Жена по договору, или Тайна поместья Фортайнов

Глава 16

Следующие несколько дней прошли для меня, как в тумане.

В поместье прибыло много незнакомых людей: рабочие, которые должны были отстроить за короткий срок сеть мастерских по созданию артефактов. Для них был организован черный ход — новые ворота в противоположной стороне от тех, что вели к особняку.

Это было одним из моих условий, которые граф сразу же взялся исполнять. Что, несомненно, радовало. Проконтролировав первые организационные моменты, я переложила дальнейшее на Оскара, а сама устроила себе выходные, как и хотела.

Я прокручивала в памяти ритуал бракосочетания, и не могла понять, что меня в нем так сильно цепляло. Странное чувство легкого дискомфорта, который еще не перерос в тревогу, скручивалось в груди тугим узлом.

Сначала подумала, дело в эмоциях, захлестнувших в момент церемонии. Кажется, Кристофер начинал мне нравиться, и взять под контроль это было сложно.

Потом я стала ловить на себе его взгляды. В те короткие моменты, когда мы сталкивались друг с другом. Что случалось по истине нечасто — еще один огромный плюс. Зря я переживала о совместном проживании. Он смотрел на меня как-то по-особенному. Желал доброго утра или вечера, и завершал на этом общение, исчезая из вида.

Может ли быть такое, что моя неожиданная симпатия оказалась взаимной?

Но сразу за этой мыслью грудь неприятно сдавило, и навязчивое чувство дискомфорта переродилось в нечто большее.

Кажется, у меня развивалась паранойя! Которую с радостью подогревал мой стайх, начавший вести себя крайне странно.

Во-первых, он постоянно заседал в кустах, не показываясь на глаза чужакам. Даже Розалин и ее гувернантка еще не встречались с ним. Днями пропадал в лесу и давал о себе знать лишь ночью.

Во-вторых, выбираясь из засады, он всячески пытался попасть в дом. А конкретнее — ко мне в спальню.

Появлялась я на улице редко, еду мне приносили в покои, а желание пообщаться с кем-нибудь с каждым днем таяло, словно дым. По работе в теплицах я отдала поручения Отраде и Риске, предупредив их, чтобы меня не тревожили несколько дней, а затем, с чувством выполненного долга предалась прокрастинации и лени.

Где-то на подкорке сознания мигал тревожный огонек неправильности происходящего, но едва я хваталась за тонкую нить истины — та обрывалась, оставляя меня ни с чем.

Я просыпалась, завтракала, читала, спала, просыпалась, снова ела и опять читала.

Все повторялось по кругу, периодически разбавляясь коротким выходом во двор, дабы подышать свежим воздухом и оценить, как быстро деревья лишаются яркого осеннего покрова.

Дни слились в одни бесконечные сутки, а когда цепочку разорвал стук в дверь, оказалось, что пошла уже вторая неделя моего добровольного заточения. На пороге стояла Отрада. Она выглядела взволнованной и часто оглядывалась через плечо.

Она ни разу еще не поднималась на второй этаж.

— Что случилось? — сонно протянула я, растирая слезившиеся после внезапного пробуждения глаза. — Я же просила меня не беспокоить…

— Простите, госпожа, но у меня уже просто не получалось его игнорировать!

— Кого?..

— Его!

Тут меня чуть не сбил с ног ворвавшийся в комнату стайх. Я так и не придумала ему имени, а видела последний раз, кажется, вечность назад.

Едва добравшись до меня, он начал кружить вокруг, тереться о ноги, обнюхивать, грозно рычать и бесцеремонно тыкаться своим горячим носом в мой живот и бедра.

— Что ты творишь! — слегка оживилась я. — А ну кыш! Уйди!

— Он уже который день покоя мне не дает, хозяйка! — сокрушалась Отрада. — Хватает за одежду, тянет из дома! Появляется лишь к ночи, а как пробирается с улицы — вовсе загадка! Сегодня же, вот, решила позволить зверю отволочь меня, куда ему требовалось. Оказалось, сюда!

Я часто заморгала. В голове поднялся шум, а сердце ускорило ритм. Растерев лицо, приложила тыльную сторону ладони ко лбу.

— Боги, сколько я тут?

— Десятый день, госпожа Амелия. Мы уже волнуемся. И не зря, вижу… Бледненькая вы какая-то, да исхудали совсем. Муженек-то ваш, зато, цветет и пахнет! Ходит по поместью, командует. Правда, мрачный такой, злой. Не может источник найти.

Я отступила к кровати и села на край.

Странно, после ритуала он ведь является таким же хозяином поместья, как и я.

Ритуал…

В висках кольнуло, а в груди стало еще тяжелее.

Что-то не так с ритуалом.

Стайх взобрался следом за мной и теперь пытался вылизать мне шею и лицо, отчего я всячески уворачивалась. Он издавал смешные звуки, ворчал и недовольно фыркал, настойчиво исполняя лишь ему известную миссию.

— Что за наглость, отстань! Фу, Ворчун, фу! — попыталась отпихнуть зверя, но быстро сдалась под его напором. — Боги… Как же мне плохо…

К горлу подкатила тошнота.

Перед глазами вспыхнул зеленый свет, и я вспомнила, как кто-то вжал меня в стену подземелья.

— Госпожа! Что с вами? Что мне сделать? — заголосила Отрада, в панике бегая передо мной из стороны в сторону. — Это из-за меня? Из-за того, что Ворчуна привела?

— Кого?..

— Ну этого! — она кивнула на стайха. — Вы ж его так только что назвали.

Я простонала, плохо соображая от боли.

— Погодите, я сейчас приведу Риску! — жалобно пискнула Отрада.

— Нет, стой! — рявкнула я, неожиданно громко.

Женщина застыла столбом, на полпути к выходу.

— Закрой дверь. Дай мне воды, пожалуйста. Там кувшин.

С каждым словом голос звучал слабее. Я зажала рот ладонью, боясь вырвать.

Дико раздражал стайх, елозивший шершавым языком по моей щеке. А еще, каждый звук отдавал в голове набатом.

Не знаю, как я пережила последующий час. Так плохо мне не было даже после студенческих вечеринок, прожитой в другом мире юности.

Голова разрывалась на части, любое прикосновение оказывалось болезненным и раздражающим, а еще — меня долго рвало какой-то жуткой субстанцией. Зеленоватой, светящейся в полумраке. Чем-то между жидкостью и газом, походившим на густой туман. Если бы не Отрада, кружившая вокруг и вовремя подставляющая емкости, которые только смогла найти в комнате, покои на ближайшую неделю превратились бы в нежилое помещение.

Хотелось умереть, лишь бы все это прекратилось.

К счастью, до такой крайности не дошло. В какой-то момент я поймала себя на том, что лежу на спине поперек кровати и ощущаю себя упавшей с небоскреба тряпичной куклой. Сил не было вообще ни на что, даже на поворот головы.

Отрада сменяла влажные полотенца на моем лбу и лепетала о неизвестной болезни, которую я могла подхватить от столетней зверюги.

— Оскар рассказал, что зверь окаменелым был! Не просто так ведь! Наверняка заразу какую выпустили вместе с этим ископаемым!

Стайх — так и быть, пусть будет Ворчуном — не обращал внимания на враждебный настрой помощницы. Залез на меня сверху и вдавил в матрас еще сильнее. Я даже пальцем не шевельнула, чтобы его спихнуть. Он уложил голову мне на живот и заурчал, как кошка. От него начали исходить волны теплой энергии.

Я прикрыла глаза.

И словно перенеслась на песчаный пляж, оказавшись очень близко к морской воде. Она омывала тело и лечила разум от последствий заклятья.

Заклятья!

Выстроенная кем-то посторонним стена в голове рухнула, освобождая воспоминания.

Я же отказалась от ритуала!

А Кристофер не принял этого и…

Распахнув глаза, резко села. Слабость больше не вдавливала меня в кровать. Ворчун недовольно фыркнул и попытался завалить обратно, опершись лапами мне на грудь. А ведь это он помог сбросить чары!

Обхватив золотистую морду, звучно чмокнула теплый нос и тут же спихнула стайха с себя. Вскочила и принялась нарезать круги по комнате.

— Госпожа Амелия, вы пугаете меня, — донесся до воспаленного сознания дрожащий голос Отрады. — Мне точно не надо позвать Риску? Она у нас в лекарских штучках хорошо разбирается…

— Не надо никого звать, — оборвала ее речь я, отмахнувшись.

Боги, какая же я глупая! Поверила графу, впустила его в свой дом, заключила договор, согласилась на фиктивный брак. А он скрыл от меня нечто очень важное! А когда я начала догадываться о подвохе — просто заколдовал! Стер память!

— Вот же сволочь!

— Я?

Я остановилась, находя взглядом Отраду. Кажется, мое поведение и правда ее здорово напугало. Представляю, как все это выглядит со стороны.

— Ты молодец, — попыталась улыбнуться и добавить в голос мягкости. — Никому не говори, что тут произошло, ладно? Ни единой живой душе. Поняла?

Она медленно кивнула.

— Спасибо, что привела моего фамильяра.

— Ф-фамильяра?..

— Теперь он будет жить здесь. Надо бы смастерить лесенку, чтобы повесить ее снаружи недалеко от окна, — я указала себе за спину. — Чтоб Ворчун мог выбираться на улицу, не показываясь на глаза новым жильцам дома.

— Х-хорошо. Я передам Оскару.

— А сейчас иди к себе, ты и так потратила полночи, возясь со мной.

— Ой, да вы что! Мне только в радость! — оживилась Отрада. Схватила опустевший кувшин и добавила: — Сначала водички принесу. И прибраться тут маленько надо…

Я согласно кивнула. Вернулась в постель, легла на бок и позволила стайху пристроиться в ногах. Натянула одеяло до подбородка, глядя перед собой невидящими глазами.

Нельзя показывать графу, что его чары разрушены. Неизвестно, как он отреагирует на это. И вообще, было несусветной глупостью говорить ему в лицо то, что думаю. Показывать свой испуг, допытываться правды. Следовало поступить мудрее, отказаться от ритуала уже при Верховном. Или нарушить церемонию как-нибудь…

Но сделанного не воротишь.

Придется вступать в игру и выводить Кристофера на чистую воду другим путем.