В разводе

Глава 9

Александр

Чуть больше двух лет назад

Отношения с Никой с каждым днем становятся все более натянутыми. Я постоянно задерживаюсь на работе, пытаясь разобраться с новыми проектами, а она злится и подозревает меня в отношениях с Лизой. Бред какой-то. Я головы поднять не могу от большого количества задач, порой пропускаю обед и отрываю взгляд от монитора, когда часы показывают десять вечера.

Сегодня самый настоящий аврал. Клиентам нужно все и сразу. Кроме бумажной волокиты мне предстоит провести два собеседования, две встречи с представителями банков и видеоконференцию с партнерами из Германии. Лиза прилетела очень вовремя, ее помощь в этот непростой период бесценна.

Я долго шел к тому, чтобы открыть свою компанию, искал связи и много трудился. Чуть больше года назад мне это удалось, и поначалу все шло очень неплохо, особенно с поддержкой компании, в которой Лиза занимает высокую должность. Но месяц назад все перевернулось с ног на голову. Я никогда не исключал конкурентов и их методов, при помощи которых они готовы топить друг друга. Но чутье подсказывало мне, что дело не в них. Здесь есть кое-что другое.

Я кручусь как белка в колесе, но этого недостаточно. Работаю по семнадцать часов в сутки без выходных и праздников, однако это приносит совсем ничтожные плоды. Да и с Никой отношения испортились. Но если я сегодня не приложу максимум усилий, то завтра нам, возможно, будет негде жить и нечего есть. Деньгами ее отца я, разумеется, никогда не воспользуюсь. Сейчас мне нужно только ее понимание и терпение, которых нет. Плюс ее отец нажигает, все никак не упокоится, что Ника выбрала меня, а не хитрого Андрюшу.

Последняя встреча заканчивается в шесть часов вечера. Как только клиенты выходят за дверь моего кабинета, я закрываюсь на ключ и падаю на кожаный диван для посетителей. Это был адский день, а впереди у меня еще полно дел, которые не терпят отлагательств.

Где-то вдалеке слышу трель мобильника. Черт возьми, я вырубился. Смотрю на настенные часы — половина седьмого. Мобильник находится на столе возле ноутбука, и я, стащив себя с дивана, отвечаю на звонок.

— Слушаю, — часто моргаю я, чтобы проснуться.

— Саш, ты уже собираешься? — на том конце провода слышится звонкий голос Вероники.

— Пока нет, работы много, — говорю я.

— У нас сегодня годовщина, — Ника говорит сдержанно, но я точно знаю, что в этот момент она закатывает глаза и кривит лицо. — Столик в ресторане возле дома заказан на девять.

— Милая, я тебя поздравляю. Постараюсь подъехать к девяти.

— Постараешься?! — переспрашивает возмущено.

— Ника, да, я постараюсь закончить за пару часов и подъехать в ресторан, — хмурюсь я.

— А что у тебя с голосом? — теперь в ее голосе слышатся раздражительные нотки.

— Устал просто, прилег на диван и на двадцать минут отключился, — отвечаю спокойно.

— Один, я надеюсь? — язвительно спрашивает жена. — А то в прошлый раз была Лиза, еда из ресторана и шампанское.

— Ника, я устал слушать весь этот бред. Я очень много работаю. И у меня нет времени на эти глупости, — устало произношу я.

— Это не глупости! — выпаливает она.

— Ты придумываешь то, чего нет. Я устал уже тебе это объяснять. Терпение, знаешь ли не железное, — резко выдыхаю.

— Пока ты ходишь с ней по ресторанам и задерживаешься с ней же, — она намеренно выделяет последнюю фразу, — я сижу дома одна и как последняя идиотка жду мужа.

— Куда я с ней хожу? — переспрашиваю удивленно.

— Тебя видели с ней. В ресторане.

— Это деловая встреча, не более. И она закончилась ровно через пятьдесят минут, — повышаю голос.

— Ну да, рассказывай, — фыркает Вероника. — Продолжай вешать мне лапшу на уши. На другое ведь я не гожусь.

— Ника, хватит! — не выдерживаю я.

— Самое ужасное, Саша, что у тебя есть время на деловые встречи в ресторане с ослепительными брюнетками, а на нашу годовщину, которая бывает раз, — намеренно выделяет, — в год, нет.

— Я устал от беспочвенных сцен ревности. Лиза — дочь маминой подруги. Мы знаем друг друга, считай, с пеленок. Какие у меня могут быть с ней отношения кроме деловых? Да я никогда не смотрел на нее как на женщину.

— Зато она смотрит на тебя как на жертву, — выплевывает жена.

В трубке воцаряется тишина. Слышится лишь ее частое дыхание.

— Если не приедешь вовремя, я уйду, Саша. Пятнадцать минут театральных. И всё, — серьезно говорит Вероника. — Хорошего рабочего вечера.

Она сбрасывает вызов прежде, чем я успеваю хоть что-нибудь ответить на ее слова.

С раздражением приступаю к рабочим проектам и долго пялюсь на лист А4, пытаясь собраться с мыслями. Мне совсем не нравится последний разговор с женой и ее ультиматумы. Но для того, чтобы решить вопрос и объяснить ей, что бросаться такими словами не следует, я сверну раньше все свои дела и приеду вовремя.

После установки, на которую ся себя настроился, работа начинает спориться. Время снова пролетает так быстро, что я отрываю глаза от монитора в половине девятого. Отлично. Успею зайти за цветами для жены.

Забегаю в цветочный рядом с офисом и беру букет гортензий. Ника их любит только их. Поблагодарив девушку, я выхожу из магазина и сажусь в машину. За двадцать минут я должен успеть добраться до ресторана. Но этому не суждено было случиться.

Я попадаю в пробку из-за аварии и опаздываю ровно на двадцать минут. На мои звонки и сообщения Ника не отвечает — мобильный отключен, а в ресторане ее, разумеется, нет.

Возвращаюсь в автомобиль и, бросив цветы на заднее сидение, нервно барабаню по рулю. Сомневаюсь, что Вероника вернулась домой, но все же решаю проверить. Выезжаю с парковки ресторана и уже через пять минут вхожу в лифт дома, где мы снимаем квартиру.

Ее поведение раздражает. Еще «на берегу» я обозначил ей свои стремления в отношении работы и бизнеса. Она все знала с самого начала. Мне нужно было лишь понимание, и она обещала мне его дать. Уверен, что на нее давят родители, пытаясь научить, как жить и сделать «как лучше».

В квартире идеальная чистота и вместе с тем пустота. Непривычно возвращаться домой, когда никого нет. Сердце дергается от этой мысли. Одной любви может быть недостаточно, если к ней не прилагаются взаимопонимание и поддержка. Без этих составляющих в какой-то момент отношениям придет конец. И никакая любовь ситуацию не спасет.

— Сергей Николаевич, вечер добрый! — я набираю номер тестя, и он на мое удивление отвечает.

— Здравствуй, Саша, — сдержанно произносит мужчина.

— Вероника у вас? У нее отключен телефон, — спрашиваю прямо, стараясь не юлить.

— Да, — его тон становится холодным.

— Передайте ей трубку, пожалуйста, — я выхожу из квартиры вставляю ключ в замочную скважину.

— Нет.

— А причина? — интересуюсь так же холодно.

— Причина в том, мой дорогой зять, — делает паузу, — что ты должен научиться договариваться со своей женой. Она должна быть замужем, — выделяет, — ты понимаешь меня?

— Конечно. Передайте…

— Так вот, — он перебивает меня. — Если жена сбегает от своего мужа к родителям, это многое говорит о браке, не так ли?

— При всем уважении, Сергей Николаевич, — твердо говорю я, — мы вполне можем разобраться сами.

— Вот и разбирайтесь, когда она захочет вернуться к тебе, — его неприязнь ко мне ощущается слишком отчетливо.

— Что вы хотите этим сказать?

— Ничего. До свидания, Саша.

Не успеваю ничего ответить — тесть сбрасывает вызов. Теперь я стал еще большим врагом в его глазах. Благодаря жене. Ее родители и без этого меня недолюбливают. Зачем рассказывать им, что происходит между нами?

Я завожу двигатель и выезжаю с парковки. Как же меня раздражает поведение жены. Ведь все вопросы можно решить внутри семьи и не раздувать проблему из ничего.

Дорога отнимает совсем немного времени, и спустя пятнадцать минут я въезжаю в коттеджный поселок. Внутри поднимается волна гнева, когда я замечаю внедорожник Гусева.

— Черт бы побрал этого ублюдка! — зло рычу я.

Останавливаюсь рядом с его автомобилем и пулей выскакиваю на улицу. Быстро и уверенно шагаю к калитке и настойчивой звоню. Через минуту дверь открывается, и я встречаюсь лицом к лицу со своей женой.

— Собирайся, Вероника. Твой визит к родителям окончен, — я едва сдерживаю себя.

— С какой стати?

— С той, что ты моя жена, — говорю сквозь зубы.

— Ах, ты наконец-то вспомнил, стоило мне один раз не дождаться тебя, — она скрещивает руки на груди. — Неприятно, да, Саша?

— Я говорил, что так будет, разве нет? — бросаю резко. — Что я буду много работать, пока не встану на ноги.

— Но я тогда не думала, что ты будешь работать с самкой, которая охотится на тебя, и с шампанским, — выплевывает Вероника.

— Ника, успокойся, — произношу предупреждающе. — Вот скажи мне, чего ты хочешь?

— Я хочу, чтобы мой муж был дома, — она смотрит на меня в упор. — Хотя бы иногда.

— Сейчас непростое время. Я пытаюсь реализоваться, чтобы в дальнейшем дать тебе все, чего ты заслуживаешь.

— Но жизнь проходит, Саша! — она повышает голос. — Ты неужели не понимаешь? Пока ты пашешь сегодня, завтра может не наступить!

— Что ты такое говоришь?

— Я говорю, что всякое случается. Да, не спорю, надо работать и добиваться того, к чему стремишься, но когда ты собираешься жить обычной жизнью?

— Пока так, Ника. Выходные мы можем проводить вместе.

— А когда случится твой первый выходной, Саша?

— На этой неделе. Поехали домой, садись в машину.

Она некоторое время буравит меня испытующим взглядом, а затем молча разворачивается и уходит. Возвращается через минуту с сумочкой в руках.

— Я готова, — произносит она и подходит к машине.

Открываю дверь и помогаю Нике устроиться на пассажирском сидении. Напряжение между нами еще осязаемо, но жена начинает остывать. Это дело пары минут, или пока она не заметит цветы. Второе происходит раньше.

— Это для меня? — ее голос становится мягче.

— Да, твои любимые, — отвечаю спокойно и завожу двигатель.

Она опускает ладонь на мою руку, переплетая пальцы, и поддается вперед. Другой рукой разворачивает мою голову к себе и сразу же принимает к губам. Я перехватываю инициативу, превращая легкий поцелуй в требовательный и страстный. Только сейчас чувствую, как мы соскучились друг по другу. Я чуть прикусываю не нижнюю губы, вызывая у Ники стон удовольствия.

— Поехали домой, — шепчет она, обхватив руками мои щеки.

— Поехали, я так соскучился, родная, — говорю я, крепко прижимая жену к себе.

Я медленно отстраняюсь и перевожу взгляд на лобовое стекло. В глаза снова бросается машина Гусева.

— А этот что здесь делает? — мой голос машинально становится серьезным.

— Он привез меня к родителям, — быстро отвечает Ника, но тут же прикусывает язык.

— Я не понял, Ника, — хмурюсь я, снова разворачиваясь к Веронике. — Каким образом ты оказалась у него в машине?

— Мы случайно встретились в ресторане, и он предложил меня подвезти, — тараторит она. — Ничего такого, из-за чего стоило бы переживать.

— Ника, еще раз увижу тебя в компании этого ублюдка, разговор будет другим, — сквозь зубы бросаю я и, сделав музыку погромче, срываюсь с места.