Её щёки порозовели. Интересно, что теперь, когда она больше не под влиянием магии, она засмущалась.
— Прежде ты не мешал мне трогать тебя.
Я прижался губами к её костяшкам. Теперь, когда мы разобрались с её проблемкой, вернулась моя. Гнев сдавливал грудь, засасывая меня обратно в то тёмное жуткое место, где не было ничего, кроме мести. Сердце заныло, мысли заволокло туманом. Я заключил Рейн в объятья и крепко прижал к себе. Мне нужно как-то вернуться к свету.
И словно бы зная, что со мной происходит, Рейн гладила меня по голове и спине, оставляя сладкие поцелуи на моих плечах. Мне хотелось остаться в её объятьях навечно. Как бы сильно я ни желал её тело, нужнее всего мне её любовь. Её ласковые прикосновения успокаивали мою внутреннюю дрожь. Её глаза могли выразить многое без слов, разделяя мою боль. А её поцелуи возвращали мир в моей душе.
Острая боль ушла, сменившись слабым зудом где-то на фоне. Почувствовав, что могу говорить спокойно, а не как полный псих, я отстранился, чтобы посмотреть в её глаза, полные любви.
— У тебя был побочный эффект от использования магии, и поэтому тебе нужна была моя помощь. Я не хочу, чтобы ты была под влиянием магии, пока мы занимаемся любовью, — произнёс я.
Её глаза распахнулись.
— Ты… мы… будем?
В её голосе слышались нотки восторженного предвкушения. Мне было жаль её разочаровывать. Я мягко прижался к её губам.
— Не сегодня. Давай ты сделаешь нам горячий шоколад, и мы поговорим. А мне пока нужно охладиться.
Как всегда с тех пор, как я встретил Рейн. Регулярный холодный душ и нездоровые отношения с собственной рукой. Но всё же плюсов куда больше этих маленьких неудобств. Я прижался губами к её виску, после чего встал и снял с себя футболку.
~*~
РЕЙН
Смотреть, как Торин снимает футболку и остаётся полуголым, это всё равно что смотреть, как кто-то разворачивает твою любимую шоколадку, не собираясь делиться с тобой. Я хотела сама развернуть и съесть. Когда же Торин потянулся к ремню, я сглотнула.
Он помедлил, поднял глаза на меня и изогнул бровь.
— Ты так и будешь смотреть? Уверена?
Его кокетство меня не обмануло. Ему сейчас больно. Я видела это по глазам. Я чувствовала это, когда его трясло от злости в моих объятьях. Я была под действием стихийной магии, и Торин помог мне с этим справиться. Он всегда так делает: подавляет свою боль, чтобы позаботиться обо мне. Теперь моя очередь.
— Вперёд, — ответила я.
Он ухмыльнулся и тут же стянул с себя всё остальное — и штаны, и нижнее бельё. Я уронила челюсть, но сексуально неудовлетворённая, очень девственная часть меня обрадовалась. Я ещё ни разу не видела его голым. Чёрт, да я ни одного парня не видела голым.
Мой взгляд скользнул по широким плечам, узкой талии и ягодицам… О боги. Это самая красивая мужская задница в мире.
Торин довольно часто носил низко сидящие пижамные штаны, будоража моё воображение. Но голый Торин превзошёл все мои фантазии. А ведь я увидела его только со спины.
Развернись.
Словно услышав мои мысли, Торин оглянулся на меня через плечо и усмехнулся. Сердце замерло на секунду — я была уверена, что он развернётся. Торин смел и бесстыден, и он обожает шокировать меня. Однако вместо этого он ушёл, и я разочарованно вздохнула.
То, что он не обернулся, только подтвердило мои подозрения. Ему сейчас плохо, он старается отдалится. Опять. Всякий раз, когда ему приходится справляться с чем-то неприятным, он дистанцируется от меня, чтобы оградить. Когда же он поймёт, что я согласна разделить его боль? Что я способна помочь ему забыть всё плохое, пусть даже ненадолго.
Я встала и сняла лифчик. До меня донеслись звуки душа, когда я закончила раздеваться. С колотящимся сердцем я зашла в ванную. Торин стоял спиной ко мне, с опущенной головой. Я открыла дверцу душевой кабины. На меня попали струи воды. Я вздрогнула. Ледяная!
Торин оглянулся через плечо и моргнул.
— Веснушка?
— Мне тоже нужно охладиться. — Я уверена, что мои щёки в этот момент пылали. Я нерешительно улыбнулась. Он уже видел, касался и целовал меня в разных местах, но я впервые предстала пред ним полностью обнажённой. Когда он ничего не ответил, я скрестила руки, прикрывая грудь. — Ты не можешь просто раздеться у меня на глазах и думать, что никакой реакции не последует.
Он хмыкнул.
— Ты сумасшедшая.
— Так, по-твоему, это… плохая идея?
Он вытер воду с лица и прищурил голубые глаза.
— Опусти руки.
Сглотнув, я послушалась. Торин рассматривал меня из-под полуприкрытых век. Мне всегда нравился этот взгляд. Такой сексуальный. Но сегодня я нервничала, когда он так смотрел. Интересно, что он думает? Грудь слишком маленькая. Бёдра слишком широкие. Живот…
— У меня от тебя дух захватывает, Веснушка. Ты само совершенство. Каждый дюйм твоего тела.
Все мои комплексы испарились. Торин выключил воду, смахнул воду с лица и развернулся. Я не успела окинуть его взглядом, потому что Торин схватил меня и прижал к своей груди. Его тело было настолько горячим, что даже капли воды не казались холодными.
Его глаза смотрели в мои.
— Ты уверена?
Я кивнула.
— Да.
— Обратного пути уже не будет. — Он усадил меня на тумбу, взял полотенце и вытер места, которые успел намочить. Затем начал вытираться сам, ни на секунду не сводя с меня своих сапфировых глаз. Синее пламя полыхало в них. Мне было до смерти любопытно посмотреть вниз, увидеть его всего, но его взгляд загипнотизировал меня.
— Ты же понимаешь?
Я посмотрела на него как идиотка, не догоняя, о чём он говорит. Мои мысли были заняты воспоминаниями о том, как я впервые увидела его голый торс. Эти идеально рельефные мышцы груди и пресса.
— Мы будем связаны навсегда, — сказал он, отбрасывая полотенце в сторону.
Так о чём он там говорит?
— Даже больше, чем уже?
— Намного.
Он поднял меня, отнёс в спальню и мягко опустил на кровать. Затем он выпрямился, и я, наконец, смогла насладиться. Нет, мне всегда будет мало. Он великолепен. Он стоял передо мной без намёка на стеснение, его глаза тоже изучали каждый дюйм моего тела.
— Ты такой красивый, — выдохнула я.
— Мне не сравниться с тебя, — прошептал он голосом, полным благоговения. — За все прожитые века я ни разу не встречал никого подобного тебе. — Он склонил голову и нежно поцеловал в губы, опускаясь рядом. — Я так сильно тебя хочу. Желаю. Жажду до боли. — Каждое слово сопровождалось поцелуем всё ближе к моей груди. — Ты даже не представляешь, сколько я фантазировал обо всём этом.
— Я тоже.
— Я бы хотел послушать твои фантазии.
Я вся вспыхнула от смущения.
— Только если ты расскажешь свои.
— О, я намерен воплотить их все в жизнь, начиная с сегодняшней ночи. — Он потёрся носом о мою шею. — Мои руки отныне принадлежат тебе.
Я хихикнула, вцепившись в его волосы. Он же спустился ниже и поцеловал каждый сосок. Один из них он втянул в рот и начал сосать. Внутри меня всё взорвалось, с губ сорвались крики удовольствия. Я выгнулась навстречу его рту, пока Торин уделял внимание сначала одной груди, затем второй.
Я всё ещё не могла перевести дух, а он уже перешёл к моему животу. Понимание того, куда он идёт, сводило с ума. Руки Торина ласково развели мои ноги, и я затаила дыхание. Щелчок языком по моему самому чувствительному местечку вызвал фейерверк ощущений по всему телу.
Я простонала его имя.
Его взгляд удерживал меня в плену, следил за моей реакцией. Его губы не останавливались, руки смяли грудь. Не зная, что делать со своими, я вцепилась в подушки. Тело накрыла дрожь от действий Торина. Он дразнил меня, подводил к черте, где не было уже никого и ничего, кроме него. А затем исчез и он сам.
— Нееет, — взвыла я. — Прошу тебя.
— Ещё немного. — Он посмотрел мне в глаза. В его взгляде читались любовь и желание. Он порвал упаковку и надел на себя презерватив, не сводя с меня глаз. — В следующий раз я возьму тебя по-настоящему.
До моего затуманенного разума доходило крайне медленно.
— По-настоящему?
Он усмехнулся.
— Я же сказал: после того, как мы сделаем это, обратного пути уже не будет. Ты уже не сможешь меня забыть. — Он устроился между моих ног. — Будешь хотеть меня постоянно. Мне придётся либо где-то прятаться от тебя, либо держать всегда наготове артавус, чтобы вырубить тебя.
Я хихикнула, опьянённая любовью и правильностью происходящего. И тут я почувствовала его у своего входа. Сердце восторженно колотилось. Вот он. Момент, когда мы с Торином станем единым целым. Я подняла бёдра ему навстречу, но он отступил назад. Его взгляд потяжелел, словно ему было больно.
Я подняла руку и провела по его щеке.
— Всё в порядке.
— Я не хочу причинять тебе боль, — отчаянно прошептал он.
— Я хочу этого, Торин. Хочу тебя. Пожалуйста, — умоляла я.
Он зажмурился на пару секунд, а когда открыл глаза, они потемнели, словно штормовое небо над Атлантическим океаном.
— Я люблю тебя, Веснушка. Всей душой. — Он вошёл внутрь, наполняя и растягивая меня. После чего остановился и сглотнул. — Хотел бы я не…
Я толкнулась ему навстречу, давая понять, что готова. Его кожа была покрыта потом. Его глаза, смотрящие в мои, горели незнакомым светом.
— Так, ладно. Я справлюсь. С тобой всё будет в порядке. Конечно, будет. — Он двинул бёдрами, и от боли перехватило дыхание. Торин поцеловал меня. — Прости, любимая, прости.
— Всё хорошо.
Мы одно целое. Наконец-то. Торин теперь мой. Целиком и полностью мой. Я заёрзала, пытаясь приспособиться к этим ощущениям. Торин замычал.
— Не двигайся, пожалуйста, — попросил он и накрыл мой рот своим, проникая языком и жёстко посасывая. — Такая горячая и узкая. Такая идеальная.
Затем он медленно вышел и снова погрузился вглубь. Ничто не могло подготовить меня к нахлынувшим ощущениям внизу живота. Я застонала. Торин замер.
— Тебе больно? — спросил он дрожащим голосом.
Он это серьёзно? Да если он ещё раз остановится, я активирую руны и сверну ему шею! Но тогда придётся ждать, когда он оправится.
Я поцеловала его.
— Это потрясающе. Давай ещё. — Он снова вошёл в меня. — Ещё. — Он выходил из меня и тут же возвращался. — О, так даже лучше.
Он хмыкнул. Этот звук откликнулся во мне приятными вибрациями.
— Это только начало.
Снова бахвалится. Впрочем, у него на то есть все основания. Каждое движение восхитительно. Пальчики ног подгибаются от удовольствия. Сердце замирает от счастья.
— Ты идеальная, Веснушка. Ты создана для меня.
Нет, это он создан для меня. Я копировала его движения, целовала каждый дюйм его кожи, до которого только могла дотянуться. Чем быстрее он двигался, тем ярче становились ощущения. Торин зажёг руны.
— Активируй свои руны, — скомандовал он. — Все сразу.
Когда я это сделала, ощущения стали ещё интенсивнее. Торин перешёл на сверхскорость, и начало твориться нечто странное. Как будто его чувства стали моими. Эмоции, обуревающие его, удовольствие, которое он испытывал, передались и мне. Это было изумительно.
Его глаза распахнулись.
— Туманы Хель! Я чувствую тебя, Веснушка. Всю тебя.
Слёзы подступили к глазам, тело, казалось, готово взорваться. Движения Торина становились всё быстрее и быстрее. Волна удовольствия накрыла нас обоих одновременно. Он выгнул спину и выкрикнул моё имя в тот же момент, когда я выкрикнула его. Мы держались друг за друга, содрогаясь от удовольствия, пока наши руны продолжали ярко сиять.
Торин был прав. Обратного пути уже не будет. Мне уже не терпится повторить.
~*~
НОРНЫ
Трое Норн стояли вокруг кровати, их лица в этот раз выглядели старше, цвет полупрозрачной кожи невозможно было определить, а глаза, отражающие многовековую мудрость, сверкали гневом. Они смотрели сверху вниз на спящих влюблённых.
— Один раз я могла бы разорвать их связь, но трижды? — взорвалась самая высокая из них и глянула на подругу справа. — Ты обещала, что этого не произойдёт, что ещё есть месяцев пять или шесть, прежде чем они установят такую связь, и что нам хватит времени переманить её на нашу сторону. Но это меняет всё.
— Всего лишь немного усложняет нашу задачу, не более того, — ответила Норна, что была пониже ростом. — Мы всё ещё можем их разлучить, тем самым ослабив связь.
— Как? — спросила первая. — Её природная магия сильна, и сегодня эта магия передалась ему. Аж три раза. Четыре, если считать то, что случилось около леса. Они теперь связаны. Она для нас недосягаема.
— Это не будет проблемой, если они не вспомнят об этой ночи, — заговорила прежде молчавшая третья Норна. — Чем больше они тянутся к этому единению, тем сильнее их связь. Но если они не будут помнить об этом, то перестанут стремиться, и тогда связь постепенно сама ослабнет и разорвётся.
— Если у них не будет воспоминаний, мы сможем их отвлечь. Занять настолько, чтобы им было не до этого, — рассуждала первая Норна. — Гениально. Спасибо, сёстры.
Она закрыла глаза и проникла в головы Рейн и Торина. Аккуратно выбрала нужные воспоминания и заменила их новыми.
— Вот и всё. Готово. Если они будут заняты решением проблем с Бессмертными и Ведьмами, то нескоро придут к этому вновь.
Трое Норн ухмыльнулись и растаяли в воздухе.
КОНЕЦ
Заметки
[
←1
]
Здесь и далее примечания переводчика: имя Селестия переводится как «небесная».
[
←2
]
Имя Джейд переводится как «нефрит».
[
←3
]
Pain In The Ass.
[
←4
]
По английской традиции, у невесты в день свадьбы должно быть обязательно что-то старое, что-то новое, что-то взятое взаймы и что-то голубое.