Из большего протираю пол шваброй. М-да… залила маленько тут все. Ну… остальное просохнет само.
Смотрю на себя в зеркало. Щеки красные, волосы мокрые и растрепанные, губы припухшие, на шее следы и от пальцев, и от укусов.
Как будто меня тут пытали с пристрастием.
Фена у него, конечно, тоже нет…
- Чего стоишь? - заглядывает в дверь. - Пошли кофе пить.
Перевожу на него взгляд в зеркале. Ну, идем.
Ренат сворачивает в кухню. Я за ним.
Он ставит обычный эмалированный, даже не электрический чайник на плиту. Достает две кружки. Мне видимо с птичками. Насыпает туда ложку растворимого кофе.
Растворимого.
Растворимый кофе я пью только у папы - потому что он принципиально не признает кофемашины.
- Тебе сахар надо или нет? - кивает мне.
- Нет. И молоко безлактозное.
- Да, дорогая, - усмехается и отворачивается.
И что это значит “да, дорогая”. Что я такого сказала?
- Можно любое растительное.
- Из проростков укропа подойдет?
- Такого нет.
- А если обычного выпьешь, из-под коровы, то что будет? - выключает чайник и заливает кипяток в кружку.
Ну что объяснять человеку…
- Слушай, - берет кружки и одну ставит передо мной, вторую себе. - У тебя вот два режима есть, когда ты интересная девчонка, и когда ты зануда. И вот если бы я знал, что ты работаешь только во втором режиме, то мы бы тут с тобой не сидели сейчас. Но я видел первый, и теперь меня, откровенно, так подбешивает, когда у тебя второй режим.
- А ты думаешь, ты меня не подбешиваешь?
- Ну, раз ты сидишь голая, в одном только халате, в моей кухне, значит, подбешиваю я тебя меньше, чем ты хочешь сидеть тут со мной и давиться кофе без растительного молока.
То есть, в принципе, мы оба друг друга хорошо так подбешиваем, но есть один нюанс. Друг друга нам хочется больше.
Отпиваю пустой кофе. Брр… Без сахара и молока это вообще невозможно пить.
- Следующий раз, когда решишь заглянуть ко мне на кофе… - делает неоднозначную паузу и ведет бровью, - предупреди, я лучше подготовлюсь.
Как смешно.
- Заранее купи сменное белье и одежду, на случай, если решишь испортить мою.
- Ты сама в душ залезла… - невинно пожимает плечами.
- Да-да…
- Так что решила, мое оденешь или будешь ждать, когда высохнет?
- Твое надену.
- Хорошо.
- Белья только никакого у меня нет.
- Ну… - тянет Воронов и скользит взглядом в разрез халата на груди. - Придется тебе сегодня без белья походить.
- Очень смешно.
- Ладно… можно подумать, ты никогда не ходила без белья.
Облизываю и поджимаю губы.
- Плохая девочка.
- Никому не рассказывай, - шепчу в ответ.
Допиваю кофе и смиряюсь с реальностью.
- Все, пошли выберем одежду и поедем.
Поднимаюсь за ним, иду к раковине и осматриваюсь.
- А где у тебя посудомоечная машина?
Ренат усмехается и поднимает кран.
- Вот моя посудомоечная машина.
Ополаскивает свою кружку, и мою следом.
- Как ты вообще живешь? Ни сушилки, ни посудомойки.
- Ну, вот как-то и живу, - пожимает плечами. - Смотри. Жив, здоров.
- Угу. Жить-то можно. Просто… сколько времени ты на это тратишь?
- Не волнуйся, немного.
- Это же не стоит каких-то баснословных денег.
- Я не спорю, если большая семья, много народу, это упрощает. Я живу один, если ко мне зайдет кто-то в гости раз в месяц, то ничего не отвалится, если я посуду помою руками.
Спорить бесполезно.
Древний человек.
Правда, он не жмотится. Вообще.
- Бери, что хочешь, - открывает шкаф и машет рукой.
Я выбираю светлую футболку, наверх темную худи. Со штанами сложнее: все огромное. придется сегодня одеться как оверсайз.
Выпроваживаю из комнаты и быстро переодеваюсь. Когда возвращаюсь, он снова болтает со своей крысой в гостиной.
Издалека заглядываю. Она в клетке сидит. Захожу в комнату. Ремонтик у него такой без излишеств, но видно, что не времен советского союза. Уже радует.
- Тебе почти по размеру, - смеется над моим прикидом.
- Угу… кепку бы ещё, чтобы лицо закрыть.
- Давай сразу балаклаву дам.
- Хватит и кепки.
- Все, Лариска, я ушел. Должен сегодня вернуться, - и косится на меня, - но если что, то еда у тебя есть.
- Кто вообще крысу Лариской называет?
- Мило, крыска-Лариска, Лорик она у меня, - подмигивает ей.
- Лорик.… - фыркаю. - Фантазия у тебя, конечно.
Сидит спокойно, смотрит на меня бусинками-глазами.
- Она вообще безобидная, - говорит он.
- Угу. Ты знаешь, что крысы - переносчики всяких инфекций?
- Те, что в подвалах, - возможно. А моя крыса домашняя. Она вообще никуда не выходит. Всю жизнь в этой квартире. Какие у неё могут быть инфекции?
- Ну, не знаю… врожденные.
- У тебя, может, тоже врожденное что-нибудь есть, - спокойно парирует. - Или у меня. Но ты же не боялась заразиться.
- А что я должна чем-то бояться заразиться? - у меня внутри аж обрывается все, я как подумаю про вич, сифилис и прочую дрянь.
- Расслабься. Норм все. Крысу мою только не обижай.
Вот ещё один повод, почему от него ушла жена. Крысу в доме я бы тоже не терпела.
Наверное, если бы мы были влюбленными, то я бы сейчас его обняла и поцеловала. Но мы быстро одеваемся и как коллеги или друзья, выходим из его квартиры. Ладно, друзья не спят. У нас теперь какой-то другой статус.
Любовники, что ли?
Фу, это пошло. Не хочу быть любовницей. И девушкой тоже не хочу. Ничего не понятно, короче.
Ренат садится за руль, заводит машину.
Ну все. Сейчас машину заберу, вернусь домой и наконец подумаю о сегодняшнем дне. И вчерашнем.
- Поехали?
- Сейчас. Звонок один сделаю. - набирает кого-то. - Привет. Я в течение часа приеду за Матвеем…
- Через пятнадцать минут мне надо выезжать в салон, поэтому он сейчас едет со мной. Потом у него танцы.
Смотрит на часы и заводит машину.
- Значит, я заберу его сейчас.
Что?!
Разворачиваюсь к нему.
- Успею… Отвезу сам… Сказал отвезу, значит, отвезу. Пусть собирается… - трогаемся. - Ничего не знаю, сегодня мой день по расписанию. Ты хочешь его сорвать? Все, жди.
Отключается.
- Ренат, ты же обещал меня отвезти.
- Сейчас сына заберу - и поедем. Иногда лучше сделать крюк, но все успеть.