали со мной, — прошу его. — В нашем доме полно охраны, там камеры и там…

— Нет.

— Почему ты упрямишься? Тебя же могут убить!

— Они не хотят меня убивать, Раэлия. Не хотят. Испугать, да, но я не боюсь. И это моя квартира. Это мой дом. Это мой район. Я не трус. Я буду жить здесь, и точка.

— Идиотизм, — бубню я.

— Может быть, но это моё решение.

— Я про ремонт. Зачем ты затеял его, если у тебя было всё нормально?

— Хм, потому что захотел, — Мигель пожимает плечами.

— Почему ты отдал свою мебель? Она была в хорошем состоянии, практически в новом. Ты и кровать отдал, что ли? Почему ты спишь на матрасе? Да, вопрос о матрасе ещё открыт, и я хочу знать.

Мигель тяжело вздыхает и морщится.

— Потому что это мой способ переживать боль. Ты убегаешь, я делаю ремонт и меняю всё. Так мне становится легче. Я сплю на надувном матрасе, потому что отдал свою кровать, матрас, всё постельное бельё и все полотенца.

— Что? Зачем? — удивляюсь я.

— У меня… хм, пунктик. После завершения отношений я меняю всё это и покупаю новое. Я считаю неправильным спать на кровати другой женщине и пользоваться моим постельным бельём, на котором спала моя бывшая. Это… странно.

— Подожди-подожди, — взмахиваю рукой. — То есть ты отдал все спальные принадлежности, как и каркас кровати с матрасом, чтобы купить всё новое, потому что на той кровати спала я и пользовалась всем этим тоже я?

— Да.

— Выходит, что ты уже готовишься уложить на свою новую кровать другую суку! — злясь, вскрикиваю я и подскакиваю на ноги.

— Это не так.

— А как? По твоей логике ты закончил эти отношения. Но это нечестно! Да, я сбежала! Да, я поступила плохо! Да! Прости меня! Но зачем ты мне мозги морочишь своими условиями, если уже наметил себе новую сучку?

— Я не делал этого…

— Ты только что сам сказал это!

— Ты бросила меня, и мне было больно. Это мой способ справляться с болью. Ты предпочитаешь её не видеть, а я меняю кровать и делаю ремонт. Ты не можешь меня судить, Раэлия. Но это не означает, что я собираюсь встречаться с кем-то. Я люблю тебя и так просто не могу перестать.

— Тогда какого чёрта ты отталкиваешь меня?

— Я уже говорил тебе об этом.

— Ладно, — прищуриваюсь и смотрю на Мигеля. — Но ты же понимаешь, что я буду лечиться двадцать лет, а то и больше?

— Ничего. Это будет тебе во благо.

— То есть ты будешь ждать меня двадцать лет? Можно я тебе не поверю? Ты не будешь двадцать лет ждать меня, и твои чувства угаснут. А что делать мне? Ты думаешь, что за пять минут или один сеанс можно исправить долгие годы моих проблем? Что всё решается по щелчку пальцев? Нет, Мигель! И я хожу к психологу три раза в неделю! Я хожу!

— Правда?

— Да! Спроси у отца. Три раза в неделю наш семейный психолог приходит к нам, и я прохожу терапию. У меня больше нет панических атак и кошмаров. По крайней мере, их не было с того момента, как я вернулась в город, — говорю ему, но умолчу о том, что помогают мне таблетки с побочным эффектом в виде галлюцинаций. Мигелю не стоит знать об этом. Я должна любым способом добиться своего.

— Нет кошмаров? — спрашивает Мигель.

— Нет. Не было. Поэтому я лечусь, но это займёт долгое время. И ты будешь ждать меня? Да это чушь собачья! Почему ты не можешь принять меня сейчас? Почему не можешь… дать мне ещё один шанс сейчас! Я же лечусь! — выкрикиваю я. — Это нечестно! Неизвестно, сколько времени займёт терапия, и я не хочу, чтобы ты ушёл, как это сделал Роко! Дрон лечился один, и вот он потерял время, когда Роко любил его! Они расстались, потому что потеряли это время! И я… не хочу терять его. Разве нельзя параллельно всё делать, Мигель? Я же… я не Дрон и не смогу спокойно ждать, я… это просто нечестно.

Оседаю на стул и стискиваю свою голову руками.

— Нечестно так меня наказывать. Я хочу быть с тобой. Я сказала тебе. Ещё месяц назад я бы ни за что в этом не призналась. А сейчас говорю тебе об этом. Не отталкивай меня. Ты мне нужен, Мигель. Ты мне нужен настоящий и сейчас, а не через двадцать лет. Я… мне нужна причина лечиться. Моя причина — это ты. Я… — тяжело вздыхаю и поднимаю голову.

— Ты права, — Мигель кивает. — Ты полностью права, Раэлия. Это нечестно. Я согласен с тобой. Вероятно, мы могли бы попробовать делать всё параллельно.

— Да? — спрашивая, удивлённо поднимаю брови.

Получилось? Я смогла?

— Да. К примеру, завтра мы могли бы вместе пообедать и обсудить всё. Что скажешь? Я думаю, что так будет правильно для нас обоих.

— Круто. Да, я приеду. И я могу снова переехать к тебе, да? Я…

— О-о-о, нет, — Мигель смеётся и качает головой. — Не так быстро. Мы не будем торопиться.

— А хотя бы трахаться будем?

— Раэлия, боже мой, думай о других вещах.

— Не хочу. Так трахаться будем? Я… ну много порно пересмотрела и выбрала то, что мне очень хочется попробовать. Я…

— Я говорил тебе, хватит смотреть порнографию. Ты что, думаешь только о сексе?

— Ну, ещё о еде. Я могу делать два дела одновременно. Но разве это плохо?

— Нет, это не плохо. И да, у нас, может быть, что-то будет.

— Круто! — улыбаюсь я. — Значит, завтра, да? Трахнемся завтра?

— Нет. Завтра только обедаем.

— Ты же не проведёшь меня через семь кругов ада к первому поцелую? Ты же не настолько жесток, Мигель, — издаю разочарованный стон.

— Нет, я думаю, что десять свиданий сойдёт, — смеётся он, поднимаясь со стула.

— Мигель!

— Девять? Тебе нравится это число?

— Мигель!

— Ладно, два. Согласна?

— Да. А мы можем…

Мой мобильный звонит, и я хмурюсь.

— Кажется, не можем. Тебе пора. Я провожу тебя вниз, а завтра буду ждать тебя в больнице в полдень. У меня обед, а потом операция. Идёт?

— Поцелуемся?

— Нет.

— Ты такая целка, — фыркаю я.

— Фиолетовый, — смеётся он.

Но я всё же улыбаюсь. Получилось. Я снова завладела Мигелем. И завтра точно трахну его. А всего-то нужен был киллер. Нужно заказать ещё парочку, вдруг это быстрее подтолкнёт его в мою вагину. Идеальный план.