Дорогами Империи

Глава 19

— И давно ты занял его место? — мне было просто интересно. Здесь и сейчас я ничего не могла поделать с некромантом, не подвергая опасности Гельвид. Не то, чтобы я так уж сильно хотела защитить женщину, мне не хотелось исполнять данное ей обещание. Я о своем-то ребенке не могу нормально позаботиться, оставила, считай, на чужих людей. А тут еще двое.

— Не волнуйтесь, он жив. Сегодня днем пришлось закрыть его в мыльне. Пока ты круг не замкнула, ведьмочка!

Из угла послышался облегченный вздох. Гельвид была рада услышать, что муж все-таки жив. Даже страх из ее глаз немного отступил.

— Что ты хочешь? Почему не убил Сашия, Гельвид, не напал на нас. Один пес? И тот слишком уж быстро сдался. Что тебе нужно? Кто ты, в конце концов? — спросила я. Я зачем-то нужна была этому человеку. Человеку ли?

— Кто я? Это длинная история, я обязательно ее расскажу, но не сейчас. Что нужно? Мне нужны ты и твоя помощь, ведьмочка.

— Говори, а я подумаю, смогу ли и захочу ли помогать, — а что мне оставалось? Только соглашаться и слушать, слушать и соглашаться.

— Ты — для определенного ритуала. И менталист. Кстати, ему, по всей видимости, нужны вы.

— Так чего не вышел и не взял? Он тут весь вечер у окон стоял, толпу разогревал! — рявкнул Рейф. Я коснулась руки мага, пытаясь успокоить, но куда там. — Ты думаешь, что нам людей убивать приятно? Это не мы, а ты кровью питаешься. Питаешься ведь? Ни для какого ритуала она не нужна, ты ей живешь, так?

— Так, — согласился человек, уже совершенно не похожий на бортника. Он словно и в росте вытянулся, стал стройнее, волосы побелели, а радужка глаз отливала красным.

— Разтакались, — я поняла, что сейчас начнется драка, и поспешила вмешаться. — Давайте вниз и там поговорим. Я кавы хочу или хотя бы взвара. Отзовите своих псов, пожалуйста, и перестаньте пугать женщину. Там все пока разошлись, но обязательно вернуться, а пока передышка, прошу перемирия и внутри трактира.

Мужчина нехотя кивнул. А я посмотрела на его руки. Кольцо, такое же какое было ранее у Лада и которое хорошо описала Гала, присутствовало.

Я сразу отправилась на кухню варить каву и взвар. Ногой отпихнула от печи тушу ягхрового пса, закинула щепу, разожгла. Потом лучины и небольшие полешки, подвесила котелок над огнем и совсем маленький поставила в печь. Для кавы. Небольшой запас у меня был. Хорошо, сейчас этот напиток мне необходим больше для душевного спокойствия, чем для бодрости. Он напоминал мне про Таболу, дядьку Богдана и те, одновременно напряженные и спокойные осенние дни, которые мы провели в Каралате перед тем как выступить в сторону дома «черного волшебника».

Мысли неслись табуном диких горских лошадок. Такие же быстрые и неуловимые. Пока напитки закипали и настаивались, я нашла хлеб и мясо, накромсала бутерброды, выложила на большую тарелку и отнесла в зал. Напряжение здесь было настолько ощутимо, что можно его ложкой есть. В углу сидела испуганная Гала. Я посмотрела на нее вопросительно, мол, он ли? Та кивнула. Что ж, в этом я и не сомневалась, но лишнее подтверждение лишним не было.

Поставив перед мужчинами тарелку, вернулась на кухню и сняла большой котелок с огня. Заварила травы, пусть настаиваются, и принялась за каву. Пару ложек темного порошка, снова довести до кипения, снять, отставить. Три склянки и нужно возвращаться в зал. Я постаралась собраться с мыслями, но выходило пока откровенно плохо.

Итак, что мы имеем, а имеем мы науськанную менталистом толпу на улице, стражников с обвинениями и некроманта внутри с очень интересным перстнем. Три разные силы, которым зачем-то позарез необходимо избавиться от одной дурной ведьмы. Ну, хорошо, этому кровосборщику пока не надо, пока он хочет помощи. Интересно, что за ритуал ему нужен от меня и чем могу помочь в поимке менталиста? Разве что наживкой побыть…

В зал пришлось вернуться. Я бухнула большой котелок на стол. Гала, оправившись от первого испуга, принесла кружки и аккуратно присела тут же на край лавки. Гельвид села рядом с Рейфом и в упор уставилась на некроманта. Своих собачек он оставил наверху, видимо, чтобы не пугать лишний раз людей. Льен так и остался стоять на своем наблюдательном посту, как и Митра наверху. Господин Брех тихо сидел в уголке, бледный как труп.

— Итак, господин, — начала разговор я, — нас вы уже всех знаете, будьте добры, представьтесь, расскажите о себе и цели своего визита. От волнения у меня «включился» светский тон. Отец учил меня не только взаимодействию с леями и варке зелий, я, можно сказать, получила разностороннее образование. Могла как истинная аристократка часами вести беседы ни о чем, вытягивая из собеседника нужную информацию, да и высокое обхождение знала.

— Какой высокий слог? — усмехнулся некромант, — вы точно болотная ведьма.

— А вы сомневаетесь? — захлопала я ресницами и сделала маленький глоток кавы. Мммм, это божественно, еще бы трубку раскурить.

— Нет, не сомневаюсь. Мне нужны именно вы, либо ваш отец.

— Рейф, — повернулась я к магу, — у меня на лбу случайно не написано, кто мой отец?

— Вы просто очень похожи, сложно не догадаться, — даже улыбнулся он.

— Так, кто вы и откуда вам знаком мой отец? — это я опять некроманту.

— Меня зовут Гарт Ларрсон. Я родом с Северных островов. Направление дара — некромантия. Когда-то ваш отец спас мне жизнь.

— Это он, конечно, зря… — пробурчал Рейф, но, к счастью, сам некромант не обратил на это внимания. Иначе очередной перепалки или даже драки было бы не избежать.

Я присмотрелась к Гарту. Сейчас он снял шляпу и полностью принял собственный облик. Внешность и правда соответствовала типу подданных морских кнесов — высокий, светлые, почти белые, волосы, при этом черные брови и ресницы. Только вот северные, как правило, были достаточно смуглыми, «чумазыми», как звал их папа, а у этого кожа была белой-белой, что у испуганного до мокрых штанов Бреха.

— И чтобы отплатить ему за собственное спасение, вы решили убить его дочь? — подняла я бровь.

— Да не собирался я никого из вас убивать! — воскликнул Ларрсон, — я за помощью пришел.

— А подойти и поговорить нельзя было? Нужно прикидываться другим человеком?

— Когда я уверился, что вы действительно та, кого я ищу, вокруг вас уже такой хоровод завертелся, что ничего другого и не оставалось. Вы окружили трактир охранным кругом и засели здесь как в крепости, ожидая осаду.

— Допустим.

— Я попал под проклятье и теперь должен примерно раз в несколько седмиц пить человеческую кровь, чтобы выжить. Справиться с проклятьем можете вы или ваш отец. Более сильных ведьмаков подходящей крови я не знаю.

Я все-таки достала и раскурила трубку. Все молчали. Снятием проклятий действительно занимались ведьмаки, а вот наложить его мог практически кто угодно, даже тот, кто не обладает искрой и не может взаимодействовать с лей-линиями. Иногда обычный человек такое может сказать на пике чувств, будь то злость, боль, отчаяние или любовь, что слова сами собой формируются в энергетический посыл. Правда, и держатся такие проклятья или пожелания недолго. Рассеиваются со временем, не подкрепленные соблюдением условий. Пришлось потянуться к леям и присмотреться к некроманту. Он сидел молча и ждал вердикта. Видел, что «прощупать» его пытаюсь не только я, но и Рейф с Льеном.

— Что-то темное есть, но это скорее всего особенность дара некроманта, — подал голос Льен. — Ри, ты знаешь что-то о таких проклятьях?

— И не только таких. Но то, что на нем — высшего порядка. Сотворенное через ритуал по всем правилам и завязанное именно на крови. Я так понимаю, что точной его формулировки вы не знаете? Оно накладывалось на вас через вашу же кровь без вашего участия, правильно? — спросила я Гарта.

— Верно. Но сейчас я уже знаю и кто его наложил, и даже формулировку.

— Так чего вы молчите? Вам помощь нужна, а я из вас все по слову вытягиваю, — не смогла не возмутиться я.

Именно в этот момент раздался окрик Льена:

— Они вернулись!

— Кто именно? — подхватился Рейф и бросился к окну. — Все по местам! Гельвид, наверх.

— Там эти… — указала она глазами на Гарта.

— Они не тронут, — ответил тот.

— Ага, я вам верить должна?

— Я отключу их. Много сил жрут, заразы, — он первым поднялся и пошел наверх. Женщина чуть поколебалась и направилась за некромантом.

Я тоже выглянула в щелочку окна. На улице перед трактиром опять были стражники, чуть поодаль — горожане. Последних сейчас обуревало скорее любопытство, чем злость и желание сжечь ведьму. Капитан Рид опять вышел вперед:

— Эй, вы там в трактире!

— Чего тебе? — ответил Рейф.

— Я требую, чтобы вы сдались на милость градоправителя и владетеля этих земель Его сиятельства Ориенского! Он будет решать вашу судьбу!

— Требуй-требуй. Это все, что ты можешь, — прошипела я себе под нос.

— Мы отказываемся признавать над собой власть этого господина. Я и мои люди подчиняются только Главе тайного императорского магического сыска Рикарду Модро и лично Его Императорскому величеству Милю Нидалю.

— А кто ты вообще такой? — несколько недоуменно спросил Рид.

— Глава летучего отряда, маг земли Рейф Холль, жетоном в тебя кинуть? Мы вроде знакомились! Или у тебя память короткая?

— Ааа, это вы… — капитан замолчал. Отошел к стражникам, которые выстроились за ним. Вскоре от них отделился один и скрылся в неизвестном направлении.

— Гонца за инструкциями послал, — сказал Льен, — ни в жизни не поверю, что градоправитель не был в курсе, что здесь именно мы. Я уже вообще отказываюсь понимать что-либо…

Мы согласно помолчали.

— Гарт, — позвала я, — а у тебя был кто-то в Сыске или в страже, кто прикрывал твой, хммм, способ питания?

— Нет. Я очень удивился, когда меня не начали искать сразу же после первого бродяги. Я потому и путешествовал по разным городам, чтобы случаи обескровливания не связали. А тут… тишина. Вот я и решил остаться. И это не способ питания! Питаюсь я как и обычные люди. Это способ сдерживания проклятья, иначе оно свернет мою кровь прямо в жилах. Я старался выбирать совсем уж отбросы общества… — некромант оставил Гельвид наверху, а сам спустился к нам.

— Том таким не был, — сказала Гала.

— Том был гораздо хуже, — сжал губы Гарт. — На его руках крови больше, чем у меня, как вы выразились, кровопийцы.

Тем временем стражники и капитан просто стояли. Никаких речей или попыток подойти к трактиру. На востоке небо начало светлеть. Надо же, я и не заметила как прошла ночь.

— Ну, пока стражники ждут инструкций, у нас есть время, чтобы обсудить ваше проклятье. Я не знаю, смогу ли я его снять, но попытаться разобраться нужно.

Гарт кивнул и присел за стол, взял бутерброд и принялся жевать.

— Фто? — спросил он с набитым ртом, увидев наши скептические лица, — я же сказал, что питаюсь как обычный человек. Вы бы знали сколько ягхровы псы энергии жрут! Я сейчас бы и быка схомячил.

— Гала, ты не разогреешь нам похлебку? Она на кухне на припеке стоит, — попросила я. Та удалилась.

— Началось все с того, что я родился некромантом, — улыбнувшись начал свою историю он.

Гарт жил в Империи уже давно. Когда в подростковом возрасте только-только начал просыпаться его дар, он испугался. Некромантия на Северных островах была под запретом. Одаренного могли изгнать, но чаще всего его убивали. Убивали быстро, пока искра не успела развиться и дар не стал опасным для окружающих. Ему повезло. Первой искру заметила его мама, сама одаренная, но она была магом воды, а он…

— Такое уже было в нашей семье, — рассказала тогда она сыну, — моего брата убил наш же отец, когда обнаружился темный дар. Я не хочу такого для тебя. Ты должен бежать. Лучше всего в Империю, там некромантов не преследуют. Боятся, но нет такого закона как у нас.

Мать Гарта собрала его в дорогу, дала с собой денег, припасов и даже хорошего горского конька. Сама проводила сына до предгорий и наняла проводника через хребет, мужчину из одного из горских племен. Путешествие было тяжелым, но горы он-таки преодолел. Когда они с проводником уже спускались в долину герцогства Роверна, их накрыла лавина. Мужчина умер сразу, а Гарта нашел и откопал Нареш. Притащил парня в дом посреди болот и выходил. Рийна тогда была совсем малышкой, поэтому и не помнит некроманта. Нареш же дал ему книги, обучил справляться с даром, разъяснил принципы гармонии мира и работы с лей-линиями. Да, дар темный, но совсем не обязательно применять его во зло.

— Нет плохого или хорошего дара, — пояснял ему ведьмак, — есть плохой или хороший человек, который использует его.

Гарт прожил на Наваррских болотах около года, а затем отправился в «свободное плаванье». Он много путешествовал, познавал мир… Всякое бывало, и гнали его, и сжечь пытались, и принимали как спасителя, когда приходилось упокаивать поднявшиеся курганы, изгонять восставших и «отпускать» призраков. В некоторых городах у него были друзья.

Несколько лет назад в Нисмане он и встретился с красавицей Алеаной. Магичка недавно прибыла в столицу из Вышевского герцогства и пыталась устроиться в жизни. Молодая, красивая и абсолютно беспринципная. Она очаровала некроманта с первых же склянок. Некоторое время они провели вместе, он уже планировал совместное будущее, когда она заявила, что выходит замуж за графа и поступает на службу в Ковен. Гарт пребывал в шоке некоторое время, а потом опомнился. Они ничего друг другу не обещали. Это он, дурак, себе нафантазировал. Так и разошлись тихо и спокойно. С их общей квартиры он съехал, с прекрасной магичкой попрощался, сообщив, что уже через седмицу он будет где-нибудь в Чангаре.

Некромант уже собирался в дорогу, желательно куда-нибудь подальше, но пришлось задержаться. Старый знакомец попросил призвать дух умершего батюшки, дабы узнать куда тот прикопал кубышку. Дед скончался внезапно и не успел указать место «клада» детям. Хотя в завещании о ней рассказал, даже честно поделил между наследниками, пообещав передать точные координаты на смертном одре. Гарт переехал к нему в дом. Позвать кого-то из-за Грани достаточно сложно, нужно не только определенное направление дара, но и удачное расположение светил, некоторые зелья, которые можно достать лишь у ведьмаков. Вот он и остался в столице на лишние три седмицы.

Тогда-то неподалеку от города и возникло несколько рирд, восставших и некоторых видов другой нежити. Кому ехать разбираться как не Гарту? Тем более, что дух он таки призвал и тот честь по чести отчитался перед сыновьями. Отряды императорских магов там были и справлялись с нежитью достаточно успешно, но теряли своих. Такого количества существ одновременно они не видели никогда, а потому и не ожидали. Некромант не собирался показываться ловчим магам на глаза, не хотелось отвечать на неудобные вопросы, а потому занимался истреблением нежити инкогнито. На месте логова сотворенных рирд, а в том, что они именно сотворенные, Гарт уже не сомневался, он нашел остатки ритуала. Его-то он и узнал. Это был ЕГО ритуал! Он разработал его, когда изучал создание нежити. Изучал для того, чтобы упокаивать. Увлекся. Но никогда не использовал, а вот записи остались. Еще несколько остатков знакомых, так сказать, авторских схем он обнаружил и в других местах.

Гарт долго и не размышлял. Кто мог передать магам настолько опасные описания ритуалов? Только Алеана, которая ушла служить Ковену. Кто использовал ритуалы для создания нежити? Маги Ковена, вестимо. Это было логично. Злость застила ему глаза и разум, поэтому он прямо с лесной поляны, где таяли остатки трех восставших, отправился разбираться с бывшей возлюбленной. Не дошел. Когда проезжал по пригороду столицы, его скрутил приступ дикой боли. Красная пелена стояла перед глазами… Очнулся он весь в крови. Не своей. Рядом с ним лежал бледный труп местного пропойцы. Тогда-то Гарт и осознал, что наделал и ощутил на себе проклятье.

— Когда это было? Когда точно тебя прокляли? — спросила я.

— Шесть лет назад.

— Значит, они разводят нежить уже шесть лет, — со вздохом заключил Рейф. — Я так понимаю, что это еще не все?

— Не все. Самое страшное в том, что они научились управлять ей при помощи таких вот колец, — он поднял свою руку с тем самым кольцом. — Правда, пользоваться им может либо некромант, либо менталист. Одно дело дикая нежить, пусть и сотворенная, и совсем другое управляемая. Примерно так же как и мои псы. Я должен остановить это. Часть вины за все, что происходит, лежит на мне.

— Что было дальше? Я так понимаю, что прокляла вас ваша бывшая возлюбленная?

— Да. Уже гораздо позже я разыскал ее и даже встретился. Жаль, убить ее не удалось. Впрочем, некоторое время мне посчастливилось любоваться ее испугом и замешательством. Она была уверена, что я уже мертв. Прокляла она меня в тот же день, когда думала, что я уехал. Кто ж знал, что старик Варох помрет от сердечного приступа, не успев рассказать сыну о кубышке. Проклятье отсроченного действия. По ее подсчетам, я должен был умереть в месяце пути от столицы. Готовилась она долго, практически с того самого момента как мы встретились и она узнала о моем даре. Потом сунула нос в мои записи и книги, поняла, что такую информацию можно выгодно продать. И продала, причем вместе со своими услугами, все ж таки она маг, причем не такой уж слабый. Все то время пока мы были вместе, она копировала ритуалы и передавала их в Ковен, копировала книги по некромантии, которые дал мне Нареш и те, что я нашел в своих путешествиях. Они испытывали все, уточняли… Даже кольцо сумели воспроизвести. Я при помощи него на расстоянии приказываю своим псам, а они стремились управлять рирдами и прочими, — Гарт продолжал свою исповедь сухим безжизненным голосом. Я представляла каково сейчас мужчине, какое огромное чувство вины на нем лежит. — Алеана и сама обучалась. Ритуал, которым она меня прокляла — смесь ведьмачества и некромантии. Просто у нее сработал не то, что не до конца, а вот с такой вот побочкой как испитие крови.

— Гарт, сосредоточься и вспомни точно, какие были условия, как звучало само проклятье, — попросила я.

На улице активного шевеления все еще не было, значит, гонец от градоправителя еще не явился. Там, наверное, сейчас самого Ориенского расталкивают и пытаются ему втолковать, чего хотят. Если вообще разбудили на рассвете ради какого-то стражника.

— Я его тогда даже записал сразу, чтобы потом что-то из памяти не выскользнуло. Заучил наизусть за эти годы. Звучит так: Проклинаю тебя Гарт из рода Ларров, потомка соли морей, на смерть от крови своей на крови твоей. Да свернется она в жилах спустя тридцать дней и ночей. Да будет по моему, если ты не вкусишь крови, не найдешь человека моей крови, который обратит проклятье вспять.

Я помолчала. Потом попросила Гарта повторить.

— Ты уверен, что оно звучало именно так?

— Слово в слово.

— Бред какой-то. С «не вкусишь крови» она, конечно, промахнулась. Неизвестно, что она имела в виду, скорее всего, просто ошиблась в формулировке. Поэтому ровно каждые тридцать дней и ночей ты должен пить кровь, тогда проклятье откладывается. Но об этом ты и сам догадался. А вот «человек ее крови»… Это могут быть родственники. Родители, братья или сестры, даже побратимы, если она смешивала кровь. Ну и дети. Но и тогда, если ты их найдешь, они не снимут проклятье совсем, они могут только «обратить вспять». То есть перекинуть на проклинавшего. Так зачем тебе мы с отцом? Тебе не ведьмаки нужны, а родственники этой Алеаны.

— Потому что она твоя мать.

Вот что значит дисциплина. Достаточно большой отряд в единый миг оказался рядом с кострами, даже лошадей подвели ближе, а Нареш поспешно очерчивал круг. Это когда вас несколько человек, легко провести обережный круг, да еще с зельями, не торопясь. Так сказать, с чувством, с толком, с расстановкой. Сейчас он делал это на чистой силе и собственной крови. Иначе просто не успеет.

Тем временем Табола и Карн быстро организовали гвардейцев и магов, соответственно. Не растерялся никто. Инструкции и тренировка перед выездом дали свои плоды. Не испугался и не замешкался ни один. Кто-то, привязывал лошадей, кто-то достал оружие и был рядом с ведьмаком, чтобы прикрыть, если что, кто-то мастерил факелы и складывал рядом с кострами, чтобы быстро поджечь и подхватить.

Дезмонд успел в последний момент. Замкнул круг и в него тотчас же врезалась рирда. Отпрыгнула со страшным воем. Тут струхнули даже бывалые. Одно дело — слышать о таких, видеть на картинках, и совсем другое — впервые увидеть воочию.

— Собрались! Гвардия, выстроиться по периметру, взять факелы, не мешать магам! За круг ни ногой! — громко скомандовал Таби, перекрывая вой нежити.

— Маги! — следом за ним начал Карн, — Огневики вперед, жечь кого видишь! Остальные, зелья в руки, заклятья все помнят? Леи стараемся не трогать, на личной силе все! Кто выйдет за круг, обратно не соваться, разомкнете! Берегите людей!

Что такое бой с нежитью. Это не турнир, даже не поединок, это свалка. Очень быстрая, а потом и мерзкая. Уже через несколько склянок за кругом догорали несколько трупов рирд, одна расплывалась неопрятным пятном слизи и жутко воняла.

Люди смотрели на это все огромными испуганными глазами. Гвардейцам и делать ничего не пришлось, но и смотреть было жутковато.

— Ну, так-то и одного Джесса бы хватило, — произнес ведьмак.

Пять рирд с легкостью бы растерзали отряд гвардейцев, да даже и магов, но неподготовленных и не ожидающих нападения. Но здесь нежить ждали, пусть и не так быстро, не в дне пути от столицы, но были готовы и не растерялись.

Карн принялся назначать дежурных и выставлять дозоры. Спать спокойно сегодня будет только огненный, который, кажется, выложился до донышка и сейчас сидел у огня сунув руки мало не в самое пламя. Родная стихия охотно делилась с ним энергией лей. Нареш немного понаблюдал как те светятся рядом с магом, прямо таки ластятся к парню.

— Как думаешь, — подошел к нему Таби, — это был передовой отряд и нам ждать еще кого-то?

— Я думаю, что мы им попались случайно. Они шли к столице.

— Нежить может идти куда-то целенаправленно? Насколько мне известно, они покидают место, где зародились, только если там заканчивается добыча. Они же как животные, ищут пропитания. Разве нет?

— Разве да. Но не в нашем случае. Сдается мне, что нежитью кто-то управляет.

— Некромант?

— Скорее всего. По крайней мере это то, что лежит на поверхности, — ответил ведьмак и задумался. Отошел к лапнику и устало уселся. Он потратился, кровь до сих пор капала из порезанной ладони. Перевязать бы.

Он за всю свою жизнь познакомился с несколькими некромантами. Одного пришлось убить. Мужик основательно поехал умом и считал себя властелином мертвых. Тогда Наварра, казалось, помогла сама Нава, которая соперничества не терпела. А одного спас и даже начал обучать. Давно не видел парня, а теперь уже, наверное, взрослого мужчину. Надеялся, что тот не погиб и хорошо усвоил законы гармонии мира. С остальными просто был немного знаком. Некроманты предпочитали скрываться и не афишировать своих способностей. Мог ли кто-то из них пойти на сотворение? Мог. Однозначно мог. Одиночкам вообще тяжело, а они все ж таки люди. Люди, которые ищут в этой жизни то же, что и все остальные. Понимания, дружбы, любви. Хотят спокойной жизни, заниматься собственным делом, за которое платят деньги.

— Ну а кто еще? — нарушил его размышления Табола.

— Да кто угодно. Ритуалы может провести любой маг, главное, чтобы силы и умения хватило. Если нам противостоит Ковен, а это так, то им достаточно было найти и воскресить к жизни ритуалы, разработанные сразу после Исхода, а потом запрещенные, либо найти некромантские и переделать под себя, либо некроманта, который обучит или сам все сделает.

— А как же управление нежитью? Это же могут только некроманты!

— Не совсем так. Некромант сам по себе на чистой силе этого тоже не может. Есть специальные артефакты, при помощи которых они это делают. И вот те как раз откликаются только на определенный дар. Так что да, думаю, некромант среди них есть, — погрустнел Нареш. — Сейчас вопрос только в том, кто это, сколько их и какой приказ они уже отдали своим созданиям.

— Приказ как раз понятен. Они стягиваются к столице.

Маг Ковена и бывший жрец молился. Стоял на коленях в главном Храме Нисманы и искренне, даже истово, молился. Такого он не делал уже очень и очень давно. С тех самых пор как оставив стезю жреца решил работать над искрой, что дали ему леи и Свив, развивать ее, стать магом, помогать людям…

Как он оказался втянут во всю эту грязь, сейчас и сам не особенно понимал. И ведь не горячий юнец уже давно, даже не мужчина в самом расцвете сил, ближе всего уже к Грани и объятьям Навы. Просто так бывает. Сначала ты делаешь одну ошибку, потом вторую, а там спохватываешься и понимаешь, что давно уже висишь на крючке у компашки беспринципных уродов. Своих соратников и коллег он сейчас про себя называл никак иначе, чем ренегатами. А как еще назвать людей, которые через кровь и боль других рвутся к власти, которые готовы отдать на растерзание мало не половину страны, чтобы умостить свои задницы на трон. Ну и что, что трон один, а задниц много! Править будет Совет Ковена? Ага, ищите дурака. Править будет Ролар, а Совет очень скоро поредеет и перестанет существовать. Просто будет новая династия. Асомских, например, или и вовсе Роларских. Глава Ковена не любит делиться властью. Он вообще делиться не любит.

Риммили вздохнул и встал с колен. Подошел к статуе и оперся о чашу для подношений.

— Подскажи как быть, Свив. Я растерян. Я знаю, что сам виноват во всем, что жизнь свою прожил не так как мечтал, даже не так как хотел. Мечтал-то служить. Людям помогать, героем себя мнил, а теперь, оглядываясь назад, вижу, что ничего-то хорошего я в своей жизни и не сделал. Все время потакал то себе, то другим магам… Даже сейчас, своими делами и бездействием я обрекаю людей на смерть. Страшную смерть на клыках и когтях нежити…

Он надрезал ладонь и полил кровью чашу. Стоял и смотрел как она исчезает лишь коснувшись камня. Свив принял подношение, услышал молитву. Такого с Риммили не было никогда. На сердце, если и не стало спокойнее, то это наглядное подтверждение существования Бога, уверило его в правильности собственных колебаний. Решения он еще не принял, но уже был на пути к нему.

Ллойд провел в Храме еще около половины нара, когда к нему вышел Верховный жрец и пригласил в свои покои. Не в кабинет, куда мог в любой момент зайти кто угодно из жрецов или послушников, а к себе. Разговор предстоял приватный.

— Верховный, ты знаешь с чем я пришел, — начал Риммили. Не спрашивал, утверждал.

— Знаю. Я уже встречался с главой Ковена, — кивнул тот. — Он подробно рассказал, что собирается сделать и чего хочет от Храма.

Это стало неприятным сюрпризом для седовласого мага. Видимо, Ролар заметил его колебания и решил проконтролировать этот пункт плана лично.

— Вы согласны или взяли время на раздумья? Все же симулировать чудеса богов… — Ллойд решил осторожничать даже в словах.

— Риммили, перестаньте! Вы же из жреческой семьи, сами знаете все об этих чудесах, — всплеснул руками тот и рассмеялся. — Их творят не боги, а люди. Я уже давно не наивный послушник. Да и в послушниках наивным не был, иначе бы не стал Верховным.

— Что ж, Ковен может быть уверенным в вас?

— Всецело. Вопрос лишь в цене, — верховный смотрел спокойно, улыбаясь с выражением лица доброго дядюшки.

— Тогда давайте обсудим, что именно вы можете сделать и договоримся о цене по каждому пункту, — серьезно произнес маг.

— Мы с главой уже договорились. Он сказал, что вы лишь передадите оговоренную сумму, — нахмурился тот.

— Есть некоторые уточнения, — ответил Ллойд. Действительно, Ролар выдал ему внушительный кошель с золотыми, завязанный хитрым узлом, чтобы маг не распутал и не посчитал. Но зачем распутывать узел, еще и заговоренный, если можно разрезать дно мешка, а потом и зашить. Его-то никто не зачаровывал.

Чудеса богов Ролар Асомский оценил в сотню золотом. Об этом можно было догадаться уже по размерам кошеля, но Ллойд решил полюбопытничать. Он достал мешок и положил на стол перед жрецом.

— Здесь то, что вы оговорили. Теперь уточнения.

Риммили подождал пока жрец распутает завязки, почувствовал магический всплеск. Сигнал для главы Ковена? Заклятье? Нет, сейчас не понять. Сквозь щит вообще плохо ощущается, а щит он накинул как только к нему подошел верховный. Просто автоматически, легкая защита от любого магического воздействия. Он-то точно знал, что многие жрецы не чурались магии и были одаренными. Так проще было заставлять людей верить в чудеса.

Тем временем верховный коснулся золота — с довольной улыбкой высыпал себе несколько монет на ладонь, присмотрелся и дико закричал от боли. На крик в покои ворвался один из послушников. Тот самый доверенный, который обретался всегда рядом. Совсем еще молодой парнишка увидел как по рукам жреца ползет тлен, иссушая кожу, мышцы и жилы. Склянка и он тоже начал кричать. Его пожирала та же зараза. Растерянный Риммили словно застыл в кресле напротив. Он был не в силах даже вздохнуть, пораженный увиденным и мыслью, что убить собирались не только храмовника, но и его. Но как? Он же пересчитывал золото! Или дело не в золоте, а в зачарованном узелке? Он спускал с поводка проклятье. О том, что это именно проклятье он уже не сомневался.

Спустя несколько склянок все было кончено. Перед ним сидела мумия в одежде Верховного, а у двери такая же мумия в одеждах послушника. Риммили встал, осмотрелся, прислушался к звукам из-за двери. Нет, в Храме не услышали криков, кто-то позаботился об этом. Из этого следовало, что скоро сюда придут проверить. Посчитают тела, посмотрят на них и поймут, что Ллойд жив. Несомненно, устранить должны были и его, и Верховного. О послушнике просто никто не подумал. Не знал? Забыл? Маг сбросил с себя мантию мага Ковена и начал стаскивать одежды послушника. Хорошо, что это была широкая роба, почти как мантия — безразмерная. Хорошо, что послушник был длинноволос, как и он сам. Сейчас из-за проклятья волосы молодого человека поседели и почти облетели. Могут принять за него? Могут. Было противно меняться одеждой с мумией, но жить-то хотелось несмотря ни на что. Он успел накинуть на покойника свою, схватил его робу и кинулся к стеллажу с книгами и свитками. За ним был ход за стены Храма. Это Риммили знал просто потому, что все святые дома, построенные великим Герандом, архитектором вставшим вровень с богами в своем созидании, имели такой ход. Всего в Империи таких было три. В одном из них служили его дед и отец, а потому Ллойд знал про тоннель. Он скользнул туда и задвинул за собой дверь-стеллаж в последнюю склянку.

В следующий миг к комнате оказались маги Ковена и стражники. Привел их второй жрец Храма. Второй после Верховного. Риммили потянулся к леям, снял щит, пригасил искру, «прикинулся ветошью», как говаривал его дед. Маги и второй жрец, или уже можно назвать его Верховным, осмотрели тела и комнату. Стражники в испуге застыли в дверях. Он не видел, но хорошо представлял себе эту картину.

— На лицо подкуп Верховного, — проговорил Мигель. — Видимо, маг Ковена Риммили решил купить расположение Храма, но его настигло проклятье Свива. Как и нечистого на руку жреца.

Он говорил это громко, картинно, работая на публику.

«Ну, сучок, я тебе еще покажу, что такое проклятье Свива», — подумал Ллойд.

— Господин маг, — отозвался жрец, — если вы правы, то пусть эти деньги пойдут на помощь страждущим. Завтра же мы объявим о том, что сделали Верховный и маг Риммили, и раздадим все нищим, нуждающимся, накормим горожан, сделаем многое для приютов…

— Да, а мы расскажем об этом, чтобы все видели, что Ковен как и Храм рядом с народом и для него, — пафоса в голосе Мигеля хватило бы на нескольких императорских особ.

Потом тела долго заворачивали в холстины и уносили. Видимо, именно стражники. Жрец и Мигель остались в покоях.

— Только кошель не трогайте, — сказал Мигель. — Золото безопасно, проклятье было на веревках, лучше пока не прикасаться. Верховный распутал узел и попал под него. Он и тот, кто рядом с ним. Такого избежать нельзя. Даже если старик и почувствовал что-то неладное, отреагировать все равно бы не успел. Даже щит накинуть.

Так его спас щит. Или Свив, который принял жертву, услышал молитву и не оставил своего заблудшего сына без помощи. Сохранил ему жизнь. Но для чего? Точно не для того, чтобы тот сейчас скрылся и доживал свои дни в бегах и мнимом спокойствии. Жизнь он прожил в спокойствии, настало время за него заплатить. Так решил для себя бывший жрец и бывший маг Ковена Ллойд Риммили.

Он еще остался на пару наров, слушая планы Ковена и указания Мигеля, а потом тихо ушел. Ход вывел его к реке. Пришлось несколько повозиться со ржавыми решетками и вывозиться в иле, прежде чем он выбрался на твердую землю. Сейчас маг держал путь к Рику Модро. Действительно, не в императорский же дворец прорываться. Роба послушника, сейчас грязная и больше похожая на лохмотья, делала из некогда величественного седовласого мага уличного жителя, побиравшегося у реки. На таких никто никогда и внимания не обращает.