Цвет верности – синий

Глава 42. Песец

Кристина

— Ну, как тебе бал? — привлёк меня к себе в объятия Рэнди, когда мы уже вернулись в свои гостевые покои во дворце.

Роэнлин с нами не пошёл: заявил, что будет ночевать в саду, под окнами покоев своей истинной пары.

А то, что её комната находилась на третьем этаже, его ничуть не смущало.

— Было волнительно, интересно и немного утомительно, — искренне отозвалась я. — А фуршет в самом конце оказался очень вкусным и сытным. Скажи честно: что тебе сказал муж Маргариты? Я сильно переживала, когда вы с ним отправились «на мужской разговор». Была почти уверена, что вы подерётесь.

— Я бы победил, — небрежно повёл плечом оборотень. — Но Ральф неожиданно оказался хорошим мужиком. Ему реально не повезло с женой. И он твёрдо намерен подать на развод. Попросил меня не выдвигать против Маргариты никаких обвинений до расторжения его брачных уз. Он не хочет, чтобы этот грандиозный скандал опорочил его фамилию.

— Им приказал пожениться сам король, — отметила я. — Для развода нужен очень веский повод.

— Он имеется, — заверил супруг. — Рита всё это время пила зелья, предохраняющие от беременности, но намудрила с дозировкой и в итоге осталась бесплодной. А герцогу Дагеру нужен наследник. Так что даже если Рита включит сейчас всё своё обаяние и попытается наладить семейную жизнь с Ральфом, у неё ничего не получится.

— Надо же, какой поворот… — удивилась я. — Зря Рита так поступила. Теперь, после исцеления, Дагер очень даже симпатичный мужчина, — сказала я и заметила, как в глубине зелёных глаз полыхнули ревнивые искорки. Быстро добавила: — Но он не сравнится с тобой, конечно же.

Плечи супруга сразу расслабились.

— Как бы то ни было, я не собираюсь никому мстить. Рита сама себя наказала. Наверное, этот бал был последним в её жизни. Ей придётся отправиться в дальнее захолустье — доживать свои дни. Не думаю, что кто-то захочет жениться на бесплодной даме с сомнительной репутацией, которая первого мужа обвинила в измене, а от второго не пожелала иметь детей. Теперь, куда бы она ни пошла, её везде настигнут пересуды. Её имя будет покрыто позором до конца её дней. Наверное, ни один враг не мог бы испортить ей жизнь так, как она сделала своими собственными руками.

— Согласна, — кивнула я.

— Но довольно о ней и о Дагере. Я весь день ждал, когда мы наконец-то останемся одни, — заявил Рэнди.

Его губы принялись сладко порхать по моему лицу и шее, разгоняя карамельные мурашки.

— Как хорошо, что Роэнлин успел активировать полог тишины на всю комнату, — горячо выдохнул мне на ухо оборотень.

Подхватив на руки, он понёс меня на кровать.

Его ладони принялись жадно оглаживать всё моё тело, а губы и язык обрушили огненно-медовые поцелуи.

Проявив недюжинную сноровку, Рэнди быстро расшнуровал корсет платья и избавил меня от одежды.

Я млела под ураганом его ласк, чувствуя себя самой счастливой и самой желанной женщиной в мире.

Уснула я уже под утро, погрузившись в глубокий безмятежный сон после очередной вспышки запредельной эйфории.

Разбудило меня ощущение того, что на меня кто-то пристально смотрит.

Распахнув глаза, убедилась, что это чувство меня не подвело.

— С добрым утром, любовь моя, — улыбнулся мне Рэнди и поцеловал в плечо.

— Ты что, всю ночь не спал — смотрел на меня? — удивилась я, сладко потягиваясь.

— Любовался, — честно признался он и добавил: — И обдумывал всю эту странную ситуацию. С нами, с эльфом, с орками.

— И что ты в итоге надумал? — поинтересовалась я.

— Надо поскорее покинуть дворец Фридриха, — ответил супруг. — Нельзя здесь задерживаться, ни под каким предлогом. Поверь мне: он злится, хоть и не показывает этого. Его раздражает, что тот, кого он выгнал из страны, посмел вернуться с триумфом и обрёл счастье. А ещё он был крайне недоволен, что на балу ему досталось мало внимания от подданных. Главной фигурой вечера был твой отец. А то, что Орг исцелил Дагера в обход Фридриха, и вовсе привело короля оборотней в тихую ярость. Однозначно нужно ждать подставы.

— Он король оборотней. А какой у него самого зверь? — спросила я.

— А на кого он похож, как ты думаешь? — вскинул бровь Рэнди.

— На песца, — ответила я не задумываясь.

— Ты совершенно права, — подтвердил мою догадку супруг. — Фридрих — чёрный песец.

— А его дочери? Какой зверь у Альмиры? — уточнила я. — Наш эльф сможет с ней ужиться?

— Конечно, — фыркнул мой супруг. — Она же его истинная пара. К тому же Альмира пошла в мать, она лисичка.

— Понятно, — улыбнулась я.

Рэнди потянулся к моему животу с поцелуями, но его прервал стук в дверь.

Натянув одеяло до подбородка, я громко отозвалась:

— Войдите!

— Здесь полог тишины, синеглазонька. Нас не услышат, — пояснил Рэнди.

Соскочив на пол, он быстро облачился в штаны и пошёл открывать.

В комнату вошёл мрачный Роэнлин.

— Надеюсь, я не потревожил ваш сон, — он с обречённостью рухнул в кресло.