Чародейка по соседству (СИ)

Глава 30

Губы Кристиана накрыли мои с такой силой, что дыхание перехватило. Я и не знала, что в нём живёт такая буря.

На мгновение я застыла, ошеломлённая, а потом ответила. Вцепилась пальцами в его рубашку и притянула ближе, отдаваясь безумию. Гнев, злость, напряжение последних дней — всё выплеснулось в этом поцелуе.

Кристиан прижал меня спиной к шершавой коре. Я задыхалась, но не могла оторваться. Не хотела.

А потом…

Его губы переместились на шею, оставляя горячий след на коже, и я невольно застонала, запустив пальцы в его волосы.

— Ты сведёшь меня с ума, — прошептал он в изгиб моей шеи, его дыхание обжигало. — Совсем с ума...

— Тогда... мы квиты, — выдохнула я, притягивая его лицо обратно к своему.

Мы целовались снова и снова — долго, страстно, теряя ощущение времени. Где-то далеко пели птицы, шумел ветер в кронах, но я слышала только бешеное биение собственного сердца и прерывистое дыхание Кристиана. Его руки дрожали там, где касались меня — едва заметно, но я чувствовала эту дрожь всем телом.

А затем, так же внезапно, как всё началось, Кристиан резко отстранился.

Он отошёл на шаг, потом ещё на один, тяжело дыша. Провёл рукой по лицу, по взъерошенным волосам.

— Это... — он закрыл глаза. — Это не должно было произойти.

Я прислонилась к дереву, пытаясь восстановить дыхание. Ноги предательски дрожали. Губы горели.

— Но произошло, — выдохнула я.

Он открыл глаза и посмотрел на меня. В его взгляде — столько всего. Желание. Вина. Отчаяние. Что-то ещё, чего я не могла разгадать.

— Это ошибка… Я не могу дать тебе то, что ты заслуживаешь, — тихо сказал он. — Я... Эмилия, я опасен. Для тебя. Для всех вокруг. Ты должна уехать...

Мы стояли, глядя друг на друга. Между нами — всего пара шагов и пропасть невысказанного.

Что-то внутри меня надломилось. Словно тонкая нить, что не позволяла упасть всё это время, внезапно оборвалась.

— Ошибка, — повторила я, и мой голос прозвучал чужим. Холодным. — Значит, то, что только что было между нами — ошибка?

Кристиан сжал кулаки так сильно, что костяшки побелели.

— Эмилия...

— Нет, — я подняла руку, останавливая его. Горло сжималось, но я заставила себя говорить. — Ты только что... Боже, Кристиан, ты только что целовал меня так, будто я — воздух, которым ты дышишь. А теперь говоришь, что это была ошибка?

— Именно поэтому ты и должна уехать! — его голос сорвался. — Разве ты не понимаешь? Я теряю контроль рядом с тобой. А когда я теряю контроль...

— Что? — я сделала шаг к нему, и он отступил. Это движение ранило сильнее любых слов. — Что происходит, когда ты теряешь контроль? Ты целуешь меня? О, какой кошмар!

— Ты не понимаешь...

— Потому что ты не объясняешь! — голос предательски дрогнул. — Ты говоришь загадками, отталкиваешь меня, а потом... потом происходит это. И снова отталкиваешь.

Я обхватила себя руками, пытаясь унять дрожь. Не от холода. От боли, которая разливалась по груди.

— Знаешь, что самое жестокое? — продолжила я тише. — Ты даёшь мне надежду. На секунду, на мгновение я думаю, что... что я тебе не безразлична. А потом ты забираешь это обратно. Как будто имеешь право играть с моими чувствами.

— Я не играю! — он резко развернулся, ударив кулаком по стволу дерева. Кора треснула. — Чёрт возьми, Эмилия, если бы это была игра, всё было бы проще!

— Тогда что это? — мой голос сломался окончательно. — Что это, Кристиан? Потому что я устала гадать. Устала от того, что ты смотришь на меня, как на что-то ценное, а потом говоришь, что я должна исчезнуть из твоей жизни.

Он медленно повернулся ко мне. В его глазах стояла такая боль, что у меня перехватило дыхание.

— Ты и есть ценная, — прошептал он. — Именно поэтому я не могу... Эмилия, есть вещи, которые ты не знаешь обо мне. Вещи, которые...

— Которые что? Заставят меня сбежать с криками? — я усмехнулась, но вышло криво, надломлено. Ком подступал к горлу вместе со слезами. — Новость дня, Кристиан — я всё ещё здесь. После всех твоих попыток меня оттолкнуть, после всех предупреждений об опасности. — Голос срывался с каждым словом. — Я. Всё. Ещё. Здесь.

Он вздрогнул, словно я ударила его.

— Я должен был с самого начала отправить тебя домой. — Его голос звучал глухо. — Но я не был достаточно настойчив. Потому что ты… потому что…

Он замолчал, сжимая и разжимая кулаки. Я видела, как пульсирует жилка у него на шее.

— Потому что я была твоей маленькой фантазией? — слова жгли горло огнём, но я заставила себя произнести их. — Так? Тебе было скучно в твоём проклятом замке, и ты развлекался. Играл в нормальность. А теперь игра закончилась, и мне пора уходить?

— Нет! — он шагнул ко мне, но остановился на полпути, словно наткнулся на невидимую стену. — Нет, ты никогда не была игрой. Ты... — его голос сломался. — Ты стала всем. И именно это меня пугает до чёртиков.

Мы смотрели друг на друга. Я видела, как он борется с собой.

— Я тебе не верю. Не верю! И не смей больше ко мне приближаться. Понял? Не смей!

По щеке скатилась горячая слеза. Потом ещё одна. Я не пыталась их остановить — не было сил притворяться сильной.

Кристиан пристально смотрел на мои слёзы. Он поднял руку — медленно, осторожно, словно хотел стереть их, но замер в сантиметре от моего лица.

— Прости меня, Эмилия. Прости...

— Отстань. — бросила я.

Его рука опустилась. Лицо стало маской.

Я закрыла глаза, чувствуя, как внутри что-то окончательно сломалось.

Когда я открыла глаза снова, то уже взяла себя в руки. По крайней мере, внешне. Подняла подбородок, стёрла слёзы тыльной стороной ладони.

— Забудь обо всём, что случилось, — сказала я. — И пошли собирать проклятые травы.

Я развернулась, не дожидаясь ответа, и нырнула в чащу. Ветки хлестали по лицу, цеплялись за волосы, но я не замедляла шаг. Только бы не оглядываться. Только бы не видеть его лица.

Дура, ты, дура, Эмилия!

Так-то.