После общения с Рейной вопросов стало ещё больше. Да и тяжело назвать общением её попытку меня придушить. Странно, но несмотря на всё произошедшее, на строптивость характера и острый язычок, девушка не вызывала у меня тех негативных эмоций, которые должны были бы присутствовать. Я чувствовала какое-то родство и некоторую нашу схожесть. Нам обеим удалось вырваться из лап Совета, и мы обе питали чувства к Локсу…
В крохотной комнате, в которую привела меня сопровождающая, царили поистине спартанскими условиями: здесь была лишь кровать, и компактный шкаф, вмонтированный в стену. Почувствовала себя вновь запертой в клетке. Даже в моей небольшой квартире на Земле у меня был балкон, на который было выйти в любое время, чтобы сделать глоток воздуха. Я скучала по шелесту листвы под окном, по пению птиц на заре и даже по раздражающим звукам клаксонов, обозначавших приход нового дня.
Проворочавшись с боку на бок больше часа, поняла, что не могу уснуть. Тесная комната с глухими стенами и слабым мерцающим освещением давила, будто уменьшаясь с каждой минутой. В каком-то тревожном порыве быстро натянула свитер и вышла в коридор. Даже не знаю, что надеялась тут найти, но меня несло меня вперёд. Вдруг я поняла, что меня манила тихая плавная мелодия, пробирающие до глубины души. Она напоминала джаз или протяжный блюз, только более предсказуемый, лишённый импровизации.
Я шла к источнику звука как заворожённая. Наверное, так следовали мыши за дудочкой Гаммельнского крысолова. Темп нарастал, звук становился объёмнее, я словно купалась в его волнах. Одна из дверей в коридоре была распахнута так гостеприимно, будто поджидала именно меня. На секунду замерла, а затем резко нырнула в таинственную полутьму, сделав несколько широких шагов, злясь на свою нерешительность. А в следующий момент окаменела от представившегося вида и рухнула на колени, вновь приложившись ушибленным местом. Прямо под моими ногами простирался Эдем во всём неоновом великолепии, небольшие летательные аппараты сновали туда-сюда, похожие на крохотных жуков, а жители и вовсе казались муравьями. Я будто парила над этим городом: помещение, в котором оказалась, было полностью выполнено прозрачного материала.
— Извини, я не думал, что вид произведёт на тебя такое впечатление! — раздался тихий голос Локса, перекрывающий музыку. — Хотя когда оказался здесь впервые, тоже был ошарашен.
Мужчина стоял спиной ко мне не шелохнувшись. Оставалось только догадываться, как он узнал, что я здесь.
— Это всё должно было стать моим! — лорд взмахнул рукой, грациозным движением очерчивая горизонт. — Мир ночи, принадлежащий мне по праву! Я обязан вернуть свой престол.
— Что это за место? — спросила, поднимаясь и опасливо делаю несколько шагов, пытаясь справится с противной дрожью в коленях.
— Здесь была научная лаборатория ещё задолго до моего рождения. После того как безумные учёные создали Пенептес-септум 109, и творение их рук уничтожило своих создателей, объект законсервировали. Никто не решился соваться сюда. Дешевле было поставить защитный экран, чем попробовать уничтожить эти смертоносные растения. Именно это место и выбрал в качестве убежища, когда был ещё ребёнком. Отец с детства учил нас, что у каждого из правящего рода должно быть место, о котором никто не знает и где будет в безопасности.
— Но как же эти растения? Они ведь смертельно опасны⁈ — удивилась я.
— А ещё разумны и очень одиноки. Я научился их понимать, а со временем они меня приняли! Именно здесь мне удалось спрятаться, когда мой дядя захватил престол и приказал уничтожить отпрысков правящего рода! — мужчина вздохнул и сжал пальцы в кулак.
— А как же здесь оказались члены сопротивления, если это было твоим тайным убежищем?
— Единственным человеком, который знал об этом месте, была Рейна…— произнёс Локс, замолкая на полуслове.
Укол ревности, который испытала при мысли о бывшей возлюбленной старшего Звёздного Лорда, был удивительно острым и мучительным. Мне было просто необходимо разобраться, что же произошло между ними тогда, и что происходит сейчас! Голубоглазый словно понял меня без лишних слов, ощутив моё напряжение.
— Рейна единственная, кому доверял. Она была для меня всем… — продолжил лорд задумчиво, — но она была членом Сопротивления, желающей подорвать основы этого мира, а я был наследником престола, обязанным беречь порядок и спокойствие планеты. Когда она и несколько других ребят из Сопротивления решили устроить взрыв на фабрике по изготовлению чипов, принадлежащей Совету, долго отговаривал её от этого глупого поступка. Но она была упряма и не желала меня слушать. И тогда я рассказал об этом отцу, а тот в свою очередь предупредил членов Совета, ведь они вторая по значению сила на Ардее после правящей фамилии. Отец взял слово, что с Рейном и её друзьями ничего не случится. А затем я узнал, что возлюбленная и остальные погибли от своего же взрывного устройства, когда их пытались задержать. Мне сказали, что взрыв был такой силы, что не осталось даже останков. Представляешь, каково мне было жить все эти годы, думая о том, что я пусть косвенно, но виноват в смерти той, кого любил больше всего на свете⁈
— Но ведь теперь ты знаешь, что она жива и вы можете быть вместе⁈ Ты пообещал, что женишься на Рейне, если она спасёт Коррена! Теперь его жизни ничто не угрожает, и скоро он будет с нами!
— Это уже не та Рейна, которую знал когда-то, а чужой незнакомый человек. И я вижу, как она на меня смотрит. Для неё я — блёклая тень прошлого. Не знаю, какие цели она преследует, но речь идёт явно о любви. К тому же… — Локс резко обернулся, и его глаза ярко вспыхнули в темноте, заставляя потускнеть неон Эдема. — К тому же, кажется, моё сердце принадлежит другой!
— И ты привёл меня сюда, для того чтобы сказать об этом? — вдруг поняла я.
— Да! — признался мужчина. — Тебе понравилась песня?
Звучавший мотив друг стал громче и напористее.
— Подари мне танец, Анна! — произнёс Локс с такой галантностью, что на секунду я опешила, но он уже был рядом, привлекая к себе и медленно кружа.
Под ногами плыли огни Эдема, но они не могли сравниться с горящей ледяной бездной глаз лорда. Я чувствовала, что больше не могу и не хочу сопротивляться, тому что творилось сейчас между нами. Вдруг комнату наполнил тревожный писк, и мужчина с волнением посмотрел на браслет с экраном, моргающий разноцветными сигналами.
— Что случилось? — взволнованно спросила я.
Медицинская капсула Коррена открылась времени! Немедленно иди в свою комнату! — приказал Локс, направляясь на выход.
— Но… — начала я.
— Это не просьба, а — приказ! Я вдруг ощутила, что ошейник на моей шее становится нестерпимо горячим! — Иди к себе!
Я не могла ослушаться, по крайней мере сейчас, пока на мне ещё были оковы подчинения.