Жена по договору, или Тайна поместья Фортайнов

Глава 10

Граф сел рядом, не дожидаясь от меня какой-либо реакции. Посмотрел на заливисто смеющегося ребенка за стеной из брызг фонтана и проговорил:

— Умиротворяет, да?

Все это время я не сводила с него глаз. Он так непосредственно себя вел, что аж раздражало. Словно мы сюда голубей кормить ходим каждые выходные! При чем, держась за ручки!

— Что вы здесь делаете? — несколько грубовато поинтересовалась я.

— У нас встреча, Амелия. Вы пришли согласиться стать моей женой, — Ингелберт повернул ко мне голову, награждая снисходительным взглядом и добавил: — Так уж и быть, я готов принять правки в договор, которые вы без устали сочиняли всю прошедшую неделю.

Тут он протянул мне руку ладонью вверх, явно намекая на бумагу, что я держала. Боги, до чего же самоуверенный! Сузив глаза, я крепче сжала пальцы, сминая листы, лежащие на коленях. Он ведь даже не сомневался в моем выборе!

А был ли он вообще, этот выбор?

— Не угадали, Ваше Сиятельство. Я не согласна.

В серых глазах мелькнуло удивление. Совсем на мгновение, но мне хватило, чтобы ощутить свое превосходство в этой ситуации.

— Что вы сказали? — вкрадчиво проговорил он.

— Я против. Что здесь не понятного? Мне не нужен муж по договору, которого ничего, кроме моего наследства не интересует. Я не старая дева и не дама в беде, которой не хватает фиктивного мужского плеча под боком. Не хочу становиться заложницей обстоятельств и рабой в собственном доме. Мало того, я не собираюсь наблюдать за тем, как поместье, пережившее несколько веков, разрушают под ноль, дабы построить ваши мастерские. Что из этого мне нужно уточнить конкретнее, чтобы до вас наконец дошло: не видать вам моей земли, как коту своих ушей!

Под конец речи я совсем осмелела и даже повысила голос. Все это время граф очень внимательно, практически не моргая, на меня смотрел.

— От вас это не зависит, вы же понимаете? — после короткого молчания произнес он. — За вашего опекуна в отсутствии родни, выступает король. Мне достаточно обзавестись его подписью в договоре…

— Дерзайте! — не дала договорить, поднимаясь с лавки. — Сколько у вас на это уйдет времени?

Шаткая надежда, что до монарха не так просто добраться, развязывала мне язык. Если б все было легко, граф не стал бы давать мне выбор и ждать целую неделю. А до этого — позволять Хичмаку изводить моих людей мелкими диверсиями. И почему раньше это в голову не пришло?

Скрестив руки на груди, я победно смотрела на графа сверху вниз.

Он вдруг расслабленно откинулся на спинку лавки и улыбнулся. Внутри у меня что-то дрогнуло и рухнуло в пятки. Неужели блеф не удался?

Осмотрев меня странным взглядом с головы до ног и обратно, Ингелберт облизнул нижнюю губу в задумчивости, а потом проговорил:

— Хорошо.

В голосе появились незнакомые бархатные нотки. Я поняла, что где-то серьезно накосячила…

— Хорошо? — повторила уже не так уверенно.

— Да, Амелия. Зайдем через короля.

Я растерянно моргнула.

— Или, — вдруг продолжил он, тоже поднимаясь и подходя ближе. Нас разделял шаг, но энергетика графа обволакивала меня, окутывала со всех сторон, снова зарождая чувство, что я уже проиграла. — Вы станете моей женой без всякого договора.

Я нервно рассмеялась, обхватывая себя за плечи в защитном жесте.

— А на это вы как собираетесь меня уговаривать?!

— А на это у меня есть магия.

Ответ выбил почву из-под ног. Я знала, что этот мир жесток к женщинам — их могут купить и продать, могут выдать замуж, не спрашивая, могут отказаться и выгнать из дома, если вдруг станет неугодной. Но мне даже в голову не приходил вариант с колдовством. А ведь он такой очевидный.

— Поясните? — голос мой прозвучал ровно, хотя внутри все перевернулось и рухнуло в пятки.

Кажется, противиться брачному договору было ошибкой. И почему я решила, что смогу отделаться от Ингелберта малой кровью?

— Я устал с вами возиться, мисс Фортайн. Мне нужна ваша земля…

— Точнее, источник? — не сдержала горькую усмешку.

Он пропустил ее мимо ушей, продолжив:

— … и заполучу я ее любой ценой. Я пробовал подойти с разных сторон, но вы упрямитесь. Неужели думаете, что выйдете из этого противостояния в победителях? У меня нет в планах выгонять вас из дома, разрушать особняк или что вы там еще успели себе напридумывать. Мне нужно завладеть землей, и я это сделаю.

Выдержав его пристальный взгляд, проговорила:

— Вы не пояснили насчет магии.

— Разве не ясно? Я могу сделать так, что вы уйдете из этого сквера по уши в меня влюбленной. Вернее, будете так думать. А может, и чувствовать. Смотря как поведут себя чары. Всего минута воздействия, и вы с радостью скажете «да» на любой мой вопрос, подпишете любые бумаги, что я вам подсуну. Мне было бы проще поступить так еще неделю назад, но опускаться до подобного не в моих правилах. Теперь же… не остается выбора.

— У вас он как раз все еще есть, — с горечью пробормотала я, отводя глаза.

Смотреть в лицо графу было невыносимо.

— Амелия?

Я нехотя взглянула на него. Сохранить остатки достоинства оказалось непросто. К горлу подкатил ком, и хотелось расплакаться. Признаться, сдерживалась я уже из последних сил. Чтоб хоть как-то придать себе уверенности, упрямо поджала губы и вздернула подбородок. Говорить больше нечего. Оставалось молчаливо ожидать, что он предпримет.

Если Ингелберт собирается прибегнуть к магии, у меня все равно нет никаких шансов защититься.

— Так мы вернемся к брачному договору? — неожиданно произнес он.

Несколько раз моргнув, я искренне удивилась:

— Договору?

Страшные варианты с королем или проклятьем мы больше не рассматриваем? Граф молчал, выжидательно на меня глядя. Я быстро смахнула все ж сорвавшуюся с ресниц слезинку и сдавленно пробормотала:

— О… — опустила глаза к смятым листам бумаги, что все это время держала у живота, словно щит. — Вынуждена признать, договор — не самое худшее из зол.

— Вот и замечательно, — слишком быстро подытожил он, отворачиваясь. — Давайте вернемся в помещение и обсудим детали. Полагаю, у вас есть условия, которые мне придется выполнить.

Граф пошел первым, не дожидаясь, когда я отомру и последу за ним. А я никак не могла сообразить, что сейчас произошло. Эмоциональные качели, на которых с самого утра качалась, распугали все мысли из моей головы.

До лавки артефактов мы дошли очень быстро.

Ингелберт открыл передо мной двери, предлагая войти первой. Внутри я сразу же наткнулась на любопытный взгляд рыжего парня, который недавно интересовался моим самочувствием. Судя по всему, именно он указал графу направление, куда я делась.

— Рикон, организуй нам бодрящий чай, пожалуйста, — бросил мой будущий супруг, даже не взглянув на работника.

Ну, конечно! Взбодриться — вот, чего мне действительно сейчас не хватает. Сдержав саркастичное закатывание глаз, я последовала за графом вверх по ступеням.

Все, как говорил мистер Хичмак: второй этаж, от лестницы налево, а затем до упора к единственной двери.

Кабинет был средних размеров, но из-за малого количества мебели, казался просто огромным. И холодным. Ни капельки не уютным. Серые стены, серые полы, черный рабочий стол в центре комнаты. За ним — большое, ничем не занавешенное окно, через которое поступало много света. Одинокий шкаф с книгами сиротливо подпирал одну из стен, а два мягких кресла — один хозяйский, второй на приходящего — выглядели совершенно неуместными для минималистичного интерьера.

— По лицу вижу, дай вам волю, тут непременно поселятся ковры, картины, яркие занавески и что-нибудь им подобное.

Я обернулась, замечая, что граф стоит в дверях и наблюдает за мной. Дернув уголком губ в кривой улыбке, он прошел к столу и сел, указывая на свободное кресло.

— Прошу, мисс Фортайн. Хотя, лучше — Амелия. И давайте перейдем на ты? Все-таки, скоро мы станем друг другу не чужими людьми.

Тут его улыбка стала чуточку шире, а в глазах блеснули золотые искорки. Я сначала подумала, что мне почудилось. Но стоило внимательнее приглядеться, цвет радужек Ингелберта вновь стал чисто серым.

Я никак это не прокомментировала. Приняла приглашение сесть, сразу же выкладывая перед мужчиной листы с поправками к договору.

— Это мои условия.

Он даже не взглянул на них.

— Может, сначала ознакомишься с оригиналом? — открыл ящичек стола и вытащил из него свиток пергамента. Протянул его мне.

В памяти мелькнуло, что на таком носителе обычно скрепляются не простые сделки, а с магическим подтекстом. Внутри неприятно заскребло. Сжав пальцы в кулачки, убрала руки на колени и резко спросила:

— Все же надеешься связать меня чарами? Давай играть честно, Кристофер.

Он откинулся на спинку кресла и убрал свиток обратно.

— Я удивлен.

— Моим нежеланием ввязываться в колдовской контракт?

— Твоим чутьем на зачарованные вещи. Я не ощущаю магии в твоей ауре, как ты узнала, что пергамент не то, чем кажется?

Я несколько раз моргнула в растерянности. Мой дар был «выпит» драгхаром. Отнят вместе с жизнью. Но знания прежней Амелии частично передались мне, хоть и не всегда обнаруживались вовремя.

— Это была проверка?

Когда не знаешь ответ, атакуй вопросом — совет кого-то близкого из прошлой жизни.

Кристофер потянулся к стопке лежащих на столешнице бумаг, взял верхний лист и подвинул его ко мне.

— У нас будет интересный союз, — ушел от ответа он. — Вот настоящий договор. Не переживай, он абсолютно чист — с какой стороны ни глянь.

Меня удивило количество текста. Всего на полстраницы. Внизу уже красовалась размашистая подпись с инициалами «К.Л.И.». Интересно, какое у него второе имя?.. Взяв бумагу в руки, я принялась читать. Строчки закончились очень быстро, пришлось возвращаться и начинать с начала, чтобы ничего не упустить.

Странно. По условиям договора, после скрепления брачного союза, мы становились владельцами имущества друг друга. Каждый имел право на любые манипуляции, кроме продажи и дарения лицам, не состоящим в кровном родстве с кем-либо из нас.

То, что граф наконец запустит руки в мое поместье, вполне ожидалось. Но то, что он предоставит такое же право мне… Чуялся здесь какой-то подвох.

Подняв глаза от листа, спросила:

— А где написано, что наш союз фиктивен и будет расторгнут в определенный срок?

— Этого не предусмотрено.

— Но… Я же не становлюсь вашей женой по-настоящему! Этот брак не может длиться вечно.

За спиной раздался стук двери и чужие шаги. Я прикусила губу, дожидаясь, пока Рикон поставит передо мной чашку дымящегося чая, передаст такую же графу, а затем торопливо ретируется.

— В определенный момент мне захочется создать семью, — продолжила, когда мы снова остались наедине. — Не по договору.

Кристофер подался вперед, облокачиваясь на столешницу.

— Год.

— Год?

— Да. Двенадцать месяцев, начиная с завтрашнего дня. Пропишем это в приложении к договору.

— И внесем туда мои правки.

Он нащупал смятые листы, не сводя с меня глаз.

— Смотря какие. Попробуй чай, пока я ознакомлюсь. Уверяю, лучшего ты еще не пила.

Граф принялся за чтение, а я взялась за белые бока кружки. Взгляд сам по себе заскользил по мужскому лицу, изучая его поближе.

А ведь красив, черт! Если б мы встретились в прошлой жизни, я определенно бы его запомнила. Именно такие мне всегда нравились — с волевым подбородком, прямым носом, четко очерченными губами. Морщинка меж широких бровей и густые темные ресницы, придающие любому оттенку глаз особую выразительность. Высок, широк в плечах, обаятелен — все, как в лучших романах о прекрасной и вечной любви.

Удивительно, почему рядом с ним до сих пор нет женщины? Значит, имеется какая-то темная тайна. Парочка скелетов в шкафу или целый самосвал подводных камней. А может так повезет, что и то, и другое.

Кто как не я должна была встать ему на пути?

Вот уж, встретились два одиночества…