Маша
За окном уже вечер. Дома тихо. В голове крутятся картинки прошедшей ночи и сегодняшнего утра. Это было так чувственно... До сих пор ощущаю его руки на себе, его губы — на своих. Он во мне, его движения, эта дрожь… Внизу живота скручиваются спазмы. Хочу его.
Утро прошло так же жарко, но теперь мы видели и слышали друг друга. Это был особый кайф. Его глаза, его «девочка моя», его страсть и желание, его удовольствие в финале — это так красиво.
Улыбаюсь как дура, закусив губу, чем вызываю у Наташки немой вопрос.
— Пала наша крепость! Или просто крыша прохудилась?— А?— Ну точно, крыша.Моя сестрёнка сегодня осталась у нас с Дашкой. Ей завтра на установочную встречу по практике в «Велес», а от нас ближе добираться. Дашка у Матвеева, поэтому мы сегодня вдвоём.
Сергей улетел на встречу с партнерами. А я осталась дома ждать своего принца.
Вечер проходит как-то сам собой. Наташка говорит о «Велесе», об их позициях на российском рынке, о том, что там работают классные спецы, у которых ей есть чему поучиться. Про знакомство с Ольховым я молчу — надеюсь, и Дашка не проболтается.
После легкого ужина и чая с сестрёнкой бреду к себе в комнату. Серёжа ещё в самолете, так что писать ему бесполезно. Ложусь.
Просыпаюсь от непонятного шума.
В панике соскакиваю с кровати и тут же поскальзываюсь на луже воды.— Твою ж...Феерично приземляюсь на пятую точку. Я сплю, что ли?Нет. Вода абсолютно реальная и ледяная. По всей квартире...— Кошмар!Кое-как встаю, стараясь снова не поскользнуться. Мелкими шажками пробираюсь в сторону ванной.Вот она, диверсия! По стене от соседей выше водопадом льётся вода. Вся квартира превратилась в закрытый водоём.— Наташка, просыпайся! Нас соседи топят!— Чего ещё? — слышу сонный голос младшей сестрёнки. И тут же — звуки разлетающейся воды и её вопли.— Какого хер...увима!Всплеск и звук падения. Наташка тоже грохнулась, как и я.— Больно! Я себе зад отбила! — хнычет Наташка. — Я уже ползу! Надо воду у соседей перекрыть или в подвале.— Я к соседям!Накидываю висящий в коридоре Наташкин плащ — может, он хоть как-то скроет мой мокрый зад. Несусь к соседям выше, но там не отвечают. Ещё выше — там тоже тишина.— Твою ж... Все как вымерли.Стучусь к соседям на седьмом этаже. Слышу шаркающие шаги. Открывает милая Клавдия Ивановна в ночной рубахе, будто из девятнадцатого века, и в чепце.— Клавдия Ивановна! Это не вы нас топите?— Конечно нет, милая!— Можно я посмотрю?Отодвигаю нерасторопную сухонькую старушку и прорываюсь в её ванную, на ходу скидывая мокрые тапки. Открываю дверь — и на мои ноги потоком льётся вода.— Да ети же... Клавдия Ивановна, у вас трубу прорвало! Уже до нас вода дошла.
Старушка начинает причитать. Понятно: от неё действий не дождаться.
— Ладно. Сейчас перекроем воду в подвале...Несусь к старшему по подъезду.
Час ночи — все спят. Но дядя Федя открывает. Объясняю ситуацию, и он несётся в подвал. Он хоть и на первом этаже, но на нашем стояке, и его тоже зацепило — вода струйками льется по стене. Капец всем. Семь этажей залило!
Дядя Федя вызывает аварийку и вызванивает жильцов. Я бреду домой, потирая пострадавший при падении копчик. Надо спасать пожитки и успокаивать Наташку — у неё, видимо, такие же боевые раны, как и у меня...
Дома просто кошмар.
Наташка гоняет с вёдрами, тазами и тряпками.
Беру телефон. Ещё в 23:30 пришло сообщение от Серёжи с нежностями и пожеланием спокойной ночи. Отправляю ему фото нашего «всемирного потопа» с подписью: «Покой нам только снится».
Вижу, что сообщение тут же прочитано. Он пишет: «Как ты? Сообщил Матвееву и Ольхову. Сейчас приедут, решат. Я только прилетел. Из аэропорта позвоню».
Наташка тем временем развела кипучую деятельность. Одну комнату удалось освободить от воды, но силы сестру уже покидают. Она сидит прямо в луже в мокрых шортах и майке: коленки красные, рыжие волосы всклокочены. Смотрим на её отражение в зеркале прихожей и начинаем в голос ржать.
— Нафаня! Полы-то не мыты! Ой, беда-беда, огорчение...Звонит мой телефон. Серёжа.
— Да... — отвечаю я под истерический смех Наташки и её стоны по поводу отбитого «седла».— Маш, ты как там?— Мы с Наташкой в порядке. Обе задницы отбили, раскатившись на мокром полу. Вот, смеёмся сквозь слёзы...— Может, в больницу?
— Нет, мы нормально. Но синяки будут знатные.— Полечим, поцелуем, помажем. Блин, как не вовремя меня нет в городе!— Да нормально всё. Воду перекрыли, аварийку вызвали, сейчас разгребаем последствия.— Плюньте на всё. Сейчас Ильюха приедет, я ему объяснил ситуацию. Он всё решит.— Да не нужно было! Чего человека дёргать в два часа ночи?— Это не «дёргать». Приедет и решит. Матвеева в городе нет, укатил куда-то с твоей систер.— Да? А ты как долетел?— Хорошо. За тебя волнуюсь. Держи меня в курсе. Как доберусь до гостиницы — наберу. Сидите обе и не дёргайтесь. Спасатели уже едут.— Хорошо. Ждём твоих спасателей.Пытаемся с Наташкой собрать хоть часть воды в прихожей. Но очередные несколько вёдер выбивают нас из последних сил, и мы просто остаёмся сидеть на мокром полу...
— Ого! Привет водоплавающим!
В квартиру заходит Илья Ольхов. Я даже дверь не закрыла.
Блин, Наташка меня убьёт! Я же ей не сказала, кого Сергей попросил стать нашим спасителем. Да уж, видок у нас потрёпанный.
— Илья, привет. У нас тут сам видишь...Он прячет улыбку, глядя на наше «озеро».
— Ну что, встаём, труженицы.Наташка пытается подняться, но голыми ступнями снова скользит по влажному полу. За секунду до падения Ольхов её подхватывает и фиксирует своим телом у стены.
— Чё-то, ребята, я лучше посижу, пока тут всё не высохнет, — бормочу я. — Не хочу ноги ломать.— Сиди пока, Маш. Сейчас одну русалочку на мягкий камушек посажу и за тобой вернусь.
Наташка верещит:
— У меня жопа мокрая! Какой диван?— После такого потопа мебель всё равно менять. Так что твоя, хм... влажная попа ему не повредит.Илья возвращается за мной, поднимает за руки, отводит к дивану.
— Сейчас приедут ребята, уберут воду. Просушку начнут завтра. Если нужно, по ситуации, вскроют полы, просушат плиты. Ремонт в лучшем случае займет недели две-три, с учётом быстрых поставок материалов. Ждём ребят и потом едем ко мне.Наташка бросает на меня свирепые взгляды.
Я ей одними глазами сигналю: «Да, мы с ним знакомы».
Она выдаёт:
— Никуда я с вами не поеду. И что вы со своими сроками? Ни один качественный ремонт после такого потопа не будет длиться две недели. Тут только просушка пола и стен дней десять-пятнадцать, с учётом, что все соседи поступят так же.— О как! Я гляжу, тут есть строитель?— Есть!— Будем знакомы. Илья Ольхов.Наташка надулась и покраснела до ушей.
— Илья, это моя сестра, Наталья Андриевская. И да, она многообещающий специалист. Заканчивает строительный дизайн.— Я знаю... И она идёт ко мне на стажировку.У нас с Наташкой у обеих «падает» челюсть...