Верить ли словам?

Глава 31

Большие черные колеса уверенно шуршат по асфальту. За окном проносятся окраины города: серые панельные многоэтажки, старая теплосеть, что странно контрастирует с недавно отстроенным торговым центром. Вдалеке идет на посадку самолет. Справа мелькает дорожный указатель.

— Хочешь поменяться местами? — предлагает Марат, видимо, устав наблюдать, как я без конца ерзаю и кручу головой по сторонам.

— Нет. Все нормально, — заверяю, откидываясь на спинку кресла.

Не говорить же ему, что я впервые еду в таком большом автобусе, отсюда и нетерпение рассмотреть все как следует: багажные полки над головами, зеленую подсветку, что проложена снизу тонкой линией до самого выхода, небольшие откидные столики на сидениях, удобные подлокотники.

Почему никто больше не испытывает такого восторга, как я?

Ребята из команды Марата заняты своими делами. Кто-то воткнул в уши наушники и смотрит видео. Кто-то играет в телефоне. Кто-то, как и сидящие впереди Марина с Артуром, весело переговаривается. И лишь у меня одной, в мои двадцать восемь, так неожиданно сбывается давняя мечта.

В школе нас часто возили на экскурсии: в Питер, в Нижний Новгород или по Золотому кольцу. Это было целое событие, пропитанное каким-то невероятным духом приключений и азартом, что лишь сильнее разгорался на каждом этапе. Обсуждения, приготовления, сама поездка, которая заканчивалась сотней новых фотографий, новыми эмоциями и знакомствами. Возвращались все обычно, будто повзрослевшими, с какими-то своими шуточками и приколами, которые ходили по классу до следующей поездки.

Жаль, я в этом веселье никогда не принимала участия. У нас попросту не было денег. Наравне с еще двумя мальчиками, которые, вероятно, ощущали себя такими же изгоями, как и я.

Теперь, конечно, я могу попросить мужа купить мне личный автобус. Нанять водителя и возить меня на работу хоть каждый день. Но те детские воспоминания все равно болезненной грустью отзываются сейчас внутри.

— Точно, все в порядке? — интересуется Марат, заметив, что я шмыгаю носом и часто-часто моргаю. — Тебя не укачивает?

— Нет, вроде бы, — отзываюсь и понимаю, что все-таки слегка подташнивает.

Но признаваться я, естественно, не собираюсь. Тогда меня пересадят вперед, а мне нравится сидеть именно здесь. Рядом с главным тренером, место возле которого, на удивление, было свободным.

Да, я опоздала и приехала перед самым отправлением. Вся команда и тренерский состав уже успели загрузить свои сумки в багажный отсек и рассесться по парам. Один Темиров торчал на улице и о чем-то переговаривался с водителем. При виде меня, торопливо вышагивающей к автобусу, его губы дрогнули в улыбке. Но почти сразу же он стал серьезным и двинулся навстречу, чтобы забрать у меня вещи.

Наверное, я всех задержала. Поэтому Марат и поспешил на помощь. Правда, ни слова не сказав, по этому поводу. Он не отчитывал, не возмущался.

— Прости, я в пробку попала, — все же решила извиниться за опоздание.

— Все нормально, Диана. Проходи в автобус, сейчас отправляемся.

Так мы оказались в самом хвосте, сидящие рядом. Но я все равно планировала обсудить с ним детали той драки, поэтому не стала возражать.

— Ты правда отстранишь Аблаева от соревнований?

— Уже отстранил.

— Но…

Не слишком строго, хочется спросить?

— Он нарушил правила, Диана. Во-первых, Рустем прекрасно знает, как я отношусь к маханию кулаками вне стен школы. Приемы, которые я им даю, не для показательных выступлений на улице, не для выпендрежа или доказательства своей крутости. Они могут довести до больницы или даже тюрьмы.

Тон Марата настолько серьезный, что после каждого его слова, мне хочется согласно кивать.

— Во-вторых, я просил его проявить немного гостеприимства к Альтману. Рустем один из лидеров в команде, если он примет Эрика, то и все остальные тоже примут. В-третьих, …

— Юношеский максимализм и горячая кровь, — перебиваю я.

— Что?

Черт, он же не подумает, будто я намекаю, что нерусские мужчины весьма вспыльчивы?

— Ему пятнадцать, — спешно поясняю. — И ему сложно сдерживать эмоции. Только и всего.

— Мы это тренируем. Учимся выдержки и терпению. Без этого невозможно добиться результата.

Похоже, это действительно так. А Марат, определенно, один из самых сдержанных людей, которых я встречала. Но озвучиваю я совсем другое:

— Ты же понимаешь, что он отстаивал свое место? Раз ты говоришь, что он лидер, то при появлении чужака в стае, он просто обязан был проявить себя.

— У Рустема появился адвокат? — иронично дергает бровью.

— Нет. Я просто хочу разобраться и всех помирить.

— Это похвально. Я тоже этого хочу, Диана. Хотя понимаю, что у нас не кружок по бисероплетению. Дух соперничества будет присутствовать всегда.

— Было бы любопытно посмотреть, как ты ведешь нечто подобное, — прикусываю губу, чтобы не рассмеяться.

— Что например?

Марат не сразу понимает, а потом улыбается, качая головой.

— А, бисероплетение? Это вряд ли. Я понятия не имею как обращаться с девочками. Вечно плачущие принцессы требуют слишком много внимания.

— Аххаа. Это еще почему? Что за странный стереотип?

— У меня два племянника и четыре племянницы. Поверь, я знаю. Испачкалось платье, порвались колготки, потерялась кукла, съехали хвостики, не того цвета резинки, исчезло колечко, которое только что было на пальце.

— Все-все, я поняла, — хохочу, вытирая слезы, — А так и не скажешь, что ты недолюбливаешь женщин.

— С чего ты взяла? Про женщин, я ничего не говорил, Диана. Только о том, что не смог бы работать с девочками.

— Точно. Прости, — отворачиваюсь смутившись.

Почему-то его уточнение кажется мне двусмысленным. Но я быстро беру себя в руки и добавляю:

— Будет забавно, если у тебя родится дочь.

Важное правила от психотерапевта хотите? Всегда проигрывайте мысль в голове, прежде чем сказать. Сейчас я напрочь об этом забываю и моментально жалею.

— Наверное, — коротко отзывается Марат, заставляя меня занервничать еще больше.

Этот его взгляд. Его сложно выдержать. Поэтому я позорно сдаюсь, делая вид, что мне срочно нужно залезть в свою сумку.

Ищу мятные конфеты и закидываю одну в рот.

Все-таки меня укачивает. Но я держусь, усердно рассасывая конфету. Говорят, помогает. И мне очень хочется в это верить.

Ехать еще около часа. А я хочу доехать именно на своем месте.

Даже несмотря на то, что после нашего разговора, между мной и Маратом повисает молчание. Словно каждый уплыл куда-то в своих мыслях. И, не знаю как Темирову, но мне очень комфортно.

По салону раздается заразительный смех. Мальчишки дурачатся, расслабившись и предвкушая веселую поездку.

Еще бы, вырвались подальше от родителей. Наверное, чувствуют себя невероятно крутыми и взрослыми.

Я, признаться, тоже. Только, в отличие от них, мне будто снова шестнадцать.

Хочется первого поцелуя под луной, песен у костра, чтобы рядом был парень, от которого без ума, его дыхание у тебя в волосах, и ощущение, что все это навсегда.

Пытаюсь найти удобное положение на подголовнике и прикрываю глаза. Поспи и успокойся, Диана. Слишком ты прониклась этой поездкой. Ты едешь туда работать. У тебя важная миссия.

Да. Все так. Надо помирить мальчишек. Ведь несмотря на то, что Марату все равно на родословную Эрика, Альтман старший не станет закрывать глаза на драку.

Я должна ему помочь. Даже если пока, у меня больше получается доставлять Марату Темирову неудобства.

Когда почти у самой базы, мои глаза вдруг открываются, я понимаю, что отключилась. Не просто задремала, а крепко спала и очень даже выспалась. Потому что моя голова лежит не на спинке кресла, а на мужском плече. При этом, сам главный тренер сидит неподвижно, будто лишний раз боится вдохнуть, чтобы не разбудить меня.