Волшебная больница Святого Владимурра

Глава 10

Следующая дверь оказалась подозрительно запертой. Кирилл Иванович подергал ручку, тактично постучал по стеклу. Но ответа не было. Тогда он с какой-то даже горечью вздохнул и сделал совершенно невероятную вещь: растопыренными пальцами выхватил стекло, оно просто вышло из рамы и словно прилипло к его пальцам, вытащил его в коридор и поставил аккуратненько у стеночки.

В полной растерянности я наблюдала, как он засунул руку в открывшееся отверстие и изнутри отодвинул щеколду. Дверь скрипнула и открылась.

Мы вошли.

Света внутри этой лаборатории не было. Как и людей — теперь я была в этом твердо уверена.

Пустая лаборатория, которая просто была закрыта… изнутри.

Мы вглядывались в темноту, стараясь разглядеть малейшее движение или очертание кого-нибудь — но в помещении действительно никого не было.

Тревожное чувство, вспыхнувшее, стоило только переступить порог лаборатории, я насильно затолкала обратно. Откуда бы оно не вылезло — ему не стоило пугать меня. Темное помещение, хоть глаз выколи, и никого. Подумаешь! Наверное, кто-то вышел в туалет, а щеколда сама собой захлопнулась.

— Их тут нет! — громко сообщила очевидное и бодро развернулась к выходу.

Желтый просвет коридора слепил. Лампы, которые до сей поры я даже не замечала, мигали.

Рябили.

И это было действительно странно.

Свет бил по глазам, вызывая почти физическое беспокойство.

Темнота, окутавшая лабораторию, была неестественной. Мы здесь были не одни — сама тьма мысленно потирала ладошки, собираясь проглотить нас.

Она жила, дышала, приглядывалась к нам и усыпляла бдительность. Но мы заметили: сначала Кирилл Иванович, а потом и я.

Нас встретило темное и страшное чудище.

— Ложись! — крикнул мужчина и толкнул меня в сторону двери.

Но просчитался. Я пролетела кубарем и с громким стоном ударилась о что-то твердое. Ножка стула. Господи! Да что же происходит такое?

Не успела я сообразить, перевернуться и доползти до двери, как нас накрыло черное нечто.

— Кир… Кирилл Иванович? — испуганно крикнула я в темноту.

Она сгущалась и подкрадывалась, всё ближе и ближе, как готовая укусить за пятку собака.

Я чувствовала ее спинным мозгом. Чувствовала, но ничего не могла предпринять.

— Стой… те и не двигайтесь! — хрипло ответил мне врач, а потом прозвучал и вовсе незнакомый голос, ставший причиной моей паники. Уж слишком глухо и страшно он звучал. Как из преисподней.

— Кир, тебя не учили, что вламываться в закрытые двери нехорошо?

— Мы на работе, Лейнор. Отпусти.

— А вдруг я стоял бы тут голый? — продолжал любопытствовать голос, — Ты об этом подумал? И чему ты учишь молодое поколение — врываться без стука? Портить больничное имущество?

— Лейнор! — грозно прорычал Кирилл Иванович, — Или ты отпускаешь нас в течение двух секунд, или…

— Или что? — насмешливо спросила тьма.

О да, она чувствовала себя неуязвимой. Она царила в этом помещении, вела разговоры и даже имела имя. Имя!

— Эмм… Послушайте! — прочистила я горло. Говорить с тем, что огибало тебя, подобно невидимой змее, отделяло от света и спасения — было непросто, — Лейнор. Вы же Лейнор, да? Простите, что так внезапно вломились к вам… У нас … э… была причина. Да! Мы не будем более злоупотреблять вашим гостеприимством, хотели только спросить … не видели ли вы тут мальчика верхом на волке? Мы его ищем. Он сбежал… от меня.

Когда я закончила свою скомканную речь, даже пот со лба вытерла. Я так боялась, что тьма набросится на меня и покусает, что меньше всего ожидала другой реакции — она меня лизнула.

Шершавым огромным языком по правой щеке.

— А-а-а! — заорала я и вскочила, — Что вы себе позволяете?!

— Лейнор! — услышала я рычание где-то в темноте, а потом клацание зубом и истошное: — А-а! Отпусти, гад.

— Опять ты со своими шуточками? Лизаться вздумал? — правильно понял произошедшее Кирилл Иванович, хоть и не видел меня сквозь тьму, и снова клацнул зубами, — Быстро отошел от нее на пару метров. Иначе я за себя не ручаюсь!

— Кир, ты что? Больно ваще-то. Сумасшедший! Да я только познакомился с новой лаборанткой, а ты сразу кусаться! В моем мире всегда здороваются таким образом! — возмутился голос, и теперь я различала в нем юношеский задор.

— Что-то не припомню, чтобы ты лизал мою щеку! — едко заметил наш врач.

— Так я же нормальной ориентации. Это ты ни с кем не встречаешься, а я — полностью свободен. И совсем не прочь…

— Отставить, дурень. Это мама сбежавшего мальчика.

— Э… А что ты ее тогда по лабораториям таскаешь? Запрещено же… — растерялся голос.

Тьма спала. Резкий свет так неожиданно ударил по глазам, что я долго не могла проморгаться. А когда уже глаза привыкли и я смогла различать окружающую обстановку, чуть не присвистнула от удивления — напротив Кирилла Ивановича стоял симпатичный мальчишка с серебристыми волосами. На вид лет двадцати. И такой худенький и щупленький, что точно не мог говорить тем громовым голосом, что мы слышали.

Или мог?

Одет он был в белый халат лаборанта, шапочка валялась собственно на столе в паре метров от него. Я огляделась. Обычная лаборатория, в принципе. Микроскопы, колбы, ножи разного вида в специальных подставках. Какие-то замысловатые приборы на полочках. Пузыречки разноцветные… Миленько. Пузыречки больше напоминали духи, нежели лекарства, ну да ладно. Волшебная больница — значит, и лаборатории у них волшебные.

Я почувствовала угрызения совести. Наверное, и вправду не надо было врываться в закрытую лабораторию. Итак понятно, что Темки здесь нет.

Парень бросил на меня заинтересованный взгляд, а потом потупился. Он теперь смешно перекатывался с носка на пятку под осуждающим взглядом Кира.

— Так вот… — прочистил горло врач, — Если я зашел в лабораторию, то не просто так!

— Прости. Я не думал, что ты с родительницей… — пробормотал парень, — А когда новая лаборантка приедет?

— Завтра. И если я узнаю, что ты снова волочишься за кем-нибудь… — погрозил пальцем врач.

Парень вспыхнул и перебил:

— Значит, Григорию можно, а мне — нет? Да мы круглыми сутками живем в этой больнице. Что я, зомби по-твоему. Мне тоже хочется встречаться с симпатичной девчонкой.

— У Григория и Роксаны всё серьезно. Они скоро поженятся, — не очень уверенно заявил Кирилл Иванович и повернулся ко мне: — Джульетта Ивановна, пойдемте. У нас есть еще одна лаборатория. Может там их видели.

— Мне кажется, мы никогда их не поймаем! — пробормотала я, когда мужчина быстрым шагом вышел в коридор, — До свидания, Лейнор!

— Удачи! — парень расплылся в шкодливой улыбке, — Если что-нибудь понадобится по электро-био-энергетике, обращайтесь!

— Всенепременно! — пообещала я, смутно понимая, о чем вообще речь.

Мы вышли в коридор и направились к следующей двери.

Меня распирало любопытство и пережитый страх. Он скомкался и адреналином бил по вискам. Откат — сказала бы мама, и была права. Такого я в своей жизни еще не видела! Понимаю, что сейчас не до вопросов, и нужно скорее найти Темку, пока он не натворил делов, но…

— Парень управляет тьмой? Никогда с таким не сталкивалась.

— Лейнор и есть тьма, — коротко бросил Кир и первым вошел в распахнутую дверь лаборатории.

Здесь всё было по-другому: огромное помещение, холодное и просторное с несколькими офисными столами, на которых стояли компьютеры или что-то очень похожее на них. Чуть в отдалении была размещена огромная продолговатая труба из пластика. В ней запросто могли бы поместиться два — три слона, встань они на голову друг другу. Эта труба была огорожена цепочкой, как будто карусель в детском парке.

Первым делом мы заметили макушку мужчины, склонившегося над большим продолговатым планшетом, светящимся голубым. Он стоял перед ограждением с трубой и энергично вбивал что-то двумя пальцами.

Я огляделась. В помещении не было ни единой живой души.

Снова перед нами была какая-то странная лаборатория со странным оборудованием и неясными задачами. Что они тут проверят, собственно?

И только я испытала облегчение, что и Темки в этом странном амбаре нет — должно быть, помчались они с волком дальше, как услышала:

— Запускаю! — зычно крикнул он кому-то, а потом в середине трубы вдруг, словно из воздуха, проявился Темка.

Маленький и такой беззащитный, что я сразу обмерла от страха. Что с ним делают?! Зачем загнали моего малыша в эту жуткую трубу?!!

Сын сидел поверх прозрачного волка и довольно щурился.

Он еще не знал, не знал бедненький, что с ним сейчас что-то сделают!

— Что вы делаете?! — бросилась я к ученому и выдернула у него из рук планшет. Тот совсем не ожидал такого нахальства, и теперь во все глаза смотрел на нас с Кириллом Ивановичем, — Быстро выпустите моего сына!

— Джульетта Ивановна!.. — прочистил горло врач за спиной, но я не обратила на оклик никакого внимания. Я уверенно шла напролом: — Говорю вам, быстро выпустите моего сына из этой трубы! Выключите аппарат. Ничего не делайте. Я не давала разрешения облучать его! По-вашему, именно так идет восстановление?! А зачем вы засунули туда ни в чем неповинного волка?! Что это за исследования такие — без предварительных анализов крови и мочи… Так нельзя! Он только что после операции. У него перевернулась вся жизнь! Вы не имеете права поступать так.

Я взмахнула планшетом под испуганным взглядом ученого. Он почему-то молчал и не спешил выключать страшный механизм. А я видела, что в трубе стало светлее. Значит, там что-то включилось. Какое-то облучение или еще что-то наподобие.

— Отпустите малыша! — заорала прямо в лицо непонятливому ученому, — Как вам не стыдно?!

Планшет рухнул под ноги с гулким плюхом. Плевать. Не до техники сейчас. Что значит эта техника, если я не умею ею пользоваться?!

Трясущимися руками я схватила мужчину за полы халата и, что было силы, встряхнула его. Словила ошалевший взгляд и хотела было еще раз тряхнуть, но в этот момент меня перехватили мощные руки Кирилла Ивановича. Он легко смог оттащить сопротивляющуюся меня на порядочное расстояние от возмущенного мужчины. Да, на довольно симпатичном лице ученого проступали красные пятна. Только вот не страха или осознания своего проступка, а от возмущения.

Значит, наша жизнь для него ничего не значит?

Не зная, как выразить свою позицию, я еще раз взглянула на ничего непонимающего Темку, и махнула ногой в надежде хоть чуть-чуть задеть ученого.

Потом уже поняла, что вела себя недопустимо. Но в тот момент мной управлял только ужас от осознания, что я опоздала. Опоздала! Сын в трубе, а я машу ногами как на физкультуре.

Неизвестный ученый может шутя, ради какой-нибудь своей научной цели, причинить сыну вред.

Да, я перенервничала. И не оценила, что находилась не просто в волшебной больнице, а в больнице самого Святого Владимурра. Здесь всегда прежде всего ставились интересы пациентов.

— Кир, она ненормальная? — наконец, отмер ученый, — Я решил просканировать мальчишку, да и существо заодно. Это не гамма лучи, что она бесится?

— Выключите сканер. Срочно! Малышу не нужны ваши лучи! — кричала я.

Кирилл Иванович перехватил меня покрепче и даже приподнял над землей, так что я грозно махала ногами в воздухе.

— Так это не лучи, а магический сканер! — ученый посмотрел на меня, как на полоумную, — Он не наносит вред здоровью. Даже наоборот. На том планшете, что вы сломали, был включен режим активации внутренних сил. Восстановительный между прочим. Щадящий!

— Внутренних чего?!

— Сил. Мальчишка истощен. Волк тоже. Я решил их прогреть, — мужчина с осуждением посмотрел на Кирилла Ивановича, — Зачем ты привел ее, Кир? Мы только начали работать…

Меня отпустили. Я ступила на пол и даже удивилась, насколько он скользкий. Да, помещение здесь было прелюбопытное. Хоть фигурное катание устраивай. Да и холодно — по спине поползли мурашки.

Но времени на разглядывание и переосмысление не было.

— То есть… — я снова подошла к незнакомцу и не дала нашему лечащему даже слова вставить, — Вы не удивлены, что Тема забежал к вам? В лабораторию? Ворвался в запрещенное место. И даже не ругаете его? Да что у вас с дисциплиной в больнице, в самом деле? Из четырех лабораторий только одна оказалась заперта.

— Всё в порядке с дисциплиной, мамочка. Не волнуйтесь! — ровно ответил мужчина.

Тут я случайно и заметила, что рукава его халата закатаны на три четверти, а из-под них выглядывает что-то золотое. Татуировка, что ли? Странный ученый. Разве может такой несознательный человек допускаться к сложной технике? Я вгляделась в его лицо — слишком молодой. Лет тридцать, не больше. Еще один минус в его пользу.

— Нет, конечно. Я сам ему об этом сказал — заходи, дружище, я тебя подлатаю… — мужчина наклонился, поднял планшет и включил красную кнопку сбоку, — Да… С техникой вы явно не дружите.

Меня этот печальный тон покоробил.

— Мы возместим вам траты на эту… штуковину. Прошу прощения, что так вышло, я немного не рассчитала… Однако, — я вгляделась в его лицо, — я не помню вас на осмотре! Вас на обходе не было.

— Я навещаю больницу по собственному желанию, — смущенно пробормотал мужчина и отвернулся.

Раздался характерный звук, как будто во включенной машине открылась дверь. Сигнал «пик-пик-пик». Невидимая дверь трубы открылась. Оттуда выскочил сын всё на том же прозрачном волке и сильно удивился, увидев меня.

— Тёма! Как это понимать?! — уткнула я руки в боки.

— Мам, не ругайся. Дядя разрешил мне прийти! — виновато потупился сын.

Он слез с волка, и теперь призрачное существо возвышалось горой за его тонкой фигуркой. Вот защитничек, называется! Вместо защиты попустительствует в шалостях!

— Кирилл Иванович не разрешал! А он — твой лечащий врач и несет за тебя ответственность, а не этот дядя! — ткнула я пальцем в ученого, — Знал бы ты, что я пережила по твоей вине! Да я чуть богу душу не отдала!!!

— Кир, прости, что не предупредил, — спокойно прервал мою речь ученый и выкинул планшет в ведро, — Если сможешь успокоить маму, то поговорим. Я рад, что вмешался, и … Одним словом, из того, что я заметил, ситуация складывается неоднозначная. Рэй говорил, что отбил его от варрей… Думаю, они не единственные. За ним снова придут. Он — единичный случай, особенный мальчик. И нам нужно крепко охранять его.

На этом месте я осеклась. Снова вгляделась в спокойное и в целом доброжелательное лицо врача и спросила:

— Вы и это знаете?

— Конечно. Поэтому Рэй и привез вас ко мне… — мужчина задумчиво улыбнулся. Из воздуха появились два продолговатых замшевых дивана бордового цвета, — Садитесь, разговор будет долгим.

— Дядя Мурр, можно мне сесть рядом с вами? — пискнул сынок.

А ведь он недоверчиво относится к чужакам! Всегда сторонился новых людей и в их присутствии всегда держался поближе ко мне.

Так откуда, интересно, взялось доверие к незнакомцу?

— Садись, — согласился мужчина и первым уселся на диван, — Значит, Артем Крутецкий, двух лет от роду?..

— Два года и два месяца, — машинально поправила я, переглянулась с Кириллом Ивановичем и, получив его кивок, села напротив ученого, — А кто вы? Представьтесь, пожалуйста.

— Владимурр Российский, по батюшке Иванович, — по-доброму усмехнулся мужчина и протянул руку, — Будем знакомы, Джульетта.