Встреча с тобой

Глава 10

Воскресенье разрешила посвятить самобичеванию, тихо поплакать в подушку, в общем, насладиться всеми прелестями жизни дважды обманутого человека. Но с моими планами опять никто не считался. На этот раз тётя затеяла генеральную уборку дома. И каждый раз, как я грустно вздыхала, только позволив подумать себе хоть об одном из представителей козлячьего рода, как моя проворная Мира находила племяннице новое занятие тяжелее предыдущего. Под вечер, выжатая как лимон, начала на неё боязливо коситься, когда эта неугомонная женщина вдруг решила, что вымытых полов на нашей лестничной площадке недостаточно, нужно намыть ещё лифт и парадную. Услышав это, поняла, что у меня начался нервный тик, и, уперев руки в бока, подошла к непонятно откуда взявшемуся домашнему тирану и прямо спросила:

— Мирослава Сергеевна, а что, собственно, происходит?

— Ничего, — тут же засуетившись на просто идеально отмытой кухне, ответила тётя.

— Мира! Ну я же вижу! Мы ждём санэпидемстанцию, стоматологический кабинет открывать планируем?

— Нет, Анечка, нет. Вот, просто что-то неожиданно чистоты захотелось.

— Тётя! Почти двадцать лет не хотелось, а тут здрасьте, приехали!

— Ладно, солнышко, ну я же вижу, что с тобой что-то не то. Плюс ещё Глеб с самого ранья приходил жутко виноватый. Я вытрясла из него всё, что случилось. Вот и решила тебя отвлечь.

Честно признаюсь, от услышанного у меня аж глаза полезли на лоб. Да, у тётки получилось меня отвлечь, но только вот к душевным терзаниям теперь добавилась ещё и боль во всём теле. Мало мне было проколотой пятки. Правда, она уже не так ощущалась, но всё равно вставать уверенно на всю ступню я не могла.

— То есть я могу перестать намывать сверху донизу весь наш подъезд?

— Да, Анечка, можешь. Но тогда пойдём с тобой в кино, или в театр, или в парк аттракционов, я за тебя переживаю. На тебе лица нет.

— Нет, больше сегодня ничего не хочу. Мне завтра рано вставать, а ещё меня взяли на работу и нужно прилично выглядеть. Поэтому, раз трудовая повинность окончена, я пойду соберу вещи на завтра и приведу себя в порядок.

— Хорошо, девочка моя, но если что, ты сразу меня зови.

— Договорились, — обняла тётку, всё-таки она у меня самая лучшая, и отправилась к себе в спальню. Здесь я ещё сегодня ревизию не проводила.

Заниматься самобичеванием больше не хотелось, просто не было сил. Но я невольно вспоминала Сашу, его взгляд, поцелуй около автомобиля, прежде чем мне отшибло память, и захотелось улыбнуться, но потом перед взором возникло лицо его невесты, затем улыбка Глеба, и слёзы сами собой навернулись на глаза. Родилось страстное желание крушить всё на своём пути. И отчего мои мысли занимал именно он, человек, о котором я вообще ничего не знаю?

Прошлась по комнате, собрала все скромные подарки блондина и твёрдой рукой выкинула в мусоропровод. В комнате наткнулась взглядом на деньги, которые швырнула в лицо шатенка, сама не знаю, зачем их забрала. Покраснела с ног до головы и поняла, что не знаю даже номера своего первого мужчины, всё, что есть — имя. Как встретиться с ним и вот так же, как мне вручили эту сумму, вернуть соблазнителю вместе с пощёчиной. Руки так и чесались. Хотя если постараться, то можно примерно вспомнить, где он живёт, и отнести всё это добро с доставкой на дом. Но, боюсь, его невеста действительно мне все волосы повыдёргает. И как бы мне ни хотелось увидеть эти наглые чёрные глаза и ударить как следует по гладковыбритой, смуглой щеке, я решила, что делать этого не стоит.

'И вообще, почему я о нём думаю, он мне никто, просто случайный прохожий, и всю жизнь сломал!

Хотя будем честны, Иванова. Жизнь ты сама себе сломала!

Хватит, нужно забыть как страшный сон. Да и вообще, что я о нём знаю, кроме того, что он пользуется невменяемыми женщинами и его зовут Александр? Странно, но это имя ему не идёт', — промелькнула мысль и тут же исчезла.

Ближе к вечеру у квартиры снова нарисовался Глеб. Опять притащил с собой веник, на этот раз розовые розы. Мира сначала пыталась его выгнать, кричала, что не подпустит ко мне и на пушечный выстрел, а я пользовалась её заботой и предательски сидела в своей комнате, боясь выйти, снова увидеть эти глаза и пропасть, опять поверить. Мне нужно время всё это принять, уложить в голове и в душе. Разобраться, кто я и чего хочу. Как вообще жить дальше, о чём или о ком думать… И сейчас самое лучшее — это какое-то время его не видеть. Дать себе возможность не думать, не чувствовать, не ненавидеть. В общем, окунуться с головой в учёбу и работу. Интересно, а им секретарь на выходных не нужен? Можно тогда будет поискать себе что-то ещё. Но тут всё по порядку.

На данный момент меня безумно пугало то, с какой скоростью я переставала злиться на Глеба и уже жалела, что выкинула его подарки, не поговорила. А вот то, что сделал Саша… Надеюсь никогда больше его не увидеть, иначе я за себя не отвечаю. Хотя чего ты хотела, сама набросилась… Но я была не в себе, а он!

В общем, уснуть не могла достаточно долго, наслаждаясь тревожными мыслями и позволяя себе нарыдаться вдоволь.

А на следующий день сразу после института я отправилась прямиком на новую работу. Нашла в своём гардеробе юбку-карандаш, белую блузку. Каблуки пока не позволила обуть ноющая пятка. Поэтому чёрные мягкие балетки. Подходя к офису, почувствовала, что в груди появляется тепло и надежда на светлое будущее. И я верила, что сбудется моя мечта попасть на курсы к Липваку и научиться рисовать. В голове было столько образов, и мне так хотелось воспроизводить их на бумаге столь же ярко и чётко, как видела, закрывая глаза. И как я могла отказаться от мечты ради мужчины? Просто небывалая дура!

На рабочем месте меня с деловой улыбкой встречала помощник генерального директора Инна. Она показала мой стол, вкратце рассказала об обязанностях, забрала документы, оформила. Затем мы отправились в путешествие по офису, нужно было познакомиться со всеми. И хоть большинства из этих сотрудников я не увижу, они будут уходить до шести, удалённо сотрудничать мы всё-таки будем часто. Здесь в основном было женское царство. Мужчины только в IT-отделе, несколько в отделе продаж, а все остальные — девушки. Женская половина офиса так странно на меня смотрела, что мне стало совсем неловко.

— Почему это они на меня так смотрят? — поинтересовалась у своего офисного экскурсовода.

— Не обращай внимания. Сама видишь, коллектив женский, любит сплетни. Почти каждая вторая утверждает, что спит с Даниилом Андреевичем, вот и смотрят на тебя волком, чувствуя конкурентку.

Я так и замерла с открытым ртом, глядя на Инну.

— Ты… ты серьёзно? И ты так же?

— Нет, боже упаси! Я, конечно, обожаю нашего Даниила Андреевича, он замечательный мужчина, но у меня любимый муж и двое очаровательных детей. А о том, что девчонки болтают, не слушай. Уверенна, в большинстве своём это лишь их несбывшиеся фантазии. Сомневаюсь, что он реально всех принимает через постель. Я вот попала традиционным способом, через собеседование, правда, Даниил Андреевич друг моего мужа… Ну вот и ты, например, даже его не видела, а уже работаешь с нами, так что не думай об этом.

— Но зачем ты мне всё это рассказываешь? — я искренне не понимала, как можно говорить новому сотруднику такие вещи о своём директоре, да ещё и друге мужа.

Инна только засмеялась в ответ и сквозь смех протяжно выдохнула:

— Просто если я тебя морально не подготовлю к общению с нашими дамами, они тебе такого наговорят, что ты сбежишь уже через час. А искать нового сотрудника у меня совершенно нет возможности, он нам нужен был ещё на прошлой неделе.

— Поняла, — недоверчиво хмыкнула, пытаясь понять, что действительно думаю обо всём, что сейчас услышала. В общем, попала в серпентарий.

— А этот ваш директор, сколько ему лет, он что, не женат?

— Наш директор, — тут же поправила меня Инна, — он теперь и твой руководитель, милочка. Ему двадцать восемь и нет, пока не женат, там всё сложно. А что, тоже хочешь записаться в его фан-клуб?

— Боже упаси! — тут же отмахнулась я, мне достаточно мужчин в жизни, теперь только стремление к мечте!

Да, вот так интересно начинается моя работа — со сплетен. Хотя теперь понятно, почему они так долго искали сотрудника. Ладно, спишем это всё на слишком творческий женский коллектив. Самое главное — работа. Даниил Андреевич меня как мужчина совершенно не интересует, кем бы он ни был, а вот как работодатель — очень даже. А как говорят, деньги не пахнут, тем более двадцать пять тысяч в месяц.

Но на душе отчего-то стало как-то не совсем спокойно. Представила, что я буду вечерами засиживаться допоздна с неизвестным мужчиной, а вдруг всё это правда? Спокойно, Иванова! Отставить панику. Если что, всегда можешь уволиться. Не проверишь — не узнаешь, поэтому собралась и за работу, тряпка!

Дальше мне разрешили осмотреться и уйти домой пораньше, поскольку директора сегодня не будет в офисе. Он уехал на важные переговоры.

— Но с ним всё же придётся познакомиться, — обрадовала Инна, — он привык лично всех собеседовать. Так что, как только появится, сразу к нему!

— Угу, — только и ответила, а у самой появились смутные сомнения и желание никогда с этим человеком не встречаться, по крайней мере наедине.

Ну, вот и отлично. Рабочий день, можно сказать, засчитан. Дело пошло!

Второй рабочий день был под угрозой срыва. Из-за всех моих душевных терзаний совсем забыла сделать одну работу и получила выговор от преподавателя. Он очень правдоподобно обещал не допустить меня до зачёта, если задание не предоставлю сегодня же. Пришлось в срочном порядке после всех пар и между ними восполнять недостающую работу. Придирчиво осмотрев её, Станислав Петрович принял мой долг без пяти пять, а мне ещё нужно было добраться до офиса.

Успела с трудом, буквально влетая на своё рабочее место в последнюю минуту, вся взъерошенная, с дикими глазами.

Инна, внимательно меня осмотрев, искренне улыбнулась.

— Здравствуй, Аня. Ты вовремя. Даниил Андреевич уже на месте и тебя ждёт.

— Привет, — выдохнула, опускаясь на стул за своим столом и включая компьютер.

Но, услышав о том, что нужно идти к директору знакомиться, как-то растерялась. Это было хоть и ожидаемо, но совершенно неожиданно.

— Да, сейчас пойдём, дай только секунду отдышаться.

— Хорошо, — снова улыбнулась помощница генерального, добавив: — только не пойдём, а сама сходишь, кабинет знаешь где. Мне через пятнадцать минут убегать, а ещё один отчёт срочный нужно доделать.

— Угу, — только и ответила, глядя, как Инна берет трубку, набирает три цифры и мило произносит:

— Даниил Андреевич, к вам вечерний секретарь, вы хотели познакомиться. Да, уже идёт. Да, передам, конечно.

Сердце как-то тревожно падает в правую пятку, причём не просто так, а в обморок. Мне не было так страшно, даже когда я шла к Глебу на ночь. Никогда не думала, что неизвестный директор может оказаться страшнее всего на свете. Но выбора не было. Нужно идти знакомиться. Нам с ним ещё работать и работать, и избежать этой встречи не получится. Главное — взять себя в руки, не краснеть, не бледнеть и не блеять как баран.

На ватных ногах поднялась со стула и подошла к коллеге, чтобы получить от неё необходимые наставления.

— Анечка, держи, — тут же заворковала кареглазая девушка.

— Вот эту папку на подпись шефу передай. Внимательно проследи, чтобы он всё подписал, а то нам потом бухгалтерия плешь проест, потом верни мне на стол, а я завтра уже кому надо днём раздам и отправлю. Хотя нет, вот это письмо нужно очень срочно после подписи шефа вот по этому адресу переслать. Сделаешь скан и отправишь сегодня до ухода домой. Хорошо?

— Угу…

— Угу, — с улыбкой передразнила меня Инна.

— Всё, Аня, иди, у меня очень мало времени, а ещё нужно много чего успеть доделать. Где кабинет, помнишь?

— Угу, — вот что с моим словарным запасом?

Помощник генерального директора окинула меня странным взглядом, но тут же отвернулась к компьютеру и сосредоточенно начала что-то набирать на клавиатуре. А мне ничего не оставалось, как пойти, куда послали.

Прижав чёрную кожаную папку с документами поплотнее к груди, отправилась знакомиться с мужчиной, что разбил здесь столько сердец. Даже интересно, как он выглядит.

Дошла до заветной двери и на миг перед ней замерла. Волнуясь, переместила чёрную папку с документами в левую руку, а правой постучала. Услышав в ответ тихое, но уверенное «Войдите», совсем растерялась, но подчинилась и, открыв дверь, вошла в просторный кабинет бежевого цвета. Ближе к окну расположился просто огромный директорский стол. И, кроме мужчины, что сидел в высоком кожаном кресле спиной ко мне, я больше ничего не видела вокруг. Как-то не до того было. Ладони вспотели, дыхание сбилось. А директор не оборачивался, с кем-то общался по телефону, глядя в окно. Видела густые тёмные волосы, зачёсанные назад, широкие плечи и строгий костюм. Не зная, что сделать, неуверенно поздоровалась.

Мужчина лишь жестом правой руки, не поворачиваясь к вошедшей, показал, чтобы я прошла и села. Подошла к его столу, всё ещё изучая спину и чувствуя, как тревожно бьётся сердце в груди, как потеют ладони и весь имеющийся словарный запас стремительно исчезает. А ведь надо будет отвечать на вопросы руководителя. Вот только не представляла, как.

Тем временем Даниил Андреевич закончил телефонный разговор, нажал отбой, поднёс телефон к виску и о чём-то задумался. Я всё ещё боялась пошевелиться, но решила, что лучше сесть, ведь ноги не особо слушаются, и как раз в этот момент директор решил повернуться к своему новому сотруднику.

На миг я потеряла дар речи, нет, просто обалдела! Не успела ещё опуститься на стул, поэтому замерла в скрюченной позе и от шока выронила папку с документами из рук. Бумаги из неё тут же разлетелись по полу. Передо мной, прямо напротив, в директорском кресле, важный и одетый с иголочки, расположился Саша. Но как?

— Даниил Андреевич? — выпрямившись и сложив руки на груди, зло произнесла я, даже не подумав собрать документы, что Инна попросила подписать.

Где-то глубоко в душе зародилось сомнение, может, это не он, а его брат-близнец, ведь имя-то другое, но что-то мне подсказывало, что дело не в имени, а в том, что кто-то просто бабник настолько, что даже боится называть девушкам своё настоящее имя! Вот же ж меня угораздило!

Мужчина напротив замер на мгновение, внимательно осмотрел меня с ног до головы, затем его взгляд упал на лежавшие повсюду листы, потом опять на меня. Глаза светились так, что на миг стало страшно. Саша, то есть Даниил Андреевич, потянулся к какому-то документу, что лежал на его столе. Внимательно изучил и, положив перед собой, подался вперёд, сложив ладони в замок, затем улыбнулся и ответил:

— Как я понимаю и ты не просто Мария? Да, Иванова Анна Андреевна, две тысячи четвёртого года рождения?

Нервно сглотнула и ответила на его изучающий взгляд не менее суровым и пристальным. Но мои жалкие попытки вызвать в нём чувство вины вызвали лишь улыбку. Эта улыбка заставила предательски сердце биться быстрее. И оттого стало противно от самой себя. Как ты можешь трепетать перед ним, когда он поступил с тобой как… как… как с последней дешёвкой!

— Ну, знаете! — не выдержав собственного слишком частого биения сердца, сорвалась на фальцет я.

— Не знаю, Анна Андреевна, — откинувшись назад и сложив руки на груди, томно произнёс он, — просветите меня.

— И не собираюсь! — рыкнула в ответ, резко наклонилась, чтобы собрать документы, что так некстати разбросаны по полу.

Решила, что сейчас всё исправлю, швырну папку ему на стол и уволюсь к чёртовой матери!

Но получилось исполнить только первую часть плана. Документы я собрала, на стол швырнула и с фразой «Пошёл ты!» развернулась и пошла сама с гордо поднятой головой.

Но, как только оказалась около выхода, меня резко схватили за запястье и рывком притянули к широкой мужской груди.

Я тут же начала вырываться. Попыталась ускользнуть на свободу в открытую дверь, но мне не позволили, резко захлопнув её перед моим носом.

— Пусти, — зарычала, пытаясь укусить негодяя за руку, но он ловко увернулся от моих зубов.

— Немедленно отпусти меня, иначе я закричу! — ударив кулаком по стальной груди, зашипела, взрыв от боли, ведь моя рука отнялась, ему хоть бы хны.

Стоит, смотрит со своей дурацкой ухмылкой.

— Пусти! — снова зарычала, предприняв бесполезно попытку вырваться, и уже набрала воздуха в грудь, чтобы закричать, но не успела. Требовательные губы впились в мои, выбивая воздух из лёгких и не давая произнести и слова.

Что-то непонятное произошло со мной в этот момент. При всей нелепости ситуации, ненависти к этому человеку меня от него повело. В нос ворвался знакомый цитрусовый аромат, он словно опьянил и я даже не заметила, как прильнула к мужчине в ответ на его поцелуи. Тепло разливалось по телу жаркой волной. Но в какой-то миг перед глазами возник образ голубоглазой шатенки, что швыряет мне в лицо деньги, и это очень охладило мой пыл.

Собравшись, со всей силы оттолкнула мужчину от себя и отошла на несколько шагов в сторону.

— Не смей ко мне подходить, не смей меня трогать, ты мне противен!

— Да? — улыбнулся в ответ мужчина.

— Что-то я не заметил этого в пятницу вечером…

— В пятницу вечером я не знала, что ты мерзкое существо, бабник, не пропускаешь ни одной юбки и попасть к тебе на работу можно только через постель!

— Вот как? — вмиг став серьёзным и с силой сжав кулаки, прорычал в ответ Даниил Андреевич.

— А ты самая безнадёжная дура из всех, что я встречал! — надвигаясь на меня словно скала и буквально заставляя цепенеть от ужаса, всё так же рычал мой первый мужчина.

— Вот и отлично, значит, нам не по пути! Всего хорошего! — пропищала в ответ, глядя на него снизу-вверх. Но я же гордая, поэтому, тряхнув головой и задрав подбородок, устремилась к двери.

— Куда собралась, Анна Андреевна? — снова схватив меня за запястье, остановил Даниил.

— Подальше от тебя!

— Интересно, почему? Собеседование через постель уже пройдено, можешь оставаться, — зло сверкнув своими чёрными глазами, прошипел он мне на ухо, оказавшись слишком близко, отчего мурашки пробежали по коже от противоестественного желания к нему прикоснуться и ударить одновременно.

Лишь зарычала в ответ, резко дёрнув руку на себя, вырвалась из стальной хватки и, чувствуя, как скрипят зубы и слишком уж сильно раздуваются ноздри, уставилась на него в ответ.

— А знаете, Даниил Андреевич, вы правы. Собеседование пройдено, так что я останусь. А вы, подпишите бумаги, их Инна очень ждёт!

Генеральный директор компании ни на секунду не изменился в лице, даже бровью не повёл, лишь развернулся и пошёл к своему столу. Открыл папку, где неровно лежали важные листы, и быстро подписал всё, что было. Затем протянул документы и с хищной улыбкой произнёс:

— Добро пожаловать в компанию, Иванова.

А затем опустился в своё кресло и уставился в компьютер, так, словно меня здесь и не было.

Ненавидя его до скрежета зубов, развернулась и буквально пулей вылетела за дверь. Нужно было хоть немного привести себя в чувство и понять, как дальше быть.