Долгий путь к счастью (СИ)

Глава 57

Соболев

Уже целый месяц как в моём доме живёт Карина, мать моей дочери. Та, которая появилась в моей жизни так внезапно, бросившись под колёса моей машины, и та, которая перевернула мою жизнь с ног на голову.

И чем дольше Лакина была со мной рядом, тем чётче я осознавал то, что она очень важна для меня. И уже не просто, как биологическая мама для Евы. А как женщина, желанная и любимая женщина.

Я начинал чувствовать Карину, её настроение, её боль. На долю этой хрупкой, но в тоже время сильной девушки выпали очень тяжёлые испытания. Но она выдержала, не сломалась. Да она и сейчас готова бороться дальше, теперь уже ради своих детей.

Но всё, хватит с неё, теперь эта девочка должна стать счастливой. И я сделаю для этого всё.

Как я раньше не разглядел, какая она? Добрая, нежная, сильная. А сейчас я прекрасно понимал, что люблю Карину, всё сердцем, всей душой. Но говорить пока о своих чувствах ей не спешу. Потому что и сам причинил ей немало страданий. И сейчас не словами, а поступками я должен ей доказать, что я именно тот человек, который сможет сделать её счастливой и с которым она будет в безопасности.

И для начала я решил устроить праздник в честь дня рождения Вани. Этого маленького, но такого же сильного, как его мама, мальчика.

Пусть счастье и радость уверенно входят в жизнь Карины и её сына. А я со своей стороны сделаю для этого всё возможное и невозможное.

Карина

Вот и наступил день рождения Вани. Сегодня моему сыночку исполняется четыре года. Но за эти четыре года, моему мальчику уже столько всего пришлось пережить, что я едва вспоминая это, содрогаюсь от пережитого ужаса. И раз за разом благодарю судьбу за то, что тогда на зимней дороге повстречала Глеба.

И сегодня мы вместе с Соболевым, заполнив комнату Вани воздушными шариками, пришли с подарками, чтобы, как только он проснётся, тут же поздравить его с днём рождения.

Но не успели мы войти, как Ванюша тут же открыл глаза, и, увидев нас, проворно вскочил с кровати.

— С Днём рождения!! — хором прокричали мы с Глебом, после чего Соболев запустил хлопушку из конфетти.

— С Днём рождения, мой родной. — Я подошла к сыну и обняла его. — Я желаю тебе много-много счастья, здоровья. А мы, в свою очередь, постараемся дать тебе как можно больше любви. — Я вручила сыну красиво упакованный подарок, а потом поцеловала в пухленькие щёчки и крепко обняла.

— С Днём рождения, малыш. — Поздравил Ваню Глеб. — Я присоединяюсь к поздравлениям мамы. А ещё, сегодня волшебный день, и ты можешь загадать желание, которое обязательно сбудется.

— Я уже загадал. — Радостно поведал сынок. — И оно почти сбылось. Но чтобы моё желание точно исполнилось, вы дядя Глеб должны ответить на мой вопрос.

— На какой вопрос? — Глеб присел около Вани.

— Вы будете моим папой? — спросил Ванюша, застав нас обоих врасплох.

После вопроса сына я почувствовала, как моё сердце сначала замерло, а потом начало биться с огромной скоростью. И я с трепетом и страхом ожидала ответа Глеба. С одной стороны я прекрасно понимала, что мы свалились на его голову неожиданно. И хотя его отношение к нам и изменилось, он перестал меня избегать, мы стали больше проводить времени вместе. Но этот вопрос был очень серьёзным. И я сейчас больше всего боялась, что ответ Глеба может разочаровать Ваню. Но и Глеба я тоже прекрасно понимала.

— Да, сынок, я с удовольствием буду твоим папой! — ответил Глеб, крепко прижав к себе Ваню.

От этой сцены я не заметила, как по моим щекам нескончаемыми ручьями полились слёзы.

— Ура! Ура! Ура! — кричал Ваня, прыгая по кровати.

— Ну, ты чего? — спросил Глеб, подойдя ко мне и увидев мои слёзы.

— Спасибо тебе. — Только и ответила я, а потом крепко обняла Соболева.

— Это тебе спасибо за сына. — Прижимая меня к себе, ответил он.

После обеда, оставив Еву с Натальей Ивановной, мы отправились на празднование дня рождения Вани. Господи, я никогда не видела своего сына таким счастливым. Он в кругу друзей играл, веселился и заливался счастливым смехом. Участвовал в конкурсах и квестах, получал призы, задувал свечки на торте. Он получил такую порцию подарков и радости, что просто светился от счастья.

— Всё-таки молодец Соболев. — Заметила Зоя, пока Соболев о чём-то разговаривал с аниматором. — Такой праздник для Вани устроил. И про нас даже не забыл.

— Да он молодец, я даже не ожидала этого. — Ответила я. — Я думала, что мы чужие для него, а он для нас всё делает. Знаешь, сегодня Ваня спросил, будет ли Глеб его папой. — Поделилась я.

— И что он ответил? — тут же вступила в разговор Антонина Викторовна.

— Сказал, что с удовольствием будет его папой. — Ответила я. — А мне несколько дней назад предложил пожениться. — Выдала я и вторую тайну.

— И что ты? — поинтересовалась Римма.

— Ничего. — Пожала я плечами. — Всё так быстро происходит, я даже понять ничего не могу.

— Да любит он тебя, сразу же видно. — Высказала своё мнение Зоя. — Правда, милый. — Тут же обратившись к Жене.

— Карин, Зоя права. — Поддержал он любимую. — Ты зацепила Соболева и не слабо.

— Поддерживаю. — Тут же вступил в разговор и Борис. — Он к тебе точно не равнодушен.

— А ты сама что-то испытываешь к нему? — продолжила допрос Римма.

— То, что он мне очень дорог я знаю, но я боюсь перепутать благодарность с любовью и дать ему ложную надежду. — Поделилась с ними я. — Поэтому я не тороплю события.

— Может и правильно. — Поддержала меня Антонина Викторовна. — Но то, что ты с ним будешь как за каменной стеной это точно. — Добавила затем.

— Ну что, уснул? — спросил Глеб, когда уложив Ваню и накормив Еву, я спустилась на кухню, чтобы попить воды.

— Да, устал. — Улыбнулась я. — У него сегодня столько впечатлений. Спасибо тебе, Глеб, я ещё никогда не видела сына таким счастливым. Это был самый лучший день рождения в его жизни.

— Я очень рад, что вам понравилось. — Ответил он, подходя ко мне вплотную. — Карина, прости меня. — Он взял меня за руки.

— За что? — я посмотрела в его глаза, в которых читалась тревога.

— За то, что по моей вине тебе пришлось столько страдать. Только сейчас, когда у меня появилась Ева, я понял тебя. Понял твоё состояние в тот момент, когда ты спасала сына. Да ты на всё бы пошла, ты бы свою жизнь отдала, чтобы спасти его. А я просто грубо воспользовался ситуацией. Тогда мне казалось, что я поступаю правильно. Но я даже не задумывался, через что тебе предстоит пройти. — Винился передо мной Соболев, и его голос заметно дрожал от волнения. — У меня до сих пор перед глазами стоит тот момент, когда ты колотила меня руками в грудь и кричала, что Ева твоя дочь. Прости, если бы я только знал.

— Я давно тебя простила, и понимаю тебя. Я боролась за жизнь сына, ты за право быть отцом. Да, мне было нелегко отдать Еву, хотя я даже ещё не знала, что она моя родная дочь. Тогда мне казалось, что у меня забрали часть души, часть сердца, и я не представляла, как мне жить дальше. Единственным стимулом к жизни был мой сын. Но я не виню тебя ни в чём, просто мы оба боролись за то, что нам по-настоящему дорого. — Успокоила его я. — Наверное, всё именно так и должно было произойти.

— Ты удивительная девушка Карина Лакина, таких искренних и открытых я ещё никогда не встречал. — Он осторожно, словно боясь меня вспугнуть, приблизился к моим губам.

Сердце моё снова начало учащённо биться, тело неожиданно обдало жаром. Осторожно, слегка касаясь, Глеб начал меня целовать, сердце понеслось на галоп.

И в этот самый момент послышался плач Евы. Мы отпустили Наталью Ивановну, поэтому Ева была в комнате одна.

— Ева проснулась. — Осторожно отстранившись от Глеба, сказала я, поспешно убежав наверх.