Жена для наемника

Глава 24

— Я не пойду туда в таком виде! — цепляюсь за обивку сиденья и впиваюсь взглядом в Вадима. Тот, как ни в чем не бывало, стоит у открытой двери джипа, протягивая мне руку.

Снова смотрю на здание перед нами: высокое, черное, стеклянное. Мимо него проходят люди. Большинство заняты своими делами, но кое-кто все же задирает голову, но вряд ли видит крышу здания. Некоторые останавливаются и в отражении поправляют одежду. Пару девушек в темно-синих жакетах и юбках до колена выходят из разъезжающейся двери со стаканчиками кофе в руках. Выглядят при этом не как обычные сотрудницы, а модели с длинными ногами, которых пригласили специально, что завлекать клиентов.

О нет! Я туда точно не пойду!

— Ты иди, я здесь подожду, — смотрю на Вадима умоляюще.

Надеюсь, что у него осталась хоть толика благоразумия, но, кажется, все-таки нет.

Вместо того чтобы согласиться с моим предложением, он обхватывает меня за талию и вытаскивает из машины. Как только понимает, что я твердо стою на ногах, захлопывает дверце и прижимает меня к холодному металлу. Но вздрагиваю я не от этого, а от ледяных ладоней, которые оказываются у меня на щеках. Вадим большими пальцами невероятно нежно стирает разводы у меня под глазами. Потом поправляет мои волосы. После чего снимает свой пиджак. Я даже пискнуть не успеваю, как Вадим отрывает меня от машины и накидывает теплую ткань, которая прописалась его запахом, мне на плечи.

— Просовывай руки, — говорит он тихо, но в словах чувствуются приказные нотки.

Я подчиняюсь.

Вадим сосредоточенно застегивает одну пуговицу за другой, вытаскивает мои волосы из-под ворота пиджака и только после этого смотрит мне в глаза. Долго. Проникновенно. Будто хочет мне что-то сказать.

Я же пошевелиться не могу. Вадим не прикасается ко мне, а у меня начинают гореть все нервные окончания. По телу разносится жар. Он собирается внизу живота и на… щеках. Хорошо, хоть холодных ветер немного охлаждает их.

— Пойдем, — не дожидаясь моего ответа, Вадим переплетает наши пальцы и ведет меня к зданию.

Послушно следую за ним. Ноги сами переставляются. Язык прилип к небу. Тело перестает слушать мозг, который умоляет о побеге. Другого объяснения нет, почему я спокойно захожу за Вадимом в просторный черно-белый холл с ресепшеном у дальней стены, с десятком столиков и кожаными диванчиками по бокам, а также охраной на входе.

Как только мы с Вадимом появляемся, двое молоденьких коротко-стриженных мужчин вытягиваются. А стоит нам подойти к турникету, один из них прикладывает свою карточку к считывателю. Стеклянные дверцы сами открываются.

— Спасибо, Леша, — Вадим ведет меня дальше по холлу.

Замечаю любопытные взгляды девушек на ресепшене. Рыженькая осматривает меня с ног до головы. Ее брови ползут вверх, когда мы цепляемся взглядами. У меня мелькает мысль показать ей язык, но я сдерживаюсь. Все-таки «приличная девочка», хотя по внешнему виду этого не скажешь. Хорошо, что темноволосая коллега тянет рыженькую за рукав, привлекая внимание, иначе вряд ли бы я сдержалась.

Мы подходим к лифту, который расположен рядом с ресепшеном. Двери сразу разъезжаются. Из кабины выходят двое мужчин. Кивками здороваются с Вадимом. Он отвечает им тем же, после чего заходит в лифт и тянет меня за собой. Становится спиной к задней стенке и нажимает кнопку двадцатого этажа.

У меня к ногам приливает кровь. Прирастаю к земле. Ладони холодеют. Могу думать только о том, как мне выбраться из лифта. Попасть обратно на первый этаж. Почувствовать землю под ногами. Дыхание спирает. Прикрываю глаза. Пытаюсь успокоиться.

Чувствую ладони на щеках:

— Дыши, Таня, — шепот прорывается в затуманенное страхом сознание, — дыши.

Делаю глубокий вдох. Открываю глаза. Встречаюсь с обеспокоенным взглядом Вадима. Выдох.

— Умница, — Вадим нежно улыбается. — Давай снова.

Подчиняюсь.

Страх все еще ползет паучьими лапками по коже. Но уже не так быстро, и больше не кусает. Но главное, я дышу. Медленно. Размеренно. Успокаивая сердцебиение.

Вадим все время, пока я прихожу в себя, не отрывает от меня глаз. Его «голубые озера» дарят успокоение. Они такие глубокие. В них чувствуется сила, которая передается и мне.

— Что с тобой произошло? — горячее дыхание Вадима опаляет мои губы, когда я окончательно избавляюсь от страха. — Почему ты боишься высоты?

Вздрагиваю. Делаю шаг назад, лишая себя тепла рук на щеках. Опускаю глаза.

Антон даже не догадывался о моей фобии.

— Это глупо, — шепчу.

Вадим мигом сокращает расстояние между нами и поднимает мою голову за подбородок. Вторую руку он кладет мне на талию.

— Давай же, — в его глазах разливается тепло, и лед внутри разбивается.

Я дрожу, постепенно согреваясь.

Глубоко вздыхаю, засовывая руки в карманы пиджака. Переминаюсь с ноги на ноги, пытаясь понять, с чего начать.

— Мне было пятнадцать, — сглатываю ком, застрявший в горле. — Мы с подругой после школы любили гулять по крышам пятиэтажек. Сидеть на краю, свесив ноги. Наслаждаться свободой, как говорила Алина. Никогда не было проблем, пока кто-то не вызвал полицию, заявив о попытке суицида двух подростков, — цепляюсь за ткань подкладки пиджака. — Приехали полиция, скорая, пожарные, спасатели. Собралась толпа. Короче, кого там только не было. Они даже воздушный матрас надули. И переговорщика с граммофоном прислали.

Дрожь проносится по телу, когда я вспоминаю тот день. Вой сирен. Шум ветра. Гомон людей.

Отвожу взгляд. Облизываю губы. Набираю в легкие побольше воздуха…

— Я хотела спуститься. По лестнице, конечно. Но подруга подумала, что было бы прикольно полетать. Тем более, внизу была «подушка безопасности»… — сглатываю. — Она меня толкнула, — желудок скручивается почти как в момент полета. — А потом прыгнула сама. Вот только я упала на матрас, всего лишь вывихнув ногу, а Алина… она промахнулась, — голос дрожит, нижняя губа трясется, глаза наполняются слезами.

Лифт звякает.

Вместо того чтобы выйти, Вадим обхватывает меня своими огромными руками и прижимает к себе. Напрягаюсь. Чувствую его запах, тепло и расслабляюсь. Вадим ничего не говорит. Просто гладит меня по голове. Нежно, но в то же время я чувствую его силу. Перебирает мои волосы. И держит так крепко, будто боится, что я снова сорвусь с крыши.

Из меня вырывается судорожный всхлип. Слезинка скатывается по щеке. Слышу шаги, но не реагирую. Обнимаю Вадима за талию. Он становится моей опорой. Мостом между реальностью и воспоминаниями.

— Вадим! Я ждала тебя, — женский голос звучит слишком радостно и приторно. Я напрягаюсь.