Баба Галя, или Волшебное зелье попаданки (СИ)

Глава 14

После возвращения Рейнара жизнь в лавке закипела с новой силой.

Он не уехал на границу, получил отпуск по ранению, хотя все понимали, что рана давно зажила. Просто не хотел оставлять Галлию одну перед лицом надвигающихся проблем.

А проблемы надвигались. Мирания не унималась.

— Она по всему городу трезвонит, — докладывала соседка, забегая каждое утро с новостями. — Что ты ведьма, что приворотное зелье Рейнару подлила, что окрутила его обманом. Вчера у жены старосты была, сегодня к купчихе какой-то пошла.

— Пусть трезвонит, — спокойно отвечала Галлия, хотя внутри всё кипело. — Кто знает меня, тем плевать. А кто не знает, тем и не надо.

— Ты не права, — вмешивался Рейнар. — Сплетни как чума. Сначала один чихнёт, потом полгорода лежит. Надо действовать.

— Что ты предлагаешь? — Галлия разводила руками. — Идти к ней и просить, чтоб замолчала?

— Я предлагаю не ждать, пока она дойдёт до короля.

Но Мирания уже дошла.

Через неделю в лавку явился посыльный в богатой ливрее и вручил Галлии официальный вызов в суд. От имени рода Теневых. С обвинением в использовании приворотной магии против военачальника Рейнара.

— Что за чушь? — Галлия смотрела на бумагу и не верила своим глазам. — Какая приворотная магия?

— Это их стандартный ход, — Рейнар был мрачнее тучи. — Когда не могут запретить брак по-хорошему, обвиняют невесту в колдовстве. Суд проверит, есть ли магический след. Если найдут, мне запретят на тебе жениться, а тебя могут и из города выслать.

— Но там же ничего не найдут! — воскликнула Галлия. — Я не колдовала, не привораживала, всё само…

— Само? — Рейнар поднял бровь. — Галлия, ты серьёзно? Ты варишь зелья, которые творят чудеса. Ты чувствуешь травы так, как никто другой. Ты выходила меня, когда лекари сказали, не жилец. Это не магия?

— Это дар, — растерянно сказала она. — Сора говорила, это природный дар.

— Для нас дар. Для суда магия. И если они решат, что ты использовала этот дар, чтобы привязать меня к себе… — он не договорил.

Галлия побледнела.

— Что же делать?

— Идти в суд, — твёрдо сказал Рейнар. — И доказывать, что всё было по любви. Я буду с тобой. И весь Травяной угол будет с тобой. Мы не отдадим тебя этим стервятникам.

До суда оставалось три дня.

Галлия почти не спала. Днём работала, покупателиы не ждали, у всех свои беды. А ночью сидела в кресле Соры, смотрела на дуб и думала.

— Что же делать, Сора? — шептала она. — Я не хочу уходить отсюда. Здесь мой дом. Здесь люди, которые мне дороги. Здесь он.

Дуб молчал, но Галлии казалось, что он её слышит.

На третий день в лавку ворвалась целая делегация. Соседка, Тимон с десятком стражников, староста с важным видом и ещё куча народу.

— Мы идём с тобой, — объявила соседка. — Всем Травяным углом. Пусть эта мымра посмотрит, кто за тебя стоит.

— Там же зал суда, — растерялась Галлия. — Туда всех не пустят.

— Мы снаружи подождём, — отмахнулся Тимон. — Но если что, стражники свои, мы мигом.

Рейнар стоял рядом, сжимая её руку.

— Готова?

— Нет, — честно призналась Галлия. — Но пойду.

Зал суда оказался большим и холодным.

Высокие своды, каменные стены, длинные скамьи для зрителей. На возвышении находился судья в мантии, важный и неприступный. Сбоку сидели Мирания с двумя какими-то родственниками, все в дорогих одеждах, с надменными лицами.

Галлия вошла в простом платье, не в том парадном, что подарили соседи, не хотела, чтобы думали, будто вырядилась специально. Только волосы убрала аккуратно и надела браслет, подаренный Рейнаром.

Рядом с ней шёл он. Высокий, спокойный, уверенный. Военная форма, награды на груди. При одном его виде у Мирании чуть дрогнуло лицо.

— Дело о применении приворотной магии, — начал судья. — Истец — род Теневых в лице госпожи Мирании. Ответчик — Галлия, травница из Травяного угла. Обвинение: использование магии с целью приворота военачальника Рейнара.

— Это ложь, — твёрдо сказал Рейнар. — Я добровольно выбрал эту женщину.

— Вы будете говорить, когда спросят, — осадил его судья. — Госпожа Мирания, вам слово.

Мирания выплыла вперёд, картинно вздыхая.

— Ваша честь, эта женщина опозорила наш род. Будучи женой моего племянника Малика, она вела себя неподобающе, за что и была изгнана. А затем, когда Малик с ней развёлся, она каким-то образом окрутила его старшего брата. Рейнар — военачальник, герой, он никогда бы не посмотрел на такую простолюдинку, если бы не магия!

— У вас есть доказательства? — спросил судья.

— Есть! — Мирания махнула рукой, и служанка подала ей свёрток. — Вот зелья, которые она варит. Любой маг подтвердит, в них есть магия.

— В зельях всегда есть магия, — возразила Галлия. — Это основа зельеварения.

— Помолчите, — оборвал судья. — Пригласите эксперта.

В зал вошёл пожилой маг в синей мантии. Он взял пузырьки, понюхал, поводил руками, что-то пошептал.

— В зельях есть магия, — подтвердил он. — Но это обычная, природная магия трав. Такая бывает у любого талантливого зельевара. Следов приворота нет.

Мирания побледнела.

— Этого не может быть! Она же его окрутила!

— Я не окрутила, — тихо сказала Галлия. — Я полюбила. И он полюбил меня. Это не магия, это… судьба.

— Судья, позвольте мне сказать, — вмешался Рейнар. — Я имею право говорить как пострадавший.

— Говорите, — разрешил судья.

Рейнар вышел вперёд.

— Эта женщина спасла мне жизнь. Когда я был ранен на границе и лекари сказали — не жилец, она приехала ко мне через полстраны, по весенней распутице, одна. Она выхаживала меня день и ночь, поила своими зельями, не спала, не ела. Если это приворот, то пусть меня так привораживают все. Я сам, своей волей, без всякой магии, хочу на ней жениться. И никакие тётки, никакие суды мне не указ.

В зале повисла тишина.

— У вас есть свидетели? — спросил судья.

— Есть, — кивнул Рейнар. — Весь Травяной угол.

Двери распахнулись, и в зал хлынул народ. Соседка, Тимон с десятком стражников, староста, лавочники, торговки, даже дети.

— Мы все свидетели! — закричала соседка. — Галлия честная женщина! Она нас всех лечила, денег лишних не брала, по ночам к детям бегала! А эта, — она ткнула пальцем в Миранию, — первый раз в нашем краю появилась, когда пахло жареным! Кто она такая, чтоб судить?

— Порядок! — закричал судья, но в его голосе не было уверенности. — Тишина в зале!

Но народ не унимался. Тимон вышел вперёд и поклонился судье.

— Ваша честь, я стражник Тимон. Служу в Травяном углу пять лет. Галлию знаю с первого дня, как она появилась. Она никогда никого не обманывала, не привораживала, не колдовала во вред. А если она и колдовала, то только во благо. Меня самого от смерти спасла, когда я отраву на дежурстве хлебнул. Если б не её зелье, не стоял бы я здесь.

Один за другим выходили люди и говорили. Кто-то благодарил за вылеченных детей, кто-то за спасённых мужей, кто-то просто за доброе слово и чашку чая.

Судья слушал, и лицо его менялось.

Мирания сидела белая как мел.

Наконец судья поднял руку.

— Тишина. Я выслушал всех. Эксперт не нашёл следов приворота. Свидетели подтверждают добрый нрав ответчицы. У истца нет никаких доказательств, кроме домыслов. Дело закрыто за отсутствием состава преступления. Галлия свободна. И можете жениться хоть завтра.

Зал взорвался криками радости. Соседка бросилась обнимать Галлию, Тимон хлопал Рейнара по плечу, народ ликовал.

Мирания встала и, не глядя ни на кого, выскользнула из зала.

На улице Галлию встречала еще большая толпа.

— Ура! — кричали люди. — Наша взяла!

Она смеялась и плакала одновременно, прижимаясь к Рейнару. А он держал её крепко-крепко и улыбался.

— Ну что, генеральша, — сказал он тихо. — Теперь точно никуда не денешься.

— И не собиралась, — ответила она.

Вечером в лавке собрался почти весь Травяной угол.

Пили чай, ели пирожки, поздравляли. Соседка сияла пуще всех, она чувствовала себя главным героем, и не без оснований.

— А помните, как она к нам пришла? — говорила она. — Босая, побитая, с книжкой под мышкой. А теперь — генеральша! Вот что значит человек с душой.

— Спасибо вам всем, — Галлия обводила взглядом знакомые лица. — Если б не вы, не знаю, что бы я делала.

— Ты нас не бросай, — попросил староста. — Когда замуж выйдешь и во дворец уедешь, про нас не забывай.

— Никуда я не уеду, — твёрдо сказала Галлия. — Лавка моя здесь. И вы все здесь. Буду приходить, работать, помогать. Я без этого не могу.

— Ну и хорошо, — кивнула соседка. — А то мы уж думали, потеряем тебя.

Рейнар обнял Галлию за плечи.

— Никто никого не потеряет, — сказал он. — Мы теперь одна семья. Большая и шумная.

Все засмеялись. А за окном шумел дуб, и в его шелесте Галлии слышался голос Соры:

«Молодец, дочка. Всё правильно сделала».