Бегу за ним, пытаюсь догнать. Никита не до конца выпустили пар, преисполненный энергией и желанием оказаться от меня подальше, с каждым шагом все быстрее отдаляется. Успевает скрыться за дверьми лифта, бросив на меня болезненный строгий взгляд. От этого взгляда мороз по коже, он словно прощается со мной. Хорошо что соседний лифт тут же открылся и я пулей влетела в него, впопыхах нажала кнопку восьмого этажа и теряя контроль над собственными эмоциями, всеми фибрами души подгоняю металлическую коробку вверх. Надо отдать должное, лифты в этом отеле быстрые. Не прошло и минуты как стальные двери вновь открылись.
Вижу его спину с широкими плечами обтянутыми серой футболкой. Шатаясь от выпитой текилы и эмоций, спешит вдоль длинного коридора к своему номеру. Прибавляю скорости, успеваю забежать в номер следом за ним, до того как он захлопнет эту чёртову дверь.
— Кит, пожалуйста, давай поговорим! — умоляю, преследуя его словно тень. Иду по пятам, нагоняю в комнате и хватаю за плечи, к себе разворачиваю.
— Поговорили уже. — Вымученно выдавливает из себя слова, смотрит мимо меня, словно перед ним пустое место. Дурно от этого взгляда. Больно от страха все потерять.
— Кит, ну пожалуйста! — кричу слишком эмоционально, ну прямо истеричка! И пусть, мне плевать! Хватаю его за руку, прижимаю к губам его ладонь от которой несёт кровью Дана. — Я наговорила глупостей, прости меня. Я не хочу разводиться. Я не хочу…
— Кира, хватит. — Его лицо мгновенно сереет, словно на него упала тень от грозовых облаков. Руку от моих губ отрывает, дергается. Весь на взводе, пьяный, подравшийся, а слова звучат твердо и уверенно. — Хватит играть со мной, я тебе не щенок!
— Я не играю! Я тебя люблю! — оправдываюсь из последних сил. Страшно лишиться рассудка окончательно, а именно это и произойдет, если мой верный и сильный муж оставит меня. Обнимаю его словно повисшая над пропастью. Футболку в кулаках зажимаю, крепко. Не отпущу!
— Да ты понятия не имеешь, что такое любить! — наезжает на меня выливая свои обиды. Вырывается, покраснел весь. За руки меня хватает до боли, чтобы их от себя оторвать. — Уходи! Мне нужно побыть одному. — Тащит меня обратно к двери, буквально выталкивает в коридор из номера.
— Кит! — кричу, не хочу уходить. Не сейчас, не так… Невыносимо осознавать что он САМ, меня выгоняет. Из номера, из жизни. Оказывается, у всего есть предел. И чаша его терпения переполнилась. — Не поступай так со мной, ты ведь любишь меня. — Держу его руку, так сильно, словно саму жизнь.
— Люблю, — подтверждает, но вот тон его голоса не выражает никакой теплоты. — Только этого мало. Уходи! Дай мне время подумать! — насильно забирает свою руку и запирает дверь.
Сползаю по стене на пол, воздух хватаю открытым ртом, стараюсь не расплакаться. Впервые вижу его таким. Впервые он от меня отворачивается. Чувствую себя брошенной. К боли от унижения добавляется новая, более сильная и убивающая.
Заставляю себя подняться, возвращаюсь в бар в надежде что друзья ещё там. Мне просто необходимо чтобы кто-то был рядом.
Дан в очередной раз приложил салфетку к окровавленной губе и дождавшись когда та напитается кровью, скомкал её в руке и бросил на стол в стопку таких же красных скомканных салфеток. Помимо него за столом никого нет.
Падаю на мягкий диван рядом с ним, залпом выпиваю текилу и медленно выдыхаю.
— И зачем ты это устроил? — спрашиваю заглянув в его лицо суровым взглядом. — Я все равно никогда к тебе не вернусь!
Несмотря на боль и распухшие губы, Дан улыбается привычной улыбкой обнажая ямочки на щеках. Заносит руку за мою голову и опускает её на спинку дивана, немного наклоняется.
— Я сказал правду. — Строит самое невинное выражение лица. Так близко, нагло и беспринципно вторгается в моё личное пространство. — Помнишь? Ты моя и только для меня. С первого взгляда, с первого поцелуя, с первого секса. Я был первым. Кит просто воспользовался ситуацией. — Его голос звучит спокойно и даже убедительно, отзывается эхом в ушах и оседает в подкорках головного мозга. — Кир, я накосячил. Я совершил ошибку и по сей день за неё расплачиваюсь. Ты даже не представляешь, какого это, каждый день видеть любимую девушку в объятьях лучшего друга. Я же все помню… — его голос меняется, становится более тягучим, бархатистым и сладким. — Как ты пахнешь, как целуешься, как стонешь от удовольствия…
— Мало Кит тебе въебал… — выдыхаю и отстраняюсь, двигаясь дальше по сиденью дивана.
— Ты правда думаешь что он может меня остановить? — наклоняется все ближе, давит на меня своей уверенностью и желанием доказать свою правоту. Отклоняюсь все дальше, чтобы не чувствовать дерущий ноздри аромат его похоти.
Моя спина не выдерживает и я падаю на диван. Улучив момент, Дан тут же нависает сверху, совершенно не думая о посторонних людях отдыхающих у бассейна.
— Уйди! — толкаю его в грудь. — На нас смотрят! — от злости мозги немеют. Готова прибить этого идиота.
— Ты же хочешь этого, — подобно змею искусителю томно шепчет и продолжает удерживать моё тело нависнув сверху. — Один поцелуй. И ты сама все поймёшь. — Не дожидаясь ответа, Дан тут же накрывает мой рот своими губами, возвращая в прошлое. Его запах, его губы, его характер… Горячий выброс тестостерона в воздух, который врезается в нос, дурманит. Я всего на секунду растерялась. Попалась в эту ловушку. Мгновенно вспоминаю все поцелуи, былую страсть, как сильно любила его. Но это все было тогда, а сейчас… Кусаю его за нижнюю губу, впиваюсь прям в рану, которая тут же снова начинает кровоточить. Мой рот наполняется вкусом его крови, но этого не достаточного чтобы прервать это безумие.
— Ты тоже все помнишь, — усмехается в мои губы и садится. Берет со стола ещё одну салфетку и прижимает к губам. — То что между нами…
— Нет ничего между нами! — кричу и бью его в плечо от злости. Губы горят объятые пламенем предательства. — Мы просто друг друга помним!
Дан смотрит в сторону бара и неожиданно начинает смеяться. Слежу за его взглядом и вижу Никиту, которого Заур уговорил выйти из номера и спуститься к бару чтобы продолжить наши дружеские посиделки. И если Кот ничего не заметил делая заказ бармену, то Кит явно все видел…