Ведьма на удаленке или проблема для инквизитора

Глава 9

А инквизитор-то не соврал, видимо, неплохо ориентируется на местности. Или просто бывал здесь раньше. Действительно, через какое-то время мы вышли на центральную дорожку, а там свернули к небольшой, буквально на три столика, уютной кофейне-кондитерской без названия с огромными креслами цвета морской волны и зеркальными окнами. Внутри был книжный шкаф, битком набитый старыми книгами. Я сразу заметила Пуаро Агаты Кристи и с трудом подавила желание взять томик. Не за тем мы сюда пришли, не за тем.

Я плюхнулась в кресло, предоставив Игнату право самому принести мне кофе. Пусть хоть какая-то польза от него будет, правильно? Я сбросила сбросила тапочки и поджала ноги под себя. Кресло было глубоким, уютным, располагающим к безделию. Свидания здесь проводить хорошо, почему-то подумалось мне.

Сверху лежал рыжий плед, чем я тоже беззастенчиво воспользовалась, закутавшись в него, как начинка в блинчик.

— Не знаю, что вы любите, — Игнат появился рядом с огромной белой чашкой и поставил её передо мной. — Но я заказал латте.

— Да, хорошо, отличный выбор, — одобрила я. Инквизитор снова перешёл на «вы», и я не стала ему мешать.

— Сейчас ещё принесут пирожное. Обещали свежее.

— Тоже неплохо, — согласилась я и торопливо добавила: — Счёт пополам, я вам потом переведу.

Я бы заплатила, но как? Я выскочила не то что без карты и наличности, даже без телефона! В домашних тапочках и домашней же пижаме с совятами!

— Пустяки, — отмахнулся парень, и мне стало нехорошо. Вот чувствую, это кофе мне потом очень дорого встанет. Прямо по цене расплавленного золота. Разве родная инквизиция может иначе?

— Вы хотели поговорить об артефакте, — напомнила я.

— Да, об артефакте, — как-то совсем миролюбиво согласился Игнат, отчего меня бросило сначала в жар, потом в холод. Он полез в свой телефон, а потом протянул его мне. — Посмотрите на картинку. Это оно?

Я вгляделась. Две статуэтки, спина к спине. Даже не фотография, а рисунок, весьма схематичный, но… в целом, если не очень придираться, то похоже.

— Да, скорее всего, оно, — согласилась я, — но я не могу утверждать на сто процентов. И потом, раньше они стояли по-другому, спина к спине. Это уже я их поставила, когда уронила.

— Так, так. Значит, вы именно поставили их в эту позу?

Я кивнула, не вдаваясь в объяснения.

— А до этого они стояли по-другому?

Я снова кивнула и призналась:

— Ничего не понимаю.

— Сейчас всё объясню, — беспристрастным голосом начал Игнат. — Это каменные близнецы Та-Кемт, Ши и Шесут, Желание и Исполнение. Артефакт, который долгое время считался утерянным. Сильнейший в своём роде артефакт, который исполняет желания. Весьма своеобразно, но если знать, как пользоваться… но уже никто не знает, а тот, кто знал, никому ничего не расскажет. Даже некромантам. Египтяне кое что понимали в погребении. Долгое время он хранился в инквизиторских архивах, а потом был утерян, предположительно, в сороковых годах двадцатого века.

Та-Кемт? Ну, конечно же, в парке Игнат говорил не на аккадском, а на древнеегипетском! Как я сразу не поняла! Но сильнейший артефакт у меня дома? Сомнительно, но окей… хотя какое тут сомнение с такими доказательствами.

— Как можно было утерять сильнейший артефакт?

— Ой, ну мало ли способов, — усмехнулся Игнат и принял из рук милой официантки тарелку с пирожными. Мне достался огромный эклер, политый лимонной глазурью. — И покрупнее артефакты терялись без следа! Особенно в такие неспокойные времена. Дело в том, что, чтобы поставить таким образом Близнецов, надо сделать достаточно неочевидные действия. Видимо, вы каким-то случайным способом защёлкнули их или переставили. В обычном положении они смотрят в одну сторону и совершенно, то есть абсолютно полностью неактивны. В отличие от других артефактов, они не дают фонового шума, что сделало их поиски практически невозможными.

— И что это значит конкретно для нас?

— Конкретно для нас это означает, что у нас есть примерно двадцать три часа, — он демонстративно посмотрел на наручные часы, — может быть, чуть больше, до того момента, как артефакт не войдёт в полную силу и не сможет исполнить самое большое и сокровенное желание.

— Ужас-то какой! — Я представила и содрогнулась. Самое сокровенное желание в фирменном стиле! Надо срочно спасать город!

— Ну, собственно, поэтому он и относится к разряду самых опасных, — беспристрастно закончил Игнат и отхлебнул из крошечной чашечки свой эспрессо. По-моему, он даже не клал туда сахар.

— А почему мы тогда за этими близнецами бегаем вдвоём? — уточнила я. — Почему мы не вызываем ваших коллег?

— Почему вы так хотите сесть за хранение опасного артефакта? — вопросом на вопрос ответил Игнат

— Но я же не знала, что он опасный артефакт, — парировала я.

— Но вы же его хранили. Плюс нападение на человека, запрещение дела и плохой досмотр за фамильяром. Продолжать? — белобрысый тепло улыбнулся своему эклеру.

— Коротко, что вы от меня хотите? — Я перешла на максимально деловой тон. Кофе моментально перехотелось. Ведь ясно же, что инквизитор рассказывает и показывает мне это всё не просто так.

— Коротко: у вас с артефактом, как у человека, который его активировал, возникла особая связь, плюс у вас особая связь с питомцем. Не знаю, почему так случилось, об этом записей не сохранилось, но мы обязательно подумаем об этом позже, — пояснил Игнат. — Если я правильно понял, то количество людей при поиске нам никак не поможет, только наоборот даст Близнецам больший выбор потенциальных целей и… не важно. Главное — мы находим артефакт. Вы передаёте его добровольной инквизиции, я забываю о том, что артефакт был у вас, и мы мирно расходимся.

— А вам какая от этого выгода? — аккуратно поинтересовалась я.

— А я ухожу с вашего участка.

— На повышение? — хмыкнула я.

— Нет, просто ухожу. Считайте, ухожу на пенсию.

— И всё?

— И всё. Вы помогаете мне найти артефакт, я закрываю с его помощью кое-какие дела, и вы получаете нового участкового и чистую биографию. Шанс на удачу у нас двоих кратно выше, чем у толпы инквизиторов. По рукам?

Я внимательно посмотрела в ледяные глаза Игната и поняла, что соглашусь. Хотя точно знаю — здесь есть какой-то подвох. Точно есть, его не может не быть.