Чародейка. Ходящая по грани

ГЛАВА 11

— Он не работает, — угрюмо констатировал Угго, вертя в руках то так, то этак антимагический артефакт, — безопасной тропы не будет, а значит придется своими жизнями рисковать.

— Артефакт станет функциональным, когда эппи удалится от нас на значительное расстояние, — добавил Свирк, рассматривая стрелку, застрявшую на шкале с максимальным уровнем магической энергии, — но удаляться она не собирается. У нее тут хозяйка.

— Плохие новости, ребята! — ворчливо сообщил Крейг отряду, участники которого уже собирались продолжить путь в Сайгорм, — из — за вашей зверушки мы все умрем!

Жуть лениво потягивалась, показательно играя перекатывающимися мышцами и выпуская острые когти. На заявление корха она насмешливо фыркнула.

— Большая часть тварей не будет представлять опасность, — заметила Лиллэ, — они не станут связываться с крупным хищником. Так что смелее, корхи. Трое чародеев смогли провести в Глуши продолжительное время и не умереть. Теперь нас гораздо больше, а значит шансы выжить увеличиваются в разы.

— Так и есть, — согласился предводитель ультрамаринов, — но заметь, большая часть тварей, а не все! Одного раза может хватить на нас всех, если мы встретим кого — то пострашнее вашей Жути.

— И вовсе ты не страшная, да? — Я потрепала Жуть по мордахе, та довольно заурчала, и хитро блеснув глазами, подставила хребет. Я провела ладонью по чешуйчатой спине.

— Я все никак в толк не возьму, — продолжал бухтеть Крейг, — как эта дева малахольная смогла эппи к себе привязать, а? Тощая, бледная, одни глаза на лице. Немощь, одним словом. У нас, на Таймарре, таких детей сразу топят, чтоб при жизни не мучались.

Сказал он это зря, ведь мгновение спустя, он оказался опрокинут огромными лапищами на землю. Клыкастая морда Жути скалилась в миллиметре от испуганного лица Крейга, а в шею корха упиралось лезвие ножа, которую держал в руках страж. Он же и дал разъяснение такой мгновенной реакции:

— Еще одно слово в ее сторону, и ты труп!

— Рррррр, — подтвердила сказанное Жуть, расплескивая тягучие слюни на лицо ультрамарина.

— Я все понял, — прохрипел Крейг. Слова давались с трудом, в легких словно воздух закончился. Тело свело от страха, поэтому, когда страж и жуткая тварь отошли в сторону, корх не сразу смог подняться на ноги.

Бамс и Свирк укоризненно посмотрели на Крейга, а Угго добавил:

— Я не стану тебя защищать. Думай своей никчемной головой, прежде чем говорить!

Когда отряд тронулся в путь, Свирк поравнялся с Крейгом, тихо объяснив ему слова предводителя:

— Не держи обиду на Угго. Он прав, хоть ты так не считаешь.

— Тогда почему он встал на сторону чародеев? — угрюмо спросил Крейг, принявший решение держаться в хвосте отряда.

— Этот атановец имел право тебя убить, Крейг. У них так принято. Особенно если дело касается их второй половины. Учти это в следующий раз. А лучше вообще в сторону этой Эмис не смотри.

— Я буду сдерживать свои эмоции, но своими глазами я буду смотреть куда считаю нужным! Как я должен был понять, что эта чародейка с ним? Может, мне и тебя теперь оскорблять нельзя? А то вдруг твоя подружка меня найдет и морду мне начистит.

— Тьфу на тебя! — Покачал головой Свирк. — А знаешь, мне даже жалко тебя не будет, если эта прорва девиц тебя найдет. Вот зрелище — то будет! — хохотнул корх.

— Не преуфеличивай свои фозможнофти, друг, — подначивал Бамс, подслушавший беседу. Он как раз собирался приободрить Крейга. Его опередили.

— Я и не преувеличиваю, — сверкнул гневными глазами Свирк, — тебе — то откуда знать сколько у меня было…

— Я Тфою рожу кафдый день вижу. Ни одной дефицы рядом не было уже год как, а мофет и по — более.

— Шел бы ты, Бамс… вон к Угго, поближе. — Свирк ткнул пальцем в сторону предводителя. — А то он там один, среди чародеев. Я тут справлюсь…

— Э нет, — хитро прищурился Бамс, — я ф стороне не фбуду, пока ты фут сказки гофоришь.

— Хватит! — махнул рукой Крейг. — Не с чем тут справляться. Я все понял, зла на Угго не держу…

По Гарровой Глуши нас вела Жуть, чутко прислушиваясь к каждому звуку враждебного для нас леса. Ренольд шел за ней, а я рядом, так как упускать из виду меня не собирались, особенно после появления в отряде других представителей. Они, кстати, держались особняком, позади. За исключением Угго, выбравшего компанию Лиллэ. Глушь оказалась достаточно шумной, ведь живых существ тут было полно. Они скрывались в растительности, на задеревенелых стволах, адаптируясь под них. Иногда рассмотреть мелкую тварь можно было только потревожив своим присутствием. В таком случае я улавливала лишь очертания существа, тогда как тело сливалось с корой растения. В прелестных и опасных пейзажах Глуши я ассоциировала себя с чем — то чужеродным, лишним. Буд — то мы нарушили покой спящего зверя, и за это обязательно должны поплатиться. В нос ударил запах свежести, сырости, подтверждая наличие впереди источника воды. И некоторое время спустя, мы обнаружили широкое кристально прозрачное озеро, обросшее вокруг широколистым Акхаром. Водная гладь манила получше всякого деликатеса, хотелось освежиться, но в Гарровой Глуши купаться было запрещено тем, кто хотел жить. Даже в стороне я могла оценить красоту подводного пространства. На дне озера росли водоросли разнообразных оттенков, ползало что — то, заключенное в панцирь, обросший мелкой голубой растительностью. Сверху плескались мелкие радужные существа с ящеро — подобными хвостами и двойными крыльями. Красота, да и только. Если бы в определенный момент из воды не вылезла зубастая пасть и одним резким щелчком челюсти не сожрала их всех. Я испуганно дрогнула в этот самый момент. Ренольд, ухватив меня за руку, прижал к себе. Жуть остановилась, грозно зарычав на обитальца глубин. А атрибут — информатор Якоба начал выбивать дробь. Отряд чародеев — корхов заозирался по сторонам, ища опасность. А она не спеша вылезла из воды, перебирая короткими толстыми лапищами. Из треугольной морды твари в разные стороны торчали длинные вьющиеся усы, глаза были маленькие и круглые, как у рыбы. Пока змееобразное тело с множеством ног вылезало из озера, корхи успели приготовить сквонны, а чародеи достать кинжалы. Удивляли две вещи: как оно поместилось в маленьком для данной твари озере, и количество зубов, оказавшихся в направленной на Жуть пасти. Тварь оказалась неимоверно габаритной, она возвысилась над нами в высоту, равной нескольким метрам, при этом, умудрившись сложить остаток своего гибкого тела в несколько колец. Я обернулась, уловив испуганно застывший на монстре взгляд Якоба. Чародей шевелил губами, неслышно что — то приговаривая, буд — то пытался вспомнить какую — то жизненно важную деталь. А я очень надеялась, что не просто так сработал именно атрибут Якоба. Он ведь найдет способ убить это страшилище? Я вопросительно посмотрела на Ренольда. Оценив противника, страж, начал оттеснять отряд назад. Значит, нам вряд ли удастся с ней справится. Помнится, мне говорили, что страж мог попробовать сразиться с эппи и даже победу одержать. Жуть прижала гибкое тело к земле, приготовившись к прыжку. Якоб остался недвижим, даже когда Ренольд попытался увести его подальше от монстра. О чем он только думал?

— Якоб! — Громко крикнула я, пытаясь вразумить чародея уходить в отступление. Бесполезно. Тот словно и не слышал вовсе, завороженно глядя на змееобразное нечто. — Жуть! — испуганно вырвалось из моих губ, когда тварь одним ударом своего толщенного хвоста смела нападающую Жуть.

Та, извернувшись, приземлилась на лапы и зацепилась ими за ствол растения, с сочным хрустом переломившееся от внезапной тяжести. Тело Жути покрылось шипами — лезвиями, источавшими смертельную ядовитую субстанцию. Эппи, уйдя от очередного удара мощным хвостом змее — монстра, вцепилась когтями в его хребет. Враждебная Гаррова тварь оглушительно взревела от боли, хотела было пронзить зубами Жуть, клацнув зубами в месте поражения, но та, одним прыжком, уже успела подобраться ближе к шее змееподобной. Монстр Глуши завертелся словно юла вокруг своей оси, скручиваясь в пирамидку из множества колец, кожа его покрылась слизью. Не удержавшись, Жуть соскользнула вниз, попав в капкан из колец, которые ощутив добычу внутри себя, мгновенно начали сужаться. Как эппи не пыталась вырваться из смертельной хватки, склизкое тело не давало возможности ухватиться. Змее — монстр в предвкушении пускал слюну, ощерив пасть, усеянную бесконечным множеством зубов.

— Жуть! — понимание того, что вот — вот мою эппи просто задушат, выбило из меня чувство самосохранения.

Я дернулась в сторону убиваемой, но Ренольд резким движением вернул меня обратно и прижал к себе так, чтобы у меня не оставалось возможностей для маневров:

— Ты ее не спасешь, Эмис. Это самоубийство.

— Но мы должны ей помочь! — Никак я не хотела осознавать, что мы должны просто оставаться в стороне. Жуть никогда бы так не поступила.

— Ренольд… — я умоляюще посмотрела на стража, из глаз самопроизвольно потекли слезы, — она же спасла нас тогда!

— Хорошо, — сквозь зубы произнес страж, — но ты стоишь тут и ввязываешься, чтобы не происходило! Обещаешь мне?

Я кивнула.

— Ты пообещала, — проникновенно посмотрели мне в глаза, а затем оставили.

Ренольд оголил два дугообразных лезвия и бросился к твари, увлеченной сейчас только мыслью о пойманной добыче. Кстати, яд эппи на нее совершенно не действовал. Значит, она уже имела дело с подобными тварями глуши, возможно даже попробовала на зуб. То, как перемещался страж, напомнило мне фильм со спецэффектами, это было нереально. Я завороженно наблюдала, как Ренольд перескакивал с одного растения на другое, чтобы незаметно подобраться к змее — монстру поближе. Он делал это, буд — то всю жизнь проработал гимнастом, и преодоление большого расстояния между объектами — это сущая мелочь. А земное притяжение? Казалось, это закон сейчас не действовал. Ведь мощное и неоспоримо тяжелое тело стража выполняло такие кульбиты с переворотами, что я просто не могла поверить собственным глазам. Теперь, добравшись в плотную к змее — монстру, Ренольд в несколько прыжков по движимым кольцам, между прочим, источающим слизь, оказался в аккурат у шеи монстра. Оттолкнувшись, страж все же соскользнул с тела змеюки, поэтому траектория полета была не столь удачной, как планировалось, и лезвие прошмыгнуло мимо шеи Гарровой твари. Но та совершила неосторожность, заметив Ренольда и приблизив к нему пасть с остроконечными зубами. Второй дугообразный меч вошел в челюсть твари по рукоять. Такой маневр лишь разозлил змее — монстра, и воткнутый в пасть меч ей словно и не мешал вовсе. Тварь вскинула огромный хвост, точным ударом откинув им стража. Ренольд не стал ждать смертельного удара о поверхность, а сгруппировался, перевернулся в воздухе и зацепился за ветвь Акхара. Хватка смертельных колец Гарровой твари ослабла, поэтому Жуть смогла выбраться. Не мешкая, Эппи снова набросилась на змеюку, вцепившись в ее хребет когтями. Пока змее — монстр пытался достать одну через чур ловкую цель, вторая уже прицеливалась к слабым местам твари. Мощи в змее — монстре было немерено, и казалось, усталости в ней нет совсем. Приноровившись, тварь успевала отвечать на выпады обоих противников, которые, между прочим, могли вскоре выдохнуться и потерять былую прыть. Тонкий свист, и двусторонний топор молниеносным росчерком прилетел из «зеленого укрытия», прямо в глаз монстру. Тварь оглушительно взревела.

— Точное попадание! — Гордо заявил Свирк, стоя на ветке широколистного растения. — Спорим, тебе не удастся повторить мой успех. — Обратился он к Крейгу, обосновавшемуся внизу, у того же Акхара.

— Посмотрим, — широко ухмыльнулся Крейг, ожидая команду от Угго.

Еще один свистящий звук, и тварь взревела еще громче. Из второго глаза торчала стрела.

— Пока ты тут сидишь, эта чародейка забрала твою победу! — Смешливо произнес Свирк, указывая на Лиллэ, которая снова натягивала тетиву.

— Ну уж нет! — прорычал Крейг. — Я покажу тебе, как правильно Стяггов убивать. Ты думаешь, оставшись без глаз, оно менее прытким станет? Это лишь разозлило его.

В доказательство сказанного, тварь буд — то озверела, работая своим хвостом так, что окружающая растительность разлеталась, разбившись в щепки. Теперь нападающим приходилось еще хуже. Задеревенелые куски коры Алькхара были острыми, и запросто могли покалечить.

Дождавшись команду от Угго, корхи рассредоточились вокруг змее — монстра, поочередно нанося удары. На радость отряду Гаррова тварь наконец начала терять силы и преимущество из — за количества колотых ран. Осознав свое поражение, тварь жалобно взвыла, издавая своеобразные гортанные звуки.

— Что? — подивился Угго, отступая. — В укрытие всем!!!

— Да ты что! Её ж добить нужно! — не согласился Крейг. — Совсем немного осталось.

— Тварь тут не одна!!! Это призыв к помощи у Стяггов. — говоря это, командир ультрамаринов начал отступление. — По сути своей они одиночки, но в период брачных игр рядом может оказаться другая.

— Все верно, — подтвердил Ренольд, — быстро уходим! Если к нам явится самец — Стягг, нам всем точно конец! Он втрое больше.

Жуть опасливо заозиралась, издав что — то наподобие жалобного шипения. Потому что из зарослей Глуши вылезла огромная треугольная голова, обрамленная кожистым венчиком. Тварь была аналогична другой, только значительно массивней. Приметив почти убитую самку, Стягг зловеще оскалился.

Бамс, не теряя время даром, запустил в зверюгу большой такой камень, который мог умудрится оторвать с земли, да еще и подбросить только такой здоровенный детина, как он. Правда, Стягга данный камушек не впечатлил, он оказался на один зубок, что наглядно и было продемонстрировано. От щелчка пасти Гарровой твари камень превратился в труху, а злости у оной не убавилось. Отряд чародеев — корхов застыл в ожидании, теперь бег будет лишь причиной к первой атаке Стягга. Тварь не спешила, накручивая вокруг себя все больше колец и вырастая все выше. Казалось, тело Стягга было нескончаемым. По моим примерным расчетам, он уже достигал высоты многоэтажки, а хвост так еще и не появился.

— Единственный способ спастись хоть кому — то — бежать в рассыпную, — Угго наблюдал за тварью, все больше впадая в отчаяние, — но не нужно забывать, что тварей две.

— Забыть об этом сложно, — с ухмылкой заметил Ренольд, — не вариант. По одиночке нас сожрут еще быстрее. Посадим чародеек на Жуть, а мы примем бой. Пока мы будем отвлекать чудовищ, им удастся оторваться на значительное расстояние.

— Я с вами, — Лиллэ натянула тетиву, примеряясь к Стяггу, — слабое место этой твари шея?

— Только та часть, которая находится непосредственно под челюстью. Там брони нет. Но зверь ее защищает, непросто подобраться. — Ответил Ренольд, не препятствуя тому, что лилово — кожая решила остаться.

— И я останусь, — заявила я, на что получила жесткое и безапелляционное" Нет!» — я беспокоюсь за Якоба, он так и не сдвинулся с места.

— Ты, Рэннэ, Джинна и Якоб, — перечислил страж, — садитесь на Жуть и мчите, как можно быстрее.

— Куда? — маршрут решила сразу уточнить, чтобы недопониманий не было.

— Уходите из Глуши, — выдохнул страж, — как можно дальше от Сайгорма, Эмис. Я тебя одну не отпущу в руки к императору и армии теней, что вокруг него собралась.

— Как же наша общая миссия? — Недоумевала я.

— Любые наши движения я передавал через атрибут — информатор. Совет чародеев будет в курсе и отправит другой отряд. Дождитесь его. Вот. — Ренольд отдал мне свой чаро — атрибут, показав, как связываться с советом.

— А как же… вы?

— Мы постараемся задержать Стягга. — улыбнулся страж, проведя рукой по моим волосам. — Не беспокойся. Я и не из таких передряг живым выходил, и для корхов рисковать жизнью не ново.

— Но! Я никуда не пойду без тебя и Лиллэ! — Грозно заявила я, дав понять, что слушать в этот раз стража никто не собирается.

— Жуть! — Подозвал Ренольд, и та без возражений подставила свою мускулистую спину для меня.

— Предательница, — упрекнула свою эппи. Та лишь насмешливо фыркнула. Ну да, ей моя безопасность была важнее, чем моя решимость остаться.

Так как сама забираться на спину Жути я не собиралась, Ренольд сам меня усадил на нее, отметив:

— Раз уж мы перешли на ты, Эмис, а для атановцев это кое — что значит, обещай, что будешь меня ждать.

— Нет! — грозно выпалила я. — Потому что я никуда не ухожу!

— Упрямая, — усмехнулись некоторые, — и воинственная, — это я попыталась спрыгнуть с эппи, но мне ожидаемо не дали, а затем и вовсе поцеловали.

Замерла от неожиданности, отметив, что теперь поцелуй стража отозвался жаром в груди. По телу пробежала будоражащая волна. От такой нежности мое сознание унесло далеко от Глуши и всех неприятностей. Пока я витала где — то в облаках, Рэннэ успела забраться на Жуть, а вот Джинна была откровенно против отступать, о чем и сообщила, пренебрежительно сморщив точеный носик:

— Ну уж нет, никаких отступлений, страж, — сказав это, Джинна направилась прямо к чудищу, которое уже демонстрировало всего себя в полной красе.

Оно, действительно, по величине превосходило самку Стягга в несколько раз. Отличал самца широкий кожаный венчик вокруг шеи с острыми шипами и костяные наросты вдоль хребта, напоминающие керамические лезвия. В руках Джинна сжимала два чаро — кинжала. Против твари, подпитанной энергией хаоса, такое оружие более эффективно. Главное знать, куда ударить. И под общее негодование и оклики, чародейка просто бросилась в объятия смерти. Наблюдать за тем, как Джинна совершает необъяснимые здравой логикой маневры было очень волнительно. Я понимала, что внутри чародейки находился дух из мира теней, но сердце все — равно щемило от страха за нее. Страж был спокоен в отличие от меня, он смотрел на Джинну оценивающе, все — таки историю об одухотворении чародейки злым духом я ему поведала. И свое обещание не вредить Джинне он исполнил, а вот защищать ее страж не собирался — чем меньше теней ходит по миру живых, тем лучше. Даже если временно цель с непонятной сущностью у них была одинаковая. На Якоба участие Джинны в смертельной схватке произвело эффект ушата холодной воды, выплеснутого в лицо, ибо кое — кто наконец пришел в себя.

— Джинна! — Отчаянно крикнул он, бросившись за чародейкой.

— Идиот! — Сквозь зубы ответила чародейка, вонзая кинжалы под челюсть ослабленного Стягга. Я и заметить не успела, как та забралась на тварь, подобравшись к ее шее.

Гаррова тварь упустила Джинну, за что поплатилась жизнью. Зрения она была лишена, а чутье зверя подвело ее. Чародейка не пахла живым существом, от нее разило энергией хаоса, коей была пропитана вся Гаррова Глушь, чьи эманации для твари был своими, родными. Зато самец Стягг причину внезапной смерти узрел и бросился убивать назойливую муху, которая на первый взгляд, не выглядела опасным противником. Удары шипастым хвостом по удивительно изворотливой чародейке прорывали борозды на земле, уничтожая все, чем она была покрыта. Зверь молотил хвостом, пытался схватить мелкое существо зубастой пастью. Мимо. Поймать чародейку не удавалось, слишком ловкая. Данный факт привел зверя в ярость, нужно было придумать другую стратегию, чтобы уничтожить назойливую муху. А Стягг, как и любая тварь из Глуши высшего порядка, был способен применять разум. Своим длинным змееподобным телом он окружил весь отряд, оставив значительный кусок хвоста для тех, кто мог попытаться сбежать из капкана. Тело твари покрылось слизью, а на костяных шипах выступила жидкость, очевидно ядовитая. Но сначала нужно было уничтожить убийцу самки, поэтому Стягг уделил ей особо пристальное внимание. Каким бы злой дух в обличии чародейки юрким не был, находился он в человеческом теле — слабом и имеющем свойство быстро растрачивать энергию. Пока чародеи и отряд ультрамаринов делали тщетные попытки выбраться из живого капкана, а ловушка была высокой и ядовитой, Джинна пробовала достать Стягга через уязвимую зону. Самца убить оказалось гораздо сложнее. Кроме всего прочего, мешала кожистая защита вокруг головы.

Якоб судорожно вспоминал последний игридиент вещества. Он прекрасно понимал, почему сработал именно его атрибут — информатор. Все было готово для использования, вещества смешаны и распределены по стеклянным колбам, кои он всегда носил с собой, как матерый химик. Осталось только выбрать один компонент. Чаро — атрибут должен был его выдать в сочетании с готовым веществом, как средство к спасению. Вариантов было несколько, однако, не до экспериментов сейчас. А что если он ошибется, и поднимет на воздух всех рядом стоящих, а не только тварь? Решимости прибавил тот факт, что Джинна выбилась из сил, так же, как и весь отряд, участвовавший в схватке с первой тварью. Представил себе нужное вещество, факт смешивания с другими компонентами, еще необходимо было убрать воздух, так как именно он и являлся катализатором. Чародей ощутил в руках несколько появившихся колбочек с крышками — предохранителями и готовой смесью, победно улыбнулся и бросился к пасти твари. Та, заметив приближение Якоба, приглашающе разинула пасть. Чародей нажал на крючок крышки до щелчка, теперь нужно было несколько секунд, чтобы заслонка отодвинулась в сторону, впуская воздух. Этого времени хватило чтобы закинуть колбу в пасть Гарровой твари, и увернуться от толчка Джинны, пришедшей на помощь «нерадивому чародею»:

— Свихнулся?

Мгновение и раздается оглушительное «Бах», сопровождаемое салютом из раздробленной плоти Стягга. Хорошее в этом было то, что зверь повержен, плохое — тварь ядовита. Поэтому отряд рванул быстрее ветра из разомкнувшегося кольца. Если кто — то был ранен в бою, ну, или наглотался ядовитой кровушки — ему сладко не придется.