Все началось с измены

Глава 21

Дети возвращаются, Даша прихватывает из игровой комнаты плюшевого зайца со словами:

— Он ничейный.

— Он здесь в качестве интерьера, как стол или стул, — разочаровываю я дочь.

Она грустнеет на глазах, гладит игрушку по лохматой голове, горько вздыхает и начинает ей объяснять, что не может взять ее с собой и им предстоит расстаться. Навсегда. Трагизм зашкаливает. На помощь приходит Дмитрий и, как бы невзначай, вспоминает, что после ресторана нам надо кое-куда заехать.

Глаза Даши заинтересованно вспыхивают.

«Добивает» ее Дмитрий тем, что завтра вечером мы идем играть в автоматы, а послезавтра к нему домой. Расписывает, что у него есть бассейн и сауна, поясняет, что надо взять с собой купальные принадлежности.

Тут же выясняется, что дочь не умеет плавать, и Дмитрий обещает научить. Я же мысленно потираю ладошки. Хороший повод рассмотреть его тело. Нет, я вижу, что он подтянутый, никакого живота, но страсть как хочется подробностей. Неприлично? Ой, да ладно, он же сам вызвался.

Дети встречают предложение Дмитрия с восторгом. Начинают сразу же обсуждать, какие надувные игрушки возьмут с собой. Даша уточняет про наличие собаки и, получив ответ об ее отсутствии, вздыхает:

— Ну хоть кошечка у тебя есть?

— Нет.

Разочарованию ребенка нет предела.

Правда, она забывает про все, когда мы после ресторана останавливается у цветочного магазина. Дмитрий заговорчески подмигивает ей и вскоре возвращается с огромными плюшевыми игрушками — медведем, собакой и букетом цветов.

Медведь отправляется к Саше, тот не сводит восторженного взгляда с подарка. Несмотря на раннее взросление, сын остается в душе ребенком. А таких роскошных подарков мы ему не дарили. Вечно не хватало свободных денег.

Даша вцепляется в собаку, потом в Дмитрия:

— Ты — лучший!

Откуда только нахватала словечек?

— Спасибо.

Я принимаю из рук Дмитрия букет. Не по случаю дня рождения или женского праздника, а просто так. По случаю понедельника! Оттого невероятно приятно. Так вот как, оказывается, ухаживают за женщинами!

Домой едем окрыленные, еще и недоеденную еду с собой забрали. На завтра готовить ничего не надо. Праздник продолжается!

У подъезда нас встречает бывший муж.

Дмитрий помогает Даше выбраться. Саша берет ее за руку, второй она намертво вцепилась в собаку. Я с букетом, Дмитрий с пакетами еды.

— Люба! Нам нужно поговорить, — делает шаг вперед бывший.

— Не о чем нам говорить. Я подала на развод. Поговорим в суде, — жестко, как никогда ранее с ним не говорила, бросаю я.

Саша открывает подъездную дверь. Заталкивает туда Дашку, Дмитрий передает мне пакеты, целует в щеку на прощание и обещает заехать завтра утром. Дверь за нами закрывается, и все проблемы остаются за ней. А у нас продолжается веселье!

Даша называет собаку Пудингом. Для нее это новое слово, вычитанное в меню. И так оно ей понравилось, что она принимает решение увековечить его в кличке.

Мы до самой ночи обмениваемся впечатлениями, рассматриваем игрушки, и дети тащат их с собой в постель. В этом я даже не сомневалась.

На следующий день я не беру трубку, когда звонит мама. Не хочу. Ничего нового она мне не скажет, а выслушивать ее упреки надоело. Да и сколько можно? Должна она уже понять, что я не собираюсь прощать мужа. Тогда мессенджер раскаляется от ее сообщений.

«Я требую, чтобы ты прекратила встречаться с этим мужчиной! — ультимативно заявляет мама. — Андрюша страдает. Ты просто обязана помириться с ним до Нового года!»

Вот уж нет. У меня совершенно другие планы. Набираюсь смелости и долго не решаюсь отправить ей сообщение:

«Я подала на развод. Не прощу его».

«Дура», — приходит короткое в ответ, но после этого бомбардировка сообщениями прекращается.

А вечером мы до хрипоты смеемся, играя в автоматы, потом ужинаем в ресторане там же, в торговом центре, и возвращаемся домой. Бывший у подъезда, но из машины не выходит. Мы проходим домой. У нас планы — нужно собрать сумку для купания на завтра. Договорились, что утром закинем ее Дмитрию в машину, а вечером останется только подхватить детей.

После работы едем через мост. Город украшен светящимися гирляндами, и у меня впервые за много лет появляется праздничное настроение. Так хорошо, весело и надежно рядом с Дмитрием. И дети счастливы. И самое главное — Дмитрий не отмахивается от них, а проявляет живой интерес. Я вижу, и мне есть с чем сравнить.

Подъезжаем к огороженной территории, проезжаем охрану, а потом Николай, водитель Дмитрия, останавливается и глядит в зеркало на нас.

— Смена водителя! — заявляет Дмитрий. — Саня, садись за руль.

— Да ты что! А если полиция, встречка, да мало ли что? — подхватываюсь я.

— Брось. У нас многие сажают на территории детей за руль. Кроме того, здесь гуляют с колясками, собаками, все ездят медленно и осторожно. А полиция… Сам генерал у нас в соседях, и, кстати, дочь его регулярно ездит по поселку за рулем в присутствии взрослых. А ей двенадцать.

Сашиным взглядом можно растопить снег, я просто не могу ему отказать, и они с Николаем меняются местами.

— Фото на память! Саш, повернись, — Дмитрий приноравливается и делает несколько снимков с нами в одном кадре и Сашей за рулем. — Потом перекину.

Мой сын трогается осторожно. Сердце замирает. Совсем взрослый! Едет неторопливо, навстречу попадается авто, коротко сигналит, я вздрагиваю. Попались!

— Посигналь в ответ, это соседи, — говорит Дмитрий, и Саша подает ответный сигнал.

Николай объясняет, как проехать, где повернуть, куда припарковаться. Сын все выполняет безупречно. Моя гордость выплескивается влажностью глаз.

Дмитрий подхватывает Дашу и сумку. Помогает выбраться мне, и пока он договаривается с водителем, когда приехать за нами, я осматриваю дом за забором.

Бежевый камень, три этажа, на крыше крошечные балюстрады и повсюду светящиеся гирлянды. Заходим во двор. Дмитрий здоровается за руки с охранниками и провожает нас в стеклянные двери. А там бежевый безграничный холл с колоннами. Мягкие диваны у стен, торшеры, камин, судя по саже, — настоящий! А высота потолков — до самой крыши. Как в колонном зале.

Нам навстречу выходит радушно улыбающаяся пожилая женщина. Я напрягаюсь. Мама? Дмитрий не предупредил.

— Лариса Семеновна. Управляет домом, — рассеивает мои сомнения он. — А это мои гости, — представляет всех нас.

Пока снимаем обувь и одежду, дети о чем-то шепчутся.

— Можно посмотреть дом?

Кажется, заговорщики договорились, что парламентером будет Даша.

— Конечно. Проводить вас? — отзывается Дмитрий.

— Нет, мы сами, — хихикают дети и несутся к лестнице.

Я провожаю их завистливым взглядом. Мне бы тоже хотелось с ними, но я потом все у них выведаю.

— Пойдем покажу тебе первый этаж, ужин будет готов минут через десять, мы рано приехали.

Да какой ужин! Пойдем дом твой смотреть! Когда еще такая возможность представиться — побывать в богатом доме.

Мне хочется делать фото повсюду. Настолько красиво и в то же время лаконично, элегантно, дом уютный, наполненный теплом и неповторимой атмосферой. В нем я не чувствую себя скованно, неуместно. Мне здесь нравится.

Вместо ужина дети нашли бассейн и в два голоса просятся понырять.

— Ну хоть немного, — складывает ладошки на груди дочь.

И втроем мы смотрим на хозяина.

— Да запросто. Еда подождет. За мной, — Дмитрий подхватывает сумку и увлекат нас вглубь дома.

Там под стеклянным куполом бассейн, метров десять на пять, с голубой плиткой, от чего вода приобретает такой же цвет. По краю дорожки выложены бежевыми плитками, это, по всей видимости, любимый колер хозяина. Ближе к стенам стоят диванчики, столики, из помещения бассейна куда-то еще ведут несколько дверей.

— Это сауна, — показывает Дмитрий по очереди. — Это душевые. Вода очищается кислородными таблетками и озонированием. Поэтому практически стерильна. Все, переодевайтесь, а я переоденусь у себя наверху. Встречаемся в бассейне через десять минут.

Дмитрий подмигивает мне и уходит.

— Саша, раздевайся и иди в кабинку. Даша пойдет в другую.

Я стаскиваю с дочери одежду и попутно рассказываю, что перед купанием следует тщательно помыться. Она достает из сумки игрушки и дает мне указания, что надуть, что приготовить и прочее.

Я даже не задумывалась о том, что буду плавать вместе с детьми. Мне в одежде-то неловко, а в купальнике и подавно будет.

Отправляю Дашу мыться, беру надувной круг и принимаюсь его, собственно, надувать.

— Оставь работу мужчинам, — рядом появляется Дмитрий… в плавках и с перекинутым через плечо полотенцем.

Я замираю с пипкой во рту, сидя на корточках возле сумки. Разглядываю его снизу вверх: длинные, в меру волосатые ноги, узкий таз, подтянутый живот, чуть волосатая грудь, мощные плечи. Ой, такие ходят живьем по земле? Я думала, их рисуют только на страницах глянцевых журналов.

Он улыбается в ответ, угадывая мою реакцию.

— А ты почему не в душе? — он перехватывает у меня надувной круг. Набирает в грудь воздуха, отчего та увеличивается чуть не в два раза. Эффектно.

— Я не пойду. Я здесь… — отвожу глаза.

— Не водоплавающая? — в перерыве между выдохами усмехается Дмитрий.

— Нет.

Ну не объяснять же ему, да и сам должен понимать.

В это время появляется Саша.

— Так, продолжай, — передает ему круг Дмитрий. — Я в душ, потом вместе купаться.

Подхватываю полотенце, что предусмотрительно лежит на соседнем диване, и делаю попытку обернуть им сына.

— Я сам, — отстраняет мои руки и берет полотенце.

Сам он. А маме хочется о нем заботиться. И что с этим делать? Ну да ладно, как раз высовывает из кабинки голову дочь:

— Мама, где мой купальник?

Хватаю другое полотенце и заматываю ее. Затем беру на руки и переношу к сумке.

— Не замерзла?

— Неа.

— Сейчас, здесь твой купальник. Оботрем тело и наденем. Саша, подай, пожалуйста, — я показываю на пакет с купальником.

Сын закрывает пипку круга. Откладывает его в сторону и подает мне купальник.

Я тем временем кое-как заворачиваю Дашку в полотенце и пытаюсь справиться с ее волосами. Нужно каким-то образом их завязать на голове и укрепить с помощью резинки. Дочь мне в этом совершенно не помогает.

— Нарукавники надуть надо, — дает указания она. — И мяч.

Сашка послушно выуживает требуемое из сумки.

— Вначале мяч, — требует дочь. А еще крутит головой, стараясь следить за действиями брата. — Не этот, другой.

Сашка начинает закипать.

— Какой другой? — Дмитрий появляется вовремя.

Быстро исполняет все приказы Дашки и бомбочкой прыгает в бассейн. Брызгами обдает всех, Даша с боевым кличем бежит к воде и замирает на бортике. Сашка мимо нее прыгает в бассейн.

— А я? Меня оставили! Забыли, да? — верещит во все горло дочь.

Я стряхиваю с себя брызги, отодвигаю сумку подальше, чтобы не мешалась. Выбираю место посуше и разваливаюсь на диване. Все, отдых.

Дмитрий подплывает к Даше, подхватывает ее на руки и опускает в воду. Придерживая, начинает объяснять основы удержания на плаву. Потом предлагает ей самой попробовать, уговаривая, что с ней ничего не случится. Даша требует держать ее крепче и следить, чтобы не утонула.

— А то мама ругать меня будет.

Сашка плещется, подныривая под сестру и вызывая новый всплеск хохота и визга. Так, наверное, выглядит семейное счастье…

Спустя какое-то время Дмитрий командует всем идти в сауну.

Заворачивает Дашку в полотенце, подхватывает на руки и несет ее радостную греться.

И наконец-то дети чувствуют голод. Переодеваются в сухое, заматывают головы полотенцами, и мы направляемся в гостиную, — или как это называется? — где располагается обеденный стол.

За ужином, понятное дело, и с набитыми ртами разговаривают, и фоткают еду и себя с ней. Весело и невоспитанно!

После ужина Дашу «выключает». Дмитрий разжигает камин и перетаскивает тушку дочери поближе к огню. Усаживает к себе на колени, и мы сидим, щиплем виноград, смотрим в огонь и лениво переговариваемся.

— Может, у меня заночуете? — с надеждой спрашивает Дмитрий. Время приближается к одиннадцати ночи.

— Нет, мы домой, — отвечаю я за всех.

Рано нам оставаться на ночь у мужчины. Ни к чему это.

Дмитрий ничего не отвечает, и мы начинаем собираться. А едва подъезжаем к подъезду, как начинается леденящий душу кошмар.

Саша ведет полусонную Дашку за руку, я следом, Дмитрий замыкает шествие. И тут из машины выскакивает бывший с перекошенным лицом.

— Другого себе завела⁈

Он делает шаг в нашу сторону, а в руках у него склянка, на литр примерно. Он откупоривает ее и злобно рычит:

— Ну, посмотрим, кому ты нужна будешь…

Рукой в перчатке он откидывает крышку и ускоряется. Между нами метра два.

Дмитрий подхватывает Дашку и Сашу.

— Защищай сестру! — одним броском он откидывает их в сторону, на заснеженный газон.

Разворачивается, а бывший уже делает замах. Дальше все происходит как в замедленной съемке.

Дмитрий отталкивает меня, и я впечатываюсь в подъездную дверь. Больно ударяюсь головой. Он кидается на бывшего. И в этот момент из склянки на Дмитрия льется жидкость.

Он опрокидывает бывшего, и они кубарем валятся на землю. Бывший рычит, выкрикивает проклятия и обидные слова про меня, Дмитрий тоже не отстает. Вот только странно жмурится. И наконец ему удается выбить слекляшку из рук бывшего.

В этот момент подбегает водитель, бьет ногой по лицу бывшего и замирает над Дмитрием.

— Вам надо в больницу. Немедленно.

Поворачивается к отползающему бывшему и кричит:

— Чем ты его облил?

Бывший в ответ матерится и, размазывая кровь по лицу, на четвереньках ползет к машине.

Дмитрий пытается снегом смыть с лица опасную жидкость. Но Николай хватает его за руку в последний момент.

— Нельзя. Если кислота — хуже будет.