Три года спустя
— Мишутка! Миша! Что за непослушный сорванец, — надрывается Аля, бегая по детской площадке. — Хватит прятаться! Выходи! Ну сколько можно, мама вон пришла с работы, а мы всё гуляем!
— Мама! — вопит мой пострел, выскакивая из своего укрытия.
Наблюдая за этими двумя, начинаю хохотать.
Ну и сорванец у меня растёт! Ни минуты покоя. Никогда не видела таких активных деток. Нам и диагноз поставили — гиперактивность, прописали успокоительные. Я, конечно, покивала у врача на беседе, но ничего покупать не стала. Просто мы больше гуляем, занимаемся и развлекаем ребёнка. Не нужны нам таблетки, без них отлично. Перерастёт, потом будем вспоминать с улыбкой, как он наводил суету за пару минут.
Увидев меня, малыш начинает радостно визжать. Распахнув руки, пробегает мимо бабушки Алевтины и несётся прямиком ко мне.
— Мама! Ма-а-а-ма!
— Привет, мой родной, моё сокровище, — целую сына в разрумянившиеся щёчки.
Пригладив чёрные взъерошенные волосы, стискиваю его в объятиях.
— Михаил Максимович, — важно окликает его Аля. — Я вынуждена пожаловаться вашей маме на ваше отвратительное поведение!
— Алевтина Матвеевна, — чисто проговаривает сынок, сведя тёмные брови к переносице. — Вообще-то, ябедничать — это плохо.
— А не слушаться бабушку хорошо?
— Ну, ба-а, — выпятив обиженно губу, тянет мой малыш.
— Ну хорошо, хорошо. Но это в последний раз, — строго произносит наша бабуля. — Идёмте, ужинать пора, — смягчившись, Аля треплет Мишку за пухлую щёчку.
— А что будем есть? — вопрошает малыш, сверкнув глазками.
— А что ест большой и серый волк, а?! Р-р-р, — состроив смешную гримасу, проговаривает Аля.
— Я злой и страшный серый волк, я в поросятах знаю толк, — отзывается сынок и начинает громко хохотать.
Вечером
Подогнув ноги под себя и устроив планшет на коленях, листаю документы, которые час назад прислал начальник.
Задумчиво нахмурив лоб, тяжело вздыхаю.
— Что произошло, рассказывай! — присев рядом, произносит Алевтина Матвеевна.
— Мы столько лет вместе, а я так и не могу привыкнуть к тому, что от вас ничего не скрыть, — проговариваю, отложив планшет. — Меня отправляют в командировку, — произношу очень осторожно, прощупывая настроение собеседницы.
— О, надолго?
— Да, — киваю я. — Это своеобразное повышение, если я понравлюсь руководству на новом месте, то… очень вырасту по служебной лестнице.
— То есть ты хочешь поменять место жительства?
— Да, придётся, — киваю. — Я долго размышляла, отказываться от подобного предложения нельзя. Это такой шанс, который выпадает, возможно, раз в жизни. Если я испугаюсь…
— Что ты, и речи быть не может, — соглашается со мной Алевтина.
— Вы со мной?
— Конечно, — отвечает уверенно. — Только дочь предупрежу, что уезжаю.
— Мне жаль, что приходится сдёргивать вас с места. Разлучать с родной душой.
— Лизанька, ну вышло так, что вы мне теперь роднее. Да и я в любое время могу съездить в гости. Не успокоюсь, пока не передам вас с Мишей в надёжные руки.
— Ой, да ладно вам! — отмахиваюсь я. — Нам втроём замечательно.
— Ну да, ну да, — прищурившись, она качает головой. — Ну и куда же мы едем?!
— Владивосток, — гордо заявляю я.
— Ну не так уж и далеко, — выдаёт Аля.
Снова молча киваю, на губах довольная улыбка.
— И когда же?
— Начальник дал неделю на сборы.
— Что-то уж очень быстро.
— Дело в том, что наша компания дочерняя, а во Владивостоке находится головная. И если оттуда поступило распоряжение, наше руководство исполняет указания в кратчайшие сроки. Никому не нужны проблемы.
— Что ж, значит, Владивосток! — Аля хлопает ладошками по коленям.
— Владивосток, — подтверждаю я.
Неделю спустя
Шагая по широкому холлу офисного здания, с любопытством осматриваюсь. Да! Масштабы компании просто нереальные. Все двадцать этажей принадлежат именно нашему холдингу, и совсем скоро я буду работать здесь. А самое главное — это моя должность. Не простое среднее звено, а руководящая. От осознания серьёзности происходящего пробирает дрожь, и одновременно с тем твёрдая уверенность в своих силах даёт трещину. Но я держусь. Стоит показать страх — и меня сожрут. Тут слабым и неуверенным не место, а я далеко не робкого десятка. Жизнь хорошо закалила. Там, где другая бы сдалась, я упрямо иду вперёд. Поэтому, как бы ни было страшно, я не покажу этого, не признаюсь вслух.
После колледжа пришлось экстренно поступать в вуз. Иначе бы мне ни за что не удалось пробиться и занять хорошую, высокооплачиваемую должность. И я смогла. Спасибо Алевтине. Она мой ангел хранитель. Без неё с младенцем на руках я бы ни за что не справилась. Немаловажную роль сыграли деньги, которые оставил отец ребёнка. Да, именно так я привыкла называть мужчину, благодаря которому у меня есть сын. Я не произношу вслух его имя, стараюсь не вспоминать подробностей того единственного раза, после которого на свет появился Миша, но каждый раз, смотря на своего малыша, я мысленно благодарю его отца за этот бесценный подарок.
Всё так, как должно быть! Я мама, и я счастлива. И сейчас у меня новая задача. Показать себя с лучшей стороны, чтобы заполучить то, за чем я сюда приехала. Я не должна подвести моего босса, который рекомендовал именно мою кандидатуру. Я обязана идти вперёд, чтобы обеспечить своему ребёнку лучшее будущее. И для этого я приложу все усилия. Сейчас моя главная цель — занять руководящую должность и удержать её.
Остановившись у двери начальника, читаю табличку с именем: “Заместитель генерального директора Бодров Станислав Евгениевич”.
Проговорив про себя в сотый раз имя и отчество, собираюсь с духом.
Я уже не раз общалась с этим мужчиной по телефону, сегодня наша первая офлайн-встреча, и на неё я явилась сразу же из аэропорта. Поправив и без того идеально сидящий по фигуре строгий брючный костюм, делаю ещё один глубокий вдох, чтобы успокоить бешеное сердцебиение. Стучусь.
— Войдите! — доносится из кабинета.
Провернув ручку против часовой стрелки, толкаю дверь и вхожу в кабинет.
Мужчина поднимается мне навстречу, наши взгляды встречаются. Он на секунду подвисает. Глаза округляются. Оттянув ворот рубахи, он моргает и растягивает губы в немного странной приветственной улыбке.
— Здравствуйте, Станислав Евгениевич, — здороваюсь первой. — Меня зовут…
— Елизавета Михайловна Краснова, — договаривает он за меня, не скрывая восхищения.
Удивлённо вскинув бровь, киваю в знак подтверждения.
— Я, признаться, ожидал увидеть кого-то… извините, более старшего по возрасту. Разумеется, я читал ваше резюме, но не придал особого значения году рождения. В основном меня интересовала информация о вашей квалификации, высокие показатели отдела, которым руководили именно вы, — он заводит руку за голову и рассеянно чешет затылок. — Надо же, это приятный сюрприз. Молодой сотрудник с блестящим послужным списком. Ваши рекомендации впечатляют! Редко естественная, природная красота сочетается с настолько высоким уровнем интеллекта.
— Поспешу вас заверить, мой возраст действительно совершенно не влияет на мою компетентность и работоспособность, — пропускаю мимо ушей его комплименты.
— Я верю. У меня нет оснований сомневаться. Ваши рекомендации действительно идеальны.
Удовлетворённо киваю. Станислав жестом приглашает присесть.
— Вы с дороги, наверное, устали? Чай, кофе?
— Спасибо. Ничего не нужно.
Он поджимает губы и возвращается в своё кресло. Заглядывает в компьютер, взгляд бегает по монитору.
— И как вы умудрились к двадцати годам занять такую высокую должность?
Понимаю, что это чисто риторический вопрос, не требующий ответа, но не удерживаюсь от комментария:
— Мне двадцать два.
— Но в нашем холдинге вы работаете уже более трёх лет.
— Я усердный работник.
— Похвально. И у вас есть… ребёнок, — он поднимает на меня слегка обалдевший взгляд. — Сын. Три года. Как вам это удаётся?
— Я не одна, — отвечаю уклончиво.
— Понимаю. Семья — это очень важно. Взаимовыручка, — он качает головой. — Про семейное положение спрашивать не стану, в графе прочерк. Значит, мать? — выдаёт он своё предположение, но я предпочитаю промолчать.
Нигде не указано, что я должна предоставлять настолько подробные данные о своей личной жизни. А то, что необходимо, я уже указала. Хотя вдруг тут своя определённая этика, и компания предпочитает нанимать на работу только семейных людей?
— Надеюсь, моё семейное положение не отразится на…
— Об этом вы можете не беспокоиться. Так, по поводу анкеты у меня все вопросы исчерпаны, и меня всё максимально устраивает. Надеюсь, и вы не пожалеете о принятом решении.
Одариваю Бодрова сухой улыбкой.
— Работать первое время будете под моим началом. Весь испытательный срок, — зачем-то уточняет он, делая ударение на последней фразе. — Далее под ваше руководство перейдёт весь коммерческий отдел, и мы подпишем новый трудовой договор. Думаю, в течение года этот вопрос решится. Но, естественно, всё в общем и целом зависит именно от вас, — он снова улыбается, не сводя с меня пристального изучающего взгляда.
Начинаю хмуриться. Не нравится мне это повышенное внимание. Бодров — мужчина достаточно молодой, кольца на его пальце я не наблюдаю, значит, холост. Это нервирует. Хотя семейное положение тоже не является гарантом, мужчины изменяют сплошь и рядом, но я бы чувствовала себя в большей безопасности рядом с ним, будь он женат.
— Я могу идти?
— Да, конечно. Подпишите пару документов у главного бухгалтера, и жду вас на работе с новой недели. А пока устраивайтесь, обживайтесь. Надеюсь, служебная квартира вас полностью устроит.
— Не сомневаюсь, — отзываюсь я, поднимаясь из кресла.
Мужчина проходится липким взглядом по моей фигуре и, вскинув бровь, прочищает горло.
— Всего доброго, Станислав Евгениевич, — произношу официально с ударением на отчество.
Он поднимается следом и спешно подходит ко мне. Взяв за руку, подносит к губам и легонько касается моей кожи.
— Для вас просто Стас.
— Предпочитаю на работе придерживаться профессиональной этики, — забирая свою руку из его захвата, вежливо произношу я.
— Похвально, — он отступает.
Кивнув в знак прощания, твёрдым шагом покидаю кабинет. Прикрыв за собой дверь, наконец-то выдыхаю.
Мне ещё волокиты босса не хватало для полного счастья! Ладно, поработаем и над этим. Справлялась же до него с подобными ситуациями и сейчас смогу. Не он первый, кого вежливо, но верно поставлю на место. Главное, чтобы он понял.
Подписав все необходимые документы, покидаю здание ровно через час. Середина недели. У меня целых четыре дня, которые я могу провести со своим ребёнком. Посмотрим город, погуляем. На улице конец мая. Погода чудесная. Солнышко почти летнее. Сказка.