Глава 15 – Падение Зиккурата

Маша

Забегаю в квартиру, и меня встречает Даша.

— Ты чего такая взъерошенная? Там волки за тобой несутся?

— Нет, не волки.

— Ясно. Не волки…

— Всё нормально.

Даша недоверчиво оглядывает меня.

— Странная ты какая-то. Щёки красные, глаза блестят... Это олень какой-то тебя напугал? Так я ему быстро рога поотшибаю!

Даша дёргает ручку входной двери на себя, но я не даю ей выйти.

— Стой! Всё нормально, никого там нет, и никому не нужно ничего отшибать. День сложный просто. Всё, пошли пить чай.

Стараюсь перевести тему. Знаю, что Дашка может бесконечно говорить о трёх вещах: цифрах (она аналитик), строителях (это её окружение уже лет пять) и своём начальнике Дмитрии Олеговиче Матвееве, поскольку последний месяц это её персональный «Достоевский».

— Как работа? Как Дмитрий Олегович?

Она как-то странно реагирует. Отводит глаза и покрывается краской.

— Чего молчишь? Чего нос повесила?

— Эм... Нормально он...

— Он? — Что-то темнит моя Даша. Вообще на неё не похоже. Или это затишье перед бурей? Вижу, что «качает» воздух лёгкими — к чему-то готовится... Изображаю барабанную дробь по кухонному столу. — Идёт! Откровение идёт!

— Дмитрий Олегович... Нормально у него всё. Секретаря нового завёл, «осваивает». Скотина!

Ого, приплыли. Убираю руки со стола.

— Даш, а тебе какое дело, кто кого осваивает?

— А… Нехер вопросы личного характера на рабочем столе решать! Или под столом... — Щёки Даши просто полыхают огнём. — Меня после увиденного сегодня точно с вещами на выход. А место классное, но Матвеев же не допустит... — хнычет.

Окидываю кухню взглядом. Повсюду следы кипучей деятельности.

Даша всегда начинает импровизировать на кухне, когда её придавливает неопределённость. Ого! Даже пирог с яблоками испекла?! Дело плохо.

— Садись. Рассказывай про своего Матвеева. — Мою руки и разливаю нам чай. Включаю фоном музыку на колонке.

Играет«Невесомо» SASHA DEDOVA.

— Не мой он! — огрызается.

— Ну, не твой. Что произошло?

Вижу, что собирается с силами, и, поняв, что не выходит, Дашка плюхается на стул за столом.

— Да блин! Я захожу сегодня к нему, а там эта его блондинка со стремящимся четвёртым размером... Раскрасневшаяся, выныривает у него из-под стола. А он... Ну, и так всё понятно... Я сразу ретировалась. Только сумочку успела в отделе подхватить. Даже документы с данными по проекту не отдала — в порыве с собой захватила. Капец! Как мне завтра туда идти? Если бы не доки, уволилась бы нахрен...

Дашку явно заносит.

— Что за слова такие?

— Да блин...

— Может, ты неправильно поняла?

— Да конечно! Матвеев потом звонил, я трубку не взяла. Потом в мессенджер написал, что хочет меня завтра видеть в 10:00. Уволят меня...

— Тебе пишет генеральный в личный мессенджер? Даша, ты что-то мне явно недоговариваешь...

Сестра краснеет ещё больше, уже уши огнём горят.

— Ну да... Ой, да всё! — всплескивает она руками и соскакивает со стула. — Ты пирог будешь?

— Нет, спасибо... Так что там с Дмитрием Олеговичем?

Дашка набирает полную грудь воздуха и выдыхает...

— Пф... Да ничего. Ну так... Пару раз вместе обедали...

— Пару раз с генеральным обедали, и ты молчком? Великий конспиратор!

— Маша...

— Что-то ещё было? Если ты убегаешь от одного вида его секретаря, то что-то здесь явно нечисто.

— Я думала, что что-то может быть, но, видимо, я ошиблась... Ты его же видела. Это зверь, машина, брутал, у меня вообще крышу снесло... А его глаза... — потекла моя сестрёнка, всё...

— Ну всё, сопля по рукаву...

Дашка прыскает от смеха сквозь слёзы.

— Это мои слова, тебе не идут такие выражения…

Обе смеёмся.

— Зачем ты меня только спросила? Я же кремень, а тут вывела меня на чувства... — протягиваю ей салфетки.

— Влюбилась?

— Да блин... Ты специально? Не знаю. Наверное…

— Пал наш Зиккурат. Вижу. Ладно. Как ты говоришь: «Если не умрём, то переживём!» Вот завтра в 10:00 всё и выяснишь. Подумай об этом завтра. А сейчас пей чай и ешь пирог...

Даша сдаётся, прихлёбывает чай.

— Ты ж его видела. Ну «орёл-мужчина!» — Дашка произносит это с интонацией из известного советского мультика, а я решаюсь ей подыграть.

— Да… «Ничего не понимаю!»

И мы вновь смеёмся. Светлая моя девочка!

— Ты не накручивай себя, но если что — морду бить вместе пойдём, — еле сдерживаю смех.

— Да Маша!..

— Бить я, как ты, не умею, но его подержать смогу…

Уже ржём до слёз.

Загрузка...