Соболев
Я был очень рад тому, что результаты анализов у Лакиной отличные, и она может выносить и родить нам с женой здорового ребёнка. Всё это время, пока проводилось обследование, я Оле не говорил ни слова. Мы с ней и так уже многое прошли, пережили череду неудач, поэтому мне не хотелось её лишний раз расстраивать. Была бы моя воля, я и сейчас бы ей ничего не сказал. А сообщил бы, когда ребёнок родится. Тем более что у нас ещё остался один эмбрион. Но я прекрасно понимаю, что не имею на это право.
Поэтому сегодня я решил поделиться с любимой хорошей новостью.
— Привет. — Я поцеловал жену, которая сидела в кресле и читала книгу.
— Привет, любимый. — В ответ она поцеловала меня. — Ты сегодня рано.
— Я отложил все дела, потому что у меня для тебя есть очень важная новость. — Я присел около жены и взял её за руку.
— Какая? — улыбаясь, спросила она, отложив книгу.
— Я нашёл нам девушку, которая будет вынашивать нашего ребёнка. — Радостно рассказал я новость, но почему-то реакция Оли была не такой, как я ожидал.
Вместо того чтобы радоваться, она наоборот напряглась. Мне даже показалось, что эта новость её не обрадовала, а огорчила.
— Ты не рада? — искренне удивился я.
— Рада, — тут же пришла в себя Оля, — просто это так неожиданно. Ты уверен, что она нам подойдёт?
— Да, уверен. — Ответил я. — У неё очень хорошие анализы, она здорова. И у неё уже есть ребёнок.
— Глеб, я, правда, рада, — Оля взяла меня за руки, — просто я не хочу новых неудач. Я устала ждать, а потом расстраиваться, страдать, плакать. Ты уверен, что нам это нужно сейчас? Я еще от предыдущих неудач в себя прийти не могу. — Любимая посмотрела на меня жалобным взглядом.
— Родная, — я поцеловал руки жены, — я тебе обещаю, что на этот раз у нас всё получится. — Пообещал я ей. — Вот увидишь, на этот раз наша мечта осуществится, и мы с тобой наконец-то станем родителями.
Не знаю, но мне почему-то казалось, что на этот раз у нас точно появиться малыш. Что мы с Олей станем, наконец, счастливыми родителями. И все эти долгие попытки увенчаются успехом.
— Ну, так что, пробуем? — спросил я, естественно желая услышать от жены положительный ответ.
— Хорошо. — Немного подумав, ответила она.
— Тогда давай завтра вместе поедем в клинику, и ты там познакомишься с Кариной, она будет вынашивать нашего ребёнка. — Предложил я Оле.
— Глеб, ты только не обижайся, — любимая жалобно посмотрела на меня, — но давай ты поедешь один. Я пока не готова ко всему этому. Давай я познакомлюсь с ней, когда эмбрион приживется, и пройдут все риски.
— Хорошо. — Согласился с ней я.
Хотя, если честно, мне было немного обидно от того, что Оля отказалась ехать завтра со мной. Мне казалось, что этот путь мы должны пройти вместе. Но хоть я и расстроился, но вида не показал.
Может всё происходит слишком быстро, и Оле просто нужно привыкнуть к этой мысли. Да, наверное, это так и есть.
Поэтому я больше не стал настаивать на её поездке, и утром в центр поехал один.
Карина
Вот и наступил тот день, после которого уже не будет пути назад. Сегодня я должна буду подписать договор, по которому буду обязана выносить и родить ребёнка для супругов Соболевых.
Пока всё это было лишь на словах, я не до конца осознавала это. Но когда дошло до главного, я поняла, что очень боюсь. Нет, я не боюсь самой процедуры, беременности или родов. Я боюсь, что не смогу отдать этого малыша. Хотя сама себя постоянно убеждаю в том, что этот малыш будет мне абсолютно чужой. Убеждаю себя и в том, что я должна это сделать, в знак благодарности за то, что Соболев спас жизнь моему сыну. И сейчас мой мальчик уверенно идёт на поправку.
И в то время, пока я радуюсь успехам своего сына, Соболевы мечтают о своём ребёнке.
Я убеждаю себя в этом во всем постоянно, но легче мне не становится.
— Ты как? — спросила Зоя, которая пришла ко мне с утра пораньше, чтобы поддержать.
— Я не знаю. — Я растерянно пожала плечами. — Мне страшно. — Добавила я. — Мне очень страшно.
— Бедняжка ты моя. — Прошептала подружка и, подойдя ко мне, обняла меня словно маленького ребёнка. — За что тебе только все эти испытания?
— Значит так должно быть. — Пожала плечами я.
Да я и сама постоянно задаюсь вопросом, за что нам с Ваней всё это? Что мы такого с ним совершили, что так жестоко расплачиваемся?
Но сколько бы я не задавалась этим вопросом, ответ найти так и не смогла.
— Слушай, а может Антонина Викторовна права, и тебе стоит отказаться ото всего этого. Она квартиру продаст, мы с Риммой тоже тебе поможем. — Предложила подруга. — Выкрутимся.
— Нет. — Решительно ответила я. — Я сделаю то, что обещала. Я не могу иначе. Это будет не честно по отношению к Глебу и его жене.