Жена для наемника

Глава 17

Три недели спокойствия.

Звучит почти нереально с учетом дерьма, в которое превратилась моя жизнь. Но, кажется, толика везения у меня все-таки осталась. Отец Антона увез его на «важную» встречу. Она проходила сначала на горнолыжном курорте, потом на каких-то островах, а затем в лесу с ружьем в руках. Все это я увидела в социальных сетях Антона, за которым следила с фейкового аккаунта. Нервничать я, конечно, не перестала и вздрагивала каждый раз, когда звонил мой телефон, но, по крайней мере, смогла помочь родителям найти новое место для мастерской. Куда они и переехали. Абду перевел мне бонус, о котором я не просила, что помогло оплатить аренду.

А вчера вечером, лежа в кровати и листая на планшете присланные Абду бумаги, связанные с военной промышленностью, которые нужно перевести в ближайшее время для его юристов, я получила электронное письмо с приглашением на бал.

Сначала глазам не поверила, даже села на кровати и протерла их. Первой мыслью было «Лиза меня убьет». Потому что этот бал устраивает Абду для налаживания деловых связей в России. И именно на него я отказалась идти, когда Лиза меня пригласила.

Следом появилось желание послать Антона в жопу. И я уже начала печатать вежливый ответ, когда пришло следующее сообщение с пометкой «второе свидание» и фотографией многоэтажного здания, на первом этаже которого красовалось вывеска «Мастерская по пошиву одежды «Людмила»». Пришлось ответить короткое «ок», подавляя желание что-нибудь разбить.

Сегодня же меня весь день мутит. Утром мне удалось проглотить чай и немного маминого фирменного пирога с вишней. Потом я села за работу и забылась до самого вечера. Только один раз отвлеклась, когда мне доставили большую коробку, в которой лежало синее шелковое платье, черные босоножками и клатч. И, конечно, от меня не скрылась записка «Моя спутница должна быть достойной меня». Когда я примерила платье, захотелось послать Антона в задницу, чтобы он утонул там в говне. Платье едва прикрывало мою попу, не говоря уже о том, что совсем не подходило по сезону. А потом я решила психануть. Если Антон считает «девушку легкого поведения» достойной себя, я с удовольствием продемонстрирую всем гостям на балу его предпочтения.

Вот только выходя из машины, присланной Антоном, моя уверенность, что смогу хотя бы смогу найти его, пошатнулась. «Гостиный двор» всегда казался мне обычным двухэтажным зданием, просто старинным и с множеством колон. Сегодня его подсветили огнями, а ко входу протянули ковровую дорожку.

Количество приглашенных гостей зашкаливает. Куда ни глянь, везде натыкаешься взглядом девушек в длинных вечерних платьях или мужчин в смокингах. Гостей сложно отличить от охранников. Но последних выдают наушники в ухе и военная стойка. Я оглядываюсь, и понимаю, что охрана чуть ли ни на каждом шагу. Лиза говорила мне, что были какие-то проблемы с безопасностью. Но похоже, все куда серьезнее, чем она предполагала. Или подруга просто не хотела меня пугать, чтобы заманить на бал.

Но такие мероприятия не по мне. Не люблю шумные сборища. Вот только судьба распорядилась иначе, и сама привела меня себя.

Огибаю красную дорожку, минуя фотографов, и подхожу сразу к зданию. Пока сзади раздаются щелчки фотоаппаратов, я останавливаюсь у огромного прохода с двойными дверьми и охраной у каждого угла. На входе стоит молодой араб в национальной одежде с планшетом в руках. Он придирчиво осматривает меня с ног до головы, прежде чем остановиться на моих глазах.

— Девушка, у нас дресс-код, — произносит он с едва заметным акцентом.

«Вот козел», — чуть не вырывается у меня, адресованное совсем не парню на входе. Но вместо того, чтобы выругаться вслух, я изображаю растерянную улыбку.

— Прошу прощения, я только прилетела. Феи крестной у меня нет, поэтому пришлось найти первое попавшееся платье в гардеробе и бежать на бал, — строю невинные глазки, потом опускаю взгляд. — Хорошо, хоть туфельку не потеряла.

Хлопаю глазками.

— Приношу свои извинения, но я не могу пропустить вас в таком виде, — парень складывает руки за спиной, пряча вместе с ними планшет.

Охрана напрягается. Они ждут только знака, чтобы убрать меня с пути. Щелчки фотоаппаратов становятся все реже. Сердце сильно бьется. Я удивляюсь, как еще в обморок не упала. По спине катится капля пота. Мне остается надеяться, что платье из натурального шелка и не впитывает влагу. Все это время я стараюсь удержать улыбку, но уверена, она пару раз дрогнула.

— Проверьте, пожалуйста, списки, — говорю тихо, но в моем голосе чувствуется сила. — Уверена, мы сможем найти выход. Мое имя — Татьяна Герасимова, — смотрю парню в глаза, приподнимая бровь.

Надеюсь, Лиза внесла меня в списке и оставила пометку «важный гость», как делала обычно на подобных мероприятиях в Дубае. Полагаться на Антона точно не стоит. Не сомневаюсь, он специально затеял все это, чтобы унизить меня.

Парень некоторое время щурится, после чего достает планшет. Быстро двигает пальцем по экрану. Его брови ползут вверх. Он резко вскидывает голову и делает шаг в сторону.

— П-проходите, — говорит парень, уставившись на меня.

Вовремя. До меня доносятся шаги сзади. Скорее всего, другие гости уже дышат мне в затылок.

Я посылаю пареньку короткую улыбку, а он склоняет голову. Но тут же поднимает ее, замечая мои ноги. А-я-яй, а недавно так пристально меня осматривал. Ничего ему не говорю, просто прохожу через открытые двери и окунаюсь в атмосферу бала.

Передо мной появляется танцпол. Огромный. На нем с десяток пар кружат в вальсе. Посреди него находится круглая сцена с музыкантами. Людей столько, что среди них можно потеряться. Они сидят за столиками у стен, стоят рядом с ними, общаются. В самом конце зала замечаю очередь и длинный фуршетный стол. На балконах второго этажа тоже есть люди. Несколько человек точно. Возможно, это охрана.

И как мне найти здесь Антона?

Оглядыва. пространство бального зала и понимаю, что кроме как идти на поиски, мне ничего не остается. Вздыхаю и иду к стене. Маневрировать среди людей и при этом никого не задеть — еще та задачка. Но я справляюсь, даже с учетом того, что иду быстро.

— Таня, — слышу за спиной знакомый голос. Замираю. Твою мать.

Оборачиваюсь и встречаюсь взглядом с Лизой. Ее волосы уложены в высокую прическу с кудряшками. Одета она в шикарное бордовое платье в пол с расклешенной юбкой и лифом, инкрустированным бриллиантами. Лиза, нахмурившись, осматривает меня. Задерживается на моем платье, потом на ногах.

Под ее взглядом хочется прикрыться, а когда она снова смотрит мне в глаза и приподнимает бровь, сразу понимаю — придется объясняться. Но не сейчас.

— Потом, — бросаю ей и разворачиваюсь. Надеюсь уйти достаточно далеко, пока Лиза не опомнится. Но подруга приходит в себя слишком быстро и хватает меня на запястье. Приходится снова повернуться. Мы и так привлекли внимание: ловлю парочку любопытных взглядов от брюнеток с бокалами в руках, стоящих неподалеку в черных длинных платьях. Для полного счастья еще скандала не хватает. Тем более с женой шейха. Я дарю брюнеткам самую широкую улыбку, которая имеется в моем арсенале, а когда они отводят взгляды, подхожу к Лизе настолько близко, чтобы она могла слышать мой шепот сквозь громкую музыку.

— Я тебе все расскажу. Обещаю. Просто чуть позже, — заглядываю в глаза подруге. — Сейчас мне нужно решить одну проблему. Не мешай мне, пожалуйста.

Лиза долго смотрит на меня, хмурится и, наконец, кивает.

— Тебе многое придется мне объяснить, — она опускает взгляд на мои ноги, после чего быстро возвращается к лицу, — начиная со своего внешнего вида.

Едва удается сдержать стон, когда представляю допрос с пристрастием, который устроит Лиза. Но смиренно киваю и освобождаю запястье из ее хватки.

— Увидимся, — оглядываюсь, вроде больше ненужного внимания мы не привлекли. — Позже, — робко улыбаюсь ей и продолжаю свои поиски.

Я и пары метров не прохожу, как замечаю «ямочки». Сердце больно сжимается, но как только вижу светлые волосы сразу отпускает.

Останавливаюсь неподалеку и, склонив голову к плечу, смотрю на Антона. Он, надев белоснежный смокинг, очень отличается от своих собеседников, которые мало того, что ниже ростом, так еще с седыми волосами и во всем черном. Антон широко улыбается, при этом крутит в руке рокс с янтарной жидкостью. Он ведет дружескую беседу и… не замечает меня. Странно, что нигде не видно его отца. Антон — его полная копия не только внешностью, но и характером. Вот только Александр Петрович никогда меня не жаловал, в отличие от сына. Хотя… Антон тоже меня ни во что не ставил. Так что не особо они и отличаются в отношении ко мне

Вспоминаю все годы унижения. Запреты, контроль, манипуляции. В груди закипает ненависть. Сегодняшняя выходка с платьем стала последней каплей. Он должен поплатиться. План в голове появляется моментально, и я с коварной улыбкой широкими шагами преодолеваю расстояние, разделяющего нас.

— Ми-и-и-и-илый, — бросаюсь Антону на шею. — Я тебя так долго искала и вот нашла, — от сладости моего голоса самой становится противно.

Антон превращается в статую, а я вместо того, чтобы отстраниться, сильнее прижимаюсь к нему. Становлюсь на носочки и звонко чмокаю его в щеку, стараясь преодолеть рвотные позывы.

Антон тут же оживает. Размыкает мои руки и отталкивает меня. Если бы каблуки оказались чуть выше, я бы точно распласталась на полу. А так лишь чуть-чуть подворачиваю ногу и спустя пару секунд стою прямо.

— За что ты так со мной? — строю невинные глазки, изо всех сил изображая обиду. — Мы же о другом договаривались, — оглядываюсь на мужчин, с которыми Антон разговаривал. — Он хотел себе достойную спутницу на этот вечер и позаботился о том, чтобы она у него была. Если вы понимаете, о чем я.

— Хватит! — рев Антона слышен всем вокруг, да еще и музыка очень вовремя затихает.

Я обычно сторонюсь постороннего внимания. Но на этот раз радуюсь ему. Все люди, стоящие неподалеку, замолкают и смотрят на нас. Я же подмигиваю одному молодому блондинчику, стоящему неподалеку, который как раз поднимает глаза на мое лицо. В ответ ловлю похотливую улыбку и внутренне содрогаюсь.

— Антон Александрович, не могли бы вы решить проблему? — жесткость в голосе одного из собеседников моего бывшего ничем не прикрыта.

Антон окидывает меня презрительным, обещающим скорую расправу взглядом.

— Прошу прощения, — он хватает мое запястье и тащит к стене.

Я без вопросов следую за ним, но не забываю оглянуться и отправить воздушный поцелуй собеседникам Антона, которые следят за нашим уходом. Получив «мой подарок», они синхронно качают головами и перешептываются.

Антон открывает первую попавшуюся дверь и затаскивает меня в тусклый коридор. Тянет дальше и, кажется, знает куда идти. Потому что как только мы доходим до конца коридора, там оказывается еще одна дверь. Антон открывает и ее.

Именно в этот момент я понимаю, что попала. Пытаюсь вырвать руку из сжимающих ее пальцев. Но Антон не отпускает. Тащит меня внутрь темной комнаты. Хватаюсь за косяк. Антон резко дергает. Пальцы соскальзывают. Пару ногтей выбиваются в другую сторону. Шиплю от боли, которая тут же отходит на задний план, когда Антон толкает меня и отпускает…

Крик застревает в груди. Сердце останавливается. Я лечу в темноту. Выставляю руки перед собой, чтобы смягчить падение, но приземляюсь на что-то мягкое. У меня в животе словно узел развязывается, а по телу разливается облегчение. Только до тех пор, пока в комнате не загорается свет. Он режет глаза, и мне требуется время, чтобы привыкнуть к нему. Запах химикатов отдается горечью во рту. Коричневый диван подо мной обшарпан.

— Что ты там устроила? — тяжелые шаги заставляют меня подорваться.

Сажусь, но тут же пытаюсь отползти подальше, ведь Антон в два шага преодолевает расстояние, разделяющее нас. Оглядываюсь, но за мной нет ничего, кроме стены. Рядом шкаф с разной бытовой химией. С другой стороны стоит пошкрябаный деревянный стол и задвинутый в его углубление стул с порванной обивкой. Все это находится на расстоянии вытянутой руки от дивана.

— Я к тебе обращаюсь! — Антон хватает меня за плечи и встряхивает, заставляя посмотреть на него. — Что за шоу ты устроила перед партнерами моего отца?

— Так вот, кто это был. Хорошо, — улыбка появляется у меня на лице, и я не пытаюсь ее сдержать.

— Хорошо? — глаза Антона расширяются. — Ты что с ума сошла?

Я веду плечами, пытаясь сбросить руки, вот только у меня ничего не получается. Поэтому просто встаю, заставляя Антона тоже распрямиться. Заглядываю ему в глаза. И несмотря на то, что сердце бьется как сумасшедшее, спокойно произношу:

— Разве не этого ты от меня хотел, присылая такую одежду? Я подумала, что ты хочешь видеть рядом с собой девочку из эскорта, вот и решила подыграть.

Пожимаю плечами. Хочу сделать шаг в сторону, чтобы обойти Антона и убраться с этого чертового бала. Свидание окончено. Грубые пальцы сильнее впиваются в плечи, и не дают сдвинуться с места. Стискиваю зубы, чтобы не застонать от боли, и с вызовом смотрю на Антона.

— Пусти, — шиплю я.

Он не двигается. Выполнять мою просьбу тоже не собирается. Его шоколадные глаза наполнены сталью, из-за чего у меня по позвоночнику ползет холод. Знаю, что перешла границу, но не жалею. Меня достали его издевательства! Я не буду больше терпеть их!

Вот только вся моя бравада сходит на нет, когда я вижу, как в глазах Антона загорается огонь, а на лице расплывается дьявольская ухмылка. Хочу сделать шаг назад, но врезаюсь икрами в диван.

— Пусти! — голос срывается на крик. Но это не останавливает Антона, который нависает надо мной. Я в попытке отодвинуться прогибаюсь в спине и теряю равновесие. Падаю обратно на диван. Дергаюсь в сторону. Но не успеваю сдвинуться с места, как Антон забирается следом. Он стискивает мои ноги коленями. Перед моим лицом оказывается его пах.

О нет! Нет!

Толкаю Антона, но он сильно цепляется в меня, поэтому не могу сдвинуть егоТолкаю снова. И снова. Не помогает.

Спустя несколько секунд Антон сам отпускает мои плечи. И я тут же пользуюсь возможностью. Пихаю сильнее. Бесполезно. Он ловит мои запястья, перехватывает рукой и прижимает их в моей груди. Я начинаю брыкаться. Антон сильнее сжимает ноги. Обездвиживает меня. Кладет свободную руку на ремень.

Замираю. Мои глаза расширяются. Слежу за каждым его движением. Он расстегивает пряжку. Вытаскивает пуговицы из петли. Опускает молнию вниз…

— Что ты делаешь? — выдавливаю из себя лишь шепот.

Тяжело сглатываю. Антон хищно улыбается и обхватывает вялый член ладонью.

— Зря я отпустил тебя в клубе, — в его голосе звучат опасные нотки. — Но ничего, сейчас наверстаем. Раз ты выставила себя шлюхой, исполняй свои прямые обязанности.

— Нет, ты не можешь, — мои глаза становятся еще шире. — Помогите! — кричу так громко, как могу. Мотаю головой. — Помогите!

Антон гладит член. Тот твердеет на глазах. Хочу снова закричать, но боюсь открыть рот. Отворачиваюсь. Сильнее стискиваю челюсти. Антон тут же хватает меня за подбородок. Поворачивает мою голову обратно. Член уже стоит. Пытаюсь отодвинуться, когда чувствую давление на щеки. Антон нажимает на какие-то точки. Боль волной разносится по лицу, челюсти немеют, рот открывается.

Даже если закричу, мне никто не поможет.