Чародейка. Ходящая по грани

ГЛАВА 10

— Увва, увва, — Лиллэ восхищенно рассматривала Гаррову Грушь со стороны. Правда, звуки, доносящиеся оттуда, вызывали мурашки в теле лилово — кожей.

Она и подумать не могла, что Глушь настолько прекрасна. В ее понимании она должна была напоминать нечто мрачное и отпугивающее.

— Увва, увва, — прислушиваясь к тому, что пели существа Глуши, Лиллэ пыталась нарисовать их в своем воображении.

Некоторых тварей лилово — кожей приходилось видеть самой, небольших таких. Их корхи после отлова продавали за хорошие деньги. Ведь Гарровы твари обладали полезными свойствами, точнее то, из чего они состояли: чешуя, зубы, кости, слюна. В составе крови некоторых индивидов находили вещества, которые необходимы были для излечения опасных заболеваний. К тому же, и извлекаемые из слюны яды шли на ура. Отлов тварей Глуши был запрещен императором, слишком много появилось желающих обладать дорогостоящими зверушками. Вот только большая часть вот таких любителей внезапно разбогатеть не возвращалась из Глуши. Существовали и те, кто работали вне закона. Такие как корхи, например. Механизм отлова и реализации магических тварей у них был отлажен. Специально для охоты были изобретены анти — магические артефакты. Чем крупнее и ловчее зверь, тем больше подобных артефактов необходимо было иметь при себе во время отлова.

Лиллэ покосилась на атрибут — часы, время ожидания вышло. Страж и одногруппники так и не вернулись, а значит — пора отправляться в путь.

— Предлагаю не ждать темноты и выдвигаться сейчас, — Угго неотрывно следил за лилово — кожей чародейкой, пытаясь уловить ее эмоции. Глушь ее впечатлила.

— Хорошо, — кивнула чародейка, — нужно сообщить остальным, что больше ждать мы не будем, — Лиллэ грустно выдохнула. Неужели они погибли? — Твой анти — магический артефакт, он защитит нас?

— Артефакт корхов способен не только гасить магическое поле, но и указывать направление. Знала об этом?

— То есть, тропы не существует? И вы ориентируетесь по артефакту, выбирая безопасный путь?

— Артефакт формирует тропу. И да, она подвижна. Звери Глуши могут беспрепятственно бродить по всем своим владениям, поэтому безопасная тропа всегда имеет разную траекторию и меняет направление. Вот, видишь? — Угго щелкнул маленький крючок сбоку от медальона — артефакта, крышка с обратной стороны отъехала в сторону, и теперь лилово — кожая могла увидеть стрелочку, подвижную. Она вихляла острым концом, медленно меняя свое расположение. — Это может увеличить время пути, ведь идти мы будем не напрямую через Глушь, а петляя по ней. Благодаря этой штуковине мы будем в безопасности. — Командир ультрамаринов повесил медальон себе на шею, весело подмигнув Лиллэ.

— Эта вещь спасет нас от голодной эппи?

— Свихнулась? Я их еще не встречал в Глуши. Редкая и крайне опасная тварь. Вот здесь, на артефакте, есть шкала усиления магического поля. — Угго ткнул пальцем в медальон. — Мы будем ориентироваться на низкий уровень магической вероятности. Чтобы найти зверушку наподобие эппи, мы должны ориентироваться противоположного направления. Тогда нас просто всех сожрут!

— Как же тогда вы их ловите? — Неверующе нахмурилась Лиллэ.

— Во — первых, не все корхи ловят габаритных зверей. У нас, внутри, есть своя иерархия. Ловящие тварей с высоким магическим потенциалом — особый отряд. Эти самоубийцы имеют самый большой куш с продаж, но долго они не живут! Во — вторых, чтобы поймать эппи, нужно обвешаться анти — магическими артефактами, а у нас такой один. Почему спросила именно об эппи?

— Да так, отмахнулась лилово — кожая, — видела собственными глазами, как корхи везли такую тварь, — интересно стало.

— И что произошло? — Поинтересовался Угго. Если чародеи встретили корхов, промышляющих незаконной ловлей таких опасных тварей, кто — то из них должен был умереть.

— Они позарились на наши чаро — атрибуты. Страж их убил.

— Вот как? — Призадумался командир ультрамаринов. — И кто же ваш страж?

— Ренольд Франт.

— Гаррова бездна! — Расширил глаза в ужасе Угго. — Хорошо, что он помер. Он же возглавлял, в свое время, лучший отряд чаро — одаренных стражей. этот чародей, он же с Атана. Как мы все рады были, когда он в отставку ушел. Столько наших от их отряда полегло. Думаешь, стражи только нарушение границ живых и мертвых курируют? У них и нас время находится, когда император просит.

— И что с того? Ну, что Ренольд с Атана?

— Не знаешь? — подивился Угго. — Они ж там убийцы все с рождения.

— Нашел, чем удивить! Мы все тут убийцы. Забыл, кто ты есть, корх? Прежде всего, ты — равр.

— Ты не понимаешь… атановцы — лучшие в этом деле, они еще с малого возраста учатся искусству убивать. Мы лишь живем в мире, где нужно постоянно искать способы для выживания, а на Атане — убийство в порядке вещей. Например, мужчине не понравилось, как посмотрели на его женщину. Он будет в полном праве отомстить за это. Угадай, как?

— Повезло Эмис, — снова загрустила Лиллэ. Надежда на то, что чародеи живы, еще теплилась в ней.

— Кто такая Эмис?

— Уже не имеет значения. Выдвигаемся! Больше не будем ждать. Ренольд дал четкие указания насчет времени их ожидания.

Глушь была живой, это ощущалось не только на подсознательном уровне. Предчувствие чародеек просто вопило о том, что она напичкана опасностями. Растения и деревья постоянно передвигались, медленно, хищно, наблюдая за чужаками, но нападать не торопились. Чародейки восхищенно таращились на роскошную растительность, необыкновенно красивые цветы, манившие ароматами. Правда, и тот факт, что бутоны поворачивали свои «головы», когда разношерстный отряд проходил мимо, пугал до нервной дрожи. О том, что Гаррова Глушь — хищник от корней до верхушек деревьев, Лиллэ знала, поэтому сразу инструктировала Рэннэ и Джинну:

— Ничего не трогать! Даже если оно будет волнительно прекрасно и на вид безопасно.

— Все верно, — широко улыбнулся Угго, сорвав цветок с радужным венчиком и отправив ее в специальный резервуар, — вам трогать нельзя. Слишком ценные компоненты, чтобы чародейки их руками трогали.

— Но как? — Лиллэ аккуратно оторвала лепесток от растения. Оказавшись сорванным, он перестал быть «живым» и агрессивным. А вот бутон негодующе зашипел, потеряв свою часть, туго свернулся и скрылся в травяном покрове.

— Действие анти — магического артефакта, — пояснил Угго, с укоризной проводив глазами испорченный лепесток, — если растение сорвать при наличии такого артефакта, из него выходит все имеющееся в нем магическое составляющее. Цветок становится самым обыкновенным. Но брать нужно целый бутон, а не портить их!

— Я правильно поняла, вы растения собираете и их затем продаете? — поинтересовалась Лиллэ.

— И мелких тварей тоже, — кивнул Угго, набивая резервуары новыми компонентами.

— И на вас никто никогда не нападал в Глуши?

— Конечно, нет. У нас есть страховка, отпугивающая агрессивно настроенных, — объяснил лилово — кожий, — и мы не суемся в пасти больших тварей.

— И в чем же тогда особенность Ультрамаринов? Вы ж только и делаете, что цветочки рвете. Никакой опасности, скучно же. — Ухмыльнулась Лиллэ, поразмыслив о том, что им крепко повезло с корхами и их чудодейственным артефактом.

— В том, что мы будем жить долго, — не остался в обиде командир ультрамаринов, — и у нас есть свой стиль, — Угго потрепал себя по волосам оттенка ультрамарина.

— Кажется, ты говорил, что ваш отряд поредел изрядно после нападения имперцев. Так что, жить долго — это не про вас. А к императору вы направляетесь своих выручать?

— Своих мы не бросаем, — хмуро ответил Угго, — мы найдем их либо живыми, либо мертвыми! — Сказав это, командир ультрамаринов вырвался вперед, отслеживая путь по артефакту.

Чародейки старались не отставать, идя буквально по пятам корхов. Радиус действия анти — магической штуковины был им неизвестен, и проверять данный факт не хотелось.

Сложнее всего оказалось Бамсу из — за его великого роста и телосложения. Ему приходилось рубить сквонном разросшиеся ветки растений, норовящие хлестануть ему по лицу. Такие действия растениям Глуши не нравились, поэтому всю дорогу раздавались визги и шипения пострадавших от лезвия. И что самое неприятное, к этим звукам невозможно было привыкнуть. Крейг причитал, что некоторых кормить нужно было поменьше, а лучше вообще в еде ограничиться. Его визги тоже удручали. Свирк не выдержал и предложил другую идею — Бамсу нужно ходить на четвереньках. Мол так и рубить ничего не придется, и поклажу на спине удобно уместить.

— Я фам не ныфь! — Угрюмо бросил Бамс подтрунивающим над ним корхам.

Пейзажи Гарровой Глуши менялись довольно часто: от низкорослой растительности до многометровой, от ярких оттенков зелени до нежно — салатовых. Мелкие твари, завидев отряд, разбегались в разные стороны, стараясь незаметно адаптироваться под окружающую среду. Никто не хотел терять свои магические свойства или оказаться ценным экземпляром в резервуарах корхов.

Угго остановил отряд, растерянно всматриваясь в стрелку артефакта. Как бы командир ультрамаринов не старался вести в безопасном направлении, стрелка все равно все больше кренилась в сторону увеличения магического поля.

— Что — то не так? — Поинтересовалась Лиллэ.

— Кажется, артефакт перестал работать. Впервые такое. Держите оружие при себе. Возможно, нам придется сойти с тропы.

— А не чаро — одаренные ли тому виной? — Сощурил подозрительные глаза Крейг. — До них — то все исправно работало!

— Нет, — опроверг подозрения Угго, — дело не в них. Нас кто — то выслеживает. Кто — то с высоким магическим потенциалом. И оно к нам очень быстро приближается! — Заметив, что стрелка уже была по середине, лилово — кожий отдал команду. — Шевелим ногами! И очень быстро!

Они охотно послушались, припустив так быстро, как это было возможно сделать в лесу с препятствиями, встречающимися на пути. Сложность была в том, что приходилось то и дело петлять, меняя направление, следя за стрелкой артефакта. Угго ловил новую траекторию тропы, и отряд снова и снова бежал, пытаясь увильнуть от опасности. Тщетно. Стрелка анти — магического артефакта уже показывала максимальный уровень наличия магии.

— Всем стоять! — Угго жестом остановил отряд. — Будем сражаться, другого выхода нет. Как только мы убьем тварь, артефакт снова начнет работать.

Они встали спинами друг к другу, внимательно осматривая местность. Лиллэ натянула самострел, подметив для себя странную вещь — атрибут — информатор молчал.

Сначала послышался хруст ветвей, очень многоговорящий. Тварь приближалась немалых габаритов. Затем, из самой гущи, показались огненные глаза. Тварь определенно была хищной, как и сама Гаррова Глушь. Нападать она не торопилась, принюхиваясь к чужакам широкими ноздрями. На клыкастой морде существа полудугой обозначился черный матовый рог. Хвост и хребет покрывали остроконечные шипы, а само тело защищала броня из черных чешуек. Из пасти ее текла тягучая слюна, а полу — открытая челюсть демонстрировала стройный ряд белоснежных зубов. Скалилась эта жуткая тварь как — то ехидно, не скрывая факт того, что чужаки обречены.

— Что ты там говорила об эппи? — Завороженно смотря на черную тварь, произнес Угго. В руках он держал сквонн, направив его на существо из Глуши.

— Что видела такую… — растерянно пробормотала Лиллэ, всматриваясь в тварь.

— Вот в этом, — Крейг указал на эппи, — виноваты чародейки, Угго. Пусть сами и разбираются, а мы пока скрыться попытаемся. Кто — то же должен выжить, чтоб наших у имперцев отбить?

Лиллэ сделала шаг в сторону твари, Угго попытался притянуть ее обратно, но чародейка лишь отпихнула корха:

— Совсем из ума выжила? Оно же тебя сожрет! Не слушай Крейга, нападем вместе. И у эппи есть слабые места.

Чародейка отмахнулась от советов командующего, продолжив идти по грани жизни и смерти. Приблизившись почти вплотную к эппи, Лиллэ заглянула ей в глаза:

— Жуть? Это ведь ты?

Жуть спрятала многочисленные шипы и ткнулась мордой в плечо Лиллэ. Так как приветственный удар был неслабым, лилово — кожей пришлось постараться, чтобы не свалиться с ног:

— Где Эмис и Ренольд? Якоб жив? Жуть, где они?

— Мдааа, — ошарашенно произнес Крейг, пряча сквонн, — а я говорил, что эти чародейки — плохие попутчики. Они с Гарровой тварью снюхались. Как тебе это, Угго?!

***

Встретив своих в Глуши, я была бесконечно рада тому, что все остались живы. По следам одногруппников мы отправились, как только это стало возможным, в виду полученных Ренольдом ранений. Для Жути — Гаррова Глушь — дом родной. Да и с ее — то чутьем проблем с поиском не возникло. Тем более, некоторые, как оказалось, шли длинным путем, согласно траектории анти — магического артефакта. Душа моя пела от предвкушений, хотелось узнать, как можно больше о путешествии чародеек под командованием Лиллэ. Отметила про себя, что они немного изменились за время нашего расставания, особенно тон кожи. На мой вопрос о таких своеобразных методах подражания внешности равров, Рэннэ бросила упрекающий взгляд на лилово — кожую. Что касается новых попутчиков оставленного нами в мире живых трио, реакция у стража на них оказалась весьма своеобразна. И чуть было не дошло до кровопролития. Ренольд, завидев свой отряд и признав его не сразу — ведь кто — то маскировался соком лесной коренки, вознамерился убить ультрамаринов. А те, в свою очередь, были против, поэтому тут же оголили свои сквонны. Остановила потасовку Лиллэ, сказав следующее:

— Эти с нами, — и встала между стражем и корхами, — они идут вызволять своих у имперцев. У нас одна дорога. — Заметив скептичное отношение стража к сказанному, лилово — кожая добавила, — благодаря их артефакту, мы смогли безопасно передвигаться по Глуши.

— Оружие чародеев. Ты раздала его корхам?! — Как — то зло произнес Ренольд, заприметив знакомые кинжалы, и Лиллэ растеряла всю свою показную уверенность, но быстро взяла себя в руки.

— На нас напал отряд из теней в обличии имперцев. Это была необходимость, — выдержке Лиллэ я бы позавидовала. Не уверена, что могла бы вести себя так же, если бы Ренольд вот так убийственно на меня смотрел.

— Посмотрим, — страж отступил, но дал понять, что следить за корхами будет внимательно, — нельзя вас одних оставлять. Стоило только одной ногой оказаться в мире теней, а вы с плохой компанией связались. Да еще и с Ультрамаринами!

— Я же сказал, что мы на слуху! — Убрав сквонн, обратился Угго к лилово — кожей. Внешне он старался не показывать, но внутри все сжалось, словно тугая пружина. Атановец, да еще и на пару с эппи — сильные противники.

— На слуху, — подтвердил Ренольд, — самые неуловимые корхи, от того, что самые трусливые. Устали имперцы за вами бегать, вот и живы до сих пор.

Воздух снова накалился, и готов был обрушиться на наши головы молниями и стрелами, ибо «комплимент» корхам пришелся не по вкусу. На этот раз помогло благоразумие главы ультрамаринов:

— В этот раз мы идем к ним сами, — Угго потеснил Крейга, преградив ему путь к стражу. Как самый вспыльчивый, тот собирался отомстить за оскорбление.

К вечеру обстановка более — менее наладилась. Мы развели костер, уселись вокруг, как это было и раньше, и теперь предвкушали истории путешествий чародеев по миру живых и мертвых. Вопрос был в том, кто начнет рассказ первым.

— Наши новые друзья очень уж любят ужастики. Поэтому начнем с вас, — разрешила вопрос Лиллэ, — как вам недружественный хаос?

— За этим к Эмис, — отделался Якоб, спихнув на меня ответственность за рассказ, — это она со жрецом беседы вела. Лично я в отключке был, наблюдая сны о научных свершениях. Кстати, пару химических формул из своих грез я бы записал. Есть у меня одна идея…

— Знаем мы твои идеи, — лукаво припомнила лилово — кожая, — как чаро — оружие портить. Что там с темным жрецом? Эмис, ты и правда с ним разговаривала?

Я кивнула, так себе воспоминание, на самом деле. И ни один вечер ночью у костра, наполненный жуткими рассказами, не сравнится с тем, что я испытывала там. Жуть, словно почувствовав мои эмоции, положила лобастую морду мне на колени и прикрыла пламенные глаза, когда я провела по ней ладонью. Тяжко вздохнув, начала вещать историю, ибо от меня иначе не отвязались бы. Картинки — воспоминания возвращались обратно, и я, словно проживая тот миг снова, погружалась в собственный рассказ с головой. Что уж говорить об окружающих слушателях. Даже ультрамарины не приступили к трапезе, искусно приготовленной Угго, пока я не замолчала.

— Выпустить Торгала из капкана — смерти равносильно, — хмуро заключила Лиллэ, — но на тебя это похоже, подруга. Ты всех жалеешь, даже свою неудавшуюся убийцу. — Последнее прозвучало грустно. А я уже и забыла, что когда — то лилово — кожая пыталась меня убить. Как — то все забылось, да и вспоминать ни к чему.

— Мда, тяжелый вы путь себе выбрали, чародеи, — заключил Свирк, привычно поглаживая бороду, — но история достойная. Страх до костей пробирает.

— Не нужно было в мир теней соваться, — упрямо заявил Крейг, — вы ж все сами на тумаки от судьбы напрашиваетесь. И вот эта твоя жертвенность, забери меня — отпусти их. Откуда понабралась? На Таймарре такому не учат. Не уж то, темный жрец тебя пожалел после этого? Ни за что не поверю.

Само собой, не отпустил бы, однако, все я не собиралась рассказывать. Тем более о метке, что Джинна оставила. Понять, о чем она размышляла во время моего повествования, было непросто. Чародейка была очень уж задумчива. К тому же, для нее у меня отдельный разговор намечался.

Рассказ о самостоятельном путешествии чародеек во главе Лиллэ вызывал смешки, а не страх. Началось все с того, как Лиллэ уловками заставила испортить кожу Рэннэ и Джины природным пигментом, что стирался очень долго и неохотно, закончилось объединением с неуловимыми корхами — ультрамаринами, совместной схваткой с имперскими тенями. И, конечно же, Бамс, который шепелявя, припомнил Угго свой драгоценный, выбитый камнем зуб.

Продолжались посиделки, под сияние защитных атрибутов и треск пламени костра, рассказами Крейга о бабуле Хунессо. Историй о своенравной бабуле, коей внук открыто гордился, оказалось немало. «Братья по оружию» при этом выглядели угрюмо, видимо, корх успел поведать о Хунессо им ни единожды.

Вечер воспоминаний оказался плох тем, что быстро закончился. Отправившись в свою палатку, я знала наверняка, кто будет интересоваться скрытыми фактами из моего рассказа о темном жреце, поэтому засыпать не торопилась. Долго ждать не пришлось, Джинна появилась почти сразу после моего ухода. Чародейка уселась на мою импровизированную из листьев кровать, проникновенно посмотрела на меня, скрестив руки на груди и задала один единственный вопрос:

— Кто?

— Зендорк, — догадавшись о ком вопрос, ответила я, — он передал тебе кое — что.

Джинна кивнула, приготовившись слушать, но я решила пойти другим путем:

— Так кто же ты такой, Джигарр, если сам темный жрец не смог выжечь твою метку? — Я продемонстрировала свою ладонь, метка «спала». По крайне мере, своим зрением я не могла распознать ее рисунок сейчас.

— А ты как думаешь, чародейка? — На лице Джинны блеснула холодная улыбка. Я поежилась. Я все чаще забываю, что она — это темный дух, а не погибшая ассимерийка.

— Никого сильнее жреца в том мире нет, значит ты — он и есть?

— Мое имя ты узнала быстрее, чем истинную суть, Эмис. Хотя стоило бы сделать наоборот. Не произноси его больше, оно мое прошлое. И да, я был когда — то жрецом, а сейчас я — результат перерождения из жреца в нечто иное. Тьма внесла свои коррективы. Вместо того, чтобы пожрать меня, она дала шанс на спасение… как ты Торгалу, например. Так что сказал Зендорк?

— Он узрел отступника и готов занять свое место… — тихо произнесла я, наблюдая за тем, как глаза темного духа в обличии чародейки загорелись торжеством. Пожалуй, эта была ее единственная собственная, неподдельная эмоция. Эмоция обитальца хаоса, а не маски, что он на себя нацепил.

— Молодец, Эмис, от тебя больше пользы, чем я предполагал. Но этого мало. Чтобы сразиться с Ним, я должен напитаться силой. Он слишком могущественен, хранитель кристалла — атрибута.