Чародейка по соседству (СИ)

Глава 32

— Я принесла... дары, — сказала я.

Хранитель медленно приблизился. Его движения были плавными, будто он скользил над землёй, не касаясь её. Остановился у ближайшей лунки с посажеными семенами. Наклонился, и из-под плаща показалась рука — бледная, почти прозрачная, с длинными, тонкими пальцами-костями.

Коснулся земли.

И произошло чудо.

Семена мгновенно проросли. Побеги пробились сквозь почву, потянулись вверх, разворачивая листья. Вереск расцвёл лиловыми колокольчиками, папоротник развернул изящные листья, мята заблагоухала свежестью.

Всё это — за несколько секунд.

— Хорошо, — зашептали голоса. — Ты держишь... слово. Месяц... ещё не истёк. Но я вижу... Твоё намерение... чисто.

Хранитель выпрямился и повернулся к Кристиану. Две светящиеся точки уставились на него из глубины капюшона. Я почувствовала, как Кристиан напрягся, готовый в любой момент ринуться в бой.

— А ты, — голоса стали глубже, тяжелее. — Ты по-прежнему несёшь... тьму. И боль. Старую боль... что гноится... внутри.

Пауза. Я едва дышала.

Кристиан не ответил. Только сжал кулаки.

Хранитель снова обернулся ко мне. Протянул руку, и я увидела, как в его ладони материализовался маленький мешочек из какой-то переливающейся ткани.

— Возьми, — прошептали голоса. — Семена... лунного цвета. Посади... у своего дома. Они... будут защищать. От тех... кто придёт... с дурными намерениями.

Я осторожно взяла мешочек. Он был прохладным и почти невесомым, будто сотканным из лунного света.

— Спасибо, — прошептала я.

— Лес... принимает... твой дар, — зашелестело вокруг. — Отныне тебе разрешено здесь находиться. Но всегда помни об уважении.

Хранитель начал рассеиваться. Его фигура таяла, превращаясь в клубы тумана, а затем и туман исчез, будто его и не было.

Воздух снова стал тёплым. Птицы заголосили. Ветер зашелестел листвой.

Я выдохнула и осознала, что всё это время почти не дышала.

— Ты в порядке? — хрипло спросил Кристиан, оборачиваясь ко мне.

— Да, — кивнула я, крепче сжимая мешочек с семенами. — Он... он был не таким страшным, как в прошлый раз.

— Потому что ты выполнила обещание, — Кристиан, наконец, расслабился, убрал руку от ножа. — Такие существа ценят это превыше всего.

Мы стояли посреди леса, окружённые только что выросшими растениями, и смотрели друг на друга.

— Он сказал, что ты несёшь тьму, — тихо произнесла я.

Кристиан отвернулся.

Я шагнула к нему, коснулась его руки.

— Кристиан...

— Нам пора, — оборвал он, но не отстранился. — Темнеет. А в лесу после заката... небезопасно.

Я хотела возразить, настоять на разговоре, но увидела в его глазах такую усталость, что передумала. Не сейчас. Потом. Обязательно потом.

— Хорошо, — согласилась я. — Пошли домой.

Обратный путь был долгим и молчаливым. Корзины ломились от редких трав и растений, которых я никогда раньше не находила. В кармане покоились драгоценные семена лунного цвета.

Солнце клонилось к закату, окрашивая небо в оттенки розового и золотого, когда мы, наконец, вышли из леса.

Дым из трубы был виден издалека — тётя Элизабет готовила ужин. Запах жареного мяса и свежего хлеба заставил живот предательски заурчать.

Кристиан остановился. Посмотрел на меня долгим, изучающим взглядом.

— Я всё равно не уеду, — сказала я.

Он криво усмехнулся.

— Я уже понял, что с тобой бесполезно спорить.

Мы смотрели друг на друга, и я поймала себя на том, что тону в его глазах. И испугалась. Испугалась своих чувств. И тогда вдруг подумалось: а не стоило ли прислушаться к настоятельным просьбам Кристиана уехать с самого начала? Вздохнула. Теперь уже поздно об этом жалеть. Кажется, я влюбилась по самые уши.

— Тётя Миля! Дядя Крис! — радостный крик разрушил момент.

Анжелика выбежала из дома и помчалась к нам, чуть не спотыкаясь о собственные ноги. Следом, вытирая руки о передник, вышла тётя Элизабет.

— Ну наконец-то! — воскликнула она. — А мы уж думали, заблудились вы там! Ужин стынет!

Кристиан отступил на шаг.

— Сейчас, — буркнул он и направился к себе. — Переоденусь и приду.

Я смотрела ему вслед, пока он не скрылся за дверью своего дома.

— Что это вы, не поругались ли часом? — проницательно произнесла тётя Элизабет, когда я поднялась на крыльцо.

— Нет, — я постаралась сделать равнодушное лицо.

— Ага, конечно, — она прищурилась. — Ты вся такая... И он на тебя смотрит так, будто... — она замолчала, покачала головой. — В общем, идём. Нужно травы разобрать, пока совсем не стемнело.

Я прошла в дом, поставила корзины на стол и принялась раскладывать свою добычу. Руки двигались автоматически, но мысли были далеко.

В лесу. У дерева. В его объятиях.

Я коснулась пальцами губ, всё ещё хранивших память о его поцелуях.

Что же происходит между нами?