Бывшие. Скандальная беременность

6 глава. Отравленная любовью

Сижу и тупо смотрю на Фомина. Нет, мне решительно «нравится» положение дел! То есть косячат все, кому не лень — Семён, Макс, Катя, а разгребать должна я?

В двери с обратной стороны скребется мама.

— Верочка, если он там тебя удерживает силой, подай мне какой-либо знак!

— Хм, Зоя Петровна всё так же юморит? — произносит Макс таким тоном, как будто вдалеке от меня и моей мамы безумно скучал по тещиным шуточкам.

— Мам, всё в порядке! — кричу ей, потому что если не ответить, мама вполне может и полицию вызвать — с неё станется. — Максим уже почти уходит!

Встаю, давая ему понять, что всё, разговор, собственно подходит к концу, пора бы и честь знать.

— Знаешь что, Фомин, решайте свои проблемы с Катей без моего участия. Ни о каком возвращении тебя ко мне не может быть и речи…

Разворачиваюсь к двери.

— Вера, — ловким движением руки бесстыдник хватает меня за руку! — Стой!

Это нечестно! Это несправедливо! Это, в конце-концов, просто обидно! Но… Да! Да! От его прикосновения меня, словно разрядом тока прошивает! Я даже вздрагиваю, не в силах сдержать свои чувства.

И что там в его прикосновении особенного? Да ничего абсолютно! Обычный мужчина, ну, пусть симпатичный, да, но сколько их таких симпатичных? Море! И руки у него обычные. И температура тела, вероятно, в пределах нормы… А вот во мне словно что-то происходит! Как будто внутри, где-то там, в животе, начинается странная волнующая неконтролируемая дрожь! И ни унять её, ни справиться с нею!

А в голове такой сумбур, что я теряю мысль и понять не могу, что делать дальше!

— А у меня мужчина есть, — зачем-то говорю ему, как будто хвастаюсь. — Даже целых двое!

— А у меня никого! — тут же с чувством заявляет он, покрепче перехватывая мою руку. — Я с Натальей после нашего развода больше не встречался!

— Ах, увольте меня от выслушивания подробностей о том, как грустно сложились твои отношения с любовницей!

Дергаю свою руку, пытаясь освободиться. Но Фомин только крепче сжимает, глядя на меня снизу-вверх странным взглядом.

— Вера, — встает с кровати, внезапно как-то вот прям нависая надо мной всем своим немаленьким ростом! Отступаю к двери, всерьез подумывая о том, чтобы позвать на помощь маму. — Я прошу тебя, давай сыграем для Кати счастливое воссоединение нашей семьи!

— Да с какой стати это МНЕ надо? Что-то играть для этой… Нехорошей женщины? Кто она такая? Пуп земли? В конце концов, за то, как она поступила с Машей, я вообще её бы… Наказала! Если бы могла…

— Ну, вот и накажешь! Чем не наказание? Больше всего на свете она мечтает выйти за меня замуж! А ты ей эти её планы разрушишь!

Его большой палец как бы невзначай начинает наглаживать мою ладонь!

Зубы тут мне заговаривает, а сам! У, подлец!

— Я не понимаю, в чем сложность — просто скажи ей, что не хочешь жениться, да и дело с концом! Зачем ты меня приплетаешь! И! Прекрати уже! Меня! Наглаживать!

На каждое своё слово дергаю рукой, выходя из себя.

— Верочка! — доносится из-за двери. — Если он тебя насилует, кашляни два раза!

Фомин хмыкает, отчаянно пытаясь сдержать смех.

— Почему нельзя гладить? — спрашивает шепотом, склонив голову на бок. — Потому что тебе нравится? И ты боишься саму себя?

Мерза-а-авец! Но… Попал в точку. Гад такой!

— Я боюсь, что сейчас ка-ак врежу тебе! Я, между прочим, на курсы по самообороне ходила два года назад!

Чтобы занять себя и не думать о нём хоть какое-то время, я чем только не занималась! И на курсы, и на спорт, и шила, и вязала, и путешествовала!

— Ой, боюсь-боюсь! — он вдруг становится серьёзным, сужает глаза, пронзая меня убийственным взглядом. — Врежь! Но учти. Могу неадекватно отреагировать! И пока Зоя Петровна вызовет ментов, я тебя тут точно трахну!

Задохнувшись от такого заявления, стою, как дура, пытаясь осознать — реально он это сказал или у меня фантазия разыгралась настолько.

Делает шаг ко мне, становясь вплотную.

Я, словно со стороны, вижу высокого красивого мужчину и себя… такую маленькую, испуганную, замершую перед ним. Ну, нет у меня от него противоядия! Я до сих пор отравлена любовью к нему, подлецу…

Медленно поднимает руку. Подушечки пальцев касаются моей щеки… Начинает наклоняться ко мне. Твёрдые, красиво очерченные губы приближаются к моим губам. Приближаются. Приближаются!

И… Я же сейчас просто, как безвольное создание, упаду к его ногам! Да не бывать такому!

— Мама! — кричу, отталкивая его. — Вызывай ментов!

Отпираю дверь. Выбегаю в коридор, едва не сбивая с ног маму. Она шарахается от стены, сжимая в руке граненый стакан, приложенный к уху.

— Зоя Петровна, вы никак подслушивали? — смеется Макс.

— Я? Да я… — теряет дар речи мама. — Да с чего ты взял?

В двери неожиданно звонят…

Чуть ли не бегом несусь открывать — мне просто нужно прийти в себя!

Распахиваю дверь.

На пороге стоит Катя!

Вот только ее мне тут не хватало!