Ведьмы

Эдна Уолтерс

Ведьмы

Переведено специально для группы

˜"*°†Мир фэнтез膕°*"˜

http://vk.com/club43447162

https://wfbooks.ru/

Оригинальное название: Witches

Автор: Эдна Уолтерс / Ednah Walters

Серия: Руны / Runes 6

Переводчик: Дарина Ларина

Редактор: Евгения Волкова

Эта книга посвящается вам,

фанатам ТоРейн

Глоссарий

Артаво — мн.ч. от артавус.

Артавус — магический нож или клинок для вырезания рун.

Асгард — страна богов-Асов.

Асы — группа богов в скандинавской мифологии.

Баулуфотр — «коровья нога» на древнескандинавском.

Бейскальди — «сука» на древнескандинавском.

Бессмертные — люди, переставшие стареть; могут самоисцеляться при помощи запечатлённых на коже магических рун.

Биврест — радужный мост, соединяющий Асгард с Землей.

Бигуль — одна из кошек, запряжённых в колесницу богини Фрейи.

Богиня Хель — богиня мёртвых.

Брисингамен — красивое ожерелье богини Фрейи.

Валькирии — Бессмертные, собирающие души павших воинов/солдат/атлетов и переправляющие их в Вальгаллу или в Фалькванг.

Валькнут — руна в виде трёх пересекающихся треугольников.

Ванахейм — страна богов-Ванов.

Ваны — ещё одна группа богов в скандинавской мифологии.

Вёлур — группа пророчиц.

Вёльва — могущественная пророчица.

Гарм — гончая, охраняющая врата Хель.

Гримниры — жнецы душ для Хель.

Дауфи — «тупой» на древнескандинавском.

Драуг, или Воскрешённый, или Вендиго — существа типа зомби.

Ётун — великан из скандинавской мифологии.

Иггдрасиль — древо жизни или древо познания, которое связывает девять миров скандинавской мифологии.

Идунн — скандинавская богиня весны.

Мидгард — Земля; мир, населённый людьми.

Настраад или Берег Костей — остров в Хель для преступников.

Некромантия — ведьмовство или использование магии и общение с мёртвыми в целях предсказания будущего.

Норнсгард — чертог Норн.

Норны — божества, отвечающие за судьбы людей и богов.

Один — отец и предводитель всех богов и людей. Вождь Асов. Половина погибших солдат/воинов/атлетов отправляется в его чертог — Вальгаллу.

Рагнарёк — финальная битва между богами и злыми великанами, за которой последует гибель мира.

Сейд — древнескандинавский вид ведовства, во время которого практикующий впадает в транс и обретает возможность видеть будущее.

Скрейя вилльфил — «никчёмная букашка» (в вольном переводе с древнескандинавского).

Спакона — пророчица, практикующая сейд.

Стило — вид артавуса.

Фрейя — богиня любви и плодородия, происходит из рода Ванов. Половина погибших воинов/солдат/атлетов отправляется в её чертог — Фалькванг.

Фригг — супруга Одина, покровительница брака и материнства.

Хель — богиня мёртвых.

Хель — место обитания богини Хель, умерших преступников и тех, кто умер от старости и болезней.

1. ПЕРВОЕ ЗАДАНИЕ

Вонь застоявшегося пота пробудила меня из глубокого сна. Я подскочила на месте, едва сдерживая рвотные позывы. Воняло от толстовки Бо Хардшоу, на которой я уснула как на подушке. Чёрт побери! Я уснула на работе.

В голове мелькали образы голых качков, которые я всё ещё пыталась стереть из памяти. Наказание мне за попытку обворовать Бо. Но что ещё прикажете делать ведьме, когда смертный вот-вот разрушит себе жизнь? Пришлось набраться смелости и зайти в самое страшное место в средней школе Кайвилля — мужскую раздевалку.

Я брезгливо подняла толстовку, держа её только большим и указательным пальцами, будто это гремучая змея, но небольшого контакта достаточно для вызова видения. Моя спальня погрузилась во тьму. Вместо неё возникли шкафчики. Я оказалась посреди комнаты, в которой уже была сегодня вечером, — на кухне Бо Хардшоу. Передо мной разворачивалась сцена как в худшем кошмаре.

Бо поднял пистолет, зелёные глаза горели решимостью и безумием, точно у загнанного зверя. Он целился в своего отчима.

Мужчина, который выглядел как типичный дровосек, выронил пустую банку из-под пива. На нём были только белые трусы-слипы. Волосатый живот свисал над ногами-палочками. Как бы я хотела это развидеть.

— Ты чего удумал, пацан? — рявкнул Хардшоу-старший. — Можешь уже сейчас взводить курок, потому что я надеру тебе зад.

Бо скривился и покачал головой. То ли ему не нравилось, когда его называли «пацаном», то ли был не согласен с угрозой. Бо — парень высокий, крепкий, с кучей татуировок и убийственной улыбкой. Да ещё к тому же и заместитель капитана бейсбольной команды старшей школы Кайвилля и магнит для девчонок, которых менял как перчатки. В общем, типичный козёл, которому плевать на мнение окружающих. Даже я поглядывала на него, плохиша номер один в нашей школе, до того, как встретила Торина.

— Проваливай или ты труп, — потребовал Бо.

— Это мой дом, пацан, и она моя жена! — заорал отчим.

— Она моя мать, и ты больше пальцем к ней не притронешься.

Бо наклонил пистолет.

— Бо, нет! — закричала, чуть ли не плача, женщина. Я посмотрела в угол кухни, откуда раздался голос. Там съёжилась мама Бо, прижимая к себе руку. Судя по всему, там серьёзное повреждение.

— Он рано или поздно убьёт тебя, мама, если я его не остановлю, — произнёс Бо дрожащим голосом. Он снял ствол с предохранителя, щелчок прозвучал оглушительно громко в полной тишине.

— Да что ты такое говоришь, Бо? — Голос здоровяка стал плаксивым. Он отступал всё ближе к матери Бо. — Я люблю её. Сынок, опусти пушку.

Как вдруг он схватил жену за волосы и выставил перед собой, в тот самый момент когда Бо нажал на спусковой крючок.

Звук выстрела развеял видение, и я снова оказалась в своей комнате. Я вскочила на ноги. Точнее, собиралась. Вместо этого упала на пол с таким грохотом, что мёртвого бы разбудил. К счастью для меня, мамы и моего парня Торина сейчас не было дома, они пожинали души. Папе в последнее время стало намного лучше, но спит он как убитый из-за рун сна, нам пришлось их использовать, поскольку на финальной стадии рака его стали мучить сильные боль. А его сиделка Феми успокоится, как только я всё объясню.

Стоило только думать о ней, как в моей комнате открылся портал, из которого вышла Феми и посмотрела на меня.

— Ты в порядке, куколка?

— Да. Просто кошмар приснился.

«Уходи», — мысленно повторяла я.

— Ладно. Спокойной ночи.

Портал за ней закрылся. Интересно, это я внушила ей эту мысль или она правда поверила, что всё в порядке? Мне не нравится влезать людям в головы и путать их мысли, но иногда это необходимо. К тому же магию ведьм я открыла в себе недавно. Многое пока получалось само собой.

Я активировала руны и подошла к зеркалу. Перед тем, как оно откликнулось на мои чары и превратилось в портал, я заметила своё отражение и скривилась. Волосы взлохмачены, и на мне всё ещё пижама — шорты и майка. Шёлковый халатик едва прикрывал бёдра. И не помню, куда я дела тапки.

А, к чёрту, у меня есть дела поважнее, чем париться о своём внешнем виде. За те несколько секунд, пока зеркало становилось порталом, я мысленно прокрутила в голове всё, что мне было известно о жизни Бо.

Его отчим — ублюдок. Если бы ранее мне не пришло видение, как Хардшоу-старший использует пасынка в качестве боксёрской груши, я бы не заснула на грязной толстовке Бо. Чтобы получить видение, мне нужно прикоснуться к какой-нибудь личной вещи. В том, чтобы быть провидицей, есть свои плюсы, но когда у меня случаются видения, которые переворачивают всё верх дном, день можно считать испорченным.

Первое видение случилось сегодня в школьной столовой, когда Бо случайно задел меня плечом. Кровавая сцена, пистолет в руке Бо — и всё, аппетита как не бывало.

Второе я увидела, когда уже осознанно последовала за ним и врезалась в него, выронив учебник. Он наверняка подумал, что я жажду его внимания, особенно после того как вцепилась в его руку и не отпускала. Мои видения ещё никогда не были столь чёткими, но реакция Бо, который был шокирован и заворожён одновременно, могла привести к плохим последствиям. Дело в том, что, когда я вижу будущее, мои глаза светятся. То есть он расскажет своим дружкам, что девушка Торина Сент-Джеймса либо втюрилась в него, либо ведьма. Меня обзывали ведьмой ещё до того, как я ею стала. Теперь же я носила это звание с гордостью. За последние девять месяцев слишком много всего произошло, чтобы недооценивать мои магические способности.

Не говоря уже о том, что Бо мог убить своего отчима-абьюзера и случайно застрелить маму.

Эта мысль вернула меня в настоящее. Зеркало передо мной изменило свою текстуру, поверхность стала похожа на рябь на воде. Порталы бывают любых размеров, одни с пространственными коридорами, другие без, в зависимости от рун. Сегодня передо мной открылся короткий проход с мерцающими стенами и полом.

В доме был выключен свет. Судя по тому, что снаружи ещё не мелькают сине-красные огни, события из моего видения ещё не произошли.

Я шагнула в гостиную, и портал за мной свернулся. Руны на моём теле светились, поэтому разглядеть обстановку было несложно. Я узнала потёртые кушетки и фотки Бо в спортивной форме в рамках на стенах и каминной полке. Было несколько фотографий с маленькой девочкой. У него есть сестра? Девочка на фотках сильно младше Бо, ей не больше десяти.

Отойдя от зеркала, я обогнула стол со стульями и вышла в коридор. В обеденный перерыв я поехала за Бо на машине, проследила его до самого дома. Я пыталась найти пистолет — очень утомительное занятие, когда нет возможности использовать стихийную магию.

Неужели я всего неделю назад узнала, что между мной и окружающим миром существует особая связь, одновременно прекрасная и пугающая. Я могу общаться с деревьями. Управлять землёй, по которой хожу. Что уж говорить о том, что я могу сделать с человеческим разумом… Это не магия стихий, но тоже довольно круто. Даже у Торина, одного из сильнейших Валькирий, не было иммунитета к моей магии.

Я коснулась ручки двери, ведущей в подвал, и поймала себя на том, что колеблюсь, вместо того чтобы создать следующий портал. В душу закрались сомнения. Во время дневного обыска пистолет я не нашла. Каковы шансы, что я найду его сейчас? В доме тихо. Может, сегодня ничего не случится.

Я выглянула в коридор. Дом был не особо большим — одноэтажный, с подвалом, где находилась спальня Бо. Он жил в западной части Кайвилля, которую в основном населяли работники «Чендлер Ламбер Корпорейшен» со своими семьями. Чендлер был единственным крупным работодателем в Кайвилле, штат Орегон. Мы славимся огромными виноградниками, но на самом деле все крупные винодельни находятся в соседних городах. Половина ребят из моей школы— выходцы из таких семей, как у Бо: те, которые уже несколько поколений работают в лесозаготовительной промышленности.

Бо же мог добиться большего. У него отличный удар и шанс получить полную стипендию в колледже за спортивные достижения. Рекрутеры приходили на его игры, когда он ещё был ребёнком. Но ситуация из моего видения может лишить его этого будущего.

Почему я вообще переживаю за Бо? Парень, которого я люблю, меня бы не понял. Торин — Валькирия, он пожинает души и убеждён в том, что у каждого своя судьба, вмешиваться в которую нельзя. Я же, напротив, верю, что каждый заслуживает права изменить свою судьбу. Совершил ошибку? Возьми себя в руки, отряхнись, переосмысли свои поступки и выбери другой путь. А если кто-то в этом поможет, так это же прекрасно. Главное, что ты сам этого хочешь, а не какое-то божество или ещё какое сверхъестественное существо ещё до твоего рождения решило всё за тебя.

Поэтому я решила вмешаться в жизнь Бо. Возможно, мне это ещё аукнется и выйдет боком. Чёрт, я ведь могу и всё запороть. Бо с его татухами и репутацией плохого парня — это ужасный кандидат для моего первого дела, но я не выбираю видения. Оно случилось, значит, буду разбираться как могу. Я собью Бо с этого пути, где он ломает себе жизнь. Остальное зависит от него.

Норнам не понравится, что я путаю им все карты, но когда это я последний раз делала что-то, чтобы угодить этим стервам? Я не могу просто отсидеться в стороночке. Я, конечно, могла бы вызвать копов и сказать им… Что? «У меня было видение о преступлении, которое ещё не совершили»? Они бы высмеяли меня или упекли в психушку.

Поход в мужскую раздевалку, чтобы раздобыть что-нибудь из вещей Бо, оставил мне психологическую травму. Парни в старшей школе отвратительны. Они безо всякого стыда пердят, чешут яйца и задницы. Я всегда думала, что первым парнем, которого я увижу обнажённым, будет Торин, от которого я без ума. К сожалению, это оказалось не так. Я схватила первую попавшуюся вещь и создала портал прямо в воздухе, чтобы сбежать оттуда поскорее. Увы, получилось недостаточно быстро. Эти голые качки отпечатались в моей памяти.

В коридоре открылась дверь, загорелся свет. Во время дневного обыска я решила, что там спальня его родителей. Мою догадку подтвердил отчим Бо, который вышел оттуда и, бормоча ругательства себе под нос, поплёлся по коридору. До меня донеслись звуки телика, значит, он что-то там смотрел. На нём были белые трусы, точно такие же, как в моём видении. Словно бы почувствовав, что в доме кто-то есть, Хардшоу-старший вскинул голову и хмуро посмотрел прямо на меня.

Я никогда ещё не создавала портал на стене так быстро. Вышла я в комнате Бо, миновав скрипучие деревянные ступеньки, покрытые потрёпанным ковром. Это я тоже заметила ещё в свой первый визит в этот дом.

Бо лежал на кровати с ноутом на животе. Футболки на нём не было. Ни за что бы не подумала, что такой парень, как Бо, будет торчать дома в пятничный вечер. Татуировки покрывали его руку, плечо и грудь. В моём видении на нём была футболка с теми же пижамными штанами. Ох ты ж ёпт! Я только сейчас заметила, что он засунул руку в штаны и делает то, чего я не хотела бы видеть. Если он застонет, я нафиг сваливаю отсюда.

Я оглянулась вокруг. Где может быть спрятан пистолет? Я проверила всё, кроме… Вещей, которые он брал с собой. Где, чёрт возьми, рюкзак и спортивная сумка? Как у большинства бейсболистов, у него должна быть фирменная спортивная сумка с гербом школы.

Я обыскала спальню, кладовку, ванную. Если он и заметил сквозняк, вызванный моей суперскоростью, то ничем этого не выказал. Он был в наушниках и не отрывал глаз от экрана. Я старалась не слушать его пыхтение, и на огромной звуки скорости все звуки растворялись. А вот когда я нашла спортивную сумку и замедлилась…

Меня едва не стошнило, пока я рылась в сумке. Грязная спортивная форма, носки, влажные полотенца. Фу, даже женские трусики. Трофей, по всей видимости. И такой запас презервативов, что хватило бы на всю бейсбольную команду. Но никакого пистолета.

— Давай пальчики ещё ниже, — услышала я его голос. — Отлично. Ближе к камере. Хочу видеть всё.

— Дженис! Тащи сюда свою жирную задницу! — заорал наверху его отчим. Стены у них реально бумажные. — Где, чёрт побери, моё пиво? Если этот щенок снова всё выпил, я надеру ему задницу так, что до конца жизни сидеть не сможет!

У кровати Бо стояли три пустые банки. Я заметила его почтальонскую сумку, выглянувшую из-под стопки грязных вещей у стола. Вышла из ванны и подошла ближе к кровати. Он наклонил голову. Сначала мне показалось, что он всё-таки заметил моё присутствие, но затем он произнёс:

— Да, Элли, вот так.

Элли? Я знаю только одну Элли из нашей школы. Элли Чендлер. Капитан чирлидерш, девушка Джастина Синклэра. Джастин играл в футбол в команде Торина. Тот ещё придурок. Так о чём там его подружка болтает с Бо?

Я не удержалась от любопытства. Обошла кровать и заглянула в экран. Она что-то говорила, но я не слышала ни слова. Да и не хотела. Она была в трусиках, но без лифчика. Ещё одно зрелище, которого я не хотела бы помнить.

Я вернулась к его сумке.

— Да отчим опять буянит, — сказал Бо. — Не останавливайся. — Она, видимо, начала возражать, потому что он добавил: — Да просто не обращай на него внимания. Давай продолжим.

Ла-ла-ла, ла-ла-ла… Ммм-ммм… Ла-ла-ла, ла-ла-ла…

Стараясь отрешиться от его голоса, я медленно достала сумку так, чтобы она пропала из его поля зрения. Не знаю, что там сделала Элли, но Бо резко выдохнул. Я невольно оглянулась и тут же пожалела об этом.

Я перешла на сверхскорость и начала проверять карманы сумки. Снова грязные носки. Фантики из-под конфет. Бикини. Ещё больше презиков. У меня мелькали видения, которых я не хотела видеть, но одно оказалось полезным. Теперь я знаю, как он достал пистолет, но всё ещё понятия не имею, где он его прячет. Чёртовы видения. Я замедлилась, чувствуя, как у меня опускаются руки.

— Тащи свой жалкий зад сюда, сопляк! — раздалось сверху.

— Чёрт! — рыкнул Бо. — Никуда не уходи, — добавил он и закрыл ноут. Схватил с пола футболку. Пока он натягивал её, я деактивировала руны невидимости.

И загородила ему дорогу.

— Какого… Твою мать! — Его глаза распахнулись, он отпрянул назад, врезался в кровать и с трудом удержался на ногах, пытаясь отойти подальше. — Рейн Купер? Что ты делаешь у меня дома?

Этот момент я ещё не продумала. Изначально я планировала найти пистолет, забрать его и просто исчезнуть. Теперь же придётся импровизировать.

— Как ты меня назвал? — прикинулась я дурочкой.

— Рейн, это не смешно. Как ты сюда попала?

— Не знаю, кто такая Рейн, но ты видишь то, что придумал твой мозг. Так всегда бывает, когда смертные видят меня.

У него упала челюсть. Он встряхнул головой, словно пытаясь прийти в себя.

— Чего?

— Я твоя, эм, Норна. — Я ненавидела это слово и уж тем более хотела называть так себя, хоть и принимала постепенно свою судьбу. Он недоумённо пялился на меня, и я пояснила: — Вы, смертные, зовёте нас ангелами-хранителями. Я здесь, чтобы помочь тебе. Образ, который ты видишь перед собой, — я указала рукой на своё тело, — выбрал твой разум.

Он сглотнул, запустил пальцы в волосы и скривился.

— Ты меня разыгрываешь, да? Я же вижу тебя. Ты стоишь прямо передо мной.

— А теперь нет. — Я активировала руны невидимости. Он в панике замотал головой, из его рта вырвался поток ругательств. Когда я снова стала видимой, Бо побледнел. — Как я уже сказала, я твой ангел-хранитель, и я здесь для того, чтобы не дать тебе совершить ошибку, Бо Хардшоу.

Он сглотнул и моргнул.

— Ошибку?

— У тебя есть пистолет, который тебе не принадлежит. Отдай его мне.

Его взгляд метнулся к кровати.

— Как ты узнала?

Я вздохнула.

— Я многое знаю, Бо. Я ангел-хранитель, помнишь? Рэнди сегодня после школы показал тебе коллекцию своего отца, и ты прихватил один из пистолетов. — Отец Рэндалла Мейера помешан на идее пережить апокалипсис. У него столько оружия, что можно было бы начать третью мировую войну. — Отдай его мне.

Бо нахмурился и уставился на меня, пытаясь осмыслить происходящее.

— Я собирался его вернуть.

— После того, как используешь.

Он замотал головой.

— Я не собирался ни в кого стрелять. Просто хочу припугнуть этого ублюдка.

— Вот только пистолет случайно выстрелит. — Я видела по глазам, что Бо начинает мне верить. — Ты потрясающий игрок, тебя ждёт блестящее будущее, Бо. Не порти себе жизнь. Он того не стоит.

Наверху послышался грохот и крик. Бо посмотрел на меня мученическим взглядом.

— Он бьёт её. Я должен его остановить.

Я встала у него на пути.

— Нет.

— Он не прекратит, пока я не переключу его внимание.

Это объясняло пятна на его левой щеке. В школе он сказал, что поскользнулся во время игры и ударился. Будучи питчером-правшой, он всячески берёг свою правую руку, а значит, все синяки будут на левой. Татуировки прикрывали шрамы, скрывая годы семейного насилия.

Во мне вспыхнула злость.

— Я с ним разберусь, Бо. Просто отдай мне пистолет.

Он бросил взгляд в сторону двери. Внутри него шла борьба, он не знал, стоит мне доверять или нет. Снова раздался глухой стук.

— Тупая сука! Думаешь, я тебя боюсь?

Шум и крики продолжались.

— Пистолет, Бо, — твёрдо повторила я, хотя сама не испытывала той уверенности, с которой говорила. Бо не из тех, кто позволяет девушкам командовать.

Он достал оружие из-под подушки. Я ничего не знаю о пистолетах, кроме того, что там надо взводить курок и нажимать на пусковой крючок. Взялась за рукоять и отвела дуло в сторону.

— Оставайся здесь, — сказала я. Бо открыл рот, но я качнула головой. — Нет. Сиди здесь. Не люблю, когда мне мешают.

Я активировала руны невидимости и скорости и создала портал. Бо растерянно озирался по сторонам, вероятно, гадая, куда я делась. Его отчим нависал над матерью, пока та сжималась комочков в углу рядом с плитой. Она прижимала руку к груди, в точности как в моём виде. Он размахивал пустой коробкой из-под бутылок пива в левой руке.

— Тупая корова. Даже элементарных вещей сделать не можешь, пока я десять раз не повторю.

Он вскинул кулак.

— Я бы на вашем месте этого не делала, — спокойно произнесла я.

Он обернулся, скользнул по мне взглядом и хмыкнул.

— А ты кто такая? Одна из тёлок Бо? Убирайся отсюда, пока я не показал тебе, на что способен настоящий мужчина.

— Настоящие мужчины не бьют беззащитных женщин и детей, Джо Хардшоу, — сказала я, закинув пистолет за подставку для ножей.

— Это мой дом, девочка. И я запрещаю трогать мои вещи.

Он потянулся к жене.

Я мгновенно оказалась рядом с ним и поймала его за запястье, пока он не успел ударить жену. Он посмотрел на меня как на больную.

— Чёртова шлюха, — зарычал он. Мне в нос ударила вонь из его рта. Живот свело. Он попытался толкнуть меня, но я активировала руны силы. Скрутила ему запястье. Он вскрикнул. Уронил коробку и попытался высвободить руку из моей хватки, но я не отпускала.

— Не пробовали использовать имена? — Я снова вывернула ему руку, он изогнулся в странной позе, чтобы уменьшить боль. — Ещё немного, и я сломаю вам запястье, мистер Хардшоу. Перестаньте сопротивляться и слушайте, что я скажу.

— Как… — Он попытался замахнуться на меня свободной рукой. Я поймала мясистый кулак и сильно сжала. — Ааа, мои пальцы! — застонал он.

— Я и так стараюсь быть осторожной, мистер Хардшоу. Если сожму слишком сильно, сломаю вам кости. — Его лицо исказила боль. — Если попробуете ударить меня головой, то только расколете себе череп. Если я толкну вас, вы вылетите в окно позади вас, вместе с тумбой и раковиной. Теперь вы готовы слушать?

Он кивнул.

— Отлично. — Я отпустила его. — Стой на месте. — Я развернулась к его жене и подала ей руку, но она только съёжилась ещё больше. — Не бойтесь. Я не причиню вам вреда. Я пришла вам помочь.

— Сзади! — крикнул Бо.

Я обернулась и увидела, как его отчим замахнулся на меня. Увернулась, схватила его за руку и дёрнула назад. Он запнулся и упал назад, повалив за собой тумбу. Я подняла его за белые слипы, что открыло мне жуткий вид на его щель между булками. Не хочу ни видеть этого, ни чувствовать эту вонь.

Я толкнула его к шкафчикам, стараясь не сломать их. На спине и руках Джо останутся синяки.

— Я хотела по-хорошему, а ты всё усложняешь, — раздражённо произнесла я. Бо пытался помочь маме подняться. — Её лучше не трогать.

— Ей нужно к доктору. Этот гондон сломал ей руку.

Он сверкнул глазами в сторону отчима.

— Нет, вызови 911. — Бо хотел возразить, но я опередила: — Пожалуйста.

Я должна стереть им память, но не смогу этого сделать, если они поедут в больницу. Он кивнул и взял в руки телефон. Я развернулась к его отчиму.

— Я здесь, чтобы защитить твою жену и сына, Джо. Если ещё раз ударишь кого-нибудь из них, я узнаю об этом и приду за тобой. Ты даже не представляешь, на что я способна. Я сильна и быстра. Я всегда добиваюсь своих целей и очень не люблю, когда меня злят. А ты очень меня злишь, Джо. Ты меня понял?

Он кивнул, в бледно-голубых глазах застыл страх.

— Они забудут о том, что сегодня произошло, но я хочу, чтобы ты помнил. Я знаю всё о тебе, Джо Хардшоу. Ты много пьёшь, ругаешься и бьёшь тех, кто слабее тебя. Тронешь их ещё раз, и я клянусь, долго ты не проживёшь.

Я шагнула назад и достала артавус. Он следил за каждым моим движением. Бо сидел рядом с матерью, пытаясь её успокоить, но тоже поглядывал на нас. Я знала, что с минуты на минуту сюда приедут скорая и полиция.

Я отвернулась от Хардшоу-старшего, зная, что он больше не рискнёт на меня нападать.

— Мне пора, Бо. Если он снова её ударит, я узнаю.

— Как? — спросил Бо, скосив взгляд на отчима, прежде чем снова посмотреть на меня.

Хороший вопрос. Как ты об этом узнаешь, всезнайка?

— Я узнаю, — уверенно повторила я, хотя сама не была уверена. Глянула через плечо на его отчима. — Увидимся, Джо. Веди себя хорошо. Ты предупреждён.

Я использовала руны невидимости, чтобы исчезнуть, вырезала руны забвения на Бо и его матери и подошла к тумбочке за пистолетом. Надо вернуть его в дом Рэнди, пока его отец не заметил пропажу.

— Что ты делаешь? — раздался женский голос, и у меня ухнуло сердце. Этот бесячий надменный голос звучал слишком знакомо.

Я обернулась, ожидая увидеть приставленных ко мне Норн — три занозы в моей пятке, — но увидела только парня и девушку. Меня накрыло облегчение. Это не они. Кэти, Мардж и Джаннетт, как я привыкла называть своих Норн, всегда появлялись вместе. Будь то в облике мужчин или женщин, но всегда втроём.

Парень был симпатичным, высоким, стройным, с чёрными волосами, чем напомнил мне Торина, только у Торина они были более густыми. Этот же тип— ходячая реклама тату-салона. Татуировки шли вперемешку с руны. Рукава куртки были закатаны, и я заметила у него такие же байкерские перчатки, какие носит Торин. Прибавить к этому незабываемые сиреневые глаза, и получается очень привлекательный парень. У девушки была экзотическая внешность: высокие скулы и раскосые глаза. Она напомнила мне кого-то, но точно не могу сказать кого.

— Следуй за нами, — сказала она и открыла портал.

— Кто вы? Валькирии? Гримниры? — Вой сирены и красно-синие огни приближались. — У меня нет времени.

Женщина на сверхскорости оказалась передо мной.

— Нет, ты никуда не пойдёшь. Ты только что украла нашу душу.

Её тон меня не удивил. Большинство жнецов высокомерны и заносчивы. Но с чего это вдруг она меня останавливает?

— Что?

— Что слышала. Мы должны были забрать его душу, — она указала на отчима Бо, — сегодня ночью. А ты вмешалась.

Гримниры. Надо было догадаться по этим плащам. Я не хотела с ними ссориться.

— Я спасла его сына от участи куда страшнее, чем смерть, сегодня ночью. Это лучше, чем проводить душу в Хель. Возможно, его нужно было слегка направить в нужную сторону, чтобы всё изменить.

Они переглянулись и замотали головами.

— Ты не можешь вмешиваться в сбор душ, меняя то, что предначертано судьбой.

— Я будущая Норна, Гримниры, так что да, могу.

Я оглянулась через плечо на кухню. Бо успокаивал маму, пока его отчим плёлся к двери, чтобы впустить врачей.

— К нам ворвались грабители, напали на нас с женой. Скрылись в том направлении. — Мистер Хардшоу указал в сторону дороги и продолжил врать: — Если бы не прибежал наш сын, они бы нас убили.

— Где ваша супруга, сэр? — спросил медик.

— Там. Кажется, они сломали ей руку и рёбра.

Вот козёл. Я не могла понять по лицу Бо, купился ли он на враньё отца или нет. Может, не стоило использовать на нём руны.

Пока врачи скорой помощи помогали матери Бо, его отчим общался с двумя полицейскими, повторяя ту же легенду про грабителей, лиц которых он не запомнил, потому что было слишком темно. Кто-то дал ему плед. Через открытую дверь я увидела, как соседи вышли посмотреть, что происходит.

Гримниры тихо спорили меж собой, но девушка бросила на меня взгляд, который сказал мне, что она никуда не уйдёт, пока не договорит со мной. Её спутник не сказал мне ни слова с самого появления. Мне показалось, что его особо ничего не парило.

— Я должна вернуть пистолет, пока владелец не заметил пропажи. Простите, что лишила вас души этого мерзавца, но я не могла позволить Бо убить его. Он бы оказался в тюрьме и никогда бы не смог раскрыть свой потенциал. У него настоящий талант. — Гримниры нахмурились. — Он играет в бейсбол.

— Мы понимаем, о чём ты, — сквозь зубы ответила девушка. — Но это не значит, что ты поступила правильно. И ты пока что не Норна.

Её поведение меня не беспокоило. Жнецы слишком серьёзно относятся к своей работе. А поскольку я намерена помогать живым, а не мёртвым, нам придётся порой сталкиваться лбами.

— Тогда вы понимаете, что он может поступить колледж. Я должна была ему как-то помочь. Если вам это не нравится, подайте жалобу в Совет Валькирий или перед кем вы там отчитываетесь.

Я проскользнула мимо них, но девушка поймала меня за руку. Я вырвалась, но недостаточно быстро. Она успела дотронуться до меня, и, конечно же, у меня случилось видение. Я уже начинаю привыкать к ним, но мне реально нужно научиться закрываться от них. Кухня Бо исчезла, сменившись знакомым ярко освещённым коридором.

Двое Гримниров стояли на противоположном конце и ждали там кого-то. Я не слышала, что они говорят, но выглядели они недовольными. В их сторону шла блондинка. Кора Джеймисон, моя лучшая подруга. Неудивительно, что коридор показался мне знакомым. Это был дом престарелых, где Кора помогала в качестве волонтёра.

Кора заметила их и сорвалась на бег, но они остановили её. Девушка схватила Кору за руку, а парень открыл портал. Они скрылись в портале вместе с Корой.

Видение растворилось, оставив дрожь во всём теле. Я выдернула руку и отступила в сторону.

— Что вам надо от Коры Джеймисон?

На лице девушки промелькнуло удивление. Парень стоял с покерфейсом.

— От кого? — спросила она.

— Серьёзно? Хочешь сказать, ты её не знаешь? — Кора встречается с одним очень известным Гримниром. Они не могут не знать о ней. — Не смейте появляться в доме престарелых. Не смейте касаться её и уж тем более похищать её, потому что я сразу пойму, кто виноват. Она под моей защитой. Полезете к ней — будете иметь дело со мной. А там, где я, там и Валькирии. Так что оставьте её в покое.

— Думаешь, мы боимся Валькирий? — спросила девушка. Парень ухмыльнулся.

— А, ну тогда вам лучше боятся одного из своих. Тронете Кору — и об этом узнает Эхо. — Эти слова их зацепили. Девушка побледнела, парень перестал улыбаться. — Счастливого сбора душ, Гримниры.

2. ИЛЛЮЗИИ

Свет горел в моей спальне, когда я вернулась. Торин дома! После того, как я копошилась в вещах в спортивной сумке Бо, мне больше всего на свете хотелось в душ и к Торину на ручки.

Предвкушение сменилось удивлением, когда я поняла, что в моей комнате не он, а кто-то другой. Она сидела на моём компьютерном кресле. Сначала я заметила волнистые светлые волосы, словно залитые солнцем и водопадом ниспадающие до пола. Только одной блондинке можно заходить в мою комнату без разрешения в любое время, но это была не Кора. У моей подруги волосы светлее и короче. Словно почувствовав моё присутствие, обладательница шикарной гривы крутанулась на кресле, разворачиваясь лицом ко мне.

Мои глаза распахнулись от мгновенного узнавания. Она была великолепна: никакие картинки в интернете не отражают всей её красоты. Бело-золотое платье струилось до самых сандалий. Пояс-верёвка сочетался с золотым украшением на голове, инкрустированным красными драгоценными камнями, которое убирало пряди с лица. Один камешек висел между её поразительно голубыми глазами, а шею украшало роскошное золотое ожерелье с такими же камнями. Я его узнала — брисингамен. Тут онлайн-картинки тоже обманули. В жизни при виде него захватывает дух. А вот серо-чёрная полосатая кошка на её коленях была куда меньше тех, что тянут её колесницу на картинах.

Что богиня Фрейя забыла в моей комнате?

— Не робей, дочь Сваны, — произнесла она очень мелодичным, почти гипнотическим голосом. — Подойди ближе.

Я пыталась сопротивляться, но словно была под чарами. Так она соблазняла богов? Фрейя известна многочисленными любовными связями, хотя её сердце принадлежало одному — покойному супругу.

— Тебе известно, кто я? — спросила она, вставая. Рука в драгоценных украшениях ласково поглаживала кошку по голове.

Я кивнула.

— Или тебе больше нравится так?

Едва слова слетели с её губ, как золотое платье сменило текстуру, преобразившись в боевые доспехи — золотой нагрудник, юбка, сапоги до колен и шлем с крыльями. Она выглядела нереально круто. Не хватало только колесницы, запряжённой кошками. Я подавила улыбку.

— А может, тебе будет спокойнее так?

Вся одежда испарилась, и только шаль покрывала плечи. Теперь посреди моей спальни стояла обнажённая богиня.

Я зажмурилась.

— Меня вполне устраивало платье.

Она хмыкнула.

— Так всё-таки у тебя есть голос. После всего, что я о тебе слышала, не ожидала, что ты окажешься такой застенчивой и скромной. Наготу нужно научиться принимать, моя дорогая. Так же, как свою женственность или свою судьбу.

— Что вам надо? — Я покраснела, осознав, как грубо это прозвучало. — То есть, я хотела сказать, почему вы здесь?

— Прошу, сядь.

Она опустилась на кресло, которое занимала пару минут назад.

Я присела на краешек кровати, развернувшись так, чтобы между нами оставалось достаточно расстояния. Я всё ещё не могла поверить, что она реально здесь, в моей комнате, и что её кошки не нападают на меня. Кошки ненавидят меня. Насколько я помню, кошки всегда шипели, когда мы с Эриком проходили мимо них. Впрочем, собаки тоже либо рычали, либо скулили. Объяснения этому у меня не было. Но эта кошка смотрела на меня слишком умными глазами для простого животного.

— Я видела сегодня, что ты сделала, чтобы помочь тому мальчику.

— Ох. Поэтому вы здесь? Прикажете прекратить? — ощетинилась я, нервно заёрзав на кровати.

— Возможно. И ты прекратишь?

— Нет.

Она усмехнулась.

— Мне нравится, что ты не боишься показать характер. Я была твоей защитницей ещё до твоего рождения, дорогая, так что останавливать тебя я не собираюсь. Я наблюдала за тобой с тех пор, как ты узнала правду о нашем мире. И я знала, что со временем ты во всём разберёшься.

Если она не собирается меня останавливать, то чего она хочет? Ведь именно эта богиня была наставницей моей мамы. Она боролось за право моих родителей быть вместе и даже способствовала возвращению моей мамы в ряды Валькирий. Вроде как она хорошая.

— Моей защитницей ещё до моего рождения? Почему? Вы знали, что я стану вёльвой и предскажу Рагнарёк? Поэтому вы помогали моим родителям?

Она издала смешок.

— А ты у нас не из доверчивых, да? Я не вижу будущее. Это можешь только ты и Фригга. — Она скривила лицо при упоминании жены Одина. — Но та никогда никому не рассказывает о том, что видела. Сколько боли и страданий можно было избежать, если бы она делилась этими сокровенными знаниями… Так что нет, дорогая, я не знала, кем ты станешь. Я поддерживала твоих родителей, потому что я богиня любви. И я позаботилась о том, чтобы ты родилась, потому что ещё я богиня плодородия. Было непросто бросить вызов Норнам, но каждое дитя имеет значение. Иногда я побеждаю, иногда проигрываю, но продолжаю бороться. Я отстаивала твоё право на рождение, хоть и не знала, почему они так против этого. И как только ты появилась на свет, моя миссия была завершена. Если бы я знала, что они попытаются тобой манипулировать, я бы продолжила за тобой приглядывать. Мерзкие существа эти Норны. — Она закрыла глаза на пару секунд, а когда её веки снова поднялись, в её голубых глазах сверкала то ли злость, то ли решимость. — Не связывайся с Норнами, если не собираешься победить, дорогая. А чтобы победить, будь готова чем-то жертвовать. Ты хочешь победить?

Я перестала слушать после одного-единственного слова.

— Жертвовать?

— Ты хочешь победить, Рейн? — строго спросила она.

— Конечно, — выпалила я. Мне не нравился её командный тон.

— Тогда я тебе помогу. Я видела, как ты сегодня появилась перед смертным, будучи собой, — продолжала она. — Зачем ты это сделала?

— А как я должна была перед ним появиться?

Богиня подалась вперёд. Её кошка мурлыкала и подставляла голову, пока хозяйка почёсывала за ушками.

— Он запомнил тебя.

— Нет, не запомнит. Я использовала руны.

Она нетерпеливо вздохнула.

— Ты ничего не забыла? Действие рун не вечно. Даже те, что на твоём теле, нужно обновлять, иначе они утрачивают силу. Он вспомнит. Может, через неделю или месяц, в зависимости от его психических и физических данных, но вспомнит.

Растерявшись, я нахмурилась.

— А что мне было делать? Ну, то есть, как в таких ситуациях поступают Норны?

Богиня улыбнулась.

— Этот вопрос ты должна была задать себе перед тем, как вмешиваться. Норны забираются людям в головы, выборочно стирают воспоминания и вживляют новые. Однажды ты тоже научишься.

Норны влезли в воспоминания Торина, чтобы он меня забыл. Я ненавижу их за это.

— Нет уж, спасибо. Я никогда не поступлю так подло по отношению к кому-либо.

— Обстоятельства вынуждают нас делать то, что нам не нравится, дорогая, — сказала она, глядя куда-то вдаль. — Иногда это единственный выход. — Её внимание вернулось ко мне. — Как бы то ни было, у меня есть готовое решение твоей проблемы, если планируешь и дальше помогать людям.

Собираюсь ли я продолжать помогать людям? Да. Может, я и не могу убежать от своей судьбы, но всё сделаю по-своему. Норны не выходят замуж. Но я выйду за Торина. Норны живут среди своих где-то в Асгарде и работают тройками. Но хоть рядом со мной и нет ещё двух будущих Норн, за мной приглядывают Валькирии, а в будущей я собираюсь разделить дом с Торином.

— Ладно, что за решение? — спросила я.

— Тебе нужно менять облик каждый раз, когда появляешься перед людьми.

— Как оборотни?

Она фыркнула.

— Нет, дорогая. Норны — не оборотни, и ты тоже. Оборотни меняют форму и размер всего тела, вплоть до костей. А Норны и ведьмы вроде тебя управляют образом, которые видят смертные. Это иллюзия. Устанавливаешь связь с источником своей магии и действуешь. Мимикрируешь. Притворяешься.

Я вздрогнула, вспоминая, как одна нехорошая недонорна притворялась Корой, введя нас всех в замешательство. Этому я не хотела учиться. От этой мысли я ощутила мерзкий привкус на языке. Но всё же я должна как-то скрывать свою личность, если хочу помогать людям впредь.

— И как это делается? — поинтересовалась я, не особо горя желанием узнать.

Она вскинула идеальную бровь.

— Что ты имеешь в виду?

— Я не понимаю, что вы подразумеваете под источником моей магии. Когда я хочу использовать силу, это просто происходит. Ну, например, я просто касаюсь чего-то, и возникает видение.

Богиня вздохнула.

— Я не про твою способность считывать энергетический след, оставляемый людьми. Я про твою внутреннюю энергию, благодаря которой магия становится возможной. Ты когда-нибудь передавала другим свои мысли?

Я кивнула, вспомнив, как погрузила Торина в сон накануне битвы с его злобным отцом.

— Да. Я внушала свои мысли.

— А как ты взаимодействуешь с Матерью-Землёй?

— Точно так же. Думаю об этом, и оно происходит.

В её глазах отражается замешательство.

— Но ты использовала целый лес, когда вы сражались с Бессмертными! Ты должна была почувствовать источник.

На прошлой неделе я впервые обратилась к земле, восстанавливая деревья, поломанные Торином. А спустя пару дней мы сразились с его отцом, и я вновь обратилась к силам природы и управляла ими.

Я замотала головой.

— Нет. То есть, я чувствовала только волну адреналина, вызванную злостью и страхом.

Фрейя усмехнулась.

— Тогда связь можно было и не заметить. Ты была так охвачена эмоциями, что даже не обратила внимания на источник своей магии, — сказала она, а затем прижала ладонь к моей груди. — Он здесь. Найди его, почувствуй и направь силу в нужное русло. — Она подалась вперёд. — Сделай глубокий вдох и копни глубже.

Я не понимала, как и куда надо копать, но сделала глубокий вдох. Ничего не произошло. Богиня нахмурилась.

— Ты должна преисполниться желания дотянуться до своей магии, — добавила она.

Я пыталась. Правда пыталась, но ничего не чувствовала.

— Туманы Хель! Как ты можешь быть настолько могущественной и в то же время настолько неумелой? — Её глаза сверкнули, а затем потухли. — Видишь, как просто?

— Да, для богини. А мне семнадцать, и я только недавно обрела свой дар.

Подбоченившись, она пригвоздила меня взглядом светящихся глаз.

— Ничего ты не обретала. Магия всегда была внутри тебя. Найди источник.

Во мне вскипела злость.

— Слушайте, всему своё время. Буду учиться постепенно. Лавания…

— Нет у нас времени. Норны не оставят тебя в покое, ведь тебе скоро исполнится восемнадцать. Надо ускорить твоё обучение. Некоторые ведьмы вытягивают энергию из других: то есть чтобы исцелить кого-то, другой должен заболеть. Некоторые забирают энергию из окружающей среды, как злые души, а некоторые обращаются к силам предков на местах захоронения. Ты же пользуешься магией, которая внутри тебя. Соединяешь её с остаточной энергией других, когда хочешь получить видение, сама того не осознавая. Ты использовала её, подключив силы природы, чтобы исцелить деревья и контролировать лианы. Я видела, как ты сражаешься, и была крайне впечатлена. А сейчас ты просто сидишь с таким видом, будто ты простая смертная. Нет, не ты не простая, Лорейн Купер, так что очнись! — Она щёлкнула пальцами прямо перед моим носом. — Найди этот огонь в себе, это жгучее желание воспользоваться тем, что твоё по праву, эту потребность быть кем-то большим.

— Я пытаюсь! — заныла я. — Просто…

И тут я почувствовала её — искру глубоко внутри меня. Словно кто-то, или что-то, зажёг спичку.

— Позволь ей разрастись и распространиться.

Её голос начинал меня раздражать. Если кто-то спросит, как я это сделала, я не смогу объяснить. Искра переросла в пульсацию, раскрывшуюся, словно лепестки цветущего бутона. Она становилась всё больше, всё шире, пока всё тело не начало подрагивать.

— Какая красота. Твои глаза светятся ею. — Она поднялась и протянула мне руку. — Идём со мной.

Я приняла ладонь, с опаской поглядывая на кошку, в тёмных глазах которой я видела отражение своего лица. Если я сделаю резкое движение, она нападёт? Я подавила нервный смешок.

— Вставай, Рейн, — потребовала богиня.

— Куда мы пойдём?

— Хочу тебе кое-что показать. — Я засомневалась. — Доверься мне, дитя, — ласково добавила она.

После Норн я не очень-то настроена доверять божествам. Какой бы милой она ни была. Она явно помогает мне раскрыть силы не по доброте душевной. Ей что-то нужно от меня. Я встала. Голова закружилась, и я бы упала, если она не поймала меня за руку, помогая удержать равновесие.

Она усмехнулась.

— Когда силы слишком много, она ударяет в голову, как алкоголь. Тебе нужно научиться контролировать свою магию. Устанавливать контакт и затем, когда заканчиваешь, возвращать обратно.

Я посмотрела на её ладонь, поражаясь чрезмерной чувствительности своей кожи. Даже после того, как она меня отпустила, я продолжала ощущать её нежное прикосновение. Я провела пальцами по своей руке, ожидая увидеть искры. Искр не было, но кожа была наэлектризована, словно под ней проходили провода под напряжением. Я оглянулась по сторонам и ухмыльнулась. Всё казалось более ярким и цветастым, словно кто-то включил весь свет и добавил больше оттенков.

Смешок богини привлёк моё внимание к ней. Помимо того, что она светилась ослепительно ярко, я ещё заметила пару новых деталей. Морщинки в уголках глаз и губ и печаль в её глазах. Она тоже хранит свои секреты.

Она вздохнула.

— Ты пытаешься меня прочитать?

— Что на самом деле вам нужно от меня, богиня Фрейя?

— Я обещала твоей матери, что поговорю с тобой, поэтому я здесь. Норны слишком много отняли у тебя, и они не остановятся, пока ТЫ их не остановишь.

Я нахмурилась. Помимо друзей, которых я потеряла тогда у бассейна, Норны ничего у меня не забирали. А остановить их так и вовсе невозможно.

— Я не понимаю.

— Не бери в голову. Присмотрись ко мне. К моим волосам. К моим глазам. К моей одежде. Затем закрой глаза и думай только о моём образе. Как только представишь меня мысленно, позволь себе преобразиться, чтобы выглядеть в точности как я. Сосредоточься на том, что нужно изменить. Но не отпускай силу. Она нужна тебе, чтобы трансформироваться.

Я бросила недоверчивый взгляд.

— Так я всё-таки меняюсь?

— Я неправильно выразилась, — нетерпеливо ответила она. — Чтобы мимикрировать. Создать иллюзию. Своими глазами смертной и разумом смертной ты будешь видеть нечто новое, но это всё ещё будешь ты сама.

Притвориться кем-то другим. От одной мысли об этом мне становилось не по себе. Утешало только, что это нужно только на случай крайней необходимости. Я попыталась, но не вышло.

— Ты должна хотеть этого, Рейн, — мягко настаивала богиня. — Как всегда, когда используешь магию. Сосредоточься и пожелай этого всем сердцем.

Ничего не произошло. Раздражённая, я подошла к зеркалу и уставилась на своё отражение, затем закрыла глаза и попыталась снова.

Безуспешно. Кошка Фрейи мяукнула.

— Нет, нет, Бигуль. «Жалкое зрелище» — это слишком жёстко. Она же только недавно узнала о своих способностях.

Она разговаривает со своей кошкой? Я прожгла взглядом зверушку и готова поклясться, та ухмыльнулась в ответ. Никто не может назвать меня жалкой и уйти безнаказанным.

— Подумай о ком-то, кто тебе дорог, — предложила богиня. — О ком-то, чья мимика и жесты тебе настолько хорошо знакомы, что тебе достаточно услышать имя, и образ всплывает в голове.

Посмотрим ещё, кто тут представляет из себя жалкое зрелище. Я закрыла глаза и представила в мельчайших деталях папу. Не так, как он выглядит сейчас, а того крепкого, сильного мужчину, который любит жизнь и обожает свою семью. Я хочу увидеть его вновь.

Мне было слишком страшно открыть глаза и снова увидеть свою неудачу, поэтому я продолжала стоять, зажмурившись.

— Вот видишь? Не так и сложно, — произнесла богиня.

Я открыла глаза и ахнула. В отражении вместо меня был папа. Те же умные глаза, которые я унаследовала, только более карие, чем зелёные. Та же стрижка: покороче на висках и подлиннее на макушке. Я представила его в моей любимой футболке — той самой, что я купила ему перед тем, как он заболел. Я обернулась, с ухмылкой глядя на богиню. Кошка взирала на меня с её рук.

Выкуси, киса.

Животинка просто зевнула.

Я посмотрела в зеркало, но не стала закрывать глаза, переходя к следующему преображению. Мои длинные русые волосы укоротились и стали чёрными и волнистыми. Ореховый цвет глаз сменился ярко-голубым. Мягкая линия челюсти стала более мужественной, скулы заострились. Остальное тоже изменилось. Верхние девяносто сдулись, превращаясь в упругие грудные мышцы и широкие плечи.

Я подняла майку и ухмыльнулась. Шесть кубиков. Посмотрев в зеркало, я увидела сапфировые глаза своего любимого.

Торина Сент-Джеймса.

Я хихикнула. А это может быть забавно. Даже в моих шёлковых пижамных шортах и облегающем топе Торин каким-то образом умудрялся выглядеть мужественно. Но быть парнем странно. Неудивительно, что они всё время расставляют ноги. Мне тоже пришлось.

Богиня Фрейя засмеялась.

— Думаю, тебе понравится и дальше практиковать эту способность. Пока что ты можешь только принимать облик тех, кого хорошо знаешь и любишь, но со временем научишься мимикрировать под любого. Но когда будешь это делать, выбирай осторожно. Лучше не притворяться теми, кого знают.

Ага, как это делала Малиина. Норны появлялись передо мной в разных образах, иногда знакомых, иногда нет. Я тоже так смогу? Выбирать любой цвет кожи и волос и ходить в новом облике достаточно длительное время?

— Кто-нибудь сможет понять, что это не моя настоящая внешность?

Богиня кивнула.

— Только такая же могущественная ведьма, как ты. Вот почему ты всегда узнаёшь Норн, как бы они ни маскировались. Продолжай тренироваться, пока это не станет так же легко, как дышать. Скажи пока-пока, дорогая, — добавила богиня Фрейя, опуская кошку на пол.

Я нахмурилась. К кому из нас она обращалась?

— Ещё один вопрос. Как мне удержать этот облик?

— Постарайся не думать о себе. Настройся на нужного человека. Если хочешь остаться в облике своего красавца-Валькирии, думай только о нём. И ещё кое-что, Рейн.

Я смотрела на своё отражение, где я снова становилась собой, вот только глаза не были ореховыми. Они светились золотым — такого не было раньше, когда я использовала магию. Я посмотрела на богиню через зеркало.

— Да?

— Теперь, когда ты решила использовать магию, будь осторожна с тем, как ты ведёшь себя с Норнами. Ты можешь стать такой, как они, даже не будучи одной из них.

Я так и собиралась. У меня нет ни малейшего желания становиться Норной, играться с чужими судьбами и пудрить людям мозги. Я хочу давать выбор — чего Норны никогда не делают.

— Что вы имели ввиду, когда говорили о жертвах? — осторожно спросила я. Ужас сковывал мои внутренности.

— Как я сказала, мне не дано видеть будущее. Но Норны уже отняли кое-что ценное у меня, когда я слишком сильно на них надавила. — Она улыбнулась, словно речь шла о каком-то пустяке, но я видела сквозь тот образ, который она транслировала, затаённую злость и ненависть. Она тоже мастер иллюзий. — Береги себя. Я оставила тебе небольшой подарочек. Она пригодится тебе, когда твои силы будут расти, и она всегда сможет найти меня, если тебе понадобится моя помощь.

Портал открылся, и она ушла через него, а следом за ней две кошки. Я только сейчас увидела вторую. Чёрно-серая полосатая кошка оглянулась на меня, шерсть дыбом, словно предупреждая.

Чем я ей не угодила?

Я тут же позабыла про неё, задумавшись над словами богини. Чего лишили её Норны за то, что она решила пойти против них? Не то чтобы я собираюсь с ними воевать. Я боролась только за то, чтобы они меня не трогали и чтобы я сама могла выбирать свою судьбу. Шагнула назад, наступив на что-то мягкое.

В комнате раздался визг.

Я с криком подпрыгнула, запнулась об угол кровати и упала.

«Неуклюжая двуножка! Ты сломала мой прекрасный хвост!»

3. МОЖЕШЬ ПОЦЕЛОВАТЬ МЕНЯ ПОД ХВОСТОМ

Торин, словно ангел-мститель, ворвался в мою комнату через портал. Я не из тех девиц в беде, что специально кричат, чтобы прибежали и спасли, но он правда хорош. Выражение его лица говорило о том, что он готов убить любого, кто посмел меня обидеть.

— Ты в порядке? — спросил он, окидывая взглядом комнату, перед тем как посмотреть на меня. Я широко улыбнулась. Он нахмурился и присел рядом. — Что тебя так развеселило?

— Ты мой герой.

Парень потянулся ко мне и погладил по носу. Просто обожает мои веснушки. С самой первой нашей встречи. Он сел рядом со мной, окутав меня своим теплом и соблазнительным запахом. Торин всегда хорошо пахнет.

— Вот только ты не нуждаешься в спасении?

— Уж точно не в этот раз.

Я положила голову ему на плечо, он погладил меня по руке. Я задрожала. Моя реакция на его прикосновения не изменилась: как была в первую нашу встречу, так и осталась сейчас. Лёгкое касание пальцев — и я таю. Чёрт, ему даже не нужно касаться, чтобы моё тело отреагировало. Одного взгляда зачастую достаточно, и он это знал и любил, этот самодовольный Валькирия.

Мама и Феми появились в дверях, их взгляды заметались по комнате. Обычно они реагировали на мои крики так, будто начался конец света, но не сегодня, потому что они знали о визите богини.

— Знаете, если бы на меня сейчас напали, и Торина бы не оказалось рядом, я уже была бы мертва.

По крайней мере, им хватило совести принять виноватый вид. Мама оправилась первой.

— Не говори таких жутких вещей, — упрекнула она.

— Даже не пытайся, мам. Ты ведь знала, что она здесь?

Она неловко хихикнула.

— Да, но… эм…

Но ей нечего добавить. Она верна богине, и я могу понять почему. Мой взгляд вернулся к кошке.

Так вот он какой, мой подарок? Шёрстка короткая и чёрная как ночь, глаза изумрудные — чем-то похожи на мамины (это плюс). Но смотрела она так, словно хочет расцарапать мне лицо (это минус).

— Прости, — шепнула я.

Её шерсть встала дыбом, спина округлилась.

«Что мне твоё спасибо, скрейя вилльфил? Из-за тебя я вынуждена прозябать в этом богами забытом мире».

— Что случилось? — спросил Торин.

— Я наступила на кошку, — сказала я, робко посмотрев на него.

Его брови взлетели.

— У вас есть кошка?

— Не совсем. Мне её подарили, но она не хочет быть здесь. — Я скосила взгляд на кошку. — Может, тебе стоит вернуть её в Асгард?

Выгнутая спина кошки постепенно опустилась.

— Нельзя! — в ужасе воскликнула мама.

— Почему? — спросила я. — Потому что это подарок богини?

Торин, только что сидевший рядом со мной, за долю секунды оказался на ногах.

— Мы же договаривались, миссис Купер!

— Знаю, дорогой. Мы сами были удивлены, когда она появилась и спросила, можно ли ей встретиться с Рейн. У меня не было времени подготовиться. И она принесла дары.

— Как и данайцы, — пробормотал Торин, но я его расслышала. Он намекает, что кошка здесь в роли троянского коня?

— Она не раздаёт котят кому попало, Торин. — Мама опустилась на колени, осмотрела кошку и улыбнулась. — А, нет, это не котёнок. Это одна из любимиц богини. Подменыш из последнего помёта.

— О чём вы вообще? — спросила я. Мой взгляд метался между мамой и Торином.

— Тебе не о чем беспокоиться, милая.

Мама выпрямилась. Торин поймал её за руку, наклонился и прошептал что-то на ухо.

— Эй! — выкрикнула я, когда он повёл её к выходу из комнаты.

— Поболтай пока со своей кошкой, Веснушка, — сказал Торин.

У меня упала челюсть. Это прозвучало как: «Иди погуляй, пока взрослые разговаривают». Ах, этот надменный… Я призвала свою магию. Это нелегко, но я надеялась, что у меня получится. Представила образы в голове и направила их Торину. Он остановился и прищурился. Я невинно улыбнулась.

— Что ты только что сделала? — спросила Феми. Её голубые глаза были полны удивления.

— Показала ему пару образов. Ты почувствовала это?

Она кивнула.

— Да. Прекрасно. Ты становишься сильнее.

Я ухмыльнулась.

— Богиня показала мне, как найти источник моей магии. Это непросто, но со временем я смогу это делать без каких-либо усилий, — сказала я и снова посмотрела на свой нежеланный хвостатый подарок. — Кошки меня всегда недолюбливали. А эта так и вовсе наверняка меня ненавидит, потому что я наступила ей на хвост. Но, честное слово, это вышло случайно.

— Богиня Фрейя, — прошептала Феми. Её лицо приняло мечтательное выражение. Не уверена, что она вообще слышала, что я только что сказала. — Не думала, что когда-нибудь увижу её.

Феми была Бессмертной, а значит, в Асгарде она никогда не бывала. Боги обделяют вниманием Бессмертных, потому что их обратили только для того, чтобы служить смертным.

— Она была добра к тебе? — поинтересовалась я.

— О да, очень добра и любезна. Никто из друзей не поверит, когда я им расскажу. — Феми стукнула себя по лбу. — Ради всего святого, почему я не подумала о том, чтобы сделать с ней селфи?

Селфи с богиней. Я засмеялась. Феми могла бы. При всей её миниатюрности смелости ей не занимать.

— Может, в следующий раз.

— Что в следующий раз? — спросила мама, возвращаясь с Торином в комнату.

— Может, нам удастся сделать селфи с богиней Фрейей, — ответила я, внимательно следя за их лицами. Мама выглядела как обычно, даже посмеялась над моим ответом, а вот Торин… От него исходил какой-то странный вайб. Он не смотрел мне в глаза. Что сказала ему мама? Знаю, он не в восторге от того, что я ведьма, но я думала, он уже смирился. Возможно, он не одобряет ночные визиты богини Фрейи ко мне.

Я взяла его за руку и потянула на себя. Он опустился на пол рядом со мной. Я посмотрела ему в глаза и получила ответ, когда он одарил меня одной из своих сексуальных улыбок. О, он меня не обманет. Что-то не так.

Мама попыталась коснуться кошки, но та зашипела.

— Я не могу её оставить, — сказала я. — Она дикая.

«Ещё раз назовёшь меня дикой, баулуфотр, и клянусь, ты пожалеешь об этом».

Баулуфотр. Скрейя вилльфил. Не знаю, что это значит, но звучит как ругательства. С одной стороны, мне хочется спросить маму, нормально ли то, что я слышу кошку, но с другой, мне как-то неловко в этом признаваться. Как я уже сказала, Торин не шибко обрадовался моему ведьминскому дару, особенно после того как я вырубила его перед битвой с его отцом.

— Кошки ненавидят меня, — проскрежетала я.

Мама встала.

— Неправда.

— Правда-правда. Помнишь, как я в детстве просила собачку или кошечку? Мы тогда ходили то ли в магазин, то ли в питомник, и все они шипели и рычали на меня. — Я посмотрела на Торина. — Эрик в шутку называл меня отпугивателем животных. В итоге пришлось довольствоваться рыбками и птичками. Почему богиня не могла подарить мне птицу? Разве она не покровительствует воронам?

Мама отмахнулась от моих слов.

— Ласточкам и кукушкам. А Эрик просто слишком много болтает. Вы с кошкой поладите и сработаетесь. Попытавшись её вернуть, ты оскорбишь богиню.

Я знала о связи между ведьмой и её фамильяром, но это не значит, что я обязана себе кого-то заводить. Я всё-таки стихийница и управляю землёй.

— А у вас когда-то были кошки?

Мама кивнула.

— Саория была чудесной спутницей.

— Азара столько раз спасала мне жизнь, что стыдно признаться, — добавила Феми.

У мамы кельтские корни, а Феми — из Древнего Египта. Им обеим уже несколько тысяч лет. Мне дико хочется спросить маму, разговаривала ли с ней её кошка, но ещё больше мне хочется остаться наедине с Торином и выяснить, что не так. Он выпустил мою ладонь, подался вперёд и протянул руку к кошке.

Шипения не последовало. Кошка высунула нос из своего укрытия и принюхалась к его ладони, а затем потёрлась о неё. Маленькая предательница!

— Вот видишь? Просто будь такой же ласковой, как Торин, — сказала мама.

Кошка продолжала тереться шеей о его пальцы. Спустя несколько секунд он взял её на руки, как ребёнка, под мышки. Они пристально смотрели друг другу в глаза. Это было и мило, и впечатляюще одновременно. Оба тёмненькие, с сапфировыми глазами — только у Торина они синие, а у кошки зелёные. Оба смертельно опасны. Один взмах кошачьей лапы — и на красивом личике Торина останутся глубокие царапины. Но и Торин мог бы без особого труда разломать череп животинке. Руны силы — страшная мощь. Я видела, как Торин выдирает из земли дерево с корнями. И прямо сейчас они с кошкой присматривались друг к другу, оценивающе так. В какой-то момент они, по всей видимости, пришли к соглашению, и Торин усадил кошку себе на бедро.

И что бы вы подумали? Это шерстяной комок свернулся клубочком, будто они уже много лет живут вместе. Серьёзно? Все обожают Торина. Он уже давно покорил сердце моей мамы и заслужил уважение папы. А теперь установил контакт ещё и с моим фамильяром прямо у меня на глазах.

«Он мой», — мысленно произнесла я, сверля взглядом кошку.

Та закрыла глаза и замурлыкала.

«Ревнуешь?»

Я моргнула, удивившись, что она в самом деле меня услышала.

«Только не к хвостатому комку шерсти».

«Можешь поцеловать меня под этим самым хвостом, баулуфотр. Это я тебе нужна, а не ты мне».

Великолепно! Не могла же мне достаться обычная ведьминская кошка. Нет, это обязательно должна быть наглая язва. Торин посмотрел на меня, заметил мою реакцию и ухмыльнулся, но меня эта улыбка не обманула. Что-то серьёзно не так. Я подняла глаза на маму. Скорей бы они с Феми ушли. Вся эта ситуация с кошкой может подождать до завтра.

— Спокойной ночи, мам, Феми.

Мама посмотрела на Феми.

— Кажется, нас выпроваживают. Доброй ночи, милая. Торин, не засиживайся. Ей завтра в школу.

Как только дверь за ними закрылась, Торин спросил:

— Почему у тебя светились глаза, когда я только примчался?

— Объясню после того, как ты переложишь её. — Я указала на кошку. — Я даже не знаю, как её называть, и где она будет спать.

Кошка подняла голову и прожгла меня взглядом.

Торин почесал шею.

— Надо придумать ей имя. Может, так вы быстрее наладите контакт.

— Нет, спасибо. Я собираюсь вернуть её в Асгард, — сказала я, хоть и понимала, что вряд ли получится. — Ты пожинал души?

— Нет, просто разведывал на стадионе «Стабхаб Сентер». Сейчас притворяюсь учителем математики в местной старшей школе и тренирую по вечерам футбольную команду лиги юниоров для вступления в футбольный клуб «Лос-Анджелес Гэлэкси». Большинство игроков ещё ходят в школу.

Торин часто заводил дружбу с теми, чьи души собирался забрать в будущем.

— И тебя это беспокоит? — предположила я.

— Нисколько. — Какой же он лжец. — Это просто моя работа.

Он не выглядел радостным. «Стабхаб Сентер» находится в Карсоне, штат Калифорния. Это национальный тренировочный центр Федерации футбола США. Невозможно предсказать, какую команду постигнет трагедия, потому что там проводятся всякие тренировки и матчи для самых разных футбольных лиг. Даже международная футбольная федерация (ФИФА) выбирала этот стадион для своих мероприятий. Торин и Эндрис могли там поджидать душ как подростков, так и взрослых игроков. Но отчего-то текущее задание сильно его беспокоило, а я не могла докопаться до правды.

— Можно я завтра пойду с тобой? Посмотрю на тебя в роли тренера?

Он хмыкнул.

— С чего вдруг? Ты же ненавидишь спорт.

Я толкнула его плечом.

— Эй, я была главной болельщицей, когда ты был квотербеком.

Он улыбнулся, но улыбка не тронула его глаз.

— У нас будет игра в субботу в три часа, но сейчас я тренирую их каждый день на этой неделе в пять. Они уже добрались до четверти финала.

— Тогда я загляну завтра, после того как закуплю ей всё необходимое. — Я указала на кошку.

— Разве у тебя нет занятий с Лаванией после школы?

Лавания Селестина Равилла — Валькирия и моя наставница.

— Да, но к пяти я уже закончу. — Я спрятала зевок ладонью, кошка тоже зевнула. Совпадение? — Нет, серьёзно, где она будет спать?

— На подоконнике есть плед.

Торин встал и уложил кошку на широкий подоконник. Та немножко покрутилась, словно выбирая самое удобное место и улеглась. Чёрт, мой любимый маленький плед будет весь в кошачьей шерсти! И место на подоконнике теперь занято…

— Кошки умны. Они чувствуют, когда кто-то их не любит, — добавил Торин, бросив на меня укоряющий взгляд.

А часто ли они общаются телепатически?

— Это она меня не любит.

— Она просто плохо тебя знает. — Торин обнял меня за талию и поднял вверх. Я обхватила его талию ногами, а шею — руками. — Как только вы узнаете друг друга получше, вы будете неразлучны.

— Когда ты успел смириться с моей ведьминской сущностью?

— Когда ты и твои подруги-ведьмы выступили против графа. — Он ухмыльнулся. — А теперь хватит задавать вопросы, лучше поцелуй меня. Я с утра тебя не видел.

Он любит покомандовать, но прямо сейчас я была не против. Я разглядывала его, этого самодовольного, наглого парня, в которого влюбилась по уши, но сегодня с ним было что-то не так. Его голос изменился при упоминании отца. Четыре дня прошло с тех пор, как мы победили графа Уортингтона, но, несмотря на то, что Торин поклялся убить его, Бессмертный по-прежнему оставался жив. И это не давало покоя Торину. В выходные мы съездили во Флориду развеяться, и ему вроде бы стало легче. Я об этом позаботилась. Но стоило нам вернуться в Кайвилль, как всё вокруг стало напоминать ему о том, как отец поступил с его матерью, и что после этого граф всё ещё ходит по земле.

— Не смотри на меня так, — сказал Торин.

Я наклонила голову.

— Как?

— Так, словно ты используешь свои ведьминские силы, чтобы увидеть то, что я пытаюсь скрыть.

В любой другой день я бы сказала ему, что вижу его насквозь, и его попытки скрыть что-то от меня только вносят разлад в наши отношения.

— А что ты пытаешься скрыть?

— Горячих калифорнийских девчонок. Нудистский пляж, на который наткнулся Эндрис.

Он пытался вести себя как обычно, и я ценю это, но меня так просто не обманешь.

— Даже не сомневаюсь. Однажды он подцепит что-то, что никакими рунами нельзя будет исцелить.

Торин нахмурился.

— Иногда мне кажется, что это и есть его цель. Он всё время вытворяет нечто безумное.

О нет, Эндрис слишком любит жизнь, чтобы искать смерти. С другой стороны, Торин общается с Эндрисом уже несколько веков; возможно, он знает о нём нечто большее, чего я не успела заметить за последние восемь месяцев.

Я повернула лицо Торина ко мне и посмотрела ему в глаза. Тени тёмными тучами пересекали сапфировые глаза.

— Что случилось?

Его лицо исказила гримаса — то ли злости, то ли боли, я не успела понять.

— У тебя пять секунд, чтобы поцеловать меня, иначе… — пригрозил он.

Иначе что? Я нужна ему так же сильно, как он мне. Я поцеловала его, вложив в поцелуй всю свою любовь и надеясь затмить причину его боли.

В следующую секунду я уже лежала спиной на кровати, а он был сверху. Не то чтобы я против. Внезапная волна чувств вызвала дрожь по всему телу. Я притянула Торина ближе к себе, зарывшись пальцами в волосы, а второй рукой скользнула под его футболку и провела по спине.

Он осыпал поцелуями мою шею, его губы двигались неумолимо. Одна ладонь придерживала мою голову, словно хотела удержать на месте. Его охватила дрожь, и он отстранился, но я не готова была его отпускать. У него же появилась новая идея. Он прижал мои руки над головой, удерживая запястья одной своей кистью.

— Торин! — возмутилась я.

— Активируй руны.

Теперь уже мне не понравился его командный он, но я не стала акцентировать на этом. Он пребывал в странном настроении. Его руны уже светились. Он опустил голову, но я успела уловить мрачную решимость в его взгляде. Он хотел, чтобы я что-то забыла. А я хотела понять, что именно. Я не стала настаивать, потому что он всё равно со временем расскажет, как будет готов. Его губы начали исследовать моё тело. Я для него была просто дрожащим комком желаний. Я извивалась, с каждой секундой злясь всё сильнее.

— Отпусти мои руки, — попросила я.

— Нет.

— Да!

Он снова поцеловал меня, словно чтобы заткнуть мне рот. Затем прервал поцелуй и перекатился вместе со мной, чтобы я оказалась сверху. Я провела по его рукам, наслаждаясь движением его мышц. Он смотрел на меня из-под полуприкрытых век. Мне безумно нравилось, как он выглядит в этот момент. Сексуально, но в то же время с вызовом. Будто проверяет, хватит ли мне смелости. Мои руки скользнули по его широким плечам, а затем путь повторили губы. Когда я прикусила его кожу, он дёрнулся; я успокоила боль языком.

От него приятно пахло. Чем-то древесным. Экзотическим. Притягательным. Я уткнулась носом в шею и вдохнула его запах. Можно ли хотеть кого-то сильнее, чем я его в этот самый момент? Я прижалась губами к его шее, и он застонал.

Я посмотрела на него.

— Хочешь, чтобы я перестала?

— Нет. Никогда не переставай любить меня, Веснушка, — прорычал он. Именно это я и хотела услышать.

Я пробежалась языком по его нижней губе, затем по верхней, а затем скользнула в его рот, чтобы поиграть с языком. Он пытался сдерживаться, грудь вздымалась от прилагаемых усилий. Я проложила дорожку поцелуев по его шее, его трясло от возбуждения.

Я переместилась ниже, мои ладони ласкали его широкую грудь и шесть кубиков. У него прекраснейший пупок. Мои губы двинулись дальше, но Торин остановил меня и вновь притянул к своим губам. Наш поцелуй длился целую вечность. Затем он чуть отстранился, чтобы рассмотреть моё лицо.

— Нам надо остановиться, — сказал он.

— Нет, — запротестовала я. Видно же, что он сам не хочет останавливаться, а я устала ждать, когда он решится. Устала быть девственницей.

— Тшш, — добавил он, когда я уже хотела выразить своё недовольство. — Если ты станешь моей, Веснушкой, я не смогу остановиться. Мы будем заниматься этим снова и снова, всю ночь и весь следующий день. Для этого и нужен медовый месяц. Я ждал тебя почти девять веков. Подожду ещё пару месяцев.

Ладно, раз так, я смогу с этим жить. Наверное. Почему он не может повести себя, как большинство парней? Ну, как эгоист с зашкаливающим либидо?

— А если мы договоримся остановиться после…

Он зажал мой рот ладонью.

— Я не буду договариваться ни о чём по этому вопросу, Веснушка. Как только ты станешь моей, пути назад не будет. А сегодня… — Он вздохнул. — Я в таком состоянии, что всё очень быстро может выйти из-под контроля.

Он прижал меня к себе, словно хотел стать единым целым, и поцеловал в лоб. Я проглотила разочарование и крепко его обняла, свечение наших рун сливалось.

Как только ритмы наших сердец вернулись в норму, я подняла голову и посмотрела на него.

— Так что же всё-таки произошло?

На долю секунды мне показалось, что Торин уйдёт от вопроса. Он склонен хранить секреты от меня якобы ради моего же блага, но после того фиаско с его отцом я надеялась, что он усвоил урок.

— Сегодня я видел отца, — признался он.

Эти слова лишили меня дара речи. Во-первых, Торин всегда называл не иначе как «граф». Во-вторых, я всем сердцем ненавижу этого подлого мерзавца. Ненавижу за то, что он веками мучил маму Торина и до сих пор мучит своего сына. Неудивительно, что Торин в таком раздрае сегодня.

— Где?

— В Стабхабе. Он наблюдал за тренировкой, а после подошёл ко мне.

Торин встряхнул мою руку и прижался губами к моим костяшкам. Только в этот момент я осознала, что сжимала кулак. Торин разжал мои пальцы и поцеловал ладонь, будто тем самым хотел забрать мою злость.

Я пыталась расслабиться и сделать вид, что мы обсуждаем нечто совершенно обыденное, но не могла. Граф — чистый яд. От него вскипает кровь.

— Чего он хотел?

— Прощения.

— Да пошёл он! — вырвалось у меня. Торин хмыкнул. Не смешно. — Знаю, он твой отец и всё такое, но после всего, что он сделал, после того, сколько людей погибло из-за него…

— Эндрис так же отреагировал, — медленно произнёс Торин. — Я впервые видел, чтобы он двигался настолько быстро. Отец не сопротивлялся. Кажется, Эндрис сломал ему несколько рёбер, а затем свернул шею. Я же бездействовал, — тихо добавил он. — Мы вернулись поздно, потому что ждали, когда он исцелится и придёт в сознание.

Умница, Эндрис! Порой он ведёт себя как козёл, но он очень предан своим друзьям.

— Может, ты бездействовал, потому что Эндрис сделал всё то, что ты хотел, но не стал?

Торин переплёл наши пальцы и прижал соединённые ладони к своей груди.

— Скорее всего. Я остановил Эндриса, когда тот уже собирался вырвать моему отцу сердце. — Торин устремил взгляд в потолок. — Не знаю, что мной двигало. Надо было позволить ему покончить с графом.

Мы снова сместили фокус на графа, это хорошо.

— Теперь он со мной не разговаривает.

— Что теперь будешь делать?

Торин пожал плечами.

— Не знаю. Отец пытается загладить свою вину.

Иными словами, Торин готов выслушать отца. Хватает же наглости этому засранцу. Только мы разгромили его последователей из Бессмертных-отступников, как он снова лезет в нашу жизнь. Ему даже не хватило совести дать Торину время залечить раны. Дать нам время оправиться. Мы всё ещё под впечатлением от его злодеяний. Мне продолжают сниться кошмары о том, что он сделал с Провидицами. Он и Норны. Едва я закрываю глаза, как передо мной встают их ухмыляющиеся лица.

— Можно мне встретиться с ним? — спросила я.

— Нет, не хочу, чтобы он приближался к тебе. Я ему не доверяю.

К счастью, он не переключился в режим всепрощающего глупца. Я, конечно, не стала бы сворачивать никому шею, но коленом врезать могу. Один удар — и яйца графа навсегда застрянут в его пищеводе. А может, мне вовсе не надо встречаться с ним, чтобы этот ублюдок навсегда пропал из нашей жизни. Я могу просто изменить его судьбу и ускорить его попадание в Хель, где ему самое место. Вот только я ненавижу Норн за то, что они вмешиваются в чужие судьбы. Если изменю его, то стану такой же, как они.

— Можно я приду на тренировку завтра?

— Нет.

— Эй, ещё несколько минут назад ты был не против. Я ещё ни разу не видела тебя в роли тренера.

Он взглянул на меня и застонал.

— Ты просишь об этом только потому, что ищешь стычки с графом, но я не подпущу его близко к тебе.

Это мы ещё посмотрим. Мысленно я уже прокручивала всё, что выскажу его отцу, если увижу его когда-нибудь вновь. Торин гладил меня по голове. Я чувствовала, как напряжение отпускает его. Он явно очень переживал из-за всей этой ситуации. Возможно, из-за моей реакции. Иногда это бывает очень мило с его стороны.

Меня уже начало клонить в сон, когда Торин снова заговорил:

— Как прошёл твой день?

Я подняла голову.

— Я опишу его в трёх предложениях, а потом мы поспим.

Он усмехнулся.

— Договорились.

— Я тайком пробралась в мужскую раздевалку, чтобы украсть толстовку и вызвать видение.

Торин напрягся, но я сделала вид, что не заметила этого.

— Затем я пошла к нему домой и помешала ему загубить всю свою жизнь убийством отчима.

Торин побледнел. Он хорошо держался, но тот факт, что он продолжал молчать, говорил о том, что все его силы направлены на удержание самоконтроля. В иных обстоятельствах он бы уже орал.

— И я узнала от богини, что мне не нужно использовать руны забвения на людях, когда можно просто сделать вот так.

Я сосредоточилась на внутреннем источнике, но искра была едва ощутимой. Я закрыла глаза и позволила желанию установить контакт с этой силой внутри наполнить меня.

— Что ты хочешь сделать? — не понял Торин. Я открыла глаза, и он моргнул. — Твои глаза светятся.

Его голос звучал обеспокоенно. Ухмыльнувшись, я позволила связи усилиться и направила энергию на изменение его восприятия. Кожу покалывало от бурлящей магии. Беспокойство в глазах Торина сменилось шоком. И если секунду назад мы ещё лежали в обнимку, то теперь он едва не снёс стул, пытаясь увеличить дистанцию между нами.

— Туманы Хель! Это полный вынос мозга.

Я изогнула бровь и ухмыльнулась, надеясь, что мне удалось скопировать одну из так любимых мной его привычек.

— Я так не делаю, — возмутился он. — И так тоже! — добавил он, когда я взлохматила волосы. Торин засмеялся. Я озадаченно посмотрела на него, потому как была уверена, что у него это вызовет отторжение. — Я же говорил тебе уже, Веснушка. Второго такого, как я, быть не может.

Я развеяла образ.

— Ты не злишься?

— Из-за того, что ты пудришь людям мозги, заставляя их думать, что ты кто-то другой? Нет, я ожидал, что ты дойдёшь до этого по мере освоения ведьминских способностей. Хочу ли я, чтобы ты делала так со мной? Нет. Когда я с тобой, я хочу видеть тебя, а не кого-то другого. Когда мы… Так, стоп! Ты была в мужской раздевалке? О чём ты думала? — он повысил голос.

— Тише ты! — зашипела я.

Он вернулся к кровати и схватил меня в охапку.

— Погоди, куда ты меня тащишь?

— Куда-нибудь, где я смогу высказать тебе всё, что я думаю, не боясь разбудить твою маму, — ответил он сквозь зубы, но я прекрасно его расслышала. Он прошёл через зеркальный портал в свою спальню, бесцеремонно бросил меня на кровать и запустил пальцы в волосы. Чёлка снова упала ему на глаза. Ему надо бы подстричься.

— Кто-нибудь тебя видел? — спросил он.

— Нет. Это была просто разведка. И я увидела то, что надеюсь больше никогда в жизни не увидеть.

Мне казалось, он посмеётся со мной. Но он только нахмурился сильнее.

— Кого ты там видела? — Он произнёс это так, будто уличил меня в каком-то гнусном преступлении. — Те образы, что ты направила мне?

Я ухмыльнулась.

— Самые настоящие, но не самые впечатляющие из того, что было. Короче, ничего такого, отчего девчонки могли бы пускать слюни. Но ты можешь стереть эти образы из моей головы, затмив их собой. Уж лучше тут, — я постучала по виску, — будешь ты, чем они.

Он пристально смотрел на меня, словно всерьёз подумывал об этом. И затем его губы медленно расплылись в порочной ухмылке, а руки потянулись к штанам.

Мой разум забил тревогу.

— Я шучу, Торин.

— А я нет. И только посмей закрыть глаза!

Он продолжил раздеваться. Вот уже показалась интригующая линия роста волос. Я закрыла глаза. И тут же пожалела об этом. Теперь мне не хватит смелости открыть их.

— Открой глаза, Веснушка.

Я не послушалась. Сердце колотилось в груди.

— Трусишка, — добавил он.

Я медленно приоткрыла один глаз, глядя сквозь ресницы. Он стоял посреди спальни, уперев руки в бёдра. Судя по его лицу, игривое настроение уже прошло, но штаны остались на месте.

Во мне боролись одновременно облегчение и разочарование.

— А теперь начни с самого начала и не упусти ни одной детали. Как ты узнала, где он живёт? Как ты его остановила? Ты же не непобедимая. Пуля может попасть в твоё сердце. Мы с тобой ещё поговорим о том, как именно ты проводишь свободное время после школы. — Он остановился и сверкнул глазами. — Рассказывай!

Да я бы рассказала, но он же слова не даёт вставить.

— Всё началось с утра в столовой.

Он перебивал меня каждые несколько секунд, постоянно ругаясь и потирая пальцами затылок. Когда я закончила рассказывать, он начал читать мне длинную лекцию, пока я не вскинула руки, моля о пощаде.

— Я всё понимаю, — сказала я. — Ты беспокоишься за меня, потому что тебе кажется, что я рискую жизнью, хотя это не так. Я всё продумала. Ну, пока шла за ним до дома. Я не перестану помогать людям лишь из страха, что со мной может что-то случиться в процессе, Торин.

Он вздохнул.

— Да, к сожалению.

— Но обещаю впредь быть осторожнее.

Торин одарил меня скептическим взглядом.

— Ага, конечно. Опиши Гримниров.

Я закатила глаза.

— Не переживай, этот вопрос я уже уладила.

— Опиши их, Рейн, — твёрже повторил он.

Меня бесит, когда он становится таким требовательным и давит на меня. Чтобы не усугублять, я всё-таки заговорила, описав и необычные глаза парня, и его удивительные татуировки. Взгляд Торина забегал, словно он высчитывал сложнейшую формулу или запоминал каждую деталь для дальнейших действий.

— Просто знай, что никто не смеет указывать тебе, что делать.

— Кроме тебя? — уточнила я.

— Именно, — он ухмыльнулся. — Я заслужил это право с того самого момента, как решил полюбить тебя.

У меня упала челюсть.

— Решил полюбить меня?

— Да-да. Я не мог в тебя не влюбиться. Но полюбить — это был мой выбор, к которому я подошёл со всей ответственностью. А значит, в мои обязанности входит переживать за тебя и спасать от всяких придурков вроде Гримниров, которые пытаются утвердиться за твой счёт. — Он забрался на кровать и притянул меня в свои объятья. — Меня не было всего один день. Один чёртов день, а ты уже возомнила себя ангелом-хранителем. Завтра я пойду в школу с тобой. Если Хардшоу бросит на тебя хоть один косой взгляд… — Торин замолк и нахмурился. — Во что ты была одета, когда пришла к нему домой? Чем он занимался?

Ответы могли привести к очередному ору и лекции, которые я выслушивать не хотела, поэтому я проигнорировала вопросы.

— Тебе нельзя завтра со мной. Ты же замещаешь учителя в какой-то там калифорнийской школе.

— Старшая школа имени Сесара Чавеса, или Си-Си-Хай, как называют её местные. Занятия там начинаются позже, так что я смогу прийти с тобой на первый урок здесь, чтобы убедиться, что ты не станешь лапать посторонних, лишь бы увидеть их будущее и попытаться как-то улучшить их жалкие жизни. Трудности закаляют характер, знаешь ли.

Я не стала с ним спорить. Какой смысл? Я просто скривилась.

— Не кривись, я всё вижу, — сказал он, и прижался губами к моему лбу. — Тебе пора спать. А я пока подумаю, как лучше защитить тебя от тебя самой.

Мне хотелось сказать ему, что он не мой надзиратель, но я понимала, что это ни к чему не приведёт. Разве что к очередной лекции о том, как он любит меня, а значит, переживает за меня.

— Как тебе удалось сократить расписание до одного урока в день? — вместо этого спросила я.

— Эндрис взломал систему и поменял записи. Теперь остальные наши занятия проходят в онлайн-режиме.

Эндрис — компьютерный гений.

— А мне он сможет такое организовать? Серьёзно, зачем ходить в школу, если это никак не повлияет на моё будущее?

— И дать тебе больше свободного времени на поиски неприятностей? Нетушки. В школе безопаснее. — Я почувствовала, как его губы расплылись в улыбке. — Хотя нет, безопаснее всего тебе со мной. Лучше перевести тебя в Си-Си-Хай, где я смогу приглядывать за тобой. Можем устроить тебя там уборщицей.

Мыть туалеты?

— Забудь. Мне и здесь хорошо.

Я уже почти заснула, как вдруг пришло осознание, что он специально так сказал, чтобы я отказалась от своей идеи.

~*~

Торин, похоже, создал портал и перенёс меня обратно в мою кровать после того, как заснула, потому что проснулась я в своей комнате. Я хлопнула по будильнику, чтобы выключить его. Бросилась к окну и увидела, что Торин готовит завтрак на кухне. Как же мне нравится, что мы живём по соседству! Словно почувствовав мой взгляд, он поднял глаза и улыбнулся.

«И так каждое утро?»

Я повернула голову на голос. Подарок Фрейи лежал на подоконнике, опустив голову на лапы и чуть наклонив, чтобы лучше меня видеть. Глаза следили за каждым моим действием. Мне не хотелось с ней разговаривать, поэтому я не стала уточнять, что она имеет в виду.

«Это что, игнор? Обиделась на меня, что ли?»

Она потянулась и перекатилась на спину.

Я отвернулась.

«Кошка съела твой язык?»

Как остроумно. Но я не собираюсь вступать в диалог.

«Полагаю, тебе неинтересно, зачем я здесь, и чего на самом деле хотела богиня».

Я замерла.

— Что?

Она усмехнулась. Как будто передо мной не кошка, а человек. Этот звук вызвал у меня мурашки по позвоночнику.

«Мне нужна мягкая кровать, где я буду спать, и побольше подушек. Я не буду носить ошейник, как какие-то смертные кошки. И не стану пользоваться лотком, если только он не самоочищающийся. Ещё я не ем жёсткую пищу. Люблю рыбу и печень. Как только меня всё устроит, мы поговорим».

Я медленно сосчитала от десяти до одного и присела, чтобы оказаться на одном уровне с ней. Она зашипела, но я не испугалась.

— Слушай сюда, заносчивая ты кошара. — Та сузила глаза, услышав оскорбление. Шерсть на спине встала дыбом. — Попробуешь меня цапнуть — и вылетишь из окна так, что останется только восемь жизней. Норны, богини, теперь ты… Вся ваша сверхъестественная братия у меня уже вот где, — я показала рукой поперёк горла. — Хочешь кровать и все удобства? Сначала заслужи.

Кошка прожигала меня взглядом в ответ.

— Что нужно богине?

Кошка дёрнула ушами.

— Думаешь, я шучу? Я буду меня твой лоток раз в неделю и специально выберу такой наполнитель, который не будет впитывать запахи. — Я достаточно повидала реклам продукции для кошей, чтобы знать, что любят эти хвостатые. — Буду покупать только сухой корм. А если ты меня хоть чем-то разозлишь, ночевать будешь на улице.

Её шерсть опустилась, глаза закрылись. Она мяукнула и перевернулась на спину. Хочет, чтобы ей почесали животик?

Я моргнула. В эту секунду я была настолько зла, что хотела оттаскать её за хвост. Да, знаю, звучит жестоко. Но мне сейчас не до защиты прав животных. Чёртов комок шерсти.

«Бейскальди», — ответила она.

Очередное оскорбление? Я показала ей средний палец.

Она встала и снова потянулась.

«Так что там на завтрак?»

Я ушла от окна и хлопнула дверью в ванную. Душ не помог поднять мне настроение. Я чувствовала на себе пристальный взгляд кошки, пока переодевалась. Стараясь не смотреть в её сторону, я просто активировала руны и пошла к Торину.

Он встретил меня с чашкой латте и тарелкой с яйцами, беконом и хашбраунами. Он по-прежнему оставался в одних только пижамных штанах, а его волосы были влажными после душа.

— Что-то не так? — спросил он.

— Проблемы с кошкой.

— Кто побеждает?

Я прожгла его взглядом.

— Я, если найду способ её заткнуть.

— Вы уже общаетесь?

Его это ничуть не смутило, поэтому я кивнула.

— Ага, прикинь, как мне повезло.

Он усмехнулся.

— Проголодалась, наверное? — Он наклонился и поднял с пола кошку. Серьёзно? Комок шерсти прошла за мной через портал?

— Хочешь кушать? — спросил Торин, склонив голову к кошке.

— Мяу! — Та лизнула его нос.

Хватает же наглости!

Торин дал ей кусочек бекона и почесал ей шею, пока та ела.

— Вот видишь? Просто дай ей вкусняшку и будь ласковой.

Он чмокнул меня в губы и шлёпнул по попе, перед тем как выйти из кухни.

Я села за стул и приступила к завтраку. Комок шерсти расправился со своим беконом и уставился на меня. Я пыталась её игнорировать. Она подошла ближе. Я взяла кусочек яичницы и предложила ей.

Она ответила укоризненным взглядом. Вздохнув, я отдала ей последний кусочек бекона. Она съела его, затем яйца и снова вернулась к моей тарелке.

— Хочешь сказать, ты не наелась? — возмутилась я.

«Мне плохо. Бекон помогает мне почувствовать себя лучше».

Теперь мне стало её жаль. Я передвинула всю тарелку к ней. Лёгкий ветерок ворвался на кухню из коридора. Кто-то только что использовал портал.

Я поставила на стол чашку латте, когда в комнату вошёл Эндрис и направился прямиком к кофемашине. Он всегда угрюмый, пока не выпьет кофе. К несчастью для него, он жил с Лаванией, которая предпочитает чай. Как и Ингрид. Блейн тоже пришёл за кофе.

Как только Эндрис налил себе кофе — чёрный, без добавок, — он сделал большой глоток, издавая довольный полувздох, полустон, развернулся и улыбнулся мне.

— Доброе утро, солнышко. Ты теперь ночуешь здесь?

— Я могу просто обнять тебя, не выслушивая всё это?

Он снова сделал глоток, поставил чашку и распростёр руки. Я крепко его обняла, потянулась к его уху и шепнула:

— Я люблю тебя, ты же знаешь.

На его лице появилось странное выражение. Он театрально вздохнул.

— Я всегда знал, что ты ко мне неравнодушна, с самой первой встречи. Но прости, малышка, между нами ничего не выйдет. — И тут он ухмыльнулся. — Если только не хочешь перепихнуться по-быстрому, пока твой ведёт занятия. В Си-Си-Хай есть парочка весьма удобных кладовок.

— Ты заслуживаешь большего, чем перепихон в кладовке.

Я чмокнула его в щёку и отстранилась.

Он снова потянулся к чашке и вдруг вскрикнул.

— Что это?

Он уставился на кошку, которая, выгнув спину, шипела на него, словно защищая свою территорию.

«Почему ты целуешь его, когда у тебя есть свой горячий Валькирия?» — раздался её крик в моей голове.

Я закатила глаза.

«Успокойся, комок шерсти. Эндрис Торину как брат, он просто шутит».

«Ничего он не шутит. У него очень грязные мысли о тебе. Бесстыдник. Мерзавец. Йотунский тыл!»

Я засмеялась. Она только что назвала Эндриса задницей гиганта.

— Рейн!

Я посмотрела на Эндриса.

— Почему ты так странно себя ведёшь? Хотя… чего это я задаю очевидные вопросы? Ты просто сумасшедшая. Но это откуда здесь?

— Это подарок от твоей богини. — Эндрис собирал души для тренировочных полей богини Фрейи. Мне нравился тот факт, что она настолько могущественна, что погибших воинов распределяли поровну между ней и Одином. По факту она выбирала первой. Когда наступит Рагнарёк, финальная битва между богами и злыми гигантами, она поведёт своих людей в бой. — Давай лучше поговорим о графе. Ты должен был вырвать сердце этому гнилому ублюдку, а не ломать ему шею.

Эндрис неохотно переключил внимание с кошки на меня, карие глаза потемнели.

— Я хотел. Он продолжит морочить голову Торину. Вся эта чушь про искупление — просто новый способ этого подонка, чтобы подобраться к Торину.

— Мы ему не позволим, — сказала я.

— Именно. — Он бросил взгляд в сторону лестницы. — Давай встретимся позже и выработаем стратегию.

— Я собираюсь в Калифорнию после школы. Мне интересно посмотреть, как вы тренируете футболистов.

— Хорошо. Можем поговорить, пока он ведёт тренировку. Я как бы его помощник, но он такая заноза в пятке, что я просто оставляю его командовать самостоятельно. Смертные помощники тренеров просто без ума от него, бегают за ним, виляя хвостом, едва он выходит на поле. Считают его вторым Бекхэмом. — Эндрис насмешливо хмыкнул. — Я видел, как Торин играет. Бекхэм нервно курит в сторонке. Я уж молчу про мамочек. Они готовы носить воду и полотенце, лишь бы привлечь внимание тренера. Женщины! Поэтому я никогда не остановлю свой выбор на одной. — Он оттолкнулся от столешницы и выпрямил спину. — Ладно, до вечера, красотка. Рад, что мы на одной стороне. — Он снова посмотрел на хвостатую гостью. — Ведьмы и их кошки.

Передёрнул плечами.

«Ты тоже не ахти, смазливый мальчишка», — рыкнула кошка ему вслед и спрыгнула со столешницы.

Я подавила улыбку и проследовала за Эндрисом в коридор. Подождала, когда он уйдёт в особняк, и перенаправила портал в свою спальню. Комок шерсти опередил меня и снова устроился на подоконнике.

Я собрала вещи в школу, прихватив толстовку Бо. Бросила взгляд на кошку, та уже спала (или делала вид). Во сне она кажется такой умиротворённой… Не хочу случайно её разбудить и выслушать очередную порцию оскорблений.

Я спустилась по лестнице, намеренно отказавшись от портала. Люблю физические нагрузки. Пока папа не слёг с болезнью, мы вместе устраивали пробежки. Я занималась с командой по плаванию в сезон и в местном клубе между сезонами. Но с тех пор, как погрузилась в сверхъестественный мир, пришлось бросить всё. Мне нужно придумать, как поддерживать себя в форме. Передвижение на сверхскорости очень хорошо сжигало калории, я потом всегда жутко голодная и готова съесть слона, но я не перемещаюсь так регулярно. А стоило бы, наверное.

Мама доедала завтрак на кухне, когда я спустилась на первый этаж. Кто-то приготовил яичницу. Скорее всего, Феми. Мама ужасно готовит. В нашем доме этим обычно занимался папа.

— Папа ещё не вставал? — спросила я.

— Нет, милая. Будешь завтракать?

— Нет, я уже поела у Торина. — Я закинула рюкзак на столешницу и села на барный стул. — Не знаю, что делать с кошкой. Может, постелить ей газетку и оставить миску с водой? Я даже не знаю, чем питаются кошки… Надо бы зайти в магазин после школы.

— Хорошая идея. А сейчас можешь не переживать, — заверила мама. Она встала, чтобы убрать тарелку, и поцеловала меня в лоб. — Феми присмотрит за ней. — Она взяла свою сумку. — Пожелай мне удачи. Не хочу опоздать на работу в первый же день.

— На работу? — Мама была одета в майку и юбку в стиле бохо, на шее и запястьях множество украшений, а на голове, как у цыганки, повязка, удерживающая чёрные прямые волосы. В общем, она, как обычно, выглядела как хиппи. Сногсшибательная хиппи. — Разве ты сегодня не пожинаешь души?

— Да, близ Сиэтла. Мой напарник нашёл мне работу в ювелирном магазинчике, так что мы не будем целыми днями слоняться без дела.

Я нахмурилась.

— Что ещё за напарник?

— Один молодой человек. Торин и Эндрис же работают в паре? Вот и у меня есть напарник-Валькирия. — Она бросила взгляд на часы, послала мне воздушный поцелуй и добавила: — Люблю тебя, милая. Будь осторожна. Если что-нибудь понадобится, перемещайся ко мне порталом.

Мама побежала в гостиную. Я хмуро смотрела ей вслед. Молодой человек, значит? Конечно, это означает, что они либо на несколько веков младше неё, либо стал Бессмертным в юном возрасте. Маме уже больше тысячи лет, но она выглядит лет на тридцать. Мужчины обращают на неё внимание. Но я не могу представить её ни с кем, кроме папы. Честно говоря, даже не знаю, как относиться к тому, что она может начать с кем-то встречаться после смерти папы. Горло сдавило. Я уже смирилась с тем, что папа умирает. Это вопрос времени. Но легче от этого не становится.

Феми как раз проверяла его показатели, когда я вошла в комнату. Первую минуту я рассматривала его. Цвет лица улучшился с тех пор, как мама вернулась. Она отсутствовала несколько месяцев, добиваясь того, чтобы Совет Валькирий восстановил её в статусе активной собирательницы душ, но оно того стоило. Она пожнёт папину душу и определит ему хорошее место во владениях богини Фрейи. Надеюсь. Она не станет встречаться с каким-то левым типом, пока папа в чертоге Фрейи, потому что она будет видеть его каждый раз, приводя души туда.

Я поцеловала папу в лоб и покинула комнату вместе с Феми.

— Как он?

— Уже лучше, теперь, когда Свана дома. — Она посмотрела на лестницу, и я проследила её взгляд. Кошка стояла на верхней ступеньке, наблюдая за нами. — Я позабочусь о кошке, пока тебя нет.

Я кивнула.

— Спасибо. Кажется, она голодная.

Феми протянула руку.

— Иди сюда, принцесса.

Кошка ответила презрительным взглядом, развернулась и вернулась обратно в мою спальню.

— Ей нужно дать имя, куколка, — сказала Феми. — Начни устанавливать контакт.

— Контакт уже установлен. Эй, Комок Шерсти, иди сюда, у нас есть бекон, — позвала я.

«Бейскальди».

Это, похоже, её любимое ругательство.

Феми расхохоталась.

— Комок Шерсти? Это ужасная кличка. Почему бы не назвать её Бастет или Исида?

Кошка снова вышла к лестнице и уселась с царственным видом. «Какие ужасные имена», — прокомментировала она.

— «Исида» мне нравится, — сказала я, заработав злой взгляд от кошки.

Феми усмехнулась.

— Возможно, ты права насчёт контакта. У кошек непростой характер, но фамильяры очень быстро привязываются к своим хозяевам.

— Эта привяжется к любому, кто даст ей бекон.

— Вот как? Тогда мы непременно подружимся. Я обожаю бекон. Идёмте, мадмуазель.

Феми много знала о магии. Без неё я бы не разобралась с видениями и не раскрыла бы заговор отца Торина.

— Как ты поняла, что между тобой и фамильяром сформировалась связь? — поинтересовалась я.

Феми посмотрела на меня и хмыкнула.

— Вы будете на одной волне. Она всегда будет знать, когда тебе нужна её помочь, угадывать твои мысли до того, как ты их озвучишь. Если повезёт, вы даже сможете общаться телепатически.

Ага, прям лотерею выиграла.

— Поняла. Ладно, Феми, до вечера. Пока, Исида.

Кошка меня проигнорировала.

Торин уже ждал у своего гаража. Его глаза вспыхнули довольным блеском. На мне была кожаная куртка, которую он купил мне во Флориде, и джинсы. Вслух он ничего не сказал, но я без всяких слов поняла, что ему понравилось, как я сегодня оделась. Хочу, чтобы он всегда так на меня смотрел.

Он надел на меня шлем, убрав волосы с шеи. У меня перехватило дыхание, стоило только вспомнить первый раз, когда он это сделал. Тогда это оказало на меня столь же сильный эффект. Возможно, это объясняет то, почему он с таким удовольствием каждый раз повторяет.

— Ты прекрасна, — сказал он, поцеловав меня. На моих губах осталось покалывающее ощущение. — Что-то новенькое. Приятный вкус.

— Не должно быть никакого вкуса.

Он наклонил голову.

— Ты с утра колдовала?

Я тренировалась устанавливать связь с источником моей магии.

— Немного. А что?

— Ничего. А это что?

Он указал головой на толстовку у меня в руках.

— Толстовка Бо Хардшоу.

Я бросила её в багажник байка, пока Торин прикреплял мой рюкзак с другой стороны.

— Были ещё видения?

— Не-а, уже всё хорошо. Его ждёт прекрасное светлое будущее. — Мне не понравилось, как он отмахнулся от моего вопроса про магию, но не стала поднимать эту тему, пока мы не доехали до школы. — Ничего? Серьёзно? Ты ничего не говоришь просто так.

— Ты ощущаешься иначе после того, как используешь магию.

Я нахмурилась.

— В хорошем смысле или плохом? — Он помахал своим друзьям-спортсменам, взял мой рюкзак и мою ладонь. Я упёрлась пятками. — Я никуда не пойду, пока ты мне не ответишь.

— Какая разница?

Он уходит от ответа. Плохой знак.

— Тебе не нравится? Вкус магии отталкивает?

— Веснушка, ты для меня всегда самая… Ай!

Я пихнула его локтем. Это не было больно, он просто притворяется.

— Я серьёзно спрашиваю, а ты морочишь мне голову. Это приятное ощущение или нет?

— Сложно объяснить. — Он провёл пальцем по моему носу и нахмурился. — После колдовства твоя энергия словно бы взывает ко мне. Ты становишься моим кислородом, чем-то жизненно необходимым. И когда я прикасаюсь к тебе, этот эффект усиливается. Это несколько напрягает и…

Я засмеялась и обняла его.

— Перестань. Это не смешно. Терпеть не могу, когда мной руководят инстинкты.

Это объясняет его необычную пылкость прошлой ночью.

— Кажется, я буду этим пользоваться.

— Не надо. — Он обнял меня за плечи одной рукой и прижался губами к моему виску. — Я могу причинить тебе боль.

Нет, не может. Но возможность контролировать Торина открывает столько перспектив… Я продолжала широко улыбаться, когда мы вошли в школьный коридор.

Школьники сновали повсюду. Главной темой для обсуждения были выпускные. Праздник для младших классов состоится в следующую пятницу, учителя объявят номинантов за день до. Но главное торжество — бал выпускников — будет через несколько недель. Я собираюсь пойти на оба бала вместе с Торином.

После вчерашнего я старалась не задевать случайных прохожих, пока мы шли по коридору. Торин стукнулся кулаками с несколькими друзьями, парочка похлопали его по спине. Они принимали меня как свою, и прежде меня это более чем устраивало. Но теперь, когда стала схватывать видения, мне не хочется, чтобы ко мне прикасались. Поэтому всю дорогу я прижималась к руке Торина, как неуверенная в себе подружка, не давая никому возможности дать мне пять или стукнуться кулаками.

Я всё смотрела на людей, спешащих мимо, надеясь, что ни один меня не заденет. Видения случались хаотично. Я пока ещё не научила закрывать и открывать свой разум. Может, мне надо прикасаться к источнику, когда хочу увидеть будущее, и разрывать связь, когда мне это не нужно. Лавания пока меня такому не учила. Она предпочитает не гнать лошадей и учиться всему постепенно.

Мы свернули за угол и едва не врезались в Джастина Синклэра и Даррена Рассмена, болтавших друг с другом, прислонившись к стене. Оба были старшеклассниками и играли в футбол вместе с Торином. В памяти промелькнул вчерашний вечер. Элли, девушка Джастина, и Бо Хардшоу. Кто бы мог подумать?

— Видели сегодня Хардшоу? — спросил их Торин.

— Не-а, но его тачка стоит на парковке, — сказал Джастин и окинул меня взглядом, тут же переключившись на проходящих мимо девушек.

Джастин мне никогда не нравился. Он богатый, заносчивый и считает, что ему всё сойдёт с рук. Но больше всего меня отталкивает в нём то, как его светлые глаза скользят по каждой встречной девушке, словно он мысленно их раздевает. Лучше бы Элли ушла к Бо, но такие богатые девочки, как она, встречаются только с богатыми придурками вроде Джастина.

Элли и Эмбер Гриффин вышли из женского туалета и резко остановились, хихикая. Терпеть не могу девчонок, которые так хихикают. Джастин и Даррен, видимо, ждали их.

— Её волосы выглядят ужасно, — сказала Элли, оглядываясь через плечо на дверь туалета.

— Эта шмара получила по заслугам, — ответила Эмбер. После чего заметила нас и улыбнулась. — Приветики, Рейн, Торин.

Я выдавила улыбку в ответ, а перед глазами стоял видеозвонок Элли и Бо. Сама она тем временем уже вовсю целовалась со своим парнем. Что она в нём нашла?

Эмбер взяла Даррена за руку и закинула её на свои плечи. Они с Элли считают меня своей, потому что мы все встречаемся с футболистами, но ещё шесть месяцев назад они смеялись надо мной, когда пошли слухи о том, что я ведьма. Кого они мучали в туалете на этот раз?

— Если увидите Хардшоу, передайте, что он срочно мне нужен, — сказал Торин и стукнулся кулаками с Джастином.

Мы пошли дальше, и в этот момент из туалета выбежала девушка, промчавшись мимо нас. Видение было коротким, но я успела понять, кто ответственен за эту внезапную смену стиля. Её волосы были выкрашены в уродливейший оттенок розового.

Элли и Эмбер снова захихикали.

— Хотела быть в центре внимания, вот и получила, — сказала Эмбер.

Я нахмурилась.

— Я думала, вы с МакКензи подруги.

— Я тебя умоляю, — ответила Элли, закатив глаза.

— Мы терпим её из-за её горячего брата, — пояснила Эмбер. Брат МакКензи, Люк, был капитаном бейсбольной команды. — Но он не так горяч, как ты, зай, — с улыбкой добавила она Даррену. Он купился на это. Придурок.

Как только мы отошли на достаточно расстояние от них, я сказала Торину:

— Они меня бесят.

Торин сжал моё плечо.

— Я заметил.

— Это они сделали это с ней.

Торин озадаченно посмотрел на меня.

— Кто сделал что?

— Эта коза Эмбер выкрасила волосы МакКензи. Сделай что-нибудь!

Торина удивился:

— Почему я? Я даже не знаю, кто такая МакКензи и почему меня должен волновать её цвет волос.

Я вздохнула.

— Просто найти девушку с ярко-розовыми волосами и скажи ей что-нибудь приятное.

Он замер.

— Например?

— Не знаю. Ты же у нас обаяшка. Придумай что-нибудь. Сделай комплимент её волосам. Скажи, что она сегодня прекрасно выглядит.

Торин засмеялся.

— Шутишь?

Я замотала головой.

— Сначала один инцидент, затем другой, а в какой-то момент она возьмёт и вскроет себе вены.

— Из-за горстки девиц, что высмеяли её цвет волос? Она хоть красивая?

Я ущипнула его.

— Какая разница? Она добрая и милая, но её волосы ужасного розового цвета, — скривилась я. — Но не в этом дело. Она всю жизнь пытается стать своей и искренне считала Элли и Эмбер своими подругами. А они вон как с ней поступили. Ну, пожалуйста.

Торин застонал, но я видела по его лицу, что он уже согласен. Он бросил взгляд на часы.

— Если использую сверхскорость…

Я чмокнула его в щёку.

— Ты лучший!

— На что я только ни пойду ради тебя, Веснушка, — пробормотал он. — Можешь вернуть Бо его вонючую толстовку.

— Ах, перестань.

Он бросил толстовку, но та прилетела какому-то бедолаге в лицо. Парень оказался достаточно любезен и не стал возмущаться, а просто передал толстовку мне. Торин же, напротив, повёл себя ужасно. Просто расхохотался в ответ на мой недовольный взгляд.

— Отнесу её к потеряшкам, — сказала я вслух, чтобы парень не подумал, что эта вонючая толстовка — моя.

Мне было неловко использовать Торина, но я прекрасно понимала, каково сейчас МакКензи. Когда твои так называемые «друзья» смешивают тебя с грязью, хочется опустить руки. Со мной, по крайней мере, были Эрик и Кора, когда вся команда по плаванию ополчилась против меня. МакКензи нужно немного поддержки, а Торин как никто другой умеет подбадривать.

4. РУКА ПОМОЩИ

В обеденный перерыв я спешила к туалету, потому что меня уже ждала Кора, как вдруг я едва не врезалась в Бо и его дружков — Сета Ренвика и Райдера Копленда. Сет был сложен как викинг. Рыжие волосы, веснушки повсюду, руки и ноги как деревья. И самый серьёзный из троих. Райдер — его противоположность: худощавый, с тёмными кудрями, и рот у него никогда не затыкается. Оба были в бейсбольной команде вместе с Бо.

Бо ничем не выказал, что он видел меня в пижаме. Только ухмыльнулся одним уголком губ — эта улыбка завлекла немало наивных девчонок.

— Сент-Джеймс сказал, у тебя моя толстовка.

— Ага, только я оставила её в шкафчике.

— Блин, — протянул он, оглянувшись на друзей.

— Нам надо идти, — сказал Райдер, шагая задом наперёд. — Нас не будут ждать вечно.

Бо колебался мгновение, но затем сказал:

— Заберу после школы. У тебя последний урок музыка? — Он подмигнул. — Я видел, как ты проходила мимо нашего класса. Найду тебя.

Он поспешил за ребятами.

К тому времени, как я добралась до женского туалета, Кора уже открыла портал и исчезла. Наверно, сегодня она обедает с Эхо.

Торин ждал у себя дома уже с готовым обедом. У него было всего пять минут, потому что потом у него назначена встреча с учеником. Как только он ушёл, я перенесла еду в наш дом и села рядом с папой. Комка Шерсти нигде не было видно.

Я вернулась в школу несколько расстроенная. Сама не знаю почему. Может, из-за состояния папы или из-за слишком короткой встречи с Торином. Я привыкла проводить с ним почти всё свободное время.

Несколько часов спустя по пути в музыкальную комнату я услышала:

— Ты знаешь правила, Хардшоу. Портится успеваемость — отправляешься на скамейку запасных.

Я остановилась у двери, бессовестно подслушивая.

— Дайте мне ещё один шанс, мистер Джентри, — ответил Бо. — У нас важная игра через две недели, там будут скауты из нескольких колледжей.

— Это правила школы, Хардшоу. Если спорт мешает учёбе, значит, играть ты не будешь. Надо было ещё несколько недель назад подать заявку на тьютора.

Нееет. После того, как несколько моих нервных клеток героически погибли, когда я проникла в мужскую раздевалку, а потом ещё увидела Хардшоу-старшего в белых трусах, я не позволю какому-то учителю испортить моё дело. Я заглянула в класс. Бо собирал вещи в рюкзак, пока мистер Джентри что-то записывал на листке.

Я окинула взглядом коридор. Школьники спешили домой, помещение почти опустело. Я могу исчезнуть, и никто не заметит. Подняв гобой, я подождала, пока группа девушек пройдёт мимо, и активировала руны невидимости и скорости.

Я вошла в комнату в тот момент, когда Бо как раз направлялся к двери мимо учителя.

«Ты дашь ему ещё один шанс. Позови его и скажи, что дашь ему шанс. Прямо сейчас».

Мистер Джентри поднял глаза, когда Бо уже стоял на пороге.

— Хардшоу! Стой. — Он достал папку и положил её на край стола. — Сдашь до следующей пятницы, или никакого бейсбола. В пятницу также будет тест. Если внимательно всё прочитаешь — сдашь. Иначе сообщу твоему тренеру.

Ура! Я посмотрела на папку. Они читают «Алую букву» Натаниэля Готорна. Чудесно. Я читала эту книгу в прошлом году и могла бы ему помочь.

— Найди кого-нибудь, кто поможет тебе, или подай заявку на тьютора. Нет ничего постыдного в том, чтобы попросить помочь.

Пока мистер Джентри вещал о важности вовремя обратиться за помощью, я покинула комнату.

Коридор уже почти опустел. Я погасила руны и достала телефон. Главное, чётко всё рассчитать. Я прислушалась к шагам Бо. Когда он открыл дверь, прижала телефон к уху.

— Да, конечно, мам, — сказала я в трубку. — Я всё понимаю. Надо найти ученика на семестр. Не знаю, мам. По математике или литре. — Бо вышел в коридор, но вместо того, чтобы пройти мимо, остановился. Я вежливо кивнула ему. — Хорошо, мам. Я зайду в кабинет мистера Кента и запишусь в тьюторы. — Я выключила телефон и улыбнулась Бо. — Мамы. Пока не добьются своего, не отстанут. — Я скривилась. — Я как раз собиралась к шкафчику. Могу вернуть толстовку.

Бо кивнул. Пару минут мы шли молча. Школьники, у которых после уроков ещё занятия, оборачивались и смотрели на нас. Интересно, о чём они думают? Плохиш из старшей школы Кайвилля и подружка квотербека вместе? Фу, слишком банально.

— Так где ты нашла мою толстовку? — спросил Бо.

— Зашла в мужскую раздевалку и выкрала её, чтобы потом был повод вернуть её тебе. — Я широко улыбнулась, сомкнув зубы. — Наверно, все так подумали.

Он ухмыльнулся.

— Ты умеешь читать мысли?

— Ага, и лица. Ты тоже так подумал.

— Да нет, — возразил он, но отвёл взгляд, подтверждая мою догадку.

— Точно. Думаешь, я не замечала, как девушки используют любой предлог, чтобы привлечь внимание великого Бо Хардшоу? Довольно любопытное зрелище. Такой вот брачный ритуал.

Он хмыкнул.

— Ну вот, теперь ты смеёшься надо мной. Вообще-то они тоже самое делают с твоим парнем.

— Только идиотки думают, что Торин может обратить на них внимание.

Он расхохотался. Несколько школьников оглянулись на нас, перед тем как зайти в класс.

— Так вы с Торином неразлучны? — спросил Бо.

Я скрестила указательный и средний палец.

— Вот так.

— Если бы я плохо вас знал, то воспринял бы это как вызов.

— И проиграл бы. К тому же по тебе и так уже сохнет немало девчонок. — Мы подошли к шкафчикам и остановилась напротив своего. — Ещё одна — и у тебя взорвётся мозг.

— Ты вчера взяла меня за руку возле столовой, после того как намеренно врезалась, — уличил он.

Мои щёки чуть порозовели. И то, и то — правда, а он настолько высокого мнения о себе, что пришёл ко вполне ожидаемым выводам.

— Это было случайно. И за руку я тебя взяла, потому что заметила разбитые костяшки. Выглядело болезненно.

Он нахмурился, и я пожалела о том, что подняла эту тему. Я хотела, чтобы он расслабился, доверился мне и попросил стать его тьютором. Уверенная, что запорола весь план, я открыла шкафчик, достала толстовку и вернула ему.

— Нашла возле раздевалки, тут оказалось твоё имя. Ладно, я пойду, пока до Торина не дошли слухи, что ты за мной приударил.

Я взмахнула рукой, словно говоря о какой-то нелепице.

— Спасибо.

Он уже развернулся, чтобы уйти. Моё сердце ухнуло. Может, у него есть ещё кто-то на примете. Элли довольно умная и уже в выпускном классе. Мы с МакКензи единственные из младших, кто ходил на углублённые уроки по литературе.

Бо остановился, развернулся на пятках и робко посмотрел на меня. Убрав ладони в передние карманы джинсов, он оглянулся по сторонам, проверяя, что никто не услышит.

— Так ты собираешься записаться в тьюторы?

— Хотелось бы. Будет отличной строчкой в моей заявке в колледж. Но пока что, сколько бы я ни заходила к мистеру Кенту, тьюторов всегда больше, чем учеников. — Я закинула рюкзак на плечо и направилась к выходу. Бо последовал за мной. — Постоянно торчать там я не могу, так что…

— А занятия обязательно проходят в школе?

Вот почему он так избегал этой темы. Он стесняется. Даже не так, это вопрос имиджа и репутации. Такие парни, как Бо, предпочитают делать вид, что им плевать на оценки.