Маша
— Маша, Машенька...
Чувствую чьи-то руки на своих плечах. Рефлекторно сбрасываю их. Хочу отползти. Отстраниться.— Не трогай! Не трогай! Нет...— Маша, это я. Сергей. Маша, девочка. Всё прошло. Посмотри на меня. Ты в безопасности. С тобой ничего не случится. Я не позволю...Я слышу слова, но их смысл ускользает. Как будто ударяется о стену и не доходит до сознания... Горло сдавило. Дышать не могу. Слёзы застревают...
— Дыши, Маш, дыши. Давай вместе. Вдох... Выдох... — Он дышит вместе со мной. — Давай, девочка, дыши... Вдох... Выдох... Вдох... Выдох...
Мне становится чуть легче, сознание проясняется. Я вижу, что сижу на полу. Напротив меня — Сергей. В его глазах такая паника, на лбу испарина, его самого чуть потряхивает.
— Девочка моя, всё позади. Я помогу тебе встать? Дашь мне руку? — Он протягивает ко мне ладонь, но расстояние между нами не сокращает. Он не приближается. Ждёт.
Я беру его за руку сама, и он помогает мне подняться. Усаживает меня на диван, ещё что-то говорит, но я не особо вникаю. Он выходит, а через время возвращается со стаканом воды.
— Маша, выпей воды. Тебе нужно. Давай.
Пью. Сергей открывает балкон. Свежий воздух врывается в квартиру. Мне действительно становится лучше. В голове проясняется.
— Ты здесь? Ты пришёл?
— Извини. Я не уберёг тебя от этого... Он и водителю Коляну втащил — так и к тебе попал.Не даю ему закончить:— Ты не виноват. Где он?— Охрана его забрала. Он внизу, под присмотром. Полицию я решил не вызывать — решение должна принять ты, поскольку вопрос тонкий...— Да, репутация важна...Я не знаю, как правильно поступить. Какое решение будет самым безопасным для меня?
— Маша, можно я скажу?
— Да.— Думаю, что можно обойтись без полиции. Мои ребята всё решат.— Как?— Ну, это тебе знать не обязательно, но он будет далеко от тебя и больше не сможет тебе навредить. Никак.— Ты его убьёшь?— Физически — нет. Этот ублюдок будет жить. Поверь, он много херни натворил, и я не первый, кто хотел бы от него избавиться. Так что можно сделать всё просто... Ребята уже сообщили тем, кому он нужнее.Кармацкий садится рядом, но чуть в отдалении. Протягивает ко мне руки, но ждёт, чтобы я сама решила — обнять его или нет. Я решаюсь.
Его тепло немного приводит в норму моё состояние.— Мне нужно умыться. Или сходить в душ.Кармацкий явно нехотя убирает руку.
— Давай провожу. Не переживай, я только до ванны. И останусь снаружи. Ты в полной безопасности.— Угу...Сергей
Она заходит в ванную и плотно закрывает дверь на защёлку. Слышу, как включает воду. Вот она действительно встаёт под струи...
— Маша...
На меня накатывает. Если бы я приехал чуть позже, мог бы не успеть. Девочка моя. Я бы себе не простил, если бы из-за меня история твоей юности повторилась... Такая невинная, чистая, и столько мерзости, грязи вокруг. Хочется оградить её от всего мира, спрятать за своей спиной...Маша выходит из ванной, плотно закутавшись в махровый халат. Я так и сижу на полу у двери.
— Серёжа, не надо так сидеть. Всё нормально. Я приду в норму.— Не думай обо мне, детка. Мне нормально. Главное, чтобы ты была в порядке.— Может, чай?— Я заварю. Позволь мне позаботиться о тебе?— Хорошо.— Маша, я буду рядом.— Хорошо. Я включу музыку. Не хочу тишины.Фоном играет
«Не обещай» группы «Весна в Сан-Бликко».
Она говорит со мной — это хороший знак. Украдкой отмечаю, что ей действительно чуть лучше. Темы нам предстоят не самые простые, но сейчас нужно вывести её на разговор. Пусть выговорится. Лишь бы не копила в себе.
Завариваю чай. Маша тоже немного суетится: шоколад, сыр, фрукты... Это сейчас точно ни к чему, но ей, видимо, нужно себя чем-то занять. Садимся за стол. Пьём чай молча.
Фоном звучит
Даша Эпова, «Мой любимый человек».
Я решаюсь...
— Маша. Нам нужно поговорить о том, что произошло.— Не хочу.— Маша, девочка. Заметать под ковёр — не лучшая стратегия. Я видел, что сегодня с тобой творилось... — Я медлю, но, видя, что она не уходит в полный отказ, продолжаю: — Маша, я не жду от тебя пересказа всего, что произошло здесь без меня, но ты пережила паническую атаку... Маша, это очень серьёзно. Подобное с тобой уже случалось?Она явно не хочет говорить. Отводит взгляд. Она вся напряжена...
— Маш, девочка моя. Поговори со мной. — Как же сложно! Меня разрывает внутри: боюсь навредить, боюсь не помочь… Протягиваю руку. Она несмело касается моей ладони и вкладывает свою руку в мою. Фух… Первый шаг.
— Такое впервые. Я сама испугалась... Но я хочу поговорить о том, чему ты не был свидетелем.
Я аж замираю, не дышу... Она смотрит мне в глаза, даже куда-то глубже — в самую душу.
— Серёжа, он ничего не успел сделать. Не волнуйся. Ты пришёл вовремя. Он не успел...
Она неправильно меня поняла. Я не хотел её обидеть, не хотел подвергнуть сомнению её...
— Маш, ты чиста для меня... Ты невинна во всех смыслах. Не вини себя ни в чём. Мир жестокий, злой, грязный и гадкий, но не ты...
Она ухмыляется. Видно, что силится, чтобы не расплакаться.
— Чиста? — Она давит истерический смех, только криво ухмыляется. — Чиста... Серёжа, у меня было три разрыва, поверхностных, не говоря о том, что творилось внутри. Меня два дня мучили, а потом, как забитое на охоте животное, закинули в багажник и везли выбросить в ближайшем лесу... Эти ублюдки сделали что хотели, и я не смогла с ними бороться. И этому ортморозку сегодня почти удалось… Но ты приехал вовремя. Дело явно не в них, не в Астахове. Дело во мне. Со мной же это случается! Как-то же липнет ко мне это дерьмо...
— Дело не в тебе. Дело в них.
— Да нет же! Один раз — случайность, второй раз — случайность, а если будет третий?..— Этого не будет!— Ты не можешь гарантировать, никто не может…Пытаюсь найти слова. Это пиздец как непросто. Хочется найти всех этих съёбков и устроить вендетту. Хочется обнять её, а не говорить. Но надо действовать, убрав эмоции…
— Машенька... Мы не справимся сами. Я очень хочу помочь нам, но нам нужна сторонняя помощь. Ты когда-нибудь обсуждала эту ситуацию с психологом?
— Нет. Я не смогла довериться.— Хорошо. А если я буду вместе с тобой?— Нет. Я не хочу, чтобы ты знал подробности моего прошлого. Ты не сможешь это выдержать.— Ладно. А если мы вместе выберем специалиста? Ты готова начать психотерапию? Хотя бы попробовать?Маша явно что-то соотносит в своих мыслях. Идёт серьёзная внутренняя борьба, но она прикрывает глаза, как бы сдаваясь своему решению. Её слёзы прожигают во мне дыру, а мои руки связаны. Она сама должна сделать первый шаг, и я жду…
Наше молчание заполняет музыка:
Коста Лакоста, «Номера».
«…После заката наступит рассвет, люди так говорят.
Но я не этого жду, я жду, как и прежде, тебя…»— Серёжа, я постараюсь.
«…А ты красива, как ранняя осень,
А я холодный, как ранний декабрь…»