— Ты совсем дебил? Нет, конечно. — После слов Давида меня начала бить мелкая дрожь. М-да, над доверием мне явно стоило ещё поработать, как и над самооценкой.
Ведь я даже себе боялась признаться, что за секунду до его ответа была уверена, что он скажет совсем не это. Где она — шикарная женщина, и где я — такая обычная…
Наверное, все вокруг были правы. Я была не готова. Он был не готов. Притяжение между нами спадет, и ничего не останется кроме разочарования.
— Аня? Ты что тут делаешь? Подслушиваешь, что ли, стоишь? — Я не заметила, как дверь передо мной открылась, и на меня уставились две пары удивленных глаз, Волкова и его друга.
— Ой… Нет. То есть, случайно вышло. Я искала тебя, и заведующий сказал, что ты здесь в приемном. — Затараторила я, то и дела сбиваясь с мысли.
— Зачем искала? Что-то случилось?
Я перевела взгляд на Фёдора, тот с интересом следил за нашим разговором. Тяжело сглотнула.
— Мы можем поговорить наедине? Это недолго.
Давид повернулся ко второму хирургу, и махнул головой в сторону коридора.
— Поделишься кабинетом на пару минут?
Фёдор встал, строя максимально недовольное лицо, но было видно, что он больше ехидничал. Проходя мимо нас, он закатил глаза.
— Дожили! Из собственного кабинета выгоняют в разгар рабочего дня, между прочим! Снимите номер!
— Это не твой кабинет, а кабинет хирурга. Читай на моем бейдже: «хирург», так что нечего ныть. Давай, шевели ногами.
Давид схватил меня за руку, и втянул в кабинет, после чего закрыл дверь. Теперь мы остались наедине.
Я окинула кабинет взглядом, и присела на кушетку, стоящую у стены. Как-то я неуверенно чувствовала себя стоя. Чтобы сказать то, что я собиралась, мне нужна была дополнительная опора.
— Как-то мне не нравится твой взгляд. Только не говори, что решила не соглашаться на моё предложение о переезде. Я для тебя уже даже полки в шкафу своём освободил. А я, между прочим, жуть как не люблю все эти перестановки делать. — Чуть шутливо начал Давид, но его улыбка начала медленно сползать с лица, когда мы столкнулись взглядами.
— Не переезжать. Я хотела сказать, что нам, наверное, вообще не стоит ничего продолжать, пока мы не зашли слишком далеко. — Выпалила я и зажмурилась. Прошла секунда, вторая, но ничего не происходило.
В кабинете стояла гробовая тишина. Пришлось открыть глаза, чтобы понимать, что происходило.
Напротив меня стоял Волков с абсолютно непрошибаемым лицом. Я не могла считать его эмоции, поэтому продолжила говорить.
— Понимаешь, это сейчас всё кажется круто, но что будет, когда пройдет время, когда всё будет казаться обыденным? Ты станешь заведующим, я хирургом, мы не будем почти видеться друг с другом. Ты же мечтал о карьере, не хотел никогда отношений. А уже отменил операцию только потому, что мне нужна была помощь.
Давид словно хищник начал медленно приближаться ко мне, и мне даже стало немного страшно. Он опустил руки по обе стороны от меня на кушетку, и приблизил своё лицо к моему почти вплотную.
— Это кто тебе наплел эту чушь? Ещё вчера всё было отлично, а сегодня ты приходишь, и вываливаешь эту ерунду…
— Никто. Я сама сделала выводы. Просто Надя сказала, что…
— Что? Ты с ней виделась? Что она тебе сказала? Зачем ты вообще с ней разговаривала?
— Она пришла ко мне домой. И я подумала, что в целом она права, что…
— Да Надя — настоящая прожжённая с*ка! Она делает и говорит только то, что выгодно ей. Нашла кого слушать! Сделала выводы она! А со мной поговорить ты не хотела? Узнать у меня, что я хочу?
Я опустила голову, чувствуя себя не в своей тарелке, а Давид всё продолжал гневно шептать мне в лицо.
— Ты хоть задумалась что я, может, впервые предложил кому-то с собой жить, и это что-то да значит! Что я наконец-то почувствовал себя полноценным, что ощутил, что сейчас всё правильно. И даже работать снова захотелось, потому что теперь появилось для чего и для кого. А у меня давно уже пропало то чувство и запал. Откуда знать это Наде, скажи?
— Я не знаю. Прости, я, наверное, действительно не должна была делать поспешные выводы…
— А впрочем, если ты так легко решила отказаться от наших отношений, от меня, может ты и права? Вставай, иди. Я как-нибудь справлюсь со своей влюбленностью сам. Не маленький мальчик.
Он говорил это так авторитарно, что я вскочила с кушетки, слушаясь его, словно это был приказ. И только через пару секунд до меня дошло, что именно он сказал.
— Погоди, ты сказал, что в меня влюблен? — Сердце быстро-быстро забилось в груди. Казалось, ещё чуть-чуть, и меня хватил бы приступ.
— Я думал, это очевидно. Влюбился как мальчишка, почти с первого дня, как ты тут появилась.
Мы молчали, и тяжело дышали, смотря друг на друга.
— Я тоже. — Просто произнесла я. — Тоже в тебя влюбилась. — Закончила я свою мысль, а глаза Давида загорелись огнем, после моих слов. — Тогда, может нам всё-таки попробовать?
Не знаю, кто сделал первый шаг, я к нему, или он ко мне, но уже через мгновение мы оказались в объятиях друг друга, целуясь со всей страстью, на которую были способны.
— Фу! Ну ё-маё! Вы, вообще-то, в больнице! Давайте, найдите себе другое место. Ко мне пациент пришел. — Раздался от входа голос Фёдора, а мы еле отлипли друг от друга, и начали смеяться.
— Обязательно надо попробовать. И я даже не сомневаюсь, что всё у нас получится. — Прошептал мне на ухо Давид. И так мне стало хорошо…