Хирург на мою голову

25 глава. "Откровенный" разговор

Меня, после слов хирурга, словно окатили ведром холодной воды. Я моментально пришла в себя, поняв, что только что опять чуть не наделала!

Строго посмотрела на Давида Марковича, ну, насколько могла это сделать.

— Отойдите от меня, пожалуйста. Вы нарушаете моё личное пространство.

Значит, та девушка была никакой не сестрой… И, значит, мои изначальные догадки были верны?

— А что, если мне хочется его нарушить? — Волков начал снова приближаться. Какой настырный!

— Нет. Стоп. Не трогайте меня! У вас вообще девушка есть! — Выпалила я на эмоциях. И, это подействовало. Глаза хирурга сощурились, глядя на меня, и он убрал руки, скрестив их на груди, и сделал пару шагов назад.

— Так. Интересно. А вот с этого места, пожалуйста, поподробнее. И кто называет себя моей… девушкой? Так ведь ты сказала?

— Никто не называет. — Взглянула я на Давида с вызовом. — Но я сама её видела. Высокая блондинка, красивая.

— Ты за мной следишь?

— Думаете, мне больше заняться нечем? Нет, конечно. Вы правы, это я звонила в домофон вчера. Пришла, и столкнулась на входе в вашу квартиру с ней. Так всё и узнала.

— И она сказала тебе, что моя девушка? Или что? Как ты сделала эти выводы?

Я закусила губу. Действительно. А, собственно, с чего я там решила, что блондинку и Волкова связывало что-то романтическое?

— Правильно я понимаю? Ты пришла ко мне готовиться к конгрессу, поднялась, встретила девушку, выходящую из моей квартиры, решила, что мы с ней встречаемся, и почему-то сбежала домой. При этом соврав мне, что заболела. Ничего не перепутал?

Сейчас, когда мои действия проговаривал Давид Маркович, они уже не казались мне адекватными и разумными. А ещё, он ведь и правда звал меня готовиться к конгрессу, зачем я вообще туда примешала что-то личное?

Давид

Ну, вот теперь мне стало всё более-менее понятно.

Смотрел на девушку, и понимал, какой же она, всё-таки, была ещё девчонкой. Она, конечно, была не в курсе, что её выводы были практически верны.

Вчера я так и не дал Наде окончательный отворот-поворот. Ну а что? Я был уверен, что моё увлечение скоро пройдёт, а качественный, взаимовыгодный секс на дороге не валялся.

Надя хотела остаться вчера, но я сказал ей, что у меня была запланирована встреча по работе, и что я позвоню ей на неделе. Ну, да. Вот такой я был нехороший человек. Но при этом я же никого не обманывал, в отличие от Ани. Ничего не обещал. А она пообещала, что придёт, и обломала меня. Это мне совсем не понравилось.

— Так кто была эта девушка? — Аня смотрела на меня немного снизу-вверх.

— Я должен отчитываться? Зачем тебе это знать?

— Ну, я думала, что мы с вами… Вы же поцеловали меня.

Поцеловал. И этот поцелуй никак не хотел выходить у меня из головы. Засел прочно, и мне очень хотелось его повторить. Понять, действительно ли губы Ани были такими сладкими на вкус, и такими мягкими на ощупь. Ещё раз испытать те эмоции, когда я чувствовал, как она откликнулась на мои действия.

Но вслух я сказал совсем другое. Потому что сегодня был дерьмовый день. И я сегодня тоже был какой-то соответствующий. Слишком сложно, много заморочек. Надя точно была знаком. Не нужно мне было всего этого.

Мне нужна была холодная голова, и минимум эмоций. Так что пришлось пожертвовать одним своим очень большим желанием, прекратив всё ещё в зародыше.

Аня

— Правда? Прости. Наверное, что-то нашло на меня из-за того, что не спал тогда больше двух суток. Надо же, а я почти и не помню ничего, думал, мне приснилось.

Его слова больно врезались в меня, словно стекло, разлетевшееся на мелкие острые осколки.

Для меня это был первый поцелуй. Чувственный. Незабываемый. А для него он не значил ничего? Значит, и вчера подготовка к конгрессу была не более, чем подготовкой?

Я чувствовала себя одновременно глупой, расстроенной, обманутой. Но последнее, что бы я хотела, это чтобы человек, стоящий напротив, увидел, какие эмоции мне доставило его признание. Так что пришлось как-то взять себя в руки.

— Это хорошо. Потому что я как раз хотела сказать вам сегодня, что этого больше не должно повториться. Вы, можно сказать, сейчас мой руководитель, и это как минимум не этично. Плюс намного старше меня, а мне нравятся сверстники.

— Поэтому ты ходила на свидание с Фёдором? Он, вообще-то, меня на год старше.

— С Фёдором мы встречались как друзья, не в романтическом плане. В общем, хорошо, что мы всё обсудили. Надеюсь, инцидент больше не повторится, иначе мне придётся написать жалобу на вас за домогательства. Очень уж похотливое отделение хирургии у нас получается. Меня уже двое мужчины пытались здесь «зажать», а один из них даже поцеловал.

Волков смотрел на меня не мигая, сильно сжав челюсть.

— Домогательства, серьезно?

— Мне показалось, или сказали, что кто-то, кого-то насильно поцеловал? — Очень некстати зашёл в ординаторскую заведующий отделением, и мы одновременно с Аней повернули головы.

— Нет, вам послышалось. Мы такого не говорили. — Перевела я взгляд на заведующего отделением, чуть улыбнувшись, чувствуя при этом, как горит моя щека от взгляда Давида Марковича.

— Аня! Кстати, давно хотел поинтересоваться. Как вам под началом нашего доктора Волкова работается?

— Замечательно. Вот сегодня он определил меня целый день помогать палатной медсестре. Ой, и время уже! Спасибо, что напомнили. Хорошего дня! — И на этих словах я скрылась из ординаторской, надеясь хоть на сегодня взять передышку в общении с Волковым, спрятавшись за нашей медсестрой.

Мне точно нужно было время, чтобы как-то пережить весь этот позор.