Бриллиантовый холостяк. Книга 4

Ритм. Он плавно ускорился.

Музыка с самого начала была эротичной, но теперь перешла на какой-то особый уровень – слушая эти размеренные, активные басы, хочешь или не хочешь, а всё равно подумаешь о чём-то таком.

О чём-то ритмично-поступательном. Сильном. С вполне себе определённым подтекстом.

Жарко стало даже мне! А уж Офелия…

– Гранд! – возопила моя опекунша. – Гранд!

Я сперва решила, что это местная похвала – что-то вроде привычного по прошлой жизни «браво». Но оказалось, что Гранд – имя стриптизёра. И, судя по реакции последнего, он Офелию прекрасно знал.

Иллюзия говорите? Наши лица скрыты? Полагаю в случае разгорячённой толстушки этого было недостаточно. Стриптизёр смотрел на неё как на старую знакомую и, закончив очередной танцевальный элемент, двинулся к ней.

По дороге, под ликующий визг зала, Гранд сорвал с себя рубашку. Итог – перед нашим столиком возник полуголый, блестящий от масла мужик.

Он мазнул взглядом по мне и подступил к пребывающей в экстазе Офелии. Дальше началось совсем уж неприличное – «конь» поймал пухлую ладошку опекунши и приложил к своему идеально-плоскому рельефному животу.

– У-у-у! – восторженно взвыла та.

Гранд начал двигать бёдрами, имитируя… ну, очевидно что. Мадам закатила глаза, оказавшись на грани обморока – что, впрочем, не помешало ей запустить пальцы второй руки под бутафорский ремень. Вместе с пальцами скрылась и монета.

Она действительно положила ему монету. Мама-дорогая!

Получив плату, Гранд отстранился и прыгнул на сцену. Уже там, стоя чётко напротив нас, мужчина, в одно движение, сорвал с себя штаны.

Я снова смотрела на чрезмерно наполненные плавки, но желание ржать улетучилось. Остался только безмерный, не подвластный описанию шок.

– Гранд, милый, вернись! – подскочив на стуле, воскликнула Офелия.

Миг, и в её пальцах сверкнула новая монета. Точно новая! Уж за чем, а за руками опекунши я следила!

Стриптизёр не сразу, но подчинился. Теперь он обнял Офелию за талию и начал медленно, весьма интимно, кружить. Под общий восторженный вой.

Тут моя нервная система не выдержала, я отвернулась. Две золотые монеты. При том, что в момент моего появления в этом мире у нас не было даже медяка. Вопроса «откуда деньги» не возникло – очевидно, что Офелия их припрятала. Если говорить простым языком – закрысила.

«Арти, – позвала я мысленно. – Когда ты осматривал дом, ты проверял комнаты опекунши?»

«Это было первое, что я сделал».

«И?» – подтолкнула нетерпеливо.

«Там нет ценностей».

«Откуда она, в таком случае, вынула деньги?»

Ключевой артефакт не ответил, но точно знаю, что мы подумали об одном и том же. Это был негигиенично-неприличный вариант.

Где-где…

Впрочем, стоп.

Когда парный танец закончился, Гранд вернулся на сцену и продолжил двигаться в одиночестве. Он пошёл по кругу, в желании привлечь внимание остальных дам. Особый интерес проявлял к первым столикам, но этот ряд был заполнен примерно наполовину, что наводило на мысль о привилегированности мест.

– Алексия, дорогая, у тебя есть монетка? – взвыла Офелия.

Мадам не шутила. Прямо сейчас она выглядела как какой-то маньяк.

Щёки красные, глаза блестят, взгляд фанатично-стеклянный… Я сначала отодвинулась, а потом наоборот подалась вперёд и спросила как есть:

– Хочешь сказать, что спустила три миллиона в трусы стриптизёру?

Короткая заминка, и Офелия махнула пухлой ладошкой:

– Ты слишком молода, ты ничего не понимаешь.

– Три миллиона моих денег! – воскликнула я.

Офелия посмотрела рассеянно, а в следующий миг стянула с пальца перстень. До этого момента я этот перстень даже не замечала. Просто не приглядывалась – уже привыкла, что у нас с мадам, в виду нищенского положения, никаких украшений нет.

– Гранд! Гранд!

– Офигеть, – тихо прокомментировала я.

Через несколько минут я снова наблюдала как тяжёлая золотая штука скрывается в мужских плавках.

Ситуация была как бы ужасной, но всё-таки смешной. Я вообразила каково это – ходить в трусах, набитых золотом. Бедный мужик! Ведь со стороны выглядит так, словно он обделался.

Но деньги. Деньги, блин!

А ещё девушки всех возрастов… Они, в большинстве своём, мечтают выйти замуж за аристократа, полагая, что статус – гарантия сытой жизни.

Видимо зря. Разумнее мечтать о каком-нибудь Гранде. Ведь у него личный золотой прииск.

А Офелия… То, что совести у опекунши нет, это уже ясно. Но логика? Логика! Пару часов назад мадам отчитывала меня за утренний кофе, заявляя, что это неприлично, а сама притащила в стрип-клуб и наглядно демонстрирует как совать руки в чужие трусы.

Я по-прежнему пребывала в шоке, потребовалось несколько минут, чтобы переварить происходящее. Потом я снова перегнулась через стол и сказала:

– Офелия, мы уходим.

Толстушка посмотрела растерянно.

– Как это? Милая? Шоу только начинается. У Гранда ещё два выхода, и…

– Мы уходим, – повторила я.

Опекунша посмотрела с неприкрытой обидой. Словно я кровавый узурпатор.

Но мне было плевать, я начала подниматься. Номер черноволосого «жеребца» к этому моменту закончился, и теперь женщина-конферансье расхваливала танцора на все лады.

– Алекси-и-ия… – протянула Офелия жалобно.

В теории я могла бросить толстушку здесь, ведь денег, если в ход пошли перстни, у этой овцы не осталось. Но нет. Хорошенького понемножку. Пусть страдает.

– Домой! – я не сказала, а рявкнула.

Офелия пошла пятнами, но тоже начала вставать.

В следующую секунду красивый голос конферансье объявил:

– А сейчас, дорогие дамы, на сцену выйдет ещё одна звезда нашего шоу. Мастер перевоплощений! Прекрасный и несравненный… Господин Д!

Зал пришёл в экстаз. Я бросила невольный взгляд на сцену и обомлела. Пусть всего на миг, но я действительно решила, что там, на круглом возвышении, стоит лорд Дрэйк.

Разумеется, это был артист. В хорошем гриме, в неплохо подобранной одежде и искусно скопированной позе.

Для меня образ рассыпался, едва стриптизёр сделал первый шаг. Движения всё-таки не те.

– Оу! – выдохнула Офелия. – Оу! Господин Д! – И уже мне: – Алексия! У тебя есть деньги? Я же знаю, что есть! Алексия…

Всё. Жёстко ухватив Офелию за локоть, я потащила её к выходу.

Я ждала спешащих наперерез официантов с требованием оплатить коктейли, однако никто нас не остановил. Мы покинули заведение быстро и без проблем. Только шкафообразные охранники на входе-выходе показались какими-то странными.

Они были сильно похожи на тех дезинфекторов-кысоловов.

Или показалось?

Впрочем, не важно. Нужно выйти из этой подворотни и поймать коляску. Отдельная задача – усмирить воображение! Просто оно норовило нарисовать реакцию самого Дрэйка на подобное шоу.

Хорошо, что высокого лорда здесь нет. В том же, что касается шпионов… Если кто-то из них проник за нами в зал, надеюсь у них хватит ума промолчать? Просто тревожить начальство по пустякам себе дороже. Никогда не знаешь, что тебе за это прилетит.

То же время, клуб «Алый каблучок»

Проникнуть в закрытый женский клуб было легко. В отличие от начальника разведки, Дрэйк не церемонился и приказал прибывшим бойцам провести захват. Всё было сделано максимально тихо – так, что никто из посетителей и артистов не заметил.

Женщина-конферансье тоже была не в курсе, и ход представления не нарушился.

Зато высокий лорд получил много пищи для размышлений.

Тут, в клубе, использовался стационарный иллюзорный купол неплохой мощности. Цель иллюзии – скрыть истинную внешность посетительниц, причём, прежде всего, он прочих прибывших на представление дам.

Охрана и администрация знали каждую посетительницу в лицо.

В процессе аккуратной беседы с «обезвреженными» охранниками вскрылась особенность – попасть в заведение с улицы было невозможно. Для прохода требовалось поручительство кого-нибудь из завсегдатаев. И, как правило, внушительный первый взнос.

Взнос шёл на оплату еды и напитков. Особенно напитков.

Это была вершина айсберга, копать дальше Дрэйк не стал.

Подробности он намеревался узнать позже, из отчётов своих людей. Прямо сейчас его интересовало другое. Вернее другая. Алексия.

Иллюзии – это хорошо, но чем выше уровень мага, тем они бесполезнее. Для Дрэйка купол, установленный в «Алом каблучке», покрывал пространство зрительного зала редкой рябью, не более.

Один из сильнейших магов империи видел абсолютно всё.

Алексию он отыскал сразу и, скрывшись в тени, принялся наблюдать.

Видеть юную леди в таком заведении было дико, и даже тот факт, что у этого визита явно был другой, не связанный с голыми мужиками умысел, Алексию, почему-то, не извинял.

Дрэйк быстро понял, что девушка с фиолетовыми волосами пришла сюда из-за Офелии. На стриптизёров она, конечно, тоже смотрела, но главным объектом внимания являлась толстощёкая опекунша. Именно её леди Рэйдс сверлила взглядом и ей же задавала вопросы – судя по ответной реакции неприятные.

Это стало поводом подозвать одного из бойцов и поручить уточнить информацию. Как часто в «Алом каблучке» бывает Офелия? Сколько тратит денег? Как себя ведёт?

Боец кивнул и умчался беседовать с клубной охраной, а Дрэйк…

Он догадывался! Это понимание позволяло сохранять определённое спокойствие, но, когда к столику Алексии подскочил огромный черноволосый детина и принялся вертеть бёдрами, лорд едва не озверел.

Вот теперь в голову полезло всякое.

Захотелось выйти из тени, приблизиться к столику и кого-нибудь убить.

Но Дрэйк сдержался, чтобы вскоре пронаблюдать этакую тихую ссору, после которой Алексия потащила Офелию прочь.

Правда, прежде чем уйти, леди успела увидеть ещё одного «танцора»… «Артиста», при появлении которого в зале начались настоящие овации.

Дрэйк, в отличие от разгорячённых коктейлями дам, не впечатлился. Несколькими минутами позже, очутившись на улице, он достал коммуникатор и, связавшись с начальником разведки, произнёс:

– Чтобы утром этого балагана здесь не было.

Повисла короткая пауза, а потом собеседник спросил:

– Насколько «не было»?

– Абсолютно, – процедил высокий лорд. – Чтобы даже духа не осталось.

– Мм-м… Ясно. Сделаем.

– И «артистов» этих, будь добр, пристрой к какому-нибудь полезному делу.

– Мм-м… Да, Дрэйк. Как скажешь. Пристрою.

Новая пауза, и главный разведчик поинтересовался осторожно:

– А как там известная тебе леди? – Он намеренно не произнёс имя, прекрасно понимая, какая слышимость у динамиков коммуникатора.

– Нормально, – буркнул Дрэйк.

Он сбросил вызов и сделал глубокий медленный вдох. Эмоций было много, и все неоднозначные.

Зато возникла одна идея… То есть она была и раньше, но теперь её точно следовало «пустить в работу».

Не желая терять время, он применил телепортацию. Но прежде подошёл к ожидавшим возле клуба бойцам и велел:

– Передайте своим, чтобы сообщили мне, когда леди Рэйдс доберётся домой.

Сотрудники привычно вытянулись по струнке и, учитывая тот факт, что текущее мероприятие требовало определённой тишины, просто кивнули.

После этого – всё. Дрэйк вернулся во дворец.

Алексия

После выхода из клуба удивительное не закончилось, и главный момент – Офелия надулась. Всю дорогу до дома пышнотелая мадам сидела молча, с поджатыми губами и подчёркнуто не смотрела на меня.

А я офигевала.

Нет. Не так. ОФИГЕВАЛА. И пыталась справиться с когнитивным диссонансом. На месте опекунши я бы сгорела со стыда. Да меня бы разорвало от понимания собственной низости!

А эта? В облике Офелии не было ни капли раскаяния, и объяснить такое поведение я не могла.

Глядя на эти губы и непробиваемую «святость», я опять усомнилась в собственной адекватности. Может это я чего-то не понимаю? Ведь так не бывает, чтобы человек, которого фактически поймали за руку, не признавал очевидных вещей.

«Бывает, – не выдержав моего ментального ора, включился Арти. – Видели мы такое».

«Какое такое?» – не поняла я.

Артефакт шумно вздохнул и объяснил:

«Полное отсутствие эмпатии, а заодно и совести. Человеку, у которого с совестью всё в порядке, понять таких как Офелия невозможно. Только принять как аксиому, что – да-да, и такое бывает».

Я его услышала, но только на уровне разума. Душа принять столь вопиющие обстоятельства не могла.

Пожалуй глупо, но я не могла иначе – всё равно искала оправдания. Нечто, что сделает поведение уже бывшей опекунши более логичным. И я это объяснение нашла.

Поэтому, когда подъехали к особняку, когда вошли внутрь, я, не дожидаясь мадам, поспешила на верхний этаж – прямиком в покои этой дуры.

«Арти, мне нужны её пилюли, – заявила решительно. – Ну и мои заодно».

Арти с тяжким вздохом напомнил про шкафчик, где была спрятана шкатулка с «лекарствами» Офелии, но тут случилось неприятное. Опекунша вошла в комнату в момент изъятия и воскликнула возмущённо:

– Алексия, ты что творишь?

Сил на споры уже не было, и я собралась призвать Эрона, но тот явился без всякого приглашения, просто не выдержал.

Миг, и рядом со мной возникла не скрюченная, а очень даже статная полупрозрачная фигура. Объективно, изменились только поза и выражение призрачной физиономии, однако выглядел «досточтимый предок» так, что испугалась даже я.

– П-п-призрак, – прошептала побледневшая Офелия.

Какая всё-таки поразительная особенность у Эрона – являться, но не оставаться в памяти. Он действительно гений, раз сумел добавить к своему посмертию подобный эффект.

– Ещё какой призрак, – процедил дедушка злобно. – Ты что себе позволяешь, женщина?!

– Я?

Офелия дрогнула и попыталась отступить, но дверь покоев, повинуясь жесту Эрона, захлопнулась. А дедушка подлетел к опекунше вплотную и рявкнул:

– Ты даже не представляешь, что я с тобой сейчас сделаю.

– Я не виновата! – возопила Офелия.

И прозвучало так… Так…

С такой честностью, с таким отчаянием, что я дрогнула. Вот как хотите, но это точно пилюли. По собственной воле никто не способен так врать.

– Эрон, она не в себе. Это пилюли, – сказала я тихо.

И внезапно огребла:

– Молчи!

Призрак зарычал. К счастью, не на меня, его гнев по-прежнему был посвящён Офелии.

Арти тоже не выдержал, прокомментировал:

«Вот и нашлось твоё слабое место, Алексия. Ты слишком сильно веришь в людей».

«Да не верю я,» – возразила мысленно.

«Ещё как веришь. Эта с…собака едва не продала тебя старому извращенцу, превратила в нищенку, а ты по-прежнему её защищаешь».

«Прежде чем казнить, нужно выяснить что это за пилюли, – упёрлась я. И я была права! Нельзя обвинять, не зная всех обстоятельств. – Меня тоже травили, помнишь?»

«Да ни одна пилюля не сделает человека такой мразью! – горячо воскликнул Арти. – Мразотность либо есть, либо её нет».

Невидимый собеседник помолчал и добавил:

«Никакие вещества не способны создать в человеке что-то новое. Лишь вытащить то, что уже было. В том, что касается Офелии, это не единичный поступок. Офелия жила в семье Рэйдсов много лет».

Я хотела сказать о том, что некоторые вещества имеют накопительный эффект. Отец настоящей Алексии умер давно, и если Офелия пьёт непонятные таблетки с момента его смерти, то ожидать можно чего угодно.

Но меня перебили:

– Где деньги? – рявкнул Эрон, нависая над Офелией как матёрый кот над мышонком.

– Какие деньги? – опекунша побелела ещё больше.

– Деньги леди Алексии!

Короткая пауза, и…

– Боюсь вы не понимаете. Мы… У нас… – Глаза толстушки наполнились слезами, и эти слёзы тут же покатились по щекам. – У нас ничего нет. Мы разорены.

От переизбытка чувств, Эрона подбросило на полметра, а я поняла, что не выдерживаю.

Вот просто не выдерживаю.

Я не против физического давления, но в данном случае нужен другой, более адекватный подход.

«Какая ты у меня дурочка,» – вздохнул Арти.

«Сам дурак,» – беззлобно огрызнулась я.

Не в силах наблюдать сцену расправы, я направилась к спрятанному за картиной сейфу.

Невзирая на ужас общения с призраком, Офелия заметила и очень удивилась.

– Алексия, милая, – окликнула мадам, – ты куда?

Опять пауза, и потрясённое:

– Ты что? Ты знаешь про этот сейф? Но откуда? Неужели ты… Ты обыскивала мои покои?

В последней реплике звучала претензия, смешанная с обвинением. Меня снова утягивало под эмоциональный каток.

Внутри бушевал ураган. Множество противоречий и осознание, что я чего-то действительно не понимаю. Пришлось собраться и мысленно отгородиться от всей этой ситуации. Сейчас я буду тираном, но так нужно. Иначе я эту ситуацию просто не переживу.

– Открывай, – кивнув на сейф, потребовала я. Подбирать код с помощью магии, как в прошлый раз, было бессмысленно и долго.

Офелия захлопала глазами, даже не думая сдвигаться с места, и тогда Эрон снова не выдержал. Дедушка метнулся к сейфу и, невзирая на призрачную природу, шарахнул вполне себе рабочим заклинанием.

Выпуклую шпуньку, которую предлагалось крутить, чтобы набрать код, заморозило. Через пару секунд сейф крякнул и открылся. Запирающий механизм распёрло, ему пришёл конец.

Опекунша охнула, начала причитать, а я распахнула дверцу и увидела пустоту. Голые металлические стенки.

Но как? Ведь совсем недавно здесь…

– Где пилюли? – рыкнула я, обращаясь к опекунше.

– Какие пилюли? – совершенно неподдельно изумилась та. – Милая, ты о чём?

Всё. Мой мозг вскипел. Противостоять вот такому, предельно ненормальному, я была не в состоянии.

Как это называют психологи? Газлайтинг?

Или у опекунши реальная амнезия от этих её пилюль?

– А давай я её просто убью? – предложил дедушка, резко успокаиваясь.

«Рано, – возразил Арти. – Сначала выпотрошить. Не верю, что она спустила всё, к чему имела доступ. Вытащить из неё имущество, а уже потом…»

«Стоп!» – мысленно возопила я.

Это было слишком. Просто слишком. Я чувствовала себя сумасшедшей. Мне реально хотелось вызвать какого-нибудь врача.

Закрыв лицо руками, я вынесла единственный вердикт, на который была сейчас способна:

– Под домашний арест.

Эрон неодобрительно цокнул языком, а Арти предпочёл воздержаться.

– Арест? – переспросила Офелия удивлённо. – Я что, преступница?

Это было хуже, чем разговор глухого с немым.

– Девочка моя, я воспитывала тебя с того самого момента, как твоя матушка… А ты… А теперь… – Офелия громко всхлипнула, слёзы покатились в два раза быстрей.

Но это было всё. Финиш. Я не могла. Я поспешила к выходу, призывая с собой Эрона.

Из приятного – в дальней части коридора обнаружился Хайс. Управляющий явно выскочил из постели и прибежал на крики. Надеюсь для того, чтобы подстраховать работодателя? То есть меня.

– Офелию из дома не выпускать, – вместо приветствия сказала я. – Входную дверь запереть на ключ. Я решу этот вопрос позже, когда буду адекватна.

– А… – начал было Хайс, но осёкся. – Понял.

– Благодарю! – Я круто развернулась на каблуках и удалилась к себе.