Игра на двоих (Тая Глиб) читать бесплатно онлайн полную версию книги

Глава 38 – «Вихрь»

Маша

Нас встречает небольшой загородный посёлок.

На въезде — шлагбаум и пост охраны.

Дом Сергея стоит в отдалении, ближе к лесному массиву. В лучах вечернего солнца ранняя осень дарит тепло своих красок. Красиво…

Ворота отъезжают, и мы оказываемся на огороженной территории поместья. Сергея встречают несколько ребят на посту. За нами въезжает ещё один автомобиль — я даже не заметила, что за нами кто-то следовал.

— А кто это?

— Моя охрана. Валерия ты уже знаешь. Позже познакомлю тебя и с другими.

Видимо, мое лицо отражает крайнее удивление, поэтому Сергей поясняет:

— Маша, они всегда меня сопровождают. Просто раньше они оставались для тебя незаметными. Ты ведь тоже не придавала значения присутствию Валерия. Хотя он был прикреплен к тебе 24/7 вместе с Николаем…

— Да…

Действительно, Сергею с его статусом нужно заботиться о безопасности. Только сейчас на меня обрушивается осознание того, кто возится со мной уже вторую неделю... Кармацкий — птица не моего полёта. Вернее, не так. Я никогда не летала на таких высотах...

— Идем в дом? — Видимо, считав моё открытие во взгляде, Сергей старается смягчить момент. — Угрозы нет, просто это такая жизнь и... Идем.

Мы ступаем по дорожке, вымощенной камнем. Вокруг — ухоженная территория парка. Вдалеке я вижу пруд, а еще — лес, настоящий сосновый. Местами, как диковинные вкрапления, видны кусты рябины...

Сам дом в два этажа, из светлого кирпича и с черепичной крышей. В окнах горит свет. Нас ждут?

К моему удивлению, внутри дом пуст.

Совсем.

— Маша, проходи.

Мы проходим через огромный, но пустынный холл в гостиную. Здесь много света из-за панорамных окон и продуманного многоуровневого освещения. Вся обстановка в светлых тонах: огромный диван молочного цвета, несколько кресел в тон. Есть даже камин с кушеткой напротив и маленьким столиком. Рядом с камином — стеллаж с книгами.

Ближе к стене расположился большой обеденный стол из беленого дерева на двенадцать персон. На стенах — несколько дизайнерских картин. Ничего лишнего. Несмотря на пустынность, здесь красиво: много воздуха и света, но кажется, будто здесь никто не живет.

— Может, что-то выпьешь?

— Я бы выпила чаю.

— Тогда пройдем.

Сергей крайне молчалив. Закрыт.

Мы прошли на кухню. Массивный остров, а за ним — кухонная зона. Здесь есть всё для жизни большой семьи, но всё равно как-то пусто.

Молчим.

Сергей выглядит растерянным. Легким жестом предлагает мне присесть на барный стул, а сам ставит чайник. Заваривает чай. Тишина…

Лишь редкое постукивание чайника о столешницу, шелест чайных листьев, рассыпающихся в заварник. Соприкосновение двух чайных пар с каменной поверхностью стола…

Наконец Сергей решает нарушить молчание.

— Маш, думаю, у тебя много вопросов... Дай мне немного времени. Я на всё отвечу...

Мы молча пьем чай. Сергей смотрит по сторонам, в окно, иногда бросает взгляд на меня, и его губ касается лёгкая улыбка... Чай вкусный, насыщенный, но тишина между нами — это так странно.

— Спасибо за чай! Ты, как всегда, завариваешь его по-особенному вкусно...

Он чуть кивает:

— Пойдем, я покажу тебе дом.

Ощущения странные. Я не вызываю его на разговор, но чувствую себя гостьей, которая приехала не вовремя. Хочется уйти или хотя бы получить объяснение: что я здесь делаю? Зачем именно сюда Сергей меня привез? Почему именно здесь хотел поговорить?

Мы проходим первый этаж: большой кабинет с библиотекой, две комнаты для гостей, блок с помещениями для персонала. На цокольном этаже — большой бассейн и спортзал, выход в подземный гараж...

Сергей очень сдержан.

На второй этаж ведёт широкая лестница. Там четыре спальни и большой зал, но он абсолютно пуст. Как и всё остальное внутри, он не подаёт никаких признаков того, что здесь живут.

Когда мы спускаемся вниз, я ненадолго останавливаюсь на лестнице. Сергей поворачивается ко мне и как будто замирает...

— Серёжа, здесь что-то случилось? Почему ты уехал отсюда?

— Случилось. Но не здесь. А здесь, — он показывает на свою грудь, в область сердца. — Пойдём в гостиную. Я думаю, что готов...

Мне очень странно видеть Сергея таким. Взяв за руку, он ведет и усаживает меня в кресло. Сам располагается напротив, присев на край кушетки.

— Маша, я хотел тебе показать не столько дом, сколько рассказать о себе... — Ему сложно начать. Но я не сбиваю его настрой. Просто жду...

— Я построил этот дом для своей семьи. Думаю, ты обратила внимание, что здесь стоит стол на двенадцать человек... Я довольно давно потерял родителей, братьев и сестер у меня нет. Всегда была только работа. К двадцати трем я обзавелся своим бизнесом… Потом я встретил Агнию. Мы работали над одним проектом. Она — со стороны заказчика, я представлял «КарС». Ей тогда был двадцать один год, мне — двадцать семь... Как-то получилось, что мы сошлись. Я влюбился. Очень сильно. Очень...

Он переводит дыхание и продолжает:

— Мои юристы были против официального брака с ней — да и вообще с кем бы то ни было. Мои партнёры тоже не хотели обсуждать возможность разделения бизнеса при неудачном раскладе. Холдинг в тот период очень быстро рос. Мы открывали новые фирмы, все считали деньги. Я их не виню, это их работа... А брачный договор я бы сам не смог дать ей на подпись. Короче, мы не заключили брак. Жили вместе, планировали будущее, я строил этот дом... Агния пошла на это, потому что верила и, наверное, тоже любила... Три года полной эйфории и попыток расширить нашу семью. Но выяснилось, что она не может иметь детей.

Сергея эмоционально шатает. Он смотрит вдаль, трёт глаза… Я боюсь и слово сказать. Ясно, что ему непросто, но он должен сам рассказать о том, что его волнует.

— Мы тогда жили в квартире. Я был в отъезде. Случился пожар. Её не спасли. Когда потушили, спасать-то было уже фактически некого. Судмедэксперты дали заключение, что это была она. Я не смог уберечь её…

Я чувствую, как ему больно от каждого произнесенного слова. Боль не свежая, не колючая. Это тихая, ноющая рана…

— Мы часто ругались. Меня прямо триггерило иногда. Она была непростым человеком, и я был дураком. Она часто говорила, что я строю дом для большой семьи Кармацких, не Юсуповых. Юсупова — её девичья фамилия... Она была права... Я так и не дал ей свою фамилию. Дети наши не родились. А в этом доме ей так и не суждено было жить... Как и мне после её ухода.

Сергей сидит с опущенной головой. Трёт лицо руками, пытаясь привести себя в чувства.

— Маш, чувство вины после её гибели меня затопило... Два года сессий с Ольгой довели меня до понимания, но не до принятия... После у меня не было серьезных, длительных отношений. Только эскорт и никаких обязательств...

Сергей замолкает. Он смотрит своими ранеными серыми глазами мне прямо в душу.

— Но когда я встретил тебя, мне захотелось. Очень захотелось и семью, и дом...

— Ты до сих пор любишь её?

— Я любил. Сейчас это уже воспоминания.

— Почему ты захотел поговорить со мной о ней именно здесь?

— Маш, понимаешь, в этом доме она никогда не была. Здесь вообще никто никогда не жил. Но он строился и обустраивался с мыслями о ней. Я часто приезжал сюда после того пожара. Пытался представить, как мы могли бы здесь жить, но моё воображение никогда не рисовало этих картинок. Это место — последняя связь с ней… — Сергей берет меня за руки. — Встретив тебя, я впервые почувствовал, что готов попробовать серьезно, по-настоящему... Не отвечай сразу. Ты сегодня много услышала. Прошу, не делай поспешных выводов... Просто позволь жизни идти своим путём. Не противься новому. То — уже прошлое. Десять лет прошло. Думал, никогда не отпустит. Ошибался... Я отпустил. Я простил себя, хотя был уверен, что не смогу. Иногда мы думаем, что всё сломано, а потом в нашу жизнь врывается вихрь и расставляет всё по местам... Ты — тот вихрь... Я очень хочу этот новый порядок. Маш, ты будешь моей девушкой?

Слышать подобное от Сергея Кармацкого очень странно. Это наваждение? Сон?

— Не отвечай сейчас... Просто знай.

От эмоций и откровений Сергея меня начинает внутренне трясти. Не только разум, но и тело дает сбой — меня буквально лихорадит... Другая девушка, почти жена, общие планы, сгореть заживо... И этот дом как символ их отношений и общих стремлений...

— Серёжа, мне сложно сейчас что-то сказать. Во мне слишком много всего, я путаюсь. У меня много вопросов, и они не столько к тебе, сколько к самой себе... Мне нужно разобраться.

— Попробуй поговорить об этом с Ольгой Михайловной. С ней тебе будет комфортнее...

— Да, возможно...

— Очень сложный вечер? — Сергей прячет ухмылку и при этом внимательно смотрит мне в глаза.

— Да уж... Я думала, что встреча с психологом — это главное потрясение для моих нервов за сегодня, но твоя история бьет все рекорды... Почему ты захотел поговорить об Агнии именно здесь?

— Я хотел поставить точку в тех отношениях в единственном месте, которое напоминает мне о ней. Хотел рассказать об этом тебе и в последний раз нырнуть в это с головой... Я продаю это поместье. С глаз долой... Уже есть покупатель, сделка через два дня. Всё это время я не решался, но это — последнее, что подпитывало воспоминания. Я хочу отпустить... А с тобой — с чистого листа...

Меланхолия и Кармацкий? Но сегодня я сама была свидетельницей... Я, конечно, не психолог, но чувствую, что пора это сворачивать.

— После сессии у Ольги Михайловны я смогла прийти в себя благодаря чашке чая и потрясающему шоколадному торту... А твои слова — даже не знаю, что поможет их переварить. Может, вы пригласите меня на ужин, Сергей Павлович?

— Конечно! — Сергей заметно выдыхает. Он мгновенно ловит мой настрой и желание закончить этот тяжелый день на другой ноте. — Если выедем сейчас, то в городе будем через полчаса... У меня есть отличный ресторан на примете. Как ты относишься к грузинской кухне?

— Вау! Обожаю. Долма, фаршированные баклажаны, хачапури, пахлава... У меня уже аппетит разыгрался.

— Тогда едем!